***
В раздевалке пусто. Аня ждёт друзей, параллельно завязывая шнурки на коньках. Сидя и раздумывая о наступающей олимпиаде, в это же время отрицая чувства к Саше, блять, да и к девушке то в принципе, она не заметила, как ей кто дышал в затылок… -О чём думаешь? — сказал рыжеволосый чёртик, массируя её плечи. -Как же ты меня заебала… Тебе не к кому придраться больше? Или я единственная девушка в мире? -Ну что ты, Аннушка. Я же просто у тебя спросила. Как дела, твоя короткая программа просто чудесна, как и ты…- последние слова она вообще прошептала, чтоб никто не услышал. У Ани пробежал табун мурашек, от шеи и до самого копчика. -Что это у тебя глазки забегали, я просто сделаю тебе приятно. Сними свою футболочку, я хочу посмотреть на ангелка без этой брони. Посмотреть, как твои сосочки реагируют на прикосновения... - от этих слов, Анины щёки и кончики ушей покрыл розовый румянец, который ярко выражался на её бледной коже. Аню как будто парализовало, она минут пять ещё не могла нормально двигаться, но как под гипнозом, она сняла свою футболку и под пристальным взглядом, который так и прожигал страстью её нутро, белый с кружевами лифчик. Едва Саша успела прикоснуться к груди, Аня отшатнулась и открыла глаза... Вся постель мокрая...***
И такое стало случаться с ней каждый, сука, день! Сначала она просто мучалась этим час, небольше, но потом весь сон состоял из эротики. И во главе была всё та же Трусова. Всё привело к полному разрушению режима. Она не спала день, два, и только на тренировках удавалось уснуть, но Этери Георгиевна подходила к Ане и будила, с просьбой собраться и порвать весь зал на олимпиаде. Она переодически избегала Сашу, думая, что все пройдет, если ее не увидит. Но... Жизнь не настолько проста, как кажется и она решается рассказать об этих снах Саше, молясь на три вещи: во первых: чтоб Саша её поняла и не избила. во вторых: чтоб они остались друзьями. и в третьих: чтоб эти ебучие (другого слова не подобрать) сны прекратились! Но сегодня надо будет ещё потерпеть...***