звёздная пыль в стаканчике

Stay with me No, you don't need to run Stay with me, my blood You don't need to run

***

      — Ты выглядишь очень плохо в последнее время. В день, когда я встретил тебя на парковке, ты была такой…живой? А сейчас просто ни-ка-ка-я, — Мераль бесит Нэйта. Нет, даже не так: ему откровенно жаль сестру.       Эта истина, так глубоко засела в его мозгах, что он даже не пытался искоренить её. Как можно жить, когда твои интересы начинаются с группы поддержки и заканчиваются глянцевыми журналами? Ему такая жизнь кажется убогой и скучной. Куда веселее бороться за свое место под солнцем и вытряхивать из карманов последние центы просто, чтобы просуществовать хотя бы еще один день?       — Хочешь сказать, я выгляжу старше? Может это из-за коротких волос или из-за того, что все произошедшее застыло на моем лице, как в дурацких фильмах ужасов? — Мераль опустилась на колени, и принялась мыть полы. Мама для такого случая в прошлом году на распродаже купила швабру, но сейчас ей совсем не хотелось идти лёгким путём - тяжёлая работа всегда отвлекает лучше. — В любом случае, я всегда думала, что будет здорово, когда я перестану выглядеть ребенком.       — Ты и так ребёнок, — Нэйт это знал. Давно. И знал, какой бывает жизнь на самом деле. И Мераль узнает, к тому же еще не раз убедится на своей шкуре. Если они еще могут ощущать себя живыми, жить полной жизнью и наслаждаться ею, то сейчас самое время.       — Это просто ужасно, я не хочу осознавать тот факт, что точно такая же как мама, — она подняла его ногу и проползла мимо, стараясь не пропустить ни одного пятна.       — Хм, забавное сравнение, — Нэйт наивно полагал, что еще можно спастись, убежать, притвориться, чтобы не повторить судьбу мамаши. Он наблюдал за этими бесполезными попытками с издевательской ухмылкой.       — А если учесть тот факт, что у нас с тобой, к сожалению, одна мать, — Мераль подтянула ногой ведро, — то ты такой же неудачник, как и я.       — Эй! — он кинул в неё журнал, — Следи за языком. Ты моя должница.       — А ты в моем доме, и я в любой момент могу отправить тебя обратно к папочке.       Оба почувствовали, как между ними натянулась невидимая нить напряжения, и, когда в комнате наступила полная тишина, Нэйт понял - пора разрядить обстановку.       — Итак… у тебя всё серьезно с этим мальчиком в бандане?       Мераль не знала, что должна ответить на этот вопрос. По правде говоря, она сама никогда не задумывалась об этом. Их отношения просто плыли по течению. Эдди всегда был в нужное время в нужном месте. Бывали моменты, когда она думала, что он «немного мертв внутри», и слышать, как глубоко в его груди билось сердце, было утешительно. Когда Мераль просыпалась, и руки Мансона обвивали её, она ощущала себя в безопасности. Это чувство оставалось с ней независимо от того, далеко или близко чирлидерша находилась от него. В другие дни она просыпалась, и Эдди был на другой стороне кровати. Не целовал на прощание, ограничиваясь кивком или похлопыванием по спине.       — У него есть имя, — Мераль хмыкнула себе под нос, — Эдди. У нас все хорошо, почему ты спрашиваешь?       — Я до сих пор удивляюсь, что в 18 лет у тебя уже есть отношения, а я хожу по клубам в Сан-Диего, и всегда возвращаюсь один, — Нэйт вскинул брови вверх округлив глаза.       — Чтоб ты понимал, он первый раз позвал меня на свидание, когда мне было ещё 15, — дежурная улыбка Мераль привычно появилась на лице. — Мы ели бургеры в забегаловке возле библиотеки, и он рассказывал, как его друг Гарэт упал в фонтан 4-го июля.       Она медленно моргнула, слегка поворачивая голову - условный знак оставить её одну.       — Ладно, скоро приедут твои родители, не хочу попадаться на глаза, — парень медленно и почти по-доброму провел рукой по её голове. — Ты знаешь где меня искать.       — До связи.

***

      — Спрячь когти, Мераль, — меняется тон у мамы, и по позвоночнику ползёт змея незаслуженного стыда, — ты могла бы помыть полы и шваброй.       Она сжимает зубы, останавливая движение пальцев.       — Мы пойдём спать, приготовь ужин для Лидии потом, — папа целует её в макушку, и уходит, как только мама одёргивает его. Это оставляет после себя неприятное предчувствие, обещающее плохой разговор.       Мераль не стала больше ничего делать, пнула ведро с водой и выкинула тряпку в окно, чтобы та не напоминала об испорченном маникюре.       — Эм! — рация зашипела в кармане.       — Мераль! — ну наконец-то, а то она уже подумала, что про неё забыли, и её имя на доске с планом по спасению Эдди вычеркнули первым делом.       — Я тут, приём, — Мераль остановилась на верхней ступеньке, временно утратив способность двигаться, объятая страхом - воздух со свистом входил и выходил через легкие.       — У нас ужасные новости, просто отвратительные, — Дастин вдруг замолчал, что необычайно сильно выбесило.       — Говори давай!       — Мы не уверены, но похоже, Джейсон и его «тигры» едут к Рику домой, — под натиском внутренних катаклизмов, Мераль почувствовала, как разламывается оболочка Антарктиды. Она останавливает взгляд на двери своей комнаты, и чувствует напряжение.       — Рику?       — Это тот чувак в лодочном сарае, от которого прячется Эдди… — пояснил Дастин.       — Будьте на связи! Я сама поеду туда, и разберусь с этим. Если что, заберу Эдди к себе домой.

Ответа не последовало.

      — Понял меня, Дастин? Никуда не выходите.       — Понял тебя, приём.       Она старается сохранить спокойствие, но за секунду глаза распахиваются до невозможности.       — Ну чтож, видимо у меня нет другого выбора, как прямо сейчас проверить свои способности вождения машины? — внутри сжимаются лёгкие, становится плохо, как будто ей попали футбольным мячом по рёбрам.       Ночи в Хокинсе холодные, темные и пугающие. Выходя в поздний час на улицу, так и ожидаешь увидеть какую-нибудь нечисть, выглядывающую из-за мрачного дерева или жестокого убийцу Крисси Каннингем. Нет, ночной город не для детей и романтических прогулок, но в самый раз для одинокой чирлидерши в новой форме. Она стучит подошвами по асфальту в гараже, вертит головой то в право, то влево, пытаясь разглядеть каждый уголок, каждую деталь, каждую дождевую каплю на лобовом стекле папиной темно синей Империал.       — Собираешься проехаться с шиком? — папа стоит в дверном проеме скрестив руки. Он выглядит совершенно спокойным, даже замечая у неё за спиной свое ружье. «Проехаться с шиком - это точно», — думает Мераль. Шика могло прибавиться только в одном случае - если бы её везли в катафалке.       — Ты ведь не скажешь маме…? — она смотрит на него с большой грустью в глазах, потому что знает - папа именно тот человек, которому легче смириться с бешенством своей дочери, чем кричать и унижать.       — Если обещаешь вернуть машину без единой царапины, и никого не убивать из ружья, — папа смеётся и в шутку трясёт пальцем как в старые добрые времена, когда он ещё имел над ней хоть немного власти.       — Сам же говорил: никогда не обещай того, чего не сможешь выполнить хотя бы на 99,9%, — Мераль быстро садится в машину, ружьё кладёт на сиденье рядом, и уезжает так быстро, что папа успевает лишь услышать визг шин.       — Я точно сейчас правильно поступил? — голос в его голове заставляет задуматься лишь на пару мгновений, затем он снова как ни в чем не бывало разворачивается намереваясь хорошенько отоспаться.       Незнакомый мужчина в красной куртке на Камри долго пытался держаться наравне с синей Империал. Впрочем, когда до нужного поворота оставался один квартал, Мераль решила, что игры можно прекращать - ведь на кону жизнь человека. Выжав педаль газа до упора, она переключила рычаг и рванула так быстро, что с заднего сидения в окно повылетали все газеты и журналы мамы.       — Чертов кретин, чертовы баскетболисты! — Мераль била руками по рулю, а машина ревела, поэтому можно было кричать сколько угодно - никто не услышит ее через рёв мотора.

***

      — Эй, проверим дом. Этот псих точно где-то тут, — Джейсон поморщился. Он наконец-то вышел на след Эдди, и упускать его теперь точно не собирался.       — А что это...? — Патрик взглянул на одиноко стоящий лодочный сарай. Ну конечно! Сразу надо было отправиться туда.       — Хендерсон! Хендерсон твою же ма-а-а-ть! — Эдди почти смирился, что никто не придёт на помощь.       Но он ведь в лодочном сарае, а значит, лодка у него уже есть.       — Давай, давай, заводись колымага! Нам нужно отсюда свалить! — он начал дергать кикстартер с такой силой, что сразу стёр палец в кровь.       — Эй, фрик! Думаешь, мы до тебя не доберёмся? — закричал Карвер как только его заметил.       Он не успел сделать и шага, как синяя Империал остановилась рядом, светя фарами в лицо.       — Джейсон! — Мераль выходит из машины, и обращается к нему даже не смотря в его сторону. Все равно не заслужил.       — Так мы её, что ли, ждали? — смущённо отзывается Патрик за его спиной.       Мераль злится. Она хватает с переднего сидения ружьё и целится в них.       — Мераль, не нервируй меня, ты же знаешь, как я это не люблю.. — шепчет Эдди, смотря в её бушующие глаза.       Она изо всех сил пытается создать иллюзию полного спокойствия, но коричневые веснушки, проступающие только в мгновения сильного эмоционального напряжения, выдают её полностью.       — Ты, нахрен, тут самый умный? — чирлидерша подходит ближе, пользуясь ситуацией и бьет Джейсона прикладом прямо в нос.       — Ауч! Ты что творишь? — он хватается за нос, отшатываясь.       — А ты, идиот? — Патрик скидывает куртку и бежит к воде, но поздно - патрон со свистом пролетает над его ухом.       — Эй-эй-эй, Мераль, да? — голос Карвера спокойный, почти убаюкивающий.       — Мераль твою мать! Выкинь эту херню из своих рук! — глаза Эдди от ужаса стали круглыми, он знает - если приедут копы, им конец.       Джейсон явно не на шутку разозлился. Он наступил со всей силы ногой на ногу Мераль и ударил её головой в нос так, что чирлидерша упала назад.       — Ах ты! Да я тебя! — позабыв о ружье, Мераль пытается встать. В глазах двоится, она отчаянно борется с бешено бьющимся сердцем и, наконец, кидается вслед за баскетболистами в воду.       На полпути Патрик вдруг исчезает из виду. Джейсон крутит головой, пока Эдди тянет Мераль руку, чтобы та залезла в лодку.       — Какого хрена ты сделала? — Мансон отшатывается от неё стуча зубами.       И когда тело баскетболиста вылетает из-под воды, и начинает выкручиваться точно так же, как Крисси Каннингем, Эдди чувствует, как на глаза наворачиваются слезы, и ощущает удушье. От этого хочется кричать, и он бы точно это сделал, если бы горло не жгло.       Гнетущая атмосфера ожидания чего-то зловещего нависла над ними словно грозовая туча.       — А-а-а-а! — Мераль закричала что было сил и не в силах себя сдерживать упала в воду.

***

      — Давай руку, черт тебя дери! — Эдди захотелось завыть от досады.       — Что это такое было…? — Мераль и без Эдди прекрасно знала, что ничего не понимает, именно поэтому и задавала вопросы. — Что за ерунда?       — Я не хочу даже думать об этом, но нам пора валить отсюда, — заставил себя ответить Мансон и поразился тому, как обыденно и безразлично прозвучал ответ.       — Нет… это какой-то бред. Это… Это.. — Мераль делает пару шагов назад.       Через секунду Эдди крепко хватает её за руку и бежит изо всех сил, куда только несут ноги. Начинается дождь, капли стучат по поверхности земли, как барабанные палочки, а видимость настолько плохая, что видно едва ли на расстоянии трёх метров. Они останавливаются возле какой-то из палаток в лесу. Вокруг темно и пусто. Рядом ни души.       — Я сейчас умру, — Мераль жадно хватает ртом воздух, словно не могла дышать всё это время, — серьезно.       Несмотря на то, что каждая мышца тела болела и все оно от макушки до пальцев ног было покрыто синяками и ссадинами, физическая боль не шла ни в какое сравнение с эмоциональным потрясением из-за пережитого буквально только что. Теперь все встало на свои места: Эдди больше не питал иллюзий по поводу выживания в лесу. Ему словно поставили окончательный диагноз - рак в терминальной стадии.       — Не поверишь, я тоже.       — Этот треклятый ужас нас не собирается оставлять, и мы точно скоро сойдём с ума, — Мераль перевернулась на спину. — я теперь точно уверена, что за этой хренью стоит Векна. Нам нужно… нам нужно его убить. И чем быстрее, тем лучше. Потому что, судя по моим ощущениям, я стану его следующей жертвой, а ты так и останешься с клеймом убийцы.       Эдди страшно захотелось пожать ей руку; она высказалa вслух именно то, что давно вертелось у него самого на языке. И все-таки просто сидеть и ждать своей участи было тяжело; очень хотелось что-то сделать, но Мансон заставил себя лежать дальше и продолжал молчать.       — Я знаю, знаю.       Как только дождь прекратился, Эдди вышел из палатки, прислонился спиной к дереву и сполз вниз по стволу. Мераль без смущения подошла ближе и решительно приподняла его веко, разглядывая расширившийся зрачок под светом фонаря. Откуда-то несло сигаретным дымом, и его бледное лицо и прерывистое дыхание говорили, что он сейчас вернет свой завтрак наружу.       — Эдди, — она потрепала его по голове. Гитарист хотел было отпрянуть, но сил хватило лишь на вялое покачивание. — как ты?       Происходящее казалось не более, чем дурным сном.       — Я говорил тебе уже, что не могу переживать это снова и снова! — дорожки от слез заблестели на его щеках. Пальцы, сцепленные вместе, нервно дрожали, и Эдди готов был провалиться сквозь землю. — Я схожу с ума, твою мать. Это просто какой-то бред.       Мераль отошла от него, села облокотившись спиной к стволу дерева прямо напротив, и вытянула одну ногу так, что подошвы их промокших кроссовок касались друг друга.       — Нам нужно где-то переночевать. У тебя видок просто очумительный. — Эдди даже не поднял на неё взгляд.       Они были похожи на охотника и жертву. Это была смертельная игра: кто же выживет? Никто не хотел сдаваться. Даже если в голове возникали идиотские идеи вернуться, мозг, включивший режим безумия, уже не хотел возвращаться в привычное состояние и заканчивать игру.       — Да, я в курсе, — он махнул рукой. — Как ты узнала, куда надо приехать?       — Спасибо чуваку из проката фильмов, он не только рассказал мне, что ты был у него с Крисси, но и помог достать адрес Рика, живущего у озера в городе. — Мераль хмыкнула, из всех интересующих вопросов он решил задать самый очевидный.       — А-а-а, ты просто без тормозов! А если бы копы увидели тебя с пушкой? Черт, Черт, Черт. Дерьмо, — Эдди почувствовал, как глаза застелила пелена, но вовсе не слёз, а унижения, стыда, а самое главное - ярости и гнева. Он начал трястись, руки ходили ходуном. Если бы его состояние было материальным, он бы уже взорвался.       — У тебя тут, — он не церемонясь ткнул себе пальцем в висок, — тут, Миллер, у тебя ничего нет.       Наконец, избавив себя от волны злости, Эдди легонько толкнул ногой Мераль, и отвернулся, мечтая поскорее достать сигарету. Это самый тайный его порок. Курение успокаивает и плевать, что убивает.       — Промокли, вот же черт! У этих туристов нет сигарет тут, или травки?       — Совсем долбанулся? — она проводит рукой по мокрым волосам и чуть вопросительно поднимает брови.       Мансон понимает, что на него действует нечто нематериальное. Он на нервах и хочет поскорее кого-нибудь забить гитарой до смерти, чтобы сесть в тюрьму и горбатиться там за шоколадный батончик и больше никогда в жизни не видеть то, что он снова увидел там на озере.       Они сидят в тишине несколько минут, пока Эдди не подпрыгивает так резко, что Мераль бьется головой об дерево.       — Итак, раз уж мы остались тут, и у нас нет возможности куда-то свалить.... — он разворачивается к ней и поднимает указательный палец вверх, — хочешь поговорить?       — Поговорить?       — Ну да, типа, о жизни и все такое, — Эдди садится напротив неё.       Мераль молчит, потому что не знает, что может рассказать о себе. Молчание - это неловко. Многие люди не любят подолгу молчать, наверное, потому что боятся анализировать. Думать о чём-то важном, осознавать бессмысленность всего разговора и ненужность потраченного времени. Но их молчание было дороже любого слова. Мансон и Миллер казались другими, не как все остальные парочки.       — Ты когда-нибудь задумывался о том, что ты чувствуешь когда влюблён или типа того? Ты иногда кажешься максимально неромантичным, — Эдди задумался и сразу дать ответ не смог.       — Любовь… — он помедлил, опуская голову вниз.       — Можно легко понять, когда ты любишь своего кота или дождь за окном, или играть на гитаре. Но сложно понять, что такое любовь, когда ты имеешь дело с человеком.       — А ты имеешь? — Мераль интересуется, разглядывая свои ноги. На кроссовках снова кровь и грязь.       — Представь себе-е-е! — Эдди смеётся и легонько бьет её кулаком в плечо. — Почти четыре года. Фига как время летит, да?       — Сама в шоке, — она хмурится и старается понять не обманывает ли он.       Мераль медленно повернула его голову в сторону и провела пальцами по лбу убирая мокрые волосы с лица. Заметив, что Эдди немного завис, она щелкнула пальцами прямо перед носом:       — Эй, я не слишком лезу к тебе сейчас?       Заморгав, Эдди помотал головой:       — Нет. Сделай так еще раз, — слова сами вырвались.       Мераль стала распутывать колтуны в его волосах, и Мансон мечтательно закрыл глаза. Он вспомнил как хорошо было лежать в своей кровати, играть на гитаре, болтать с дядей или убегать от мамы Мераль через окно. Как хорошо было спокойно жить. Даже с клеймом «фрика».       — Твоя мать - сучка, — он вдруг ловит её руку и целует. — Прости, я знаю, что мы не выбираем родителей. Но тебе явно не повезло.       — Для мамы забота - оскорбление, — Мераль вздыхает, и ведь не поспоришь, Эдди абсолютно прав. — Она лучше глотку тебе перегрызет и будет смотреть волком, чем признается в желании уговорить тебя надеть бомбер, если на улице ебучка, а не погода.       Мансон сильнее сжимает её руку. Мераль просто хмыкает и складывает руки на груди - дескать, тут даже ежу понятно, что сейчас начнется.       — У неё серьёзные проблемы с головой, хотя я даже не знаю, как ее растили. Бабушка с дедушкой умерли почти в один день, когда ей стукнуло 19. В школе мама была занудой, её много травили, один раз даже засунули в мусорный бак вверх ногами. Поэтому…поэтому я думаю, что жестокость сделала ее такой сумасшедшей, — Мераль бьёт кулаком в дерево, и встаёт с места.       — Эй-эй-эй, — Эдди бросается ей в след, пытаясь схватить за её кофту, — успокойся, подружка.       — Знаешь, что самое хреновое в этой ситуации? — Мераль утыкается лбом ему в плечо и хмыкает. — Теперь забота для меня как ошейник с шипами.       — Типа, не ценишь - дверь открыта, а ключи в первом ящике, чтобы не проебать по карманам? — он прекрасно понимает её, потому что сам не умеет заботиться, но старается из-за этого не упустить шанс быть с ней.       — Точняк.       Эдди слушал, и был почти уверен, что такую бедняжку как Мераль в отношениях с таким фриком как он, ничего хорошего не ждёт. Она выступала на соревнованиях по чирлидингу, гуляла с Крисси после школы, делала маникюр, жила обычной подростковой жизнью и иногда ходила с ним на свидания. Теперь они сидят ночью в глухом лесу, прижавшись друг к другу, чтобы согреться, потому что сбежали с места преступления Векны, сбежали от копов и от реальности. Эдди винил себя за это, но с другой стороны; если бы она не хотела такой жизни, то не была бы с ним здесь и сейчас, да?       — Тебе необязательно было спасать мою задницу, — он снова взял её за руку.       Эдди задумался: а если все-таки их что-то ждет? Что тогда? Он заберет ее, выкрадет или отобьет у ее семейки? Что он может ей предложить? У него даже дома нет, он - беглец, прячущийся в лесу от копов, без денег и перспектив. Что ее ждет с ним? Какая-нибудь лачуга, наподобие той дыры, где он живет и загубленная юность?       — Мой папа всегда говорил - не обещай того, чего не сможешь выполнить хотя бы на 99,9%, — Мераль чувствует к чему он ведёт, и ей абсолютно нестрашно. Она заранее знает его ответ. Эдди Мансон для неё как открытая книга.       — А я обещала, что буду рядом с тобой, когда ты сойдёшь с ума.       — То есть ты была уверена, что нужно быть в том месте, в то время? — предводитель клуба хлопает рукой по голове.       — А как иначе, Эдди?       Уэйн Мансон так часто твердил своему племяннику о том, что ему нужна цивилизация, чтобы выжить в этом суровом мире, и цивилизация не должна ограничиваться хэллфаером и его подружкой. Но он ошибался: Эдди не нужна цивилизация, она нужна Мераль, а Эдди необходимо, чтобы та была довольна.       Мераль же хотела стать капитаном команды поддержки, хотела вырваться из той трясины, куда ее загнали. Она умная и не должна потерять себя в серости Хокинса. Путь варваров не для нее. Он готов, готов сделать все, что она захочет: приносить ей яблоки после тренировки, иметь возможность провожать до дома, только бы Мераль было хорошо, только бы ее большие голубые глаза смотрели на него так же, как тогда, при первой встрече.       — А ты? Какое было твое детство? Ты никогда не рассказывал, — Мераль посветила на него фонариком.       Эдди раздраженно щелкает пальцами, когда речь заходит о его детстве. Ему хочется поскорей куда-нибудь спрятаться. Надо собрать по кусочкам израненную гордость и постараться вернуть утраченное душевное равновесие.       — Помню, когда я был маленьким, больше всего меня волновало: получу ли я велосипед на день рождения, или разрешат ли мне съесть пирожное на завтрак. Один раз я так сильно долбанулся головой упав с лестницы, что маме пришлось уехать с работы пораньше, чтобы отвезти меня в больницу. Она потом долго ругалась за то, что я не перестаю бегать по дому как сумасшедший и драться с воображаемым драконом. И мой папа… он в тот день купил для мамы новую гитару. Без шуток! Она очень любила играть на гитаре, и коллекционировала их. В гараже не хватало места для папиной машины, потому что моя мама приносила с барахолок новые гитары. И тогда я подумал, что эта гитара будет моей, — Эдди легонько тряхнул головой, проваливаясь в детские воспоминания. — Но когда я стал взрослыми - все изменилось. Серьезно! Не надо обманываться видом новых кроссовок, классного секса и отсутствием родительской опеки. Это у тебя и так есть.       — Быть взрослым - значит быть ответственным, — пояснила Мераль.       — Хренова ответственность - это ужасно. Все очень плохо. Взрослые должны бывать в разных местах, делать иногда очень тупые вещи, прям как твоя мамаша или допустим зарабатывать бесполезные деньги, платить за квартиру. А если ты - херов хирург, который держит в руках человеческое сердце - привет, вот она глупая ответственность! Велосипед и пирожные просто цветочки? А хуже всего, когда ошибаешься, а исправить уже ничего не можешь…       — Ошибаешься?       — Ну да, типа, говоришь обидные слова, а потом не успеваешь извиниться за это. Потому что человек умер. Я сказал своему старику в день твоего ухода, что он полный балбес, и я бы с радостью больше не приходил домой. А теперь понял, что та ситуация - херня, по сравнению с тем, что мы делаем сейчас. Он, наверное, сильно волнуется за нас с тобой, потому что взрослые меньше обращают внимание на сказанное, если они любят - то любят. И нет никаких «этот долбоеб меня обидел, значит он мне больше не сын/дочь/пёс», — Мансон старался сдерживать себя, он ненавидел корочку от пиццы и плакать, но как же чертовски хотелось сейчас и того и другого.       — Надо, пожалуй, почаще хвастаться такими историями. А то живешь как дурак, взрослеешь и забываешь, что на самом-то деле ты - великий герой, которому даже море по колено! — Мераль улыбается мрачной улыбкой.

***

      — Билл, где машина? — мама сама пугается своего голоса, так странно он звучит, почти на выдохе, как в соплежуйском романе. Но ее прерывает прокуренный голос Уэйна Мансона подходящего к дому.       — Какого хера там происходит? — спрашивает Мансон, поправляя воротник куртки.       — Ах! Ещё и ты, Мансон! А ну-ка иди сюда! — она хватает Уэйна за рукав и быстро затаскивает в гараж, чтобы его не заметили. Как только дверь закрывается, она налетает на него с криком и размахивает руками:       — Нихера! Нихера, Уэйн, не произошло! Твоими, гребаными, молитвами! Я просто обнаружила, что моя дочь сбежала ночью на машине, хотя она даже не умеет водить! И я точно уверена, что она уехала искать твоего треклятого племянника, — Келси не заканчивает свою тираду. Она не умеет делать что-то наполовину. Ненавидеть - так всей душой. Любить - ни за что. — Знаешь, что я хочу тебе сказать? Я не для этого растила её! Я хочу, чтобы моя дочь была обычным подростком, а связь с твоим бешеным племянником всё портит.       — Какого хера ты несешь? — он сбит с толку, глядя то на идущего к ним Билла, то на орущую мать Мераль.       — Это еще что за цирк? — Билл входит в гараж как ни в чем не бывало, на нем болтается синий халат (прямо в цвет его машины), и на ногах два разных носка. Кажется, ему абсолютно плевать почему его жена на сей раз устроила скандал.       — Это Уэйн Мансон, который живет в Форест Хиллз. Пока ты тащил сюда свою жопу, он меня трижды мог убить как его племянник. Так что пошел ты нахер, Билл, и ноги моей здесь больше не будет, считай я ушла в отпуск, — выплюнула Келси и, оставив мужа в полнейшем недоумении, поспешила уйти в дом.       — Я как раз шёл к вам, чтобы спросить насчёт Эдди и Мераль…. — Уэйн развёл руками. Видимо и они не знают ответа.       — Эй, — Билл окрикивает Мансона почти сразу, — извини за то, что она накричала. Я свяжусь с тобой, как только появятся новости, окей?       — Премного благодарен, Миллер. — не разворачиваясь, он поднимает ладонь и машет (прямо как Эдди).       — Келси, ну? Зачем ты так набросилась на бедного старика? Мансону не лучше, чем нам с тобой, — папа устало потёр глаза, ей-богу - он бы давно ушёл из этого дома. Но его останавливают лишь две дочери, Лидия, которая всегда засыпает вечером положив голову ему на колени, и Мераль, о чьих подвигах знает весь город - она чирлидерша с отличными оценками, королева школы и всего-навсего девушка Эдди Мансона.       А его жена из тех, кто носит белое так, что грязь не пристает, боится, стесняется. Сверкающие воротнички, наглаженные манжеты и безупречная репутация.       — Гребаный святоша, — она достаёт из посудомойки два сверкающих бокала и бутылку дорого вина - иначе снова поссорятся. — Ты правда думаешь, что её связь с Мансоном приведёт к чему-то хорошему?       — А почему нет? Мераль отличная спортсменка, превосходная ученица, всеобщая любимица. Не вижу никаких преград к её детской влюблённости в этого парня, — папа берет ее за руку, и пламя выжигает к дьяволу все нервные окончания, будто избавляет от боли.       — Детской? А что, если это окончательно? И они потом поженятся, переедут в какой-нибудь трейлерный парк, будут курить там чёрти что, и наша дочь просто забьет на всё, ради чего мы пахали как черти? — Келси почти соглашается с мужем, но все равно горит изнутри от злости, как проклятая ведьма, облитая бензином. Она чувствует эту злость двадцать четыре часа в сутки, без выходных и праздников.       — Брось, Кел, — Билл отпивает из бокала и подливает себе ещё. — Скорее Мераль заставит его уехать с ней в колледж. И тогда точно не о чем беспокоиться. Ну, ты же знаешь нашу дочь, и должна понимать - она взрослая, и наша задача направить её на правильный путь, а не мешать.       — Возможно ты прав… Но этот Эдвард Мансон…. — она кивает, все еще сонная, и сомневается, не слишком ли все происходящее сюрреалистично.       — Еще немного - и я решу, что ты ревнуешь.       — Хах, не дождёшься.       Смех у мамы образцовый, мелодичный, как серебряные колокольчики. Только вкус металла остается на кончике языка, ощущение будто рану облизала.       — Так… ты отдал Мераль машину, Билл? — вдруг вырывается у нее, и это всё портит.       — Ну началось!

***

      — Ах да! Я вспомнила, о чем хотела спросить! Почему ты выбрал именно меня? Разве у нас в школе не было более… — Мераль делает вдох настолько глубокий, насколько может вдохнуть.       — Более фриковатых?       — Тип того, давай сюда, — они берутся за руки, чтобы перелезть через поваленное дерево.       — Потому что ты красивая, и умная, а ещё игнорировала меня, из-за чего нам приходилось тайно встречаться в кладовке. Ты определенно мой тип. А ещё мне нравились эти чирлидерские штучки, которые ты делала, — Эдди усмехнулся так громко, словно сам не верил в свои слова.       — Извини, что ты сказал?       — Идеально, — его глаза привыкли к бледному свету луны, он начал различать разные степени темноты. Густую черноту леса и менее темную траву под ногами.       Они шли по прямой - насколько это было возможно, учитывая количество сосен, попадавшихся на пути. Никто из них не знал, куда они направлялись. В голове не было никакого плана - разве что план, как можно дальше углубиться в темноту леса.       Поэтому Мераль и Эдди просто продолжали идти за друг другом, продираясь сквозь растения, задевавшие коленки, по направлению к узкой тропинке, по обеим сторонам которой росли небольшие кусты с ягодами.       — Это довольно мило, никогда бы не подумала, что Эдд… А-а-а-а-! — её нога провалилась в пустоту, а за ногой последовало и все тело. Земля разверзлась, и теперь она летела вниз в кромешную тьму.       — А! Мераль! — Эдди вдруг опускается на четвереньки.       Мераль приземлилась на что-то мягкое. Это было похоже на сено или мох. Девушка взглянула наверх, на большое пятно света, и поняла, что они просто не заметили, как взобрались на склон.       — Мера-а-а-а-аль! — Эдди продолжал выкрикивать её имя, но в ответ слышал только эхо. Он огляделся вокруг, пытаясь высмотреть Мераль внизу, но не увидел никаких признаков ее присутствия.       — Эдди! — она перекатилась на бок и попыталась встать, но у нее получилось только подняться на четвереньки.       — Мераль! — казалось, будто деревья каким-то образом двигаются вокруг него, словно облака, которые перемещаются в другое место, пока ты на них не смотришь.       — Мераль! Ну, пожалуйста, Мераль.       Голос Мансона теперь звучал тише. Он еще не успел испугаться по-настоящему, но уже потерял былую уверенность, и прислонился к дереву, обхватывая голову руками. Глаза наполнились непрошенными слезами.       Эдди разозлился на себя за такую абсурдную реакцию, обхватил руками колени и постарался сжаться в крошечный комочек. Может, если он сам станет меньше, бессмысленная боль тоже уменьшится?       — Пожалуйста, Мераль. — уткнув голову в колени, он позволяет парочке слезинок стечь по щеке. Как глупо. Глупо горевать о том, что ещё не потерял.       Шурх. Хрям. Брясь.       — Кто здесь? — произнес он, подпрыгивая на ноги. Ему показалось, что позади него хрустнула ветка. — Мераль?       Но девушки нигде не было видно. Он услышал треск ветки еще раз, и потом еще. Шаги точно приближались к нему.       — Эй! — Эдди попытался сдвинуться с места, но страх приковал его к земле. Где-то в отдалении он услышал звук. Едва слышный крик, как будто кто-то упал. Мераль?       — Миллер! — позвал он, двинувшись в том направлении. Но потом услышал кое-что другое. Собачий лай.       Обернувшись, он увидел собаку.       — Иди обратно! — крикнул Эдди. — Иди обратно домой к своим хозяевам.       Пёс, казалось, пытался пролаять то же самое, но ни один из них не понимал другого.       — Кыш, пёсик! — снова попробовал Эдди.       Снова лай.       — Иди домой, тупая собака! Иди обратно домой!       Собака прекратила лаять, но с места не сдвинулась. Мансон уже было двинулся вглубь леса, но тут из кустов вышел парень с блестящей серьгой в ухе - Нэйтан.       — Ты? — они выкрикнули одновременно. Эдди оступился и упал.       — С какого хрена ты по лесу гуляешь, придурок? — Нэйт перегнулся к Эдди через куст, наклонив голову совсем как кошка, которая вот-вот бросится на мышь. — Давай руку, идиот.       — То же самое могу у тебя спросить, — он схватился за его руку и поднялся на ноги.       — Я серьезно, что ты тут делаешь? И ты… — Нэйтан бесцеремонно провёл рукой по его мокрому джинсовому жилету, — весь мокрый, как битая псина.       — Эй! — Эдди встряхнулся и принял боевую стойку, — Полегче с руками. Забью нахрен, если дёрнешься.       Нэйт вдруг посмотрел на него печальными, широко распахнутыми глазами, словно хотел сказать что-то. Попросить прощения? Что-то объяснить?       — Решил искупаться?       — Ну, я вообще-то ищу твою сестру, — на мгновение наступила тишина, которая, судя по всему, принесла большое облегчение Эдди, а потом Нэйтан взорвался от крика.       — Где ты уже успел её потерять, идиот?!       — Да если бы я только сам знал куда она провалилась, я даже ничего сделать не успел, как Мераль исчезла у меня из виду! — Эдди яростно замотал головой. — А тут ещё ты, гребаный дегенерат, мне будешь читать нотации о том, что я сделал? А-а-а-а!       Мансон злился, и злость его выражалась почти физически, он обошёл сосну и ударил по ней кулаком, пока Нэйт стоял, открыв рот в изумлении.       — Делай что хочешь, — пробурчал Нэйт, делая шаг назад, — но я не собираюсь возвращаться, так что, если хочешь, можем вместе поискать мою сестру.       Пес, словно все поняв, понурил голову и убежал обратно в лес.       — Твой?       — Нет, прибился следом, когда я шёл сюда, — он пожал плечами и оглянулся.       — Э…! Д…! Эдд…! И..! — крик раздался где-то совсем недалеко, словно Мераль телепортировалась сюда за считанные секунды.       — Тут не пройдёшь, давай в обход.       Продолжая идти в направлении крика, они вдруг заметили кое-что еще. Дым. Он поднимался от земли, в некотором отдалении. Они пробрались сквозь папоротники, продолжая поглядывать вокруг, в поисках человеческого силуэта.       — Мераль? Ты там? — закричал Нэйт, но тут же понял - если Мераль там и была, то она определенно не подавала никаких признаков своего присутствия.       Дым, который вплоть до этого момента был густым и тяжелым, внезапно бесследно исчез. Эдди поспешил туда, чтобы посмотреть, как огонь мог так быстро погаснуть, но Нэйт не сдвинулся с места.       — В чем дело, лохматый идиот? — осведомился Мансон.       — Не нравится мне эта идея…       Увидев, что Эдди не намерен прислушиваться к его предупреждению об опасности, Нэйтан подошел на пару шагов ближе. Он продолжал ворчать и даже начал ругаться, когда гитарист приблизился к тому месту, откуда шел дым.       Это была небольшая полянка с костром, возле которого сидели ребята одетые кто в зелёные, кто в желтые или того хуже - розовые рубашки. Накуренные и радостные хиппи.       — Эй ребятки, — Эдди сложил руки за спину медленно приближаясь к ним, — есть минутка?       Парень в розовой гавайской рубашке доброжелательно ему помахал и жестом пригласил сесть у костра.       — Привет, чувачок! Мы рады вас видеть, хотите пива? Или травки? У нас есть сосиски и зефир. Мелисса, где гребаный зефир? — он передал Эдди толстую ветку с нанизанными кусками.       Нэйтан недовольно поморщился, но решил не вступать в конфликт, так что просто присел рядом с Эдди.       — Так… вы не видели тут девушку, — он снял зефир с ветки и тут же сунул себе в рот, чувствуя, как радуется желудок, — ростом чуть ниже меня, в зелёной чирлидерской форме, волосы до плеч и мокрая как крыса.       Эдди посмотрел на костёр. Клубы дыма ударили ему в лицо, и он отшатнулся от жара. Пылающий огонь почти доставал до ног, а искры, взлетая вверх, опускались ему на плечи.       — Мы не видели, может тут и пробегала, но к нам точно не подходила, — парень обернулся к своим друзьям. — Кто-нибудь из вас видел такую девушку? Нет? Мы не видели.       — Это очень плохо, — прохрипел Нэйт запуская руки в волосы.       — А что, потеряли подружку? Вы, типа оба её бойфренды? Мы таких встречали в Калифорнии в прошлом году.       — А-а-м, нет, нет ребята. Он её брат. Я…это.. она моя деффужка, — из-за набитого зефиром рта Эдди с трудом выговорил последнее слово, так что оно звучало точно так же, как «двушка».       — А! Ах-ах-ах, потерял свою подружку чирлидершу. Очень жаль, можете дождаться её тут, она точно должна увидеть наш лагерь. — как только Эдди доел, второй парень в зелёной футболке с пальмой начал жарить для него три сосиски на костре, а девушка рядом принялись крутить самокрутки.       — Эх, Мераль, где же ты? — пробормотал Мансон, оглядывая деревья в надежде увидеть хоть что-нибудь, что могло дать ему подсказку.       — Лес огромный, мы не найдём её. Она быстрая, и сейчас немного не в себе. Будет искать обходные пути, как только увидит этот лагерь, — от слов Нэйтана легче не стало, в чем-то он точно был прав.       — Не… найдём…? — Эдди похолодел от страха. Однако он понимал: есть шанс, что Мераль сама придёт сюда. Потому, что сильно напугана и, возможно, даже ранена. Шанс был ничтожен. Оставалась также вероятность нарваться на копов.       — Эдди! — Мансон вскочил с бревна, словно не верил своим глазам. Из темноты к костру, прихрамывая, приближалась девушка в чирлидерской форме.

Шаг. Ещё шаг. Она споткнулась и упала.

      Мераль сделала глубокий вдох, поднялась на ноги, вытирая на ходу слезы.       — Эм! — Эдди бросился к ней, подхватил и принялся расцеловывать ее лицо.       Он крепко прижал Мераль к себе и почувствовал то, чего не ощущал с тех пор, как впервые обратил на неё внимание в школе.       Это было чувство, что он полностью, до самого верха, наполнен словно стакан с газировкой. Мансон точно не знал, что это было за чувство, но догадался - это любовь.       — Я провалилась в эту долбанную яму, — она замерла на месте, — и не могла докричаться до тебя.       Нэйтан подбежал и запечатлел поцелуй на её макушке. Он изо всех сил старался не расплакаться, но одна скупая слеза все-таки упала прямо на его руку.       — Что ты тут делал? — Мераль подняла на него взгляд. Наконец, посмотрев на нее, он заметил что-то новое в глубине ее голубых, мерцающих глаз. Что-то, чему он доверял.       — Не поверишь, шёл из магазина и решил покурить, а тут твой придурок полез на меня с кулаками, — Нэйт усмехнулся и выпустил Мераль из объятий (этот жест означал, что он готов смириться с мыслью, что сестра сейчас подбежит к Эдди и будет виться вокруг него, глядя влюблёнными глазами).       Так и было, Мансон протянул к ней руки и потрепал по голове, словно ей снова было пять. Они не отлипали друг от друга, и это показалось Нэйту настолько милым, что он даже в какой-то степени позавидовал.       — Есть хочешь, Миллер? — спросил Нэйт.       Мераль не поверила своим ушам.       — Есть? Да мне после всего, что я видела и слышала блевать хочется!       — А я бы перекусил, — Нэйт ухмыльнулся, забирая у Эдди сосиски.       — Пройдёмся? — она чуть отодвинулась, выскальзывая из объятий Мансона.       — Ну вот, только поесть решил, на, забирай, — Нэйтан неохотно поднялся, отдавая ей несчастные три сосиски с сыром.       Мераль заставила себя поесть - судя по тому, с какой быстротой развивались события, очередного "сюрприза" можно было ожидать в любой момент, поэтому силы ей еще понадобятся.       — Ты раньше такое видела? Эдди нёс какой-то бред про парня, который левитировал над озером... — спросил он, помолчав минуту-другую.       Чирлидерша внезапно помрачнела.       — Нет. Никогда. С другой стороны, я и не пыталась узнать, что именно он видел. А когда другие расспрашивали, он неохотно признавался. Может Эдди оттого и пошел вразнос, что решил заговорить о том, что долго скрывал.       — Вот как мы поступим, малявка, — сказал Нэйт, — до конца дня будешь отираться возле меня - нам надо обсудить кое-какие дела. Утром - валим отсюда, как только встанет солнце. Я хочу, чтобы ты какое-то время держалась подальше от остальных. Усекла?       — Я не могу, ты придурок! — Мераль широко раскрыла глаза, быстро заморгала.       — Не можешь вернуться домой?       — Ты. Просто. Нихрена. Не. Представляешь. Что. Происходит, — она шаг за шагом подходит к Нэйту и вжимает его в дерево. В конце концов, он оказался в безвыходном положении.       — Так объясни мне! Твой сумасшедший бойфренд чуть не забил меня в лесу, потом я узнал, что вы вывалились из лодки в озере, потому что увидели, как парень летает.       Розовая вата в её голове тает под жаром реальности. Она знает, что не сможет постоянно держать происходящее в секрете, но и позволить себе втянуть в это Нэйта тоже не может. Или не хочет.       — Я знаю, это звучит бредово. Но Эдди ищет полиция из-за преступления, которого он даже не совершал. Девчонка в его доме умерла точно так же, как парень в озере пару часов назад, — Мераль чертыхается и бьет ногой по кустам. У Нэйтана ещё много дел в этом хилом городишке, но он не спешит. Хотя его сестра и колючая стерва, оставлять её сейчас как-то неправильно.       — Эй, вы в порядке? — Эдди оборачивается к ним, и беседа сразу теряет статус приватности. Нэйту становится неуютно.       — Порядок, — отрезает Мераль. — Просто кто-то очень много хочет знать.       — Почему ты мне лапшу на уши вешал всё это время? — Мансон слушал и поражался непринужденности, с какой её брат сказал об этом. — Ты, мать твою, преступник?       Один из парней выронил вилку не зная, что думать и чего теперь ожидать. Новость, мягко говоря, его ошарашила.       — Ребята, вы кто такие?       — Извини, парень, они в плохих отношениях, поэтому готовы на всё, чтобы утереть нос друг другу, — Мераль замотала головой.       — Никто из них не преступник. Иначе… сюда бы давно приехали копы, так?       — Мы видели копов п….       Эдди резко подскочил на ноги, и это очень сильно выдало бы его, не будь остальная компания такой пьяной и накуренной.       — Сядь обратно, живо, — Мераль потянула его вниз с такой силой, что, падая на бревно, Мансон не удержал равновесие и угодил лицом в траву.       — Ай, ух, господи иисусе! — она не сдержала смеха при виде Эдди. И какой из него преступник? Ребёнок, ей-богу.       — А что…— Нэйт хотел было возразить.       — Сейчас тебе лучше заткнуться, — она прижала к губам палец, осматриваясь по сторонам, словно боялась, что их кто-нибудь подслушает. — Просто закрой пока рот. Скоро сам все узнаешь.       Нэйтан глубоко вздохнул и задумался. Если он ожидает откровенности от них, то для начала сам должен стать с ними откровенным.       — Ну мы и герои! — посмотрев на ноги Мераль, ошарашенно выдавил Эдди. Слова гулким эхом отражались от невидимых стен. — Я всё думаю, копы теперь и на тебя охоту откроют? Ну, там, пристрелить или за борт сбросить?       — Не знаю, — вздохнула Мераль, — спроси у Нэйта, он лучше знает, что делает полиция. У него папа - коп.       — Ага, сейчас как пульнет в меня дротиком!       — Да ладно! — Нэйт презрительно сплюнул. — Считай повезло, что за вами явились не профессионалы, а всего лишь я. Похоже, вы их всех перебили, пока шарахались по лесу.       — Вы ведёте себя как два придурка из моего клуба, серьезно!       — Ах, старый добрый Хэллфаер, — Эдди расплылся в улыбке.       — Нет, я не об этом. У нас в школе много других клубов!       Действительно, их целых пять… или шесть… на самом деле она не помнила, но точно были менее сатанинские, чем Хэллфаер.       — Чего? — Мансон сдвинул брови.       — Ну, например шахматный клуб, или «Все равны!» где я предводитель, — Мераль почесала затылок.       — «Все равны»? Что за бредятина? — Нэйтан засмеялся, да кто вообще назовёт так школьный клуб? Кроме его сестры, конечно же.       — Это клуб в поддержку ЛГБТ- сообщества и темнокожих учеников, что непонятного?       — Стой-стой-стой, квир сообщество…— Эдди подпирает большим пальцем подборок, словно обдумывая её слова. — Так ты тогда тоже такая?!       — Ай, ну и любишь ты вопросы! Я же с тобой встречаюсь! Не знаю, отстань, – вздохнула Мераль. — Хватит языком чесать.       — Ну ты даешь! Наверное, это очень сложно - вести клуб по геям, и не быть такой же, — Нэйт похлопал Эдди по плечу.       — Не-а, пустяки. Хотя на такое способны только гениальные личности.       У Эдди возникает смешное желание признаться в том, как она ему нравится, пригласить ее на свидание, взять за руку. Однако вместо этого он заявляет:       — Ах, мудрейшая из мудрейших, прошу тебя научи, как мне додуматься до того, чтобы не думать!       Мераль очаровательно морщит нос.       — Ну ты и чудик!       — Да уж, соблазнитель из меня никудышный, — ему хочется взвыть от досады.       — Но мне чудики нравятся, — произносит Миллер, и он обрадованно вздыхает.       — А что вы делать собираетесь? В городе останетесь? Или в бега?       — Я… мы… ну да… В общем, будем сидеть тут, чипсы хрумкать, чисто по-свински. Чавкать и смеяться. Пока Дастин не вспомнит о нас, — мрачно отвечает Мансон. Впрочем, он сам виноват.       — А! Раз так, может, потусуемся? — к Нэйту моментально возвращается приподнятое настроение.       — Отлично! Каждый день? — уточняет Эдди, сам от себя не ожидая такой наглости.       — Ага, — кивает Мераль, с преувеличенной настороженностью оглядывается и заявляет: — а потом пойдем в кусты, целоваться.       На мгновение сердце у Эдди замирает, по коже бегут мурашки, щеки заливаются краской.       Она смеётся как сумасшедшая. Беззлобно, как будто даже заигрывая. Мансон прекрасно сознает, что она считает его лучшим парнем, с которым целовалась – и даже больше.       — Очень смешно, — говорит Нэйт, — я прямо весь обхохотался.       — Да ладно тебе, пошли возьмём у этих ребят чего-нибудь покурить и закатим вечеринку в стиле хиппи, пока копы нас не нашли, — Мераль машет парням в гавайских рубашках и показывает жестом, что все суперклассно - пора закатить вечеринку.