кожаные штаны и бедра чанбина

Ссъемная квартира и два парня жадно целующихся в коридоре. Сынмин терпел, чтобы не сорваться и не поцеловать Чанбина по дороге домой, а когда дверь квартиры закрывается, то все терпение тут же лопается, у обоих. Жадные поцелуи, такие будто эту возможность сейчас отберут, покусывания губ, заводящие ещё больше. Останавливаться не хотелось, но нужно снять верхнюю одежду и обувь и наконец упасть на большую, мягкую кровать младшего. Добраться до кровати оказалось сложнее - хотелось и целовать любимые губы и идти в комнату одновременно. Чанбин шёл спиной, а Ким направлял, обхватив широкие плечи подаётся вперед чтобы дотронуться до шеи, скользит руками к ней и оттягивает край чёрной обтягивающей водолазки. Руки старшего сжимают приятно талию Сынмина, до тяжелых вздохов обжигающих кожу. Как только Со врезается в кровать, тут же садится на неё, утягивает за собой младшего, тот седлает его такие любимые бедра. — Всегда хотел посидеть вот так, — шепчет на ухо старшему, что сразу окрашивается в красный от возбуждения смешанным со смущением. — Всегда хотел попробовать на вкус твою шею, — в таком же тоне проговаривает Со, припадает к нежной коже, оглаживает бока младшего, приподнимает края футболки, залезая руками под неё, доходит до сосков, слегка сжимает их, на все свои действия получает рваные вздохи. Старший снимает футболку с парня на нем, откидывает на пол. Сынмин не собирается возобновлять поцелуй, он смотрит на Чанбина, разглядывает грудные мышцы которые сейчас обтягивает чёрная ткань водолазки. — Чертова водолазка, не мог надеть что-то менее обтягивающее сегодня? — младший на самом деле даже не против этого, но по-возмущаться ему хотелось. — Не говори что тебе не нравится,— усмехается Со и снимает ненужную чёрную ткань, отбрасывая ее к недавно кинутой на пол футболке. — Очень нравится, я бы даже сказал, что обожаю, — Ким припадает к ключицам, вылизывает каждый сантиметр, медленно спускаясь к груди, попутно оставляя пару отметин. Слышит одобрительные и слишком будоражащие вздохи, когда его язык проходится по соску, а рукой скручивает второй. Чанбин не выдерживает таких ласк, ему тоже хочется помучать Сынмина, так что он меняет их местами и теперь уже младший тяжело дышит от прикосновений мягких губ к шее и колена упирающегося в промежность. Ким уже готов скулить и просить взять его, он не думал, что такие желанные прикосновения могут быть настолько невыносимыми и возбуждающими одновременно. А Чанбин не отставал от мыслей младшего, и, будто читая их, расстегивает пуговицу и ширинку джинс, которые сразу же слетают с ног. Как же было в них тесно. Со припадает к внутренней части бедра, оставляет мокрые поцелуи и отметины, сжимает до приятной боли. — Чанбин, пожалуйста… — Сынмин правда скулит от нетерпения. Он больше не выдержит. — Пожалуйста сделай уже что нибудь. Старшему сносят все тормоза эти мольбы. Самому терпеть узкие кожаные штаны уже сложно, так что он снимает их вместе с нижним бельём. С Сынмина он так же снимает боксеры. — Где? — Что? — кажется, младшему настолько затмило разум, что даже не понял сути вопроса, — А, точно, в тумбочке справа от тебя. Со достаёт из указанного места презерватив и смазку. Приступает к растяжке сразу же, как подходит обратно к парню, предварительно разогрев смазку в руке. Чанбин очень аккуратен - он не хочет причинить боль, когда Сынмин лежит перед ним полностью доверившись ему. Растягивать младшего было одним удовольствием: закатанные глаза, частые вздохи сквозь зубы, когда добавляются ещё пальцы или те задевают простату. — Бинни я готов — Ты уверен? — удостоверяется в точности сказанного Чанбин, на что получает легкий кивок. Со действует быстро: открывает и раскатывает по ноющему и нуждающемуся в прикосновениях члену презерватив. Нависает над Сынмином, подкладывает под поясницу небольшую подушку, закидывает его ноги себе на талию - для лучшего угла проникновения. На всякий случай ещё смазывает свой член и анус младшего смазкой. — Я сейчас войду, — предупреждает Со. — Быстрее уже, — с просящим вздохом произносит Ким и чувствует головку члена около входа. Чанбин входит медленно, выцеловывает при этом лицо напротив, чтобы больше расслабить. Войдя до конца, слышит тихий стон - как же он мечтал услышать это. Со дает привыкнуть к чувству наполненности и вскоре после кивка младшего начинает двигаться. Медленно выходит из него, почти до конца, и, так же медленно входит обратно. Чанбин слишком боится причинить дискомфорт и боль, а Сынмин же, наоборот - старается быстрее вернуть в себя член старшего. — Ускорься уже или я тебе откушу член. — Как страшно, — хрипло шепчет прямо в ухо Чанбин. Сынмин это не терпит, обхватывает шею старшего длинными пальцами, слегка сжимает, смотрит прямо в глаза. — Либо ты сейчас меня трахнешь как в первый и последний раз в своей жизни, либо рука - твоя лучшая подруга и с ней ты проведёшь вечер. Чанбина такой расклад не устраивал, поэтому он откинул все сомнения и страхи на счёт причинения боли и настроил себя на удовлетворение Сынмина. Он сделает так, как просит его Ким. С каждым новым толчком, Со ускорялся, движения становились все быстрее, Чанбин уже вбивает того в кровать. Ким же хватается за широкие плечи, почти царапает их от удовольствия, изо рта вырываются громкие стоны. — Стой ,— стон,— подожди, давай ,— ещё один стон ,— давай поменяемся, — Чанбин замедляется, — разрешишь поскакать на тебе? — с ухмылкой и горящими глазами говорит Ким. А что, очень заманчивая идея на взгляд старшего, поэтому он выходит, ложится на подушки у спинки кровати, зазывая к себе младшего. сынмин не медлит, перекидывает ногу через бедра, заводит руку за себя, подставляет член ко входу и садится до упора на, придерживаясь за плечи Чанбина. Происходит это достаточно резко и слышатся два громких стона. Ким на долго не останавливается, почти сразу же поднимается и снова опускается, постепенно ускоряясь и набирает, по мере своих возможностей, самый быстрый темп. Руки Со придерживают того за бедра, но видит, что младший со временем устаёт и снова берет все в свои руки. Приподнимает младшего и начинает вбиваться в него с той же скоростью, что и до этого. Сегодня день когда оба показывают свои истинные чувства и желания, поэтому Чанбин берет, такую красивую и изящную, руку младшего и кладёт себе на шею. — У малыша Бинни фетиш на удушье? — и здесь Ким не упустил возможности подразнить «любимого Бинни». Сынмину это нравится и руку не убирает, слегка сжимает на пробу и слышит всхлип. Тихий, но такой четкий. — Хочу чтобы ты сжимал мою шею пока я кончаю. — на это Cынмин лишь сильнее начинает улыбаться и сжимать пальцы. Оба были на пределе. Уже так хотелось почувствовать такую желанную разрядку. Движения становились все более рваными и нетерпеливыми. Чанбин прикоснулся в члену младшего, который уже весь истёк естественной смазкой, и начал двигать в такт своим толчкам. От такой стимуляции с обоих сторон Сынмин изливается первым, сжимается при этом вокруг члена, что так же сводит с ума как и то что младший не забывает о просьбе и сильнее обхватывает шею Со. Старший видит звезды перед глазами, колени дрожат, все тело расслабляется, он получает неимоверный оргазм. Со бы назвал его самым лучшим в своей жизни. — Я правда не думал, что у тебя могут быть такие фетиши, — отпуская шею и ложась на грудь старшего, говорит Сынмин. — А что ты думал? — с неким любопытством спрашивает Со. — Честно? Ничего я не думал, я просто хотел чтобы ты наконец трахнул меня и стал моим. — Ты в курсе что говоришь это все ещё с моим членом внутри себя? Но я согласен быть твоим. — Ты в курсе что говоришь это со своим членом внутри меня? — Почему ты такой вредный, Ким Сынмин? — Именно поэтому ты меня и любишь, согласись, — Сынмин уже встаёт с члена парня с тихим шипением, снимает презерватив, откидывает подальше и падает на кровать. — А меня ты за что любишь? — с некой надеждой спрашивает старший. — За то, что сейчас ты отнесёшь меня в душ. — Ты не выносим..