Орудие времени

      Утро после посвящения в предвестники прошло странно — в воздухе так и витало ощущение повышения статуса Бернадетт. Вроде бы, вчера была обычным человеком, а теперь предвестница. Бернадетт, валяясь на кровать и стараясь не торопить и так быстро идущее время, усмехнулась. Девушка ещё не до конца осознавала вес своего нынешнего статуса. Она теперь могла сравняться с наставницей, с Капитаном и Панталоне. Панталоне вызывал у неё особые чувства, которые Бернадетт до этого никогда не чувствовала.       Одно дело Синьора — она эталон для подражания, так горячо любимая Бернадетт наставница, который смогла вдолбить ей в голову как нужно сражаться, как нужно вести себя, как нужно жить. Она много раз помогала ей — так и в мелочах, так и в серьезных вещах. Розалина была с ней с самого детства. И Бернадетт не знала почему восьмая предвестница пошла на контакт с маленькой Бернадетт.       А Панталоне… Лэй Чжу, если быть точнее, вызывал у неё странные чувства. То ли тепло в груди от одной мысли о нём, то негодование от этого самого тепла. Девушка прикрыла лицо рукой, растирая кожу до красных ладоней. А чувствует ли он тоже самое?..       Бернадетт много читала… О разном. О искусстве боя, в детстве о приключениях и дружбе, в подростковом возрасте о любви, потом о искусстве рисования. Неужели прочитанная ей тонна книг о любви в четырнадцать лет станет реальностью? Она боялась показаться глупой, несуразной, как и девушки в книгах. Бернадетт никогда не испытывала чувств, настолько сильных, что они вскружили ей голову. И она даже забыла на фоне всего этого о первом в её жизни серьёзном задании!       Девушка поднялась с кровати, прошлась по комнате босыми ногами, в зеркалах наблюдая за своими движениями. Они были грациозными — так двигается Коломбина и Синьора. Так, как её учили эти две женщины. Аккуратные, выверенные движения рук, хищный взгляд глаз со звёздами вместо зрачка… Бернадетт тряхнула головой, белые волосы упали на лицо, прикрывая аристократично бледная кожа, тонкие брови и губы, чуть суженные глаза.       Сегодня её первое задание — смысл она ещё не знала, но была уверена в том, что справится. Но где-то в глубине души были чувства, что она кого-то подведет, подставится, не разберется… Теперь от её решений зависит жизнь минимум нескольких человек.       Бернадетт сомневалась, много думала. Иногда много думать не очень полезно.       

***

      Бернадетт была готова спустя тридцать минут — шуба в пол, боевой костюм, меч в футляре, колчан со стрелами с цветными наконечниками за спиной и в руках лук. Кажется, пора показать Тейвату на что способна новая предвестница.       Девушка вышла за дверь, идя по крылу и ловя удивленные и восхищенные взгляды прислуги. Она чувствовала себя восхитительно — словно после очищения лимита самоцвета. Так всегда обычно бывает после очередной запущенной пули себе в голову… Бернадетт усмехнулась, спускаясь по одной из бесконечных лестниц Заполярного дворца. Нужно было зайти в крыло, где проходили все основные события в жизни Фатуи, не считая тронного зала Её Величества.       Она вышла на улицу, вдохнув свежий морозный воздух полной грудью и радостно улыбнулась. Сегодня Бернадетт ждут великие дела! Мерно падал снег, опускаясь покрывалом на и так промезрзлую землю, укрывая недавно счищенные крыши домов, что были близко к дворцу. Он находился на возвышенности, так что весь город с холма было видно во всей красе.       Бернадетт зашла в боевое крыло, наблюдая за реакцией находящихся там Фатуи. В кабинете планирования, который недавно был отдан Капитано за ненадобностью, её уже ждали. Девушка прошла по еще одному коридору и остановилась около двери, подняла руку и хотела постучать, но что-то её останавливало — может быть, страх? Такая простая и понятная человеку эмоция Бернадетт была знакома хорошо. Страх перед каждым разговором с Шутом и госпожой, страх перед каждым боем…       Она набралась смелости и постучала. Из-за двери послышался голос Капитана, приглашающий её войти. Бернадетт вошла внутрь и увидела стоящих полу кругом от Капитано людей — три девушки и четыре парня, всего семь человек. Они были разношерстными: создавалось ощущение, что мужчина, стоящий около стола с картами, набирал их по наитию, как будто первый отряд Бернадетт для него ничего не значит.       На Бернадетт бросила взгляд высокая рыжеволосая девушка, яркие голубые глаза которой смотрели на предвестницу с вызовом. Волосы её были убраны под шапку, но пара рыжих прядок выбивалась из строгого пучка, руки по-солдатски убраны за спину. Она была одета в обычную форму Фатуи, но в её сером кителе с синими полосками было что-то такое… Самобытное?       Бернадетт заметила ещё один интересующийся взгляд — рослый, по-настоящему огромный мужчина смотрел на неё так, что девушке показалось, что его взгляд не сулит ей ничего хорошего. Он смотрел на неё довольно долго, словно чего-то выжидая. Может быть, действий от предвестницы? Его руки, часть которых было видно из того же стандартного серого кителя, были покрыты сплошь и рядом шрамами, синяками и ссадинами. Бернадетт подумала о том, что он хорошо натренирован и может стать помехой в деле?..       Девушка перевела взгляд на женщину, которая стояла чуть ближе к Капитано, чем к остальным в помещении. Длинные чёрные волосы, завязанные в тугую косу, струились вниз по спине. Она что-то указывала Капитано на карте, тихо шепча то, что было понятно только им обоим. Кажется, она давно работает с ним — иначе мужчина бы не позволил стоять ей так близко, да еще и что-то указывать на карте.       Капитано оторвался от карты, подняв лицо, скрытое за непроглядной темнотой и тяжёлой маской, и произнёс:       — Доброе утро, госпожа Ковалье, — мужчина взглянул на наручные часы, кивая, — Ни минутой позже. Похвально, — девушке показалось, что Капитано улыбнулся? Или у неё уже крыша едет от волнения, — Я хочу вас познакомить с этими людьми.       Бернадетт быстро окинула взглядом остальных находящихся в комнате. Пиро-застрельщик, гео-застрельщик, другой рослый мужчина, маг цицинов… Хорошая команда получается.       — Это Борис, — Капитано кивнул на мужчину со шрамами на руках, — Если что-то пойдет не так, то он с лёгкостью может перенять командование на себя. Если вы, конечно, этого у него попросите, — названный Борисом кивнул и протянул широкую и сухую ладонь. Бернадетт протянула в ответ и молча её пожала. Их габариты шли вразрез с друг другом, удивляя девушку тем, насколько они разные. Когда на протяжении восемнадцати лет видишь одних предвестников, да щупленьких дипломатов Фатуи, такая разница в размерах поражала.       — Позвольте мне самой представиться, Капитан, — произнесла рыжая девушка в сером кителе, — Меня зовут Екатерина Снежановна, я буду выступать в нашей сегодняшней миссии дипломатом, как и Мария, — Екатерина кивком указала на женщину с чёрной косой, которая тоже смотрела на Бернадетт. Черноволосая улыбнулась предвестнице и помахала ей рукой.       — Приятно познакомиться, госпожа Ковалье, — Бернадетт никак не могла привыкнуть к новому имени и уже какой раз порывалась назвать своё настоящее, но знала, делать этого категорически нельзя. Это как не показывать никому самоцвет (правило, которое Бернадетт не раз нарушала), ведь последует жёсткое наказание.       — Позвольте мне объяснить смысл нашей миссии, — Мария склонилась над картой. Бернадетт подошла чуть ближе, руками опираясь о стол и следя за движениями тонких пальцев дипломата, — В Нод-Крае, на нашей территории, власть набирают мятежники, которые хотят свергнуть её Величество и перенять власть в свои руки. Мы должны либо договориться с ними по-хорошему, либо… Избавиться от них.       Бернадетт чуть склонила голову, внимательно слушая Марию и пытаясь переварить новую информацию. Мятежники? В Нод-Крае? Это было максимально странно — да, Фатуи жалуют явно не везде, но не могли же собственные работники взбунтоваться… Девушка тряхнула волосами, убирая рукой челку с глаз.       — И разобраться с ними, — послышался писклявый голос гео-застрельщика, — Предстоит нам с госпожой новой предвестницей? — Мария и Капитано одновременно кивнули. Бернадетт взглотнула, пытаясь подобрать нужные слова для своих новых подчинённых.       — Надеюсь, мы сработаемся, — девушка улыбнулась и уже собиралась идти к выходу, но обернулась в сторону Бориса, и поймала его взгляд — глаза его были наполнены ненавистью к Бернадетт.       

***

      Когда подчинённые забрали своё оружие в центре снабжения в том же крыле, предвестница и её команда отправились в сторону вокзала. К Нод-Краю им предстояло добраться на поезде, который идет прямо до Конструкторного исследовательского бюро куувяки на острове Паха. На них смотрели жители в городе, наблюдая за идущими служащими Фатуи. Фатуи в городе боялись и уважали — жесткие законы позволяли им беспрепятственно управлять городом. Конечно, основную работу выполнял мэр города Пульчинелла, но некоторые начальники охраны отправляли своих подчиненных для патрулирования улиц после комендантского часа.       Снежная находилась в состоянии войны уже несколько лет — скоро должна была начаться операция по сбору сердец бога и Царица ужесточила законы в городе, Нод-Крае и Подземном городе. Что-то подсказывало Бернадетт, что люди из Подземного города стали началом для бунта в бюро.       Спустя около двадцати минут ходьбы, группа дошла до вокзала. Большое здание, где постоянно сновали сотрудники встретило их теплом и запахом угля. Мария глубоко вдохнула воздух и сказала:       — Мои родители работали на вокзале. Папа — машинистом, а мама продавала билеты в кассе. Ну, до того как вокзал закрыли для обычных жителей.       — И как же вас занесло именно в дипломаты Фатуи? — безучастно, словно для галочки спросил Борис, рассматривая здание вокзала с расписным потолком и широкими окнам, выходящими на перрон с уже стоящим поездом и дымящимся локомотивом.       — Ну, стало интересно попробовать. К тому же после того, как вокзал закрыли, у нас закончились деньги. Пришлось идти на прибыльную работу, чтобы поддержать родных и отдать долги, — ответила Мария, — Госпожа предвестница, — обратилась к Бернадетт женщина. Девушка обернулась на её голос, — Позвольте личный вопрос?       — Да?       — Как вы попали в Фатуи? — Бернадетт этот вопрос застал врасплох и она не знала что ответить Марии, — Такая молодая и сразу попала в предвестники… — Ковалье прекрасно знала, что подчинённые будут задавать ей такие вопросы, не будут подчиняться её приказам — но чтобы так быстро? Единственное, чем Бернадетт могла доказать свою силу: это показать себя в бою. А что ответить сейчас девушка даже и не представляла.       Девушка качнула головой и начала лихорадочно искать в голове варианты ответа на вопрос Марии.       — Я была давно знакома с одним из предвестников, — начала Бернадетт, пытаясь выкрутиться, — И он помог мне быстро подняться по карьерной лестнице.       — Теперь понятно, как у нас отбирают предвестников, — с презрением сказал Борис. Бернадетт проигнорировала его слова, хоть и почувствовала в глубине души негодование.       Спустя какое-то время, они уже стояли около поезда и дымящегося локомотива. В глазах Бернадетт мелькнула по-настоящему детская радость и любопыство — девушка никогда не видела поезда вблизи, только читала в книжках, да на фотографиях смотрела. А тут, настоящий паровоз, на которым им предстояло ехать около шести часов! Бернадетт хотелось подпрыгнуть от радости и как можно быстрее оказаться внутри, ликуя от исполнения своего давнего желания, но сдержалась, все еще держа на лице маску невозмутимости.       Спустя около пяти минут ожидания, дверь вагона открылась и команду впустили внутрь. Так как ехать им предстояло в принципе не долго, вагон был сидячий. Группа прошла внутрь, осматриваясь. Так как среди них была предвестница, им повезло ехать в вагоне в одиночестве, а не с остальными военными, которыми был набит весь поезд.       Бернадетт не понимала, зачем же отправлять столько военных из Снежной в бюро, если и в Нод-Крае достаточно работников. Что-то начинало происходить, но Бернадетт пока что не понимала что. Теперь перед ней открывался свободный мир, которого девушка всегда жаждала. Конечно, она не могла отправиться в путешествие, как всегда хотела. Пока работа не выполнена — отдыха не будет.       Так всегда говорила Синьора во время тренировок, пытаясь закалить Бернадетт перед работой в качестве предвестницы. И у неё это прекрасно получилось. Теперь она — закаленный клинок, Ковалье, Фортуна. И Бернадетт не могла подвести своих учителей.       Девушка села рядом с окном, наблюдая сквозь стекло за бегающими туда-сюда работниками вокзала, занимаясь проверкой поезда перед отправкой. Рядом с Ковалье, на соседнем сидении, лежали аккуратно сложенные меч, колчан со стрелами и лук. Поезд дернулся и окружение начало медленно отдаляться от вокзала, сменяясь на вид других, старых составов и вагонов, рельсы расходились в разные стороны, по которым другим поездам предстояло уехать в разные уголки страны.       Бернадетт подперла рукой щеку и начала пялиться в окно. Постепенно её сморило — чтобы не отрубиться, девушка начала рассматривать своих спутников и то, чем они занимаются.       Борис сидел в самом дальнем углу вагона в одиночестве. Мария и Екатерина сидели друг перед другом. Девушка с косой положила голову на плечо, прикрыв глаза и, кажется, прислушивалась к окружающим звукам стука колёс о рельсы и тихие разговоры других пассажиров. Маг цицинов, гео и пиро застрельщик о чем-то переговарились. Бернадетт почему-то подумала о том, что они либо обсуждают её, либо предстоящую миссию. Девушка вновь перевела взгляд в окно, поезд заехал в тоннель. Пролетали точки света на сводах пещеры, внутри которой положили рельсы и тут…       На одном из сводов пещеры на пару секунд промелькнул знак фатуи, нарисованный то ли красной краской, то ли… Кровью? И поезд остановился, дернувшись и по ощущениям влетев в другой состав. Вагон команды замер как раз перед знаком. Они остались в кромешной темноте, которую освещали лишь лампы снаружи поезда. Словно специально был подсвечен символ, нарисованный на стене.       — Что это? — удивленно спросила маг цицинов, подходя к окну рядом с Бернадетт.       — Знак Фатуи, не понятно что ли? — резюмировал гео-застрельщик. Загорелся свет в вагоне и внимание уже не было приковано (как посчитала Бернадетт) к нарисованному кровью знаку. Команда разбрелась по вагону, уже не смотря на символ, а в голове Ковалье крутились сомнения. Нарисованный кровью знак Фатуи на маршруте, где должен был проезжать поезд с предвестницей внутри, внезапная остановка… Неужели мятежники это все подстроили? И их главная цель — ввести Заполярный дворец в смятение? Или… Им нужен кто-то из предвестников, который сможет перебежать на их сторону. Если таких ещё нет.              Спустя около пяти минут ожидания, поезд двинулся вперёд, наконец-то оставляя злосчастный знак позади в туннеле.       Бернадетт уже хотела провести оставшееся время поездки во сне, как услышала крик ворвавшегося в вагон машиниста поезда:       — Госпожа Ковалье! — девушка вырвалась из объятия подступающего сна и вскочила с места, подходя к мужчине, — Первые несколько вагонов захватили мятежники! Нам нужна ваша помощь!       Вся остальная команда тоже подорвалась с места и подбежала к предвестнице и машинисту.       — Сколько их? Сколько вагонов захватили? Да как вы вообще это допустили?! — спросила Бернадетт, разрываясь от злости. Машинист взглотнул и ответил:       — Среди пассажиров оказались подосланные мятежниками агенты, которые сейчас собираются вывести поезд из строя. Первые два вагоны под их контролем.       Девушка зло цокнула и подошла к своему сидению, взяв в руки все своё оружие. Она перекинула через спину колчан со стрелами, лук и серьезно настроенная, взяла в руки меч.       — Мы должны отбить поезд, — твердо произнесла Бернадетт, — Надеюсь, все готовы к бою? — команда кивнула и оставив машиниста в вагоне, отправилась в сторону второго вагона.       Среди пассажиров прошло смятение. Уже подходя ко второму вагону, почувствовался запах крови. Бернадетт покрепче завязала волосы в хвосте, твердо намереваясь отбить поезд. Это, в конце-концов, её долг. Борис размял шею, в руках держа двуручный меч. Екатерина и Мария приготовили пистолеты и ножи.       Вагон за вагоном, дверь за дверью, они приближались к голове состава. Подойдя к двери второго вагона, Бернадетт, до побелевших костяшек пальцев, сжала в руке меч и потянулась к ручке.       Дверь открылась, открывая взору кровавое месиво из доброй половины пассажиров вагона. Неужели парочка мятежников может убить столько военных? Ковалье первая вступила в лужу крови, которая растеклась под их ногами и двинулась дальше, к голове состава.       — Вероятнее всего, они там, — тихо произнесла девушка, сняв с плеча лук и достав обычную стрелу. Она остановилась прямо перед дверью и натянула тетиву, готовясь молниеносно выстрелить в противника, — Борис, откройте дверь и тут же отходите. Я попробую перебить хотя бы несколько, — сказала Ковалье. Мужчина кивнул и потянулся к ручке, чуть надавив на неё. Дверь открылась и Бернадетт стремительно выстрелила в стоящего рядом с проемом мужчину в форме Фатуи. Стрела попала прямо в сердце, воткнувшись в грудь там и оставшившись. Девушка тут же взяла вторую стрелу и выстрелила ещё раз, уже попав в шею женщине, которая стояла рядом со входом в кабину машиниста. На удивление, больше в вагоне не оказалось мятежников и тут до Бернадетт дошло — они все были на крыше.       — Они на крыше! — крикнула Мария, успев сказать это быстрее, чем Ковалье. Маг цицинов подбежала к окну и открыла его, высунув голову наружу и тут же получила пулю в лоб. Бернадетт дернулась. Тело больше ничего не держало и оно свесилось вниз через окно. Послышалось еще несколько выстрелов, которые противники решили выпустить как добивающие. Никто не решился подойти к погибшей девушке и она так осталась наполовину висеть на улице. Поезд все еще был на ходу, а это уже плюс. Значит у них было еще какое-то время.       — Нужно как-то добраться до них, чтобы не получилось как с Наташей, — шикнула Екатерина, кивком указав на мага цицинов.       — И как же нам это сделать? — спросила Мария, прислушиваясь к шуму за окном, надеясь, что мятежники не решат запустить обойму автомата в открытый вагон, рассчитывая на то, что они перебьют всех оставшихся здесь солдат разом.       — Мы можем попробовать договориться с ними? — предложила Бернадетт, мысленно отругав себя за свои слова. Ведь мирно уже не получится — они убили много народу в поезде.       — Ковалье, мирно уже не выйдет. Как минимум около десяти наших мертвы и один член нашей команды тоже мёртв! — крикнул Борис. Девушка опустила голову и тут внезапно в её голове созрел план:       — Я могу попробовать забраться на крышу бесшумно, — предложила предвестница, — И всех их перебить с помощью стрел или меча. Хороший план, Борис? — спросила Ковалье.       — Делай, предвестница. Если что, мы на подхвате.       Бернадетт поднялась с места и медленно открыла одно из окон. Поставила сначала одну, а потом другую, ногу на лавку, после становясь сапогом на окно и зацепившись рукой за скользящее внешнее покрытие вагона. Ладонь прокатилась, но девушка нашла кусок лестницы, которая похоже была предназначена для таких случаев. Бернадетт встала в полный рост и оттолкнулась от окна, скрывая звуки за рокочущем снаружи ветре. Когда она только забралась наверх, машинально потянулась за стрелами и луком. На вагоне стояли мятежники — десять человек, что были вооружены до зубов.       У Бернадетт не было выбора — либо убьют её и группу, либо она убьет их. И она выбрала второй вариант.       Девушка отпустила тетиву и стрела попала в спину одно из стоящего на вагоне мужчины. Тот вскрикнул и упал, а на Бернадетт обратили внимания и другие мятежники. Сражаться на крыше вагона движущегося поезда, конечно, дело непростое. Она отбросила лук в сторону и тот тут же попал в подпространство. Ковалье обнажила меч и понеслась на одного из бунтовщиков. Лезвие вошло ровно под ложечку. У него изо рта хлынула кровь и Бернадетт, намеренная довести дело до конца, вытащила меч и столкнула мужчину с крыши вагона. Тот успел лишь крикнуть…       После она понеслась на восемь оставшихся солдат. Одному Бернадетт смогла раскрасить лицо лезвием меча, оставив на нём прекрасные порезы и лишив человека глаз, другому она запустила стрелу в горло.       Бернадетт проглотила вязкую слюну, когда оставался последний стоящий на ногах мятежник. Девушка вытянула руку с мечом в руке вперёд, но мужчина почему-то не собирался атаковать.       — Я хочу поговорить с тобой, — произнес он, — Ты знаешь, почему мы бунтуем? — спросил мятежник. Бернадетт не изменяла своему намерению убить его, но удивленно вскинула бровь, — Потому что Царица не выполнила свое обещание. Мы завербованы. Наши родственники мертвы, хотя она обещала их спасти, — мужчина громко рассмеялся, зайдясь в истерике, — Чертова тварь! Придет время и она поймет, что такое настоящий мятеж! — крикнул мятежник и побежал на Бернадетт. Девушка, заставшая врасплох, не успела отреагировать и удар пришёлся ей по рукам, которые недавно крепко держали меч. Оружие вылетело из рук, Бернадетт прокатилась по гладкой крыше вагона, где как назло не было за что зацепиться… Она уже приготовилась к смерти от падения с движущегося поезда, ведь часы достать она не успеет, лестница далеко и, казалось, сейчас все для неё закончится…       Как внезапно, раздался выстрел из пистолета и чья-то крепкая рука схватила её за запястье. Бернадетт открыла глаза и увидела перед собой Бориса, что крепко держал её за запястье. Мужчина произнёс:       — Давай, предвестница! — девушка подтянулась, рукой пытаясь зацепиться за вагон, но лишь до боли сдирая ладони, оставляя красные разводы на белом покрытии вагона.       Бернадетт вновь забралась на крышу вагона и увидела мужчину, который недавно с ней разговаривал, в луже крови с дырой от пули во лбу. Девушка взглотнула, и оглянулась в сторону стоящей группы. Мария помахала ей рукой, как несколько часов назад.       Постепенно, на горизонте начали появляться очертания бюро. Бернадетт только сейчас обратила внимание, что они едут по огромному мосту и если бы не Борис, то она бы валялась где-то на дне морском.       — А ты молодец, предвестница.