We were childhood friends

Эндрю не нравилось ничего в новом доме, ни одна вещь. Ему не нравилось, что его спальня была такой большой, когда он был таким маленьким. Ему не нравилось, что каждая отдельная ступенька скрипит, когда на нее наступают. Ему не нравился запах в доме: он был отвратительным и пах как мусор. Ему не нравилось, что в доме вообще ничего не было. Ни дивана, ни кровати или каркаса кровати, ни даже ковров на полу. Поэтому он с громким воплем опустился на нижнюю ступеньку и скрестил руки. Просто чтобы дать понять маме, что дом его совсем не впечатлил. Ступенька заскрипела. Из гостиной донеслось хихиканье: Бетси смотрела на маленькую истерику Эндрю. Мальчик окинул ее взглядом и нахмурился. — Что случилось, дорогой? Хмурый взгляд Эндрю стал еще мрачнее от едва скрываемого веселья, прозвучавшего в вопросе. Он снова надулся. — Мне не нравится, — просто сказал он. Бетси наклонила голову в его сторону, явно давая понять, что хотела бы услышать более подробный рассказ. Еще одна пауза. — Дом. Мне он не нравится. — О? Бетси не ожидала, что Эндрю не понравится все в доме: она думала, что ему придется по душе хотя бы несколько вещей. Она подошла и опустилась рядом с Эндрю на ступеньку. — Почему не нравится? Эндрю задумался, затем неопределенно махнул рукой и пожал плечами. Ну просто так не пойдет, и всё тут. — Используй свои слова, малыш, — подбодрила Бетси. Эндрю нахмурился; у него хорошо получалось это выражение лица. — Воняет, — проворчал он. Бетси хмыкает, обдумывая этот анализ. Она делает вдох через нос и слегка гримасничает. — Ладно, да, пахнет, но мы можем это изменить. Что еще не так в доме? — Спальня. Это было неожиданностью. Бетси думала, что ему понравится его комната, поскольку она была намного лучше, чем комната в предыдущем доме. — Что не так с твоей спальней? — Она слишком большая, — пробубнил мальчик. Интересно. Бетси пытается скрыть свое веселье, когда отвечает. — А, понятно. Что ты имеешь ввиду под слишком большой? Она больше, чем твоя старая. — Слишком большая для меня. Бетси пытается получить разъяснения по этому поводу, но после нескольких секунд растерянного взгляда на Эндрю становится ясно, что она их так и не получит. — Ладно, все спальни одинакового размера, дорогой. Она думает, что сказать дальше, не совсем уверенная в том, что заставит Эндрю почувствовать себя лучше насчет своей спальни. — Ты можешь заполнить свою комнату разными вещами, и у тебя все равно останется место для игр. Разве это не хорошо? Едва заметные брови Эндрю нахмурились, но на этот раз не в гневе, а в задумчивости, что являлось улучшением. — Заполнить чем? Он смотрит на нее: ему явно нравится идея, но он смущен ей. Бетси хмыкает. — Большим книжным шкафом? Глаза Эндрю загораются, и Бетси понимает, что сорвала джек-пот. — Большой книжный шкаф для всех книг в мире! — восклицает он, и Бетси восторженно кивает. — Всех книг! — повторяет она в знак согласия, и рот Эндрю расплывается в зубастой ухмылке, а Бетси внутренне вздыхает с облегчением. Именно на такую улыбку она и рассчитывала. Эндрю взбегает по лестнице, чуть не доведя Бетси до сердечного приступа, так как он промахнулся мимо ступеньки, но все же удачно продолжил свой подъем. — Эндрю, будь осторожен, — мягко укоряет она, следуя за ним. Звук хлопнувшей двери его спальни предупреждает Бетси о том, куда он ушел, и она быстро спешит следом, входит внутрь и застает Эндрю посреди комнаты. Он смотрит на нее, когда она входит; его ухмылка все еще на месте, и он указывает на одну из голых стен. — Вдоль этой стены будет стоять большой книжный шкаф, мама! Он подчеркнул слово «большой», широко раскинув руки, и Бетси смиряется с мыслью, что им действительно придется установить книжный шкаф вдоль этой стены, и думает, как же ей найти такой большой. Может быть, объединить два или три, чтобы получился один гигантский? В любом случае она не показывает своего опасения и с энтузиазмом кивает вместе с сыном, когда он начинает рассказывать о всех книгах, которые он мог бы купить, и о том, какие книги, которые он недавно видел и хотел бы приобрести. Бетси тихонько вздыхает, понимая, что Эндрю на самом деле не ненавидит дом: он просто не знает, что делать с таким большим, новым пространством.

—

Нил с опаской наблюдал за своими новыми соседями с подоконника. Он не очень любил перемены и поэтому был не в восторге от них. — Что это ты так нахмурился? — раздается грубый голос сзади, и Нил поворачивается, чтобы посмотреть на своего отца, у которого в руках два стакана сока. Он протягивает один Нилу, который берет его и отпивает глоток. — Новые люди, — говорит Нил, показывая в окно на движущийся фургон перед домом рядом с их домом. — О, — простодушно замечает Дэвид, потягивая свой сок и наблюдая за домом вместе с Нилом. Ничего особенного не происходит: фургон остается неподвижным, и никто не выходит из дома и фургона в течение долгого времени. Это происходит до тех пор, пока из дома не выбегает маленький мальчик. За его появлением следует возмущенный крик молодой женщины, которая следует за ним. — Эндрю! Не делай этого! У женщины русые каштановые волосы, заплетенные в косу; несколько клочков волос вылетают из нее в явном отчаянии. — Ты не можешь вот так просто спрыгнуть с лестницы! Это опасно! Женщина отчитывает мальчика, положив руки на бедра и тяжело дыша. Мальчик, на которого она кричит, явно не обращает внимания, подпрыгивая на месте рядом с фургоном. — Ну же, мама! Я хочу зайчика! Он обиженно топает ногами и дуется. Вскоре после них появляется мужчина в униформе, которая соответствует логотипу фургона, с искаженным от чистого веселья лицом, глядя на маленького мальчика. Женщина смотрит на мужчину, улыбаясь ему овечьей улыбкой. — Не могли бы вы достать конкретную коробку раньше, чем остальные вещи? — спрашивает она. Мужчина улыбается. — Я попробую, но это может оказаться невозможным, если она находится под тяжелыми предметами. — Кролик! — заявляет мальчик — Эндрю. — Эндрю, будь вежлив! Мальчик хмурится и смотрит на землю, скрестив руки на груди. Мужчина усмехается. — Все в порядке, я понимаю, что тебе нужно во что-то поиграть, пока вы распаковываете вещи. Мужчина проскальзывает мимо Эндрю, который быстро отходит в сторону, как бы избегая прикосновения, что Нилу кажется любопытным. После завершения разговора Дэвид снова хмыкает. — Как насчет того, чтобы поприветствовать наших новых соседей? Лицо Нила сразу же становится хмурым, и он смотрит на Дэвида. — Да ладно, Нил, они кажутся милыми. И этот мальчик, кажется, твоего возраста, ты мог бы завести себе друга. Нил думает об этом секунду, а потом снова смотрит на мальчика. Он сейчас сидит на стене садика, небрежно покачивая ногами, и внимательно прислушивается к звукам возни внутри фургона. Кажется, он не так уж плох, —заключает Нил, и вдруг ему не терпится познакомиться с новым мальчиком. Он быстро оглядывается на отца, прежде чем спрыгнуть с подоконника и галопом помчаться к двери, но возвращается назад, когда проходит мимо дивана. Он смотрит на плюшевую игрушку на диване и думает о том, чтобы взять ее с собой. Нил берет ее в руки и прижимает к груди, затем смотрит на отца и кивает, показывая, что готов идти. Дэвид улыбается. — Надень обувь, — жестом показывает он.