Обмен коньками

Шарф, окутавший в несколько слоёв тонкую шею, развивался под порывами холодного воздуха, гуляющего по катку ледового дворца, во время движения Влада. Пусть длинное вязаное изделие здорово мешалось, хоккеист уже перестал обращать на него внимание и продолжал скользить по белому расцарапанному после прошедших занятий льду, вспоминая слова Сергея: «Надевай шарф. На катке холодно вон как, а ты удумал ездить в одном несчастном гольфе? И так кашляешь сильно, что тебя скоро с занятий выгонять будут!» На лице невольно расплывалась глупая улыбка от мысли о том, что товарищ заботиться о его здоровье больше, чем он сам. Но, отбросив размышления, он сконцентрировался на предстоящем тройном тулупе. Сергей уже не диктовал последовательность действий: ученик за несколько десятков провальных, но весьма амбициозных попыток знал, что нужно делать, на зубок. Учителю оставалось лишь наблюдать за тем, как плавно двигались в воздухе тонкие запястья рук в поисках равновесия, как голубые глаза внимательно глядели из стороны в сторону, выводя на льду круги и дуги, продумывая траекторию движения. Короткий заход, толчок — и Влад закружился в воздухе. Сергей с улыбкой отметил, что шея вновь вытянулась и выглянула из-под шарфа. Владислав приземлился на правую ногу, руки его, до того прижатые к корпусу, раскинулись, словно крылья птицы. Наконец тело не пошатнулось и конёк не ушёл в сторону. Прыжок был успешно засчитан. Влад, глянув из-под ресниц на наставника и увидев его улыбку, тут же вжал голову в плечи и насупился, предугадывая желание друга вновь обозвать его лебедёнком. Сергей лишь ещё шире заулыбался, почти очарованный этим детским жестом. — Давай, откатай ещё раз ту маленькую программку, только добавь один оборот, чтобы получился тройной тулуп, а потом можем закругляться, — сказал Сергей. Влад, кивнув головой, вернулся на исходную позицию. Приготовился, закрыв глаза, прогоняя все фигуры в голове, завёл руки, но тут же запнулся и чуть не влетел носом в лёд, еле удержавшись на ногах: в зале раздался незнакомый женский голос: — Разрешите и мне присоединится к учительскому составу. Владислав замотал головой в поисках источника звука и, проследив взгляд друга, обернулся на все 180°. Прямо за его спиной в рядах притаилась Елена Владимировна, тренер по фигурному катанию, деловито уперев одну руку в бок, а другую положив на спинку зрительского места. — Елена Владимировна, — спохватился испуганный Сергей, — а мы тут просто потренироваться немного хотели, мы уже уходим, честно! Испуг товарища медленно перешёл и на самого Владислава. Тот напрягся, инстинктивно опустив голову и поджав плечи, готовясь к худшему. Но тренерша была в настроении, лукаво улыбалась, говоря: — Не торопитесь уходить. Я же не знала, что наши хоккеисты тоже интересуются фигурным катанием, — улыбнувшись, она посмотрела на насупившегося Влада. Тот наконец расслабился, оттаял от улыбки Елены Владимировны, в то время как она потихоньку начала спускаться по ступенькам и подходить к катку. — Мы совсем недавно начали заниматься, — заговорил Сергей вместо застывшего Влада. — Вот, вторая неделя идёт. Услышав слова ученика, Елена Владимировна с нескрываемым удивлением глянула на Влада. Тот закивал головой в подтверждение слов друга. Тренер ошеломленно захлопала глазами, лишь спустя несколько секунд выдала: — Всего две недели, и уже тройной тулуп? — выразительно воскликнула она. — Да это же не ученик, это — золото! — улыбаясь, чуть ли не вскричала она, всплеснув руками. Влад аж вздрогнул от внезапного хлопка. — Да Вы чего! У меня просто наставник хороший, — тут же засмущался от похвалы хоккеист, бросив благодарный взгляд на польщённого Сергея. — Да какой из него наставник? — тут же присекла Елена Владимировна. — Сам ещё кататься толком не научился. — Елена Владимировна! — воскликнул Сергей с деланной обидой. — Как звать тебя, мальчик? — спросила тренер. Хоккеист, словно на построении в армии, звонко отрапортовал: — Влад Лебедев. — Влад, а сделай-ка мне дугу, шарлотту, обманный шаг, замену ноги, тулуп, винт и выезд. Сможешь? Хоккеист озадаченно наклонил голову, будто щенок, не понявший команду хозяина. Сразу после этого с надеждой глянул на Сергея. Тот подхватил: — Елена Владимировна, я его терминологии не учил, сейчас я ему объясню всё. Он сможет. — Даю тебе 5 минут, Долохов, — со снисходительной улыбкой сказала тренерша. Сергей бросился к Владу и, предварительно успокоив его, начал переводить пугающие хоккеиста термины на понятный ему язык. Все движения и позиции были Владиславу знакомы, и, как только Сергей прояснил требования «жюри», отъехал подальше от борта. Коленки в самый неподходящий момент предательски задрожали, а руки покраснели. Влада утешала лишь мысль о том, что от него не ожидают чего-то сверхъестественного. Но, тем не менее, мальчику уж очень хотелось удивить тренера. Сделав выдох, он начал шаг. Влад плавно заскользил по льду. Движения перетекали из одного в другое, и хоть технически они выполнялись довольно посредственно, это уже становилось не важно: на первый план выходила эстетическая часть выступления. Владислав будто был рождён в фигурных коньках, он чувствовал танец даже без музыки. Сергей из раза в раз поглядывал на Елену Владимировну, желая увидеть её реакцию, но та оставалась невозмутима: лишь одобрительно кивала головой после каждого правильно исполненного движения. А после фигурист вновь переводил взгляд на товарища и снова завороженно наблюдал за катанием, переживая так, будто на льду сейчас не его друг, а он сам. Пойдя на риск, Влад успешно выполнил тройной тулуп. Оставалось последнее — винт. Когда казалось, что программа будет завершена идеально, Влад расслабился после грамотно выполненного прыжка. Это его и подвело: он перецепился и споткнулся. Сергей невольно вздрогнул и рефлекторно подался в сторону Влада, но тут же одернул себя. Хоккеист самостоятельно удержал равновесие и всё-таки завершил своё выступление выездом. Два взгляда с интересом устремились на тренера, в ожидании мнения опытного фигуриста. Елена Владимировна, недолго постояв молча, начала критику: — Техника хромает, это слишком очевидно. Я бы могла закрыть глаза на это, если бы не винт, — резко констатировала она. Влад опустил голову, заметно погрустнев. Сергей с сочувствием направил взгляд на друга и уже открыл рот, собираясь начать оправдывать ученика, но тренер продолжила: — Ну, какой наставник — такая и техника. За полторы недели научиться такому количеству приёмов, причём выполнять их с такой чуткостью… Да в тебе скрывается настоящий талант, Влад, — хоккеист моментально оживился, а Сергей наоборот принял недовольный вид, услышав прямое оскорбление в свою сторону. — У тебя явно есть потенциал, который осталось лишь раскрыть умелыми тренерскими руками. Я предлагаю тебе начать ходить ко мне на занятия. Челюсть Сергея уже давно упала на лёд. Он, удивлённо хлопая глазами, переводил взгляд то на учителя, то на Влада. А сам Владислав настолько растерялся, что застыл на месте, не в состоянии ответить и слова. — Влад, ты представляешь, как здорово! — Сергей подъехал к другу, сжал его плечи и слегка потряс их от восторга, приводя того в чувства. — К нам и так попасть непросто, а тебя сама Елена Владимировна приглашает! — Я польщён, правда, — опустив глаза к ногам, сказал Влад, а после, легким движением убрав руки товарища, на шаг проскользил к тренерше, — но, увы, я не могу принять Ваше предложение. От громкого заявления опешили и тренерша, и Сергей. Елена Владимировна, высоко подняв брови от удивления, словно сова, спустя нескольких секунд ступора возмущённо спросила: — Это ещё почему? — Мне не разрешат, — коротко ответил Влад, ссутулившись, а после слегка дрогнувшим голосом добавил: — Извините. — Влад, Елена Николаевна может договориться с твоим папой, — вставил свои 5 копеек Сергей. — Не нужно сразу отказываться. Глаза Владислава, полные надежды, посмотрели на друга, потом снова на преподавательницу. Та тут же подхватила: — Если проблема только в согласии родителей, то я могу всё уладить. Главный вопрос: хочется ли тебе самому заниматься? — Очень хочется! — тут же честно воскликнул Влад. — Тогда в чём вопрос? Собирайся, пойдём к твоим родителям, — с улыбкой сказала Елена Владимировна. Влад поначалу мялся, но после, увидев предвкушающее, полное радости лицо друга, точно заразился этим энтузиазмом, наконец поверив, что уговорить отца вполне себе возможно. Мальчики быстро собрались и оделись. Уже спустя десять минут и Елена Владимировна, и Сергей с Владом пошли в сторону дома хоккеиста. Сергей был сам на себя не похож: оживлённо рассуждал о том, как замечательно будет, если Влад перейдёт к ним в группу, какие перспективные ему доверят программы. Влад неуверенно, но поддакивал ему, а наставница, идущая за ними, молча слушала их разговоры, не раз расползаясь в улыбке. Вероятно, ей ни разу не приходилось видеть вечно отстранённого и холодного Сергея таким, каким она видела его сейчас. Разлучится парням пришлось только в подъезде, когда Елена Владимировна с Владом собрались зайти внутрь, а Сергей, разумеется, остался ждать их в подъезде, понимая, что будет там лишним. Чтобы не создавать столпотворение, он поднялся на этаж выше, пристроившись на лестнице и приготовясь слушать. Елена Николаевна постучалась в дверь — ответа не последовало. С минуту Влад с тренершей постояли, но ничего, кроме отдалённого шипения телевизора, не услышали. Тогда учительница постучала настойчивей. На этот раз, спустя некоторое время, дверь открылась. Перед Еленой Владимировной предстал мужчина младше неё. Ему было лет 30 с лишним, но тогда наставнице показалось, что он старше её минимум на десяток. Такое впечатление складывалось из-за невыбритого морщинистого лица, одежды, местами запятнанной, и ужасной вони перегара. За ним виднелась тесная прихожая, заваленная всяким хламом, распиханным по бесчисленным пакетам, и узкий коридорчик, ведущий к кухоньке, на стенах которой красовались местами оборванные пожелтевшие обои. Из квартиры исходил лёгкий запах сырости, перебивающийся вонью сигарет и мусора, лежавшего в пакетике у двери, видимо, уже который день ожидающего, пока его вынесут. — Здравствуйте, как я понимаю, Вы отец Влада? — начала Елена Владимировна. — Здравствуйте, — подал шершавый голос мужчина, а после перевёл взгляд с тренера на Влада, стоявшего рядом. С небольшой задержкой он ответил. — Что он уже натворил? — Ничего не натворил. Меня зовут Елена Владимировна. Я — тренер ледового дворца и хотела бы пообщаться с Вами по поводу занятий Вашего сына. Мужчина по ту сторону порога почесал затылок. Вопреки ожиданиям Елены Владимировны, он не стал приглашать её в квартиру, а тут же спросил: — Ну? Я слушаю. Слегка оторопев от такого тона, она всё-таки начала: — Я увидела во Владиславе потенциал и хотела бы, чтобы он стал посещать мои занятия по фигурному катанию. — Нет, — грубо отрезал отец Влада, а после, строго посмотрев на сына, махнув головой, скомандовал: — Зайди. Владислав беспрекословно забежал в дом, причём так стремительно, что задел стоявшие у порога бутылки от алкоголя ногой. Те жалобно задребезжали, раздражая мужчину. Тот безотчетно замахнулся рукой на сына, а сам Влад поторопился поправить бутылки и смыться долой с глаз отца. Мужчина продолжил: — Я согласия не дам. Всего хорошего. Двери начали закрываться, но возмущённая Елена Владимировна не собиралась сдаваться. Она, громко стукнув каблуком сапога, поставила ногу между порогом и дверью, а после, заглянув в образовавшуюся щель, произнесла: — К слову, уроки провожу бесплатно, а идут они в том же ледовом дворце, где Ваш сын занимается хоккеем. — Я сказал по-человечески: нас это не интересует, уходите, — отказывался слушать мужчина. — Позовите, пожалуйста, мать Влада, я поговорю с ней. — Нету, — буквально выпихнув ногу Елены Владимировны, мужчина с грохотом закрыл двери и провернул замок. Тренерша, оглушенная хриплым криком мужчины и хлопком двери, стояла в оцепенении ещё пару секунд. Сергей, видевший эту картину своими глазами, спустился на этаж Влада и посмотрел на учителя, в ожидании. А дальнейший исход был понятен: женщине оставалось только разворачиваться и идти домой. Перед тем, как уйти, она фыркнула себе под нос: «Хам». Сергей, казалось, был не просто разочарован, а подавлен. Столько всего наобещал другу, но после все планы вмиг разрушились, а самое обидное, что Сергей не смог бы ни на что повлиять. Елена Николаевна, прежде чем разойтись с учеником, что-то ему сказала, но фигурист пропустил всё мимо ушей. Ему было дико обидно за Влада, ведь оказалось, что всё и впрямь сложнее, чем он думал. Он лишний раз убедился в том, что Владислав тогда безосновательно оправдывал отца, а при первом взгляде на его поведение, уверенность Сергея в том, что этот мужчина не может оставаться безнаказанным, лишь крепчала.