Дефективные

      Как всё оказалось просто, однако! Здоровяк — большой самоцвет. Ранбу бы не назвал себя большим, но он был выше обычных Жемчужин. После того, как он понял значение слова, один раз случайно назвал Изумруда здоровяком. Благо всё обошлось — он не обратил на это внимания, хотя был явно недоволен.       Теперь Ранбу проводил больше времени с Таббо и Томми. Они стали его лучшими и единственными друзьями. Хотя он не уверен, может быть, Изумруд тоже его друг. Но это только может быть. В конце концов, он не ведёт себя так же как Таббо или Томми. Не улыбается ему, не называет по имени и никогда не хвалит. Он всё ещё не совсем разобрался, как работает дружба, но точно не как у них с Изумрудом. Как у них с Таббо. Или как с Томми.       Они втроём часто убегали со своих рабочих мест. Ранбу правда удивлён, но их почти не замечают! Словно и рады избавиться от троицы. Хотя иногда Изумруд приходит в бешенство, когда спустя долгое время Жемчуг возвращается к нему.       Сейчас он вместе с Перидотом прячется от него. Изумруд будет в ярости, но на данный момент Ранбу это не волнует. Ему весело! Они просто гуляют по просторам их планеты, чего Жемчуг никогда ранее не делал. Это было расслабляюще и позволяло им обоим отдохнуть от бесконечного потока работы.       — Хорошо, сейчас мы залезем туда! — Таббо указывает на вышку, довольно высокую. Ранбу напрягается.       — Ты уверен что там никого? То есть, она выглядит так, словно там может работать кто-то, — нет, она не выглядит так на самом деле. Просто он думает, что это может быть немного небезопасно.       — Брось, Бу, мы с Томми там часто ошиваемся. Там абсолютно никого, — он начинает загибать свои роботизированные пальцы. — Там безопасно, а ещё там очень красиво! Тебе понравится, уверяю, — Таббо тепло ему улыбается, начиная подниматься по ступенькам.       Ранбу делает вдох и медленно выдыхает. Он ступает на лестницу, направляясь прямо за своим другом. Его улыбка, тёплый тон и слова вселяют в него капельку уверенности. Поэтому он идёт по тонкой лестнице, наверх, где расположена небольшая платформа. Кажется, из этого собирались сделать порт для космических кораблей, но идея провалилась, а сооружение так и не разобрали.       Таббо весело, в приятной тишине поднимается всё выше и выше, Ранбу ступает за ним. Когда они наконец поднимаются на высшую точку, глаза Жемучуга раскрываются в удивлении.       — Как тебе? Красиво, да? — слышится лёгкая усмешка в чужом голосе, что заставляет самоцвета улыбнуться. Ранбу и раньше видел, как устроена их колония, просто... Он никогда не наблюдал за ней с такой высоты. И почему-то не обращал внимания на эту красоту ранее.       — Да, красиво, — он переводит взгляд на Таббо. Тот с блаженной улыбкой смотрит вниз. И у Ранбу в мыслях проносится — этот Перидот любой колонии красивее.       Они сидят в тишине какое-то время. Свесив ноги на краю платформы, наблюдают как самоцветы носятся туда-сюда, выполняя свою работу. А они... А им не до работы. Им хочется ещё немного поглазеть на других и попрятаться от своих обязанностей.       — Хей, Ранбу, — в один момент произносит Таббо, после чего его собеседник поворачивается к нему. — А ты когда нибудь сливался? — на лице его играет лёгкая улыбка, а вопрос ставит Ранбу в ступор.       — Я.. Ээ... Нет, на самом деле. То есть... — теряется Жемчуг, когда неловкость окутывает его словно колючее одеяло. Таббо хихикает.       — Видел же как это делают Рубины, да? — он достаёт экран из роботизированных пальцев, начиная рисовать на нём картинки. Три маленьких Рубина превращаются в одного большого, когда Таббо демонстрирует своё творение. — Ты сливался с другими Жемчугами?       — Мы не созданы для слияний. Это фишка Рубинов, не наша, — жмёт плечами Ранбу, устремив взор к колонии. — Не думаю что для нас это приемлемо. Рубины сливаются чтобы стать сильнее, но зачем это Жемчугам? От этого мы не станем лучше, — Таббо замечает как на чужом лице проскальзывает что-то печальное. Что-то, чего он раньше там не видел.       — Ох. А если не с другим Жемчугом? — Перидот не замечает, как краснеет от своих же слов. Зато прекрасно видит, каким уморительно красным становится его друг.       — Я не.. То есть... Я, конечно, слышал о таких самоцветах, но никогда не видел.. И не пробовал тем более! — словно оправдываясь говорит он. Таббо отчего-то расстраивается, слыша эти слова. — Я... Я не имею в виду что это что-то плохое, нет. Просто все говорят, что это что-то мерзкое, недопустимое. Неправильное, в общем.       — А ты как считаешь? — спрашивает Таббо, подсаживаясь ближе. Совсем немного ближе, так, чтобы достать своими кончиками пальцев до его. И к счастью, он не убирает руку.       — Нет. Нет, не думаю. Мне просто интересно, что они чувствуют, — вздыхает Ранбу, когда натыкается на взгляд друга, требующий подробностей. — То есть, когда сливаются Рубины, они остаются Рубином, так? И если бы слились два Жемчуга, они бы остались Жемчугом. Но что если сольются Рубин и Жемчуг? — глаза Таббо наполняются пониманием. Жемчуг мягко, как делал это всегда, улыбается.       — Они ведь больше не будут самими собой... — рассуждает Перидот, отводя взгляд. — Чем же они будут? Кем они будут? — спрашивает он, посмотрев на колонию. Словно среди этих миллионов самоцветов есть ответ.       — Я не знаю. Поэтому мне интересно узнать, — лёгкая улыбка продолжает играть на лице Ранбу. И, спустя секунду размышлений, на лицо Таббо ползёт такая же.       — Мы можем попробовать, если ты хочешь, — предлагает он, видя, как его друг снова начинает краснеть. Да пуще прежнего! Таббо не признается, но у него самого лицо горит от этих мыслей.       — Попробовать? — ошарашенно вторит ему Ранбу, смешно моргая глазами. — Слиться? Мы? — продолжает он, пока довольный Перидот отвечает ему кивками. — Я... Я хочу! Да, я хочу! — его лицо озаряет бодрая улыбка. Таббо хихикает, поднимаясь на ноги.       — А ты знаешь как это делается? — спрашивает он, протягивая руку. Ранбу хватается за неё, поднимаясь со своего насеста и задумывается.       — Нет. Но мы могли бы сделать это как Рубины. Что думаешь? — предлагает Жемчуг и они оба начинают вспоминать, как это делают Рубины.       — Они ведь делают что-то вроде пирамиды, да? — Таббо изображает пирамиду своими руками. Ранбу кивает ему, а после опускается к полу. — Бу? — Перидот с диким непонимаем наблюдает за тем, как его друг хватает его за роботизированные ноги. А потом, кажется, пытается поднять. — Бу, что ты делаешь?       — Делаю что-то вроде пирамиды, — хмыкает Ранбу, продолжая свои попытки поднять Таббо. Железные конечности словно намертво к земле прицеплены.       — Постой, дай мне, — Таббо хихикает, наклоняясь к своим удлинителям. Жемчуг отходит на шаг, наблюдая за действиями своего друга. — Так будет легче, — он нажимает на какую-то кнопку, после чего его ноги... Отделяются.       — Таббо, ты ведь не можешь... — не договаривает Ранбу, как и удлинители на руках остаются на земле.       — Конечно могу, — ехидничает он, выпрыгивая из удлинителей. — Та-да, вот ты и увидел настоящего меня, — улыбается Перидот. Он такой... Крошечный. Ранбу не сдерживает лёгкой усмешки. Оказывается, Таббо ниже его груди.       Ранбу подходит ближе и поднимает его на руки. Перидот издаёт удивлённый вскрик, крепко обхватывая чужую шею руками. Боги, он не привык к тому, что на самом деле он мелкий.       — Ну... Не работает, — делает вывод Жемчуг, покачивая своего друга на руках.       — Мы должны были начать светиться, — рассуждает Таббо, после чего спрыгивает с рук высокого самоцвета. — Так, а может, — задумчиво произносит он, обнимая Ранбу за талию. Взгляд второго наполняется непониманием, когда Таббо начинает таранить его, словно пытаясь пройти сквозь.       — Что ты делаешь? — спрашивает он, неуверенно запуская свои пальцы в золотые волосы. Таббо, кажется, краснеет от этого действия.       — Сливаюсь с тобой, — усердно пытаясь слиться, отвечает Перидот. Жемчуг усмехается.       — Мне кажется это не так делается, — качает головой он, отодвигая от себя друга. Таббо смотрит в замешательстве. — Может это потому, что у нас разный рост? — предполагает Ранбу. — То есть, может Рубины могут сливаться потому, что они одного роста? Знаешь, голова к голове, рука к руке и нога к ноге, — неуверенно улыбается он, беря руку Перидота в свою. Тот задумывается, улыбаясь в ответ.       — Хорошо, босс мэн, — ах, да, ещё одно слово, значение которого Ранбу не совсем понимает. — Пошли попробуем сделать нас одного роста, — Таббо тянет его обратно к лестнице. Они опускаются на пару ступенек ниже, после чего Перидот показывает знак «стой на месте», вновь поднимаясь.       — И? — Ранбу стоит на три ступеньки ниже, чем Таббо. Теперь их лица на одном уровне.       — Мы можем слиться! — улыбчиво восклицает самоцвет, держа чужие руки в своих.       — Хорошо, как? — его голова забавно склоняется вбок. Таббо хихикает, наклоняясь ниже к нему, пытаясь достать своим лбом до его. Отчего-то Жемчуг вновь густо краснеет. — Ээ... Таббо, — произносит он, неожиданно отходя назад. Перидот продолжает тянуться за ним и, когда окончательно теряет равновесие, они оба чувствуют, как падают.       — Бу! — вскрикивает Таббо, пытаясь поймать Ранбу за руку.       Они летят. О Алмазы, они летят с такой скоростью, с такой высоты, что их самоцветы точно не выдержат! Они оба разобьются там, на земле. Внизу.       Двое дефективных, отчаянно думавших, что могут стать чем-то большим, погибнут сегодня. Но ни кому, ни Алмазам, ни Родному миру, ни даже Изумруду дела не будет. Во что он их ввязал?       — Бу, прости меня! — кричит потерявший надежду на спасение Перидот. Если бы он не снял свои удлинители. Если бы он не начал этот разговор про слияния. Если бы не потащил его туда. Может, всё могло бы закончится менее печально.       — Таббо! — Жемчуг тянется к нему. Его взгляд такой успокаивающий, словно ничего такого ужасного сейчас не происходит. Будто это самый обычный день. И Таббо тянется к нему своими руками. — Вот так, — спокойно вздыхает Ранбу. Так, будто они сейчас не разобьются. Они хвастаются друг за друга, притягиваются, словно магниты. И снова оказываются в объятьях друг друга.

***

      Вокруг так темно. Мысли путаются. Что-то странное, приятное, тёплое и яркое окутывает его (их?).       Таббо не хотел думать о чём либо в этот момент. О чём бы он не думал, ничего не исправить. Что бы он не сделал, они, кажется, всё равно обречены.       Всё будет хорошо, всё будет хорошо, мы спасёмся, я спасу его, если я приму удар на себя быть может-       Он слышит голос. Голос в его голове. Но это не голос его собственных мыслей, это...       Что?       ...Что?

***

      Они Он распахивает свои глаза.       — Таббо? Ранбу? — пытается найти другого он, но тут же замолкает. Почему он ищет себя? Нет. Нет же, он ищет вовсе не себя. Или...       — Мы... Мы слились, да? — спрашивают они друг у друга. Это новое тело стоит на ногах. Не лежит разбитым на земле. Оно больше чем они по отдельности, оно сильнее чем они по отдельности. Да, потому что вы сильнее если вместе, так?       — Ранбу, представляешь? А ты? Это мы! Это... Это я! — радостно заявляет самоцвет, осматривая себя. — И что я? И кто я? Какое у меня имя? О, я придумаю мне имя, не переживай, — улыбка не может сойти с его лица. Он в восторге от себя. Это всё ещё они, но не совсем. Они не понимают, чем стали, что с этим делать, но им определённо нравится.       — О звёзды, представь какое лицо будет у Томми, когда он нас увидит! — смеётся он сам с собой. Но точно знает, что он определённо не один. — У нас вышло, — улыбаясь произносит самоцвет, осматриваясь вокруг. И вдруг натыкается на нечто, от чего улыбка на его лице мигом вянет.       — Браво, — медленные, саркастичные хлопки в ладони сопровождаются стуком каблуков. — У вас вышло, — слова вылетают словно яд из его рта. Величественный самоцвет выходит из тени на свет, заставляя его икнуть от страха. Изумруд никогда не выглядел таким взбешённым.       — Мой.. Мой Изумруд, — он отходит назад по мере приближения Изумруда к нему.       — Нет, Жемчуг, Перидот. Больше не ваш Изумруд, — самоцвет достаёт свой меч, находясь в опасной близости. — Я разобью вас здесь и сейчас. В этот раз, будьте уверены, Алмазы не спасут вас, жалкие, дефективные обломки.