В сердце справедливости

      В Нью-Йорке был холодный декабрьский день, и только что начался снегопад. Наоми стояла у окна и смотрела, как в воздухе кружатся мягкие снежинки, медленно и лениво, словно вовсе не торопятся найти себе последнее пристанище. Глядя сквозь морозное стекло, она держала обеими руками кружку горячего кофе, и из-под длинных рукавов её свитера выглядывали только кончики пальцев.              Был канун Рождества. Холл большого отеля, в котором они остановились, украсили яркими гирляндами и праздничными мотивами.              Наоми любила Рождество. Их номер люкс располагался на последнем этаже, и из его окон открывался потрясающий вид на оживлённый, красивый город. На ум сами собой пришли строчки песни «Серебряные колокольчики».              Городские запруженные улицы       Надели праздничные наряды,       Воздух полнится духом Рождества.              Эти слова как нельзя лучше подходили к заснеженной панораме мегаполиса.              Взгляд Наоми переместился к Центральному парку и катку Уоллмен-Ринк. Каток был заполнен людьми на коньках, с высоты казавшимися крошечными, как муравьи. Прошло много времени с тех пор, как Наоми в последний раз надевала коньки, но когда-то у неё неплохо получалось. Глядя из окна на веселящихся людей, она с теплотой вспоминала звук, с которым лезвия коньков резали лёд, и ощущение холодного воздуха на щеках.              «Вот здорово было бы сходить…»              Мысль была спонтанной, но такой захватывающей, что Наоми крутанулась на пятках и воскликнула:       — Мы должны пойти покататься на коньках!              L, не занятый ничем, кроме тарелки с тортом, поднял голову и тут же категорично отрезал:       — Нет.              Наоми уперла руку в бедро:       — Ну, пошли! Пожалуйста? — и с надеждой добавила: — …Рождество же!              — Нет, — решительно потряс головой L. — Но ты можешь сходить.              Наоми снова обхватила обеими руками кружку и вздохнула:       — Ладно, проехали. Извини, я просто увлеклась.              Отвернувшись, она снова принялась смотреть в окно. От L не ускользнуло разочарованное выражение на её лице, но катание на коньках?              Это совсем не в его стиле.              Ватари громко прочистил горло. L обернулся, встретил его пристальный взгляд и в ответ с невинным видом пожал своими костлявыми плечами. Ватари, не разрывая зрительного контакта, кивнул головой в сторону Наоми и выразительно поднял белые брови.              L посмотрел на стоящую к ним спиной девушку, потом снова на Ватари. Намёк он понял безошибочно. Наоми более чем заслужила весело провести день, да и праздник, похоже, был для неё важен…              Но… катание на коньках?!              С тяжёлым вздохом L поднялся на ноги:       — Ладно.              Наоми обернулась, взглянула на него вопросительно. L стоял, держа руки в карманах и зарываясь пальцами ног в ворс ковра.              — Пошли покатаемся, — сказал он ей и обернулся к Ватари. — Ты пойдёшь?              — Нет-нет, — засмеялся старик. — Но с удовольствием подвезу вас обоих.              — Что, серьёзно? — тут же заулыбалась Наоми. — Ты правда пойдёшь кататься?              L почесал в затылке указательным пальцем и неуверенно ответил:       — Похоже на то.              — Ура! — обрадованная Наоми отставила кружку и помчалась в свою комнату переодеваться. Притормозив у дверей, она ткнула в детектива пальцем, велев ему надеть что-нибудь тёплое, после чего скрылась в своей части их большого люкса.              Ватари встал с кресла и целеустремлённо направился к шкафу, откуда достал тёмно-синее пальто с коричневыми пуговицами и небольшую коробку с прочими зимними аксессуарами.              L тут же пожалел о своём решении. Он терпеть не мог носить лишнюю одежду.              В итоге он наотрез отказался от шапки и перчаток, с огромной неохотой надел пальто и обмотал вокруг шеи толстый серый шарф.              Наоми вышла из своей комнаты в бледно-лиловой лыжной куртке и тёмно-синих джинсах, её чёрные волосы спадали на плечи из-под белой вязаной шапочки, а на руках красовались чёрные кожаные перчатки.              — Ты готов? — взволнованно улыбнулась она.              L кивнул и, не обращая внимания на встревоженное восклицание Наоми: «Ты ведь замёрзнешь!» — сунул босые ноги в кроссовки.              Ватари, как и обещал, подвёз их до парка. Пока Наоми шла вместе с L к ледовому катку, её сердце пело вместе с разливающейся в свежем, морозном воздухе праздничной музыкой. Изо рта вырывался и тут же развеивался в воздухе пар, похожий на крошечные облачка, и, судя по ощущениям, её нос уже покраснел. Но сама атмосфера вокруг была тёплой, наполненной смехом и весельем.              L шёл, высоко подняв плечи и до самого носа натянув на лицо шарф. На джинсах вокруг его лодыжек собирался снег. Наоми, глядя на него, удивлялась, как этот человек может быть настолько непоколебимо упрям, когда дело касается тёплой обуви и носков.              Когда они добрались до катка, Наоми поинтересовалась, какой у него размер ноги. L, не вынимая рук из карманов, задрал ногу и уставился на подошву кроссовки.              — Э-э… сорок четвёртый, вроде?              Наоми развеселилась. Он даже не знает размер собственной обуви!              Взяв напрокат коньки, они присели на скамейку. Наоми объяснила, как правильно нужно затягивать и закреплять шнурки, после чего занялась своими коньками. L быстро всё зашнуровал, встал со скамейки и осторожно ступил на лёд. Его нога тут же поехала вперёд, и он замахал руками, пытаясь удержать равновесие.              — Осторожней! — негромко засмеялась Наоми.              L оглянулся на неё, придерживая рукой шарф, потом принялся наблюдать за другими людьми на катке. Он смотрел, как они ставят ноги и как особенно опытные люди скользят по льду, плавно отталкиваясь лезвиями коньков в стороны. Выглядело это достаточно легко.              Посмотрев на собственные ноги, L опасливо двинулся вперёд, сперва одной ногой, потом второй. Через несколько секунд ему показалось, что он понял принцип. Наклонившись вперёд и держа руки в карманах тёплого пальто, он заскользил по льду, подражая движениям окружающих и пользуясь своей обострённой интуицией и чувством равновесия.              Наоми наблюдала за ним и не верила своим глазам — он так быстро всё понял! Закончив с коньками, она встала. L к тому времени уже умело резал лёд на другой стороне катка. Наоми тоже вышла на лёд и подождала, пока он вернётся обратно. Однако L, приблизившись к ней, не стал снижать скорости, а вместо этого, проезжая мимо, ухватил её за запястье и потянул за собой.              — Давай, ты же сама этого хотела, — сказал он приглушённым из-за шарфа голосом.              Заходя на второй круг, L обратил внимание, что некоторые люди катаются по двое и держат друг друга за руки. Прежде L никогда ещё не принимал участия в такого рода общественных мероприятиях, но какая-то часть него всегда задавалась вопросом, каково это — делать то, что все прочие люди считают «нормальным». Посмотрев вниз, на собственную руку, всё ещё держащую Наоми за запястье, он с любопытством решил попробовать и невинным движением взял её маленькую ладошку в свою, гораздо большую.              Наоми испуганно отдёрнула руку.              — Э-эй, что ты делаешь?              В глазах молодого детектива мелькнула искра паники:       — О… а так нельзя делать?              Наоми пребывала в замешательстве. L только что попытался взять её за руку?              Его лицо глубже ушло в шарф, рука быстро вернулась обратно в карман пальто. Уставившись вниз, на свои скользящие по льду ноги, он пробормотал:       — Извини.              И тут уже Наоми стало не по себе. Она понимала, что социальные навыки L оставляли желать лучшего, и что, скорее всего, никогда прежде он не пытался взять девушку за руку. Его жест был безобидным и милым. Она подёргала его за рукав. L поднял на неё глаза, и она протянула руку.              — Извини, ты просто застал меня врасплох, — объяснила она.              Теперь настала очередь L выглядеть удивлённым. Он нерешительно взглянул на неё, и Наоми немного покачала рукой вверх-вниз, давая понять, что всё в порядке. Он медленно вынул руку из кармана, и его холодные, длинные пальцы обхватили её ладонь в кожаной перчатке.              Наоми ободряюще улыбнулась, L слегка расслабился, и они, держась за руки, покатили вперёд в потоке других людей.              Через несколько кругов Наоми развернулась к L лицом и взяла его за вторую руку.              — Как думаешь, сумеешь катиться спиной вперёд?              L посмотрел вниз, на ноги Наоми. Понаблюдав немного за её движениями, он взглянул в её улыбающееся лицо.              — Могу попробовать, — сказал он.              Они синхронно развернулись, и теперь L катился перед Наоми спиной вперёд. У него неплохо получалось. До тех пор, пока каток не начал изгибаться и L не сделал попытки повернуть. Ноги вдруг выскользнули из-под него, он потерял равновесие и тяжело грянулся спиной на лёд, увлекая за собой Наоми.               — Э-эй!              Чтобы не рухнуть на него сверху, Наоми практически выполнила шпагат и успела упереться о лёд руками по обе стороны от головы детектива. Их лица оказались всего в паре сантиметров друг от друга. Наоми поспешно попыталась принять вертикальное положение, смущённо бормоча: «Ой, ой, извини, щас, минуточку… ай! Извини!» Задрав попу кверху, она беспорядочно скользила ногами по льду, и чем отчаяннее она старалась найти опору, тем безуспешней были её попытки.              Внезапно L зажмурился и громко расхохотался, по-настоящему и искренне. Наоми перестала суетиться и посмотрела на него, её длинные волосы падали по обе стороны от его лица. Она вдруг поняла, что впервые слышит его настоящий смех.              Очень приятный смех. Глубокий, но в то же время очень юношеский.              L выскользнул из-под неё и неуклюже поднялся на ноги, после чего протянул руку, помогая подняться и ей. Щёки девушки раскраснелись, а в голове слегка звенело после долгого нахождения в неудобном положении.              — Мда, получилось весьма неловко, — со смешком заметила она.              — Зато весело, — ответил L, после чего крутанулся на месте и заскользил прочь, чуть наклонившись вперёд и засунув руки в карманы. Шарф волочился за ним.              Наоми усмехнулась и поспешила следом.              Они катались до тех пор, пока зимнее небо не приобрело туманный, тёмно-синий оттенок. По всему периметру катка зажглись яркие огни. Наоми едва чувствовала пальцы на ногах и не могла не переживать за L, который вообще был без носков. Однако его этот факт, казалось, ни капли не смущал.              В конце концов они сдали коньки и заказали себе в ближайшем ларьке горячий шоколад. L попросил дополнительный сахар, чем вызвал странные взгляды не только у продавца, но и у Наоми. Они устроились на скамейке, L, как всегда, в излюбленной позе лягушки. Наоми к этому уже попривыкла, но сейчас, находясь на людях, она невольно подумала, до чего у него всё-таки странная привычка сидеть. L вскрыл зубами сразу несколько пакетиков сахара и высыпал их содержимое в свой горячий шоколад, затем убрал пустые пакетики в карман пальто и сделал глоток.              — М-м, — одобрительно промычал он, облизывая губы. — Вкусно.              Наоми, покачав головой, поднесла к губам собственный бумажный стаканчик. Горячий напиток был насыщенным, шоколадным и очень вкусным, но сама мысль о том, чтобы добавить в него ещё сахара, вызывала у неё дурноту.              — Тебе было весело? — спросила она.              L обернулся и посмотрел на неё.              — Да, — просто ответил он. — Гораздо больше, чем я ожидал.              — Мне тоже, — улыбнулась Наоми.              Допив свои напитки, они позвонили Ватари, чтобы он их забрал. К тому времени снова начал идти снег, пушистые хлопья изящно падали на землю, особенно заметные в свете фонарных столбов, расположенных вдоль дорожек парка.              Наоми встала:       — Мне надо походить, я замёрзла.              — Да, мне тоже холодно, — поднялся вслед за ней L.              — Пошли дойдём до того места, где нас высадил Ватари, — предложила Наоми. — Давай сюда свой стаканчик.              Пока Наоми ходила выбрасывать пустые стаканчики, L ждал её, подняв плечи и уткнувшись лицом в шарф, а когда она вернулась, зашагал впереди неё.              Снег продолжал тихо падать. Откуда-то доносился чей-то смех, на залитом светом катке позади них звучала рождественская музыка. Наоми вспомнила дни своего детства, когда она вместе с братьями часами играла в снегу, а потом возвращалась в тёплую кухню, наполненную ароматами праздничной выпечки. Она с тоской улыбнулась сама себе.              Впереди неё L приминал хрустящий снег своими кроссовками. Наоми остановилась, наклонилась и принялась лепить снежок, а потом игриво запустила его в сторону детектива. Снежок попал в цель, разбившись о его затылок. L резко развернулся.              — Прости, — повинилась она, давясь смехом. — Было так легко, что я не удержалась!              L уставился на неё, белые пушинки таяли и исчезали в его влажных чёрных волосах. Моргнув, он вынул из карманов руки и заговорил очень спокойным голосом:       — Наоми, тебе следует знать обо мне одну вещь… — он присел и начал сгребать снег своими голыми, покрасневшими ладонями. — Я часто веду себя по-детски… — он посмотрел ей прямо в глаза, — …и я ненавижу проигрывать!              С последним словом он мгновенно встал и метнул в неё снежок. Наоми вскрикнула и дёрнулась в сторону, чтобы уклониться, но снежок — хлоп! — ударился о её плечо, разлетевшись на ледяные белые хлопья. Она не замедлила ответить, и очередной снежок ляпнулся детективу прямо в лицо.              Наоми победно вскинула в воздух оба кулака:       — Ха!              Такого L стерпеть не мог. Пригнувшись, он помчался прямо на неё, и Наоми, развернувшись, радостно бросилась улепётывать. Однако она не была готова к столь молниеносному рывку, потому он настиг её в считанные секунды. Наклонившись, он одной рукой обхватил её за колени, а другой — за талию, и поднял над землёй. Наоми, громко хохоча, брыкалась и протестовала, и тут L почти так же быстро, как поднял её, разжал руки, и она звучно шлёпнулась в рыхлый, холодный сугроб.              От смеха у Наоми заныл живот. Придерживаясь за него одной рукой, другой она прикрывала рот, но смех рвался наружу, сотрясая всё её существо. Она снова чувствовала себя ребёнком, и это ей очень нравилось. Подняв голову, она увидела, что L с ехидцей смотрит на неё. Наоми протянула ему руку, прося помочь подняться, и он клюнул на приманку. Как только его ладонь сомкнулась вокруг её руки, Наоми повалила его на снег рядом с собой.              — Эй-уфф! — он рухнул лицом в сугроб.              У Наоми больше не было сил смеяться. Улегшись на укрытую белым покрывалом землю, она сложила руки на животе и принялась наблюдать за тем, как с неба падают снежинки.              L поднял голову, поглядел на неё, а потом перекатился на спину, вытянув руки вдоль тела и положив голые ладони на снег.              Так они и лежали в довольном молчании, пока не услышали шум подъезжающей машины Ватари. Затылки обоих были мокрыми от тающего снега. Наоми встала первой, протянула руку, помогая подняться детективу, и ненадолго задержала свою ладонь в его руке.              Они стояли лицом друг к другу, окружённые мягким светом фонарей и кружащимися снежинками. В животе Наоми снова порхали бабочки, которых она так долго игнорировала, но на этот раз она не возражала. С катка позади них доносился плавный баритон Фрэнка Синатры.              Подарите себе маленькое Рождество,       Позвольте своему сердцу стать светлей.              — Спасибо, — просто сказал L.              Отныне все проблемы пропадут.              — За что? — не поняла Наоми.              Подарите себе маленькое Рождество,       Устройте себе весёлый праздник.              L опустил глаза вниз, на свою руку, которая всё ещё сжимала её ладонь.              Отныне все проблемы останутся далеко позади.              — За это, — пожал он плечами. — За сегодняшний вечер.              Мы снова вместе, как в старые добрые времена,       В счастливые прошлые золотые деньки.              Наоми улыбнулась:       — Тебе спасибо, что пошёл со мной.              Верные друзья, что так дороги нам,       Снова окажутся рядом.              Их глаза встретились. Вокруг продолжал медленно падать снег.              И если судьба нам позволит,       Мы пойдём вместе сквозь года.              — С Рождеством, — мягко сказала Наоми.              Повесьте на самую высокую ветку сияющую звезду.              — С Рождеством, Наоми.              И подарите себе маленькое весёлое Рождество.