Космос в глазах

«Жизненные невзгоды ожесточают нас всех. Ожесточат они и вас, когда вы с ними столкнетесь — а вы непременно столкнетесь». (Уильям Лэндей. Защищая Джейкоба)

Глеб запер квартиру, и Тимур безуспешно подергал за ручку двери. Потом повернулся к кровати, где с довольной улыбкой развалился Глеб. У него были ямочки на щеках. У Тимура тоже были, но не такие грубые. - Зачем ты заперся? Чтобы не украли? - спросил Тимур. - А куда ты собрался? - спросил Глеб и перевернулся на живот, рассматривая Тимура. - У нас даже хлеба нет. Думал, что надо купить. - Хлеб? Купи лучше фруктов, они полезны. Нам же нужно, чтобы твоя симпатичная мордашка никогда не увядала, верно? - Ты относишься к моей мордашке внимательней, чем я, - заметил Тимур. Беспокойство Глеба иногда ему льстило, но только иногда. Большую часть времени Тимур недоумевал, потому что слишком активное внимание начинало настораживать. Шутка, повторенная сто раз, шуткой уже не казалась. Она приедалась и надоедала, как зудящий над ухом комар. - Кстати, насчет этого. Тим, завязывай пренебрегать лосьонами, которые я купил. Там лучшая корейская косметика, детка, все для тебя. - Глеб, ты помешанный. Тимур на всякий случай снова дернул ручку двери и вскрикнул от неожиданности, когда Глеб оказался в шаговой доступности, подкравшись, как тень. Он бережно взял Тимура за горло. - Нет, стой, нет. Мне так не нравится, - напомнил Тимур, бессознательно отодвигаясь, чтобы уйти от прикосновения как можно дальше. - А мне не нравится, что мое беспокойство о тебе встречает насмешки. Ты еще не заколебался смеяться надо мной, а? Думаешь, я дурак? - Глеб, это просто гели для умывания. Давай не будем из-за них... - Нет, солнышко, это отношение. Я показываю свое, ты свое. - Глеб, прошу, давай сегодня не будем ругаться. Я хотел сходить за хлебом — только и всего. Глеб снова протянул руку к горлу и погладил кожу пальцами. Тимур сглотнул. Он опасался тихого Глеба. Тот мог с ласковой улыбкой пройтись ему кулаком по ребрам, оставив кошмарный кровоподтек. Тимур не говорил Глебу, но он уже прочел кучу статей о домашнем насилии между партнерами, чтобы понять, чтобы оправдать. Хоть что-то. Статьи были разными. Тимур прикидывал, не провоцировал ли он конфликты сам, вспоминал диалоги, но не видел в них ничего криминального. Неужели даже крохи юмора или недовольства воспринимались Глебом так остро? Говорить с ним, подбирая каждое слово, Тимур тоже не мог, считая это неестественным. Это было сложно. Сложно контролировать каждое слово, каждый взгляд. Сложно предсказать новую причину триггера, потому что они постоянно менялись. - Тим, ты меня слышишь? - спросил Глеб. - Глеб, когда ты поднимаешь на меня руку, мне приходится отвечать, а я так не хочу. Я не люблю драться. Мы же говорили об этом! Глеб потянулся к плечу, где до сих пор красовался синяк, оставленный Тимуром неделю назад. Тимур не мог молча переносить вспышки гнева Глеба. Когда тот снова пошел на него, Тимур ударил так, что едва не сломал Глебу ключицу. Тимур ненавидел насилие. - Все пары ругаются, - заметил Глеб. Да, все ругаются. И не все бросаются кружками, одно попадание которой в голову гарантирует сотрясение. Не все пинают лежачего по ногам. Не все швыряют на кровать, чтобы кулаком пройтись по позвонку. - Я тебя люблю, детка, ты же знаешь. Тимур покосился на дверь. Глеб всегда пытался контролировать каждый его шаг. Даже такой простой, как поход за хлебом.

***

Утро началось чуть лучше, чем никак. Тимур проспал, спалил яичницу, обжег язык горячим чаем и выругался на весь дом по этому поводу. У зеркала он замер, рассматривая синяк, от которого уже хотелось избавиться. Тот, однако, не спешил самоустраниться. - Чтоб ты провалился, - пожелал ему Тимур от всего сердца. Он вспомнил, с каким трепетом к его внешности относился Глеб. Он никогда не бил Тимура по лицу, чтобы не портить то единственное, что действительно любил. Удары приходились на другие части тела, а синяки с рук не сходили в принципе. Когда Тимур огрызался и оборонялся, Глеб мог легко его отключить, и его мало волновало, что в один день сердце могло бы встать. - Чтоб ты провалился, - повторил Тимур с ненавистью, на сей раз адресуя послание тому человеку, которому место было в психушке, а не среди мирного населения страны. Вчера Алина с Дарьей ушли около одиннадцати. Алина вполне освоилась у Тимура, даже плакать перестала. А Дарья чувствовала себя скованно. Потом они ушли, и Тимур еще долго прислушивался, не позвонят ли в дверь. Но никто не пришел, и Тимур лег спать. А сегодня все валилось из рук. Было ли это результатом очередного воспоминания о Глебе или просто Венера застряла не в том доме, но Тимуру не нравилось, когда любое действие встречало сопротивление. Оставалось надеяться, что на работе будет проще. Когда Максим пришел, Тимур не посмотрел на него, занятый делом. Бросил слова приветствия и обратил внимание на соседа, только когда тот вздохнул громче обычного. - Как свидание? - спросил Тимур. Он стучал пальцами по клавиатуре. Максим не ответил, и Тимур поднял голову, на секунду испугавшись, что на самом деле никого в кабинете не было, а сам он сошел с ума и говорил с пустотой. Но Максим сидел. Сосредоточенный, не очень бритый и снова без очков. Тимур засмотрелся на квадратную челюсть и подумал, что, если Максима побрить наголо, он будет вылитым боксером, которого недавно показывали по телевидению. - Ты не занимаешься боксом? - спросил Тимур задумчиво. Максим, который ожидал чего угодно, но не этого вопроса, посмотрел на Тимура. - Боксом – нет. Дзюдо занимался пять лет. А что? - Если с тебя состричь все твои лохмы, будешь похож на этого... Как его? А, на Пахомова. Боксер такой есть. Я три раза в жизни смотрел бокс, прикинь! - Я на него ни капли не похож. У него морда кирпичная... - И у тебя! - ...и глазки маленькие... - И у тебя! - ...и форма черепа как битый кабачок. - Ну вылитый, правда? - Издеваешься? - кисло спросил Максим. - Надеюсь, ты поднял себе настроение за мой счет. Тимур рассмеялся над его физиономией. Побесить соседа – хоть что-то хорошее этим утром выдалось. Максим надулся как ребенок, которого поманили конфетой, но саму сладость не дали. - Пошел ты, Тим. - Ладно-ладно, - примирительно проговорил Тимур. - Что со вчерашним свиданием-то? Парень огонь? Затащил его в постель? Максим скривил такое лицо, что Тимур не засмеялся только огромным усилием воли. - Он... блин! - воскликнул Максим. «Блин» было емким словом, но не выражающим ничего конкретного, поэтому для расшифровки значения требовалась помощь. - Что – блин? - решил спросить Тимур, потому что сам не догадался. - Вообще! - снова воскликнул Максим и хлопнул рукой по столу. Тимур почувствовал, что его брови вырывались за пределы черепа. - Да что, что? Ответь ты нормально! - чуть ли не рявкнул он. Максим уставился на Тимура со всем возможным негодованием. Незнающий решил бы, что у него с Тимуром были личные счеты. - Он вообще не такой, как на фото! - воскликнул Максим. - Совершенно. Он взял фото левого человека и выдал за свое! Нормально? Меня хватило на пять минут такого свидания, пока я отходил от шока. Шел к яркому брюнету, получил забитого блондина с пивным пузом и грустными подглазинами. Он еще и лет на десять старше меня. Как, а? Максим выдал звук, похожий на стон отчаяния, и отвернулся к окну. Тимур проиграл в схватке под названием «не смеяться» и залился неприличным гоготом. Максим только глаза закатил, потому что сказать ему на это было нечего. Тимуру было плохо. Он вообразил себе лицо Максима, когда тот в ужасе, но пытается выглядеть вежливо: на губах оскал, глаза распахнуты, а в них плещутся все вопросы мира. Воображение у Тимура было хорошим, а потому закончил всхлипывать он не сразу. На глазах выступили слезы. Тимур едва не сдернул маску, чтобы вытереть влажное лицо, но вовремя спохватился. Максим угрюмо таращился в окно. - Все? Насмеялся? - спросил он грубо. - Ой, да брось. Подумаешь! - попытался подбодрить Тимур. - Зачем выставлять другое фото, чтобы тратить свое и мое время? - спросил Максим. - Я готовился, машину помыл. - Может, ему настолько не везет в личной жизни и настолько одиноко, что ложь – единственный способ пообщаться с кем-то симпатичным хотя бы пять минут, - предположил Тимур. Максим оторвался от окна и задумчиво наклонил голову. - Ты считаешь меня симпатичным? - спросил он. - Кого считаю? - Меня. Тимур уставился на Максима. Тот был вполне неплох. Тимур не голосовал бы за него на конкурсе красоты и вряд ли поставил бы больше пятерки, если за десятку принять некий эталон, но в общем и целом... - Ты приятный, - сказал Тимур голосом старой девы из восемнадцатого века. - Приятный? - повторил Максим, пробуя слово на вкус. - Приятный. - Ну ты... У тебя мужественная челюсть и такие... - Тимур не умел описывать, а потому помахал руками перед своим лицом, чтобы передать жестами, что он имел в виду. - Спасибо, - сказал Максим. - Довольно неожиданно слышать от тебя, что я приятный, учитывая, что большую часть времени ты глумишься надо мной, человек в железной маске. - Она тканевая. - Это отсылка к фильму с ДиКаприо. - О, я не смотрел. Интересный? - Вполне. - Надо запомнить. Как ты сказал он называется? Максим повторил, и Тимур постарался запомнить название. Он редко смотрел фильмы по рекомендациям, обычно подыскивая, что требовалось душе, вне зависимости от популярности или рейтинга. И тем более вне зависимости от актеров. Максим подпер голову кулаком и сдавленно спросил: - Что ж мне не везет так? - Ты утрируешь. «Не везет» – слишком общая фраза. Не везет с чем? С личной жизнью? Поверь, некоторым с ней не везет на самом деле, а ты просто еще не наткнулся на свой вариант. Максим выразительно поднял брови, глядя на Тимура. - Ты говоришь о ком-то или о себе? – спросил он. - А ты помнишь, что случилось с любопытной Варварой? – парировал Тимур. - Ладно-ладно, - Максим примирительно улыбнулся, показывая, что сдался. – То есть, я не нашел свой вариант? А как его найти? Тимур не знал. Если бы знал, обязательно основал бы какую-нибудь компанию по поиску вторых половинок или как минимум выложил свое знание в сеть, чтобы поделиться им с человечеством. - Хочешь, вместе посмотрим анкеты на сайте? – предложил Тимур. – Посоветую тебе, может, кого-нибудь. - Будем вдвоем сидеть на сайте знакомств? Плечом к плечу? Как подружки? – саркастично заметил Максим. Тимур закатил глаза, фыркнул и оторвал взгляд от Максима. На сайте знакомств тот сидеть не стеснялся, а помощь принять… Что за чудик! Максим, поняв, что с ним больше не желали дискутировать, позвал Тимура сам: - Тим, я пошутил. Мы не подружки. Давай посмотрим анкеты вместе. Если ничего не срастется, то хотя бы поржем над описаниями. Ты завтра сможешь уделить мне часик? Тимур взглянул на Максима. - Хорошо, смогу, - сказал он, спустя несколько секунд. - Только чур пойдем куда-нибудь. Завтра погода шикарная должна быть. - Идет, сосед, - Максим показал большой палец и с улыбкой уставился в экран. Тимур последовал его примеру. Работа ждала.