Беззвучный режим

Сеул. Ноябрь. Два дня спустя

      Сегодня Техён встретится с Юнги. Черт, он до сих пор не может поверить, что сможет слышать... ему очень интересно какой у Чонгука голос, как он поёт, как звучит "люблю тебя" от семьи, а не на языке жестов. Волнительно, но это волнение приятное, как ожидание дня рождения или другого праздника.       И вот он уже в клинике, приветливая девушка на ресепшене умеет говорить на языке жестов, это очень редко встречается в больницах, куда Тэ ходил раньше. Она попросила его присесть и заполнить бланк, чтобы завести медкарту здесь, вскоре, а точнее через 8 минут и 52 секунды, вышел Юнги и попросил его зайти в кабинет. Операцию назначили на 3 декабря, с 2 декабря Тэ должен быть в больнице, чтобы сдать все анализы рано утром и к 14:30 уже быть готовым к операции. Юнги показал ему палату, она рассчитана на двоих: пациента и члена семьи. Есть огромное окно с видом на башню Намсан, своя душевая с туалетом, маленькая кухонька и шкаф для вещей. Вроде бы все как обычно, но здесь был уют, выглядело как слишком чистая комната в обычной квартире. Позже они вернулись в кабинет Юнги и начали свой диалог на языке жестов: — Это замечательное место, доктор Мин. Здесь не страшно провести две недели после операции. — Тэ улыбнулся и видно было, что он действительно готов к предстоящему.

— Называй меня Юнги, ну или Юнги-хён. — Мин улыбнулся. — Я бы хотел поговорить с тобой о Чонгуке и рассказать как мы познакомились:

"Мне на тот момент было 17, а ему только исполнилось 11. Я был несовершеннолетним, когда моя семья погибла, и родственников, которые могли бы заботиться обо мне небыло. Так что меня отправили в детский дом, там я встретил маленького цыплёнка Чимина, он был 14 летним мальчишкой, который все детство провел здесь. Мы вместе ходили в одну школу, а после неё гуляли с детьми из других, ведь в спальном районе Тэгу всех детей в одну школу не засунуть. Воспитатели не просили меня позаботиться о младшем, ведь им открыто было плевать на ответственность за детей, если вечером все на месте, но неважно что произошло днем, и в каком состоянии эти дети. Так вот, с Чимином мы проводили почти все свободное время, так и познакомились с Чонгуком. Он плакал под цветущей вишней, весь в синяках и побоях, но когда мы подошли, его оленьи глазки без слов сказали, что ему нужна защита. Позже он обьяснил, что дело в пьющем отце, которого мама не может даже выгнать из его же квартиры, так продолжалось уже пять лет, старший брат Чонгука тогда был 18 летним студентом за границей, так что помочь не мог никак. Его за хорошую успеваемость отправили в Германию, откуда он и не вернулся, оборвал все связи и оставил Чона одного. Мы с Чимином стали для него семьёй, около года каждый день после учёбы я ходил на работу: нужно было оплачивать своё обучение и кормить Чонгука; мы врали, что берём продукты из детского дома, а на самом деле я покупал продукты на заработанные деньги и приносил Чону.       Когда я ушёл из детского дома, я поступил в Сеульский на ЛОРа, предварительно подумав о Чимине и Чонгуке, я попросил друга отца, чтобы он передавал им деньги и продукты от меня, ведь тот работал на два города. Сначала в Сеул переехал Чимин, а за ним и Чонгук. Я навещал их каждый год, узнал года три назад, что отец Чона ушёл из семьи, его мама переехала в общежитие и сама тянула на себе сына, но прожила там не долго и перебралась в Пусан к отчиму Чонгука. Жили они бедно, но счастливо и спокойно. К тому времени я уже работал в клинике и получал в три раза больше, чем мне нужно было на жизнь, так что, я позвонил маме Чона и предложил оплатить его обучение, мы с ней были знакомы и она знала о моей помощи ему все эти годы. После долгих уговоров она согласилась, сказала, что благодарна за помощь и попросила платить напрямую, мол она не сможет взять с меня деньги. Чонгук уверен, что его обучение стоит меньше, он отправляет деньги матери как-бы за половину, но думаю схему ты понял. Те деньги Чонгука идут на сберегательный счёт, так что он на момент окончания университета не останется без финансовой подушки безопасности.       Я думаю ты знаешь, что я не часто беру пациентов в Корее, но ради моего Чонгука я взялся за это дело. Ты, вероятно, не слышал наш с ним разговор по телефону, но может это и к лучшему. Этот мальчик научил меня самостоятельности и ответственности, я благодарен ему за это. А тебя он может осчастливить иначе ... я вижу как вы смотрите друг на друга, береги его, пожалуйста. На липовых правах его старшего брата, я скажу, что оторву тебе яйца и засуну вместо перепонок, если ты посмеешь уйти от него, когда вернётся слух"       Техёну понадобилось время все осмыслить. Он встал и низко поклонился Юнги: один раз за себя, второй в благодарность за Чонгука. Они говорили ещё не больше 20 минут, а позже Тэ поехал к Чонгуку. ХёнТехён: Я буду у тебя через 10 минут.

Вы:

Что-то случилось??

Хён???

...

Тэ?

Не пугай так...

ХёнТехён: 3 минуты       Когда Чонгук открыл двери, он увидел Тэ в слезах. Тот сразу затянул младшего в поцелуй, нежно положив одну руку на шею и поглаживая большим пальцем щеку. Тэ не мог остановить слезы, и не хотел останавливать поцелуй, но ему пришлось, ведь Чонгук не на шутку испугался. Тэ достал телефон и отправил Чону сообщение: ХёнТехён: Чонгук, ты мне очень нравишься, я влюблён и не могу перестать думать о том поцелуе. Ты так правильно смотрелся в моей квартире, что я хочу видеть тебя там каждый день, каждую минуту. Завтракать и ужинать вместе. Все делать вместе.       Чонгук проверил новые сообщения и не поверил своим глазам, перечитал несколько раз и посмотрел на улыбку Тэ, который снова что-то печатал: ХёнТехён: Собирай вещи. Возьми самое важное, завтра заберём остальное с моим братом.

Вы:

Дай мне двадцать минут, хён.

Вечер. Квартира Тэ

      Теперь все правильно. Чонгук в доме Тэ, как оказалось, самое важное это блокноты с их перепиской, гитара, средства личной гигиены и парочка запасных трусов и вещей. Они успели обсудить встречу с Юнги, Чонгук попросил включить его в список людей, которые могут приходить к Тэ после операции, на что Техён конечно ответил согласием.       После вкусного ужина от Тэ они пошли спать, а так как Квартира маленькая, то спать они будут вместе. Чонгук обнял Тэ сзади, и второй сразу уснул. Зная, что голосом Тэ не разбудишь, он решил поговорить с Тэ без блокнота: — Возможно это не честно с моей стороны, но я хочу сказать тебе кое-что, и потом не боятся последствий. Я влюблён в тебя, мой милый хён. Так сильно и так неожиданно, после первой прогулки в парке я осознал это. У меня была сложная жизнь, наверное, я прошёл все это чтобы в конце концов получить тебя. Пожалуйста, я хочу чтобы ты знал, что мне не важно слышишь ты меня, или нет. Мне важно только то, что ты рядом. Я выучу язык жестов, нужно же беречь природу… господи, о чем я говорю… я выучу его для тебя, я просто хочу быть достойным тебя. Спасибо, что принял меня в свою жизнь, спасибо, что мои друзья стали твоими друзьями, спасибо, и я люблю тебя ещё сильнее.

✨❄️

Сеул. Декабрь

      День операции. Тэ уже сдал все анализы и до самой операции осталось два часа. Его перевели в предоперационную, ужасно хочется кушать и пить, но нельзя. Чонгук пишет Сообщения каждый час, просит держать в курсе событий и говорит, что после пар приготовит домашней еды и принесёт ему в больницу. Ещё он отчитался, что пожелал удачи Юнги, теперь он ждёт отчёт после операции от его.       Спустя четыре часа Тэ открыл глаза и увидел Юнги. Но после, он услышал… писк монитора справа, он был приглушённый из-за повязки, но это была не тишина… кто-то говорил в коридоре… на улице было очень шумно, у Тэ начала болеть голова и Юнги поспешил закрыть окно. Он провёл опрос на языке жестов, выяснил что все с ним хорошо и позволил войти родителям и брату. Тэ слышал их, но не понимал. Прочитать он мог, на языке жестов понимал, но сами слова, исходящие от родных были лепетом годовалого ребёнка. Позже они продолжили говорить на языке жестов, объяснили, что в коридоре ждёт один милый мальчик, который места себе не находил последнее 1,5 часа здесь. — Привет, хён. — Чонгук говорил и повторял все то же на языке жестов. — Я волновался. Обоже, голос Чонгука такой красивый, он такой же, как и у других приглушённый, но прекрасный. Идеальный. Да, ему не с чем сравнивать, но от этого он не становится менее идеальным. Далее Чонгук продолжил: — Я бы хотел спеть тебе отрывок из своей песни, я написал ее после встречи с тобой. — Тэ кивнул, а Чонгук был очень благодарен брату за видео-субтитры того, что он хотел бы сказать Тэ. Чонгук в тайне от него учил некоторые фразы, не без помощи Сокджина.

함께 웃고 함께 울고

(Мы смеемся и плачем вместе) 이 단순한 감정들이

(Мне кажется, что эти простые эмоции) 내겐 전부였나 봐

(Были всем для меня)

언제쯤일까

(Когда все будет?) 다시 그댈 마주한다면?

(Когда мы снова встретимся?) 눈을 보고 말할래요

(Я взгляну в твои глаза) 보고 싶었어요

(И скажу что скучал)

— Я люблю тебя. — произнёс Чонгук и на языке жестов. — Я люблю тебя. — повторил Тэ за Чонгуком, очень тихо, но это стало началом началом новой жизни. Жизни, насыщенной звонким смехом Чонгука и мелодичным низким голосом Тэ, полной музыки и любви.