Другой Вэй

Сражаться с рукотворными богами — еще та мерзость. Йен вспоминал, как ему пришлось разбираться с заплутавшим дэвом в Сирийской пустыне, было невесело. Ему нужна была поддержка. Ему нужны были лютые мертвецы. И Йен начал высвистывать рифф из «Кукловода» Металлики, не прекращая усиленный заклятием бег. Заклинать, конечно, можно было хоть Леди Гагой, но заклинательские ансамбли были намного эффективнее. В начале двадцатого века старейшины заклинателей, давно скрывшихся в подполье, схватились за головы: чтобы вручную обработать поля брани после Первой Мировой, не хватало людей, а проблему надо было как-то решать. Тогда кланы по всему миру и стали отказываться от мечей, огнестрела и прочего оружия в пользу заклятий музыкой. В Штатах заклинательские группы предпочитали устраивать концерты ближе к местам массовых убийств коренных американцев. А на Rock am Ring в Германию Йен как-то специально ездил, «повышать квалификацию». Джулия Ван всегда заклинала голосом, и в репертуаре у нее были пекинская опера и Queen. Йен, в своем настоящем теле мог разве что сипеть под музыку и предпочитал играть Металлику на чем придется. Где-то впереди послышались крики, и Йен влил в печати на пятках еще немного духовной силы. Богатенький мальчик в золотом, знакомый этого тела, стрелял в каменную великаншу из лука — разумеется, безуспешно. — Прекрати баловаться и позови Саньду-шэншоу! — рявкнул Йен, закрывая несмышленого подростка от рукотворной богини, и защитился от прикосновения каменной руки ацтекской печатью. — Дядя обещал, что сломает мне ноги, если я… — Хочешь быть с целыми ногами и сломанной шеей?! — не оглядываясь, съязвил Йен, а затем зажал пальцами горло, пуская в связки больше духовной силы, и вибрирующе пропел: — Ay-Oh! Каменная великанша замерла, и по ее руке прошла трещина — увы, совсем маленькая. Мертвецы так и не шли на зов. Ну конечно, заклинатели не скрываются и обрабатывают местность, действительно крупных войн здесь еще не было… Йен полагал, что Лань Ванцзи быстро последует за ним, но тот все никак не появлялся. Можно было попытаться подчинить каменную богиню… — Парни, у кого-нибудь есть поперечная флейта, или — чтоб его — гуцинь?! — Йен, конечно, предпочитал укулеле, но что поделать. — У меня, — окликнул его Крошка Сычжуй. — Доставай! Многочисленные заклинатели все еще пытались забороть богиню мечами, чем отлично ее отвлекали, так что у Йена была минутка, чтобы проверить, хорошо ли настроен инструмент. — Не дайте ей вас коснуться, — похоронно сказал Йен, и струны старого инструмента застонали, выводя под его пальцами рифф «Кукловода». Йену очень хотелось материться, потому что ногти у него для этого пыточного инструмента были слишком коротки, и пальцы быстро закровоточили, но он только в нужный момент вплел в тревожную мелодию голос. Богиня замедлилась, но не остановилась. Однако кто-то Йена все-таки услышал, и из леса, гремя цепями, вылетел самый могучий лютый мертвец, с каким Йену только приходилось сталкиваться. Йен потянулся к энергии, окружавшей мертвеца, но не дал ей собой завладеть, а только приказал: — Уничтожить. Заклинатели, едва не ставшие духовным обедом, зашептались. — Это же Призрачный Генерал! — Надо брать его, ребята, мы за него столько… Йен нахмурился, но продолжил играть, пока мертвец цепями крошил великаншу на мелкие камешки. Он был какой-то странный, но Йен не мог освободить руки, чтобы применить Призрачное Око. Увы, когда богиня была уничтожена, заклинатели решили поохотиться на бешеного, могучего лютого мертвеца, который мог уделать их всех одной левой, и Йену пришлось быстро перебирать в памяти список мелодий упокоения в порядке мощности. Хм-м, а это вариант… — Отстаньте от трупа, вы с ним не справитесь! — раздраженно крикнул Йен. — А ты, мелкий сплетник, постой в сторонке, что за тяга к самоубийству! Внезапно свет луны закрыла большая тень, но мертвец уже успокоился, так что Йен с облегчением отпустил струны и поднял голову. Прямо за ним на землю с меча спрыгнул Лань Ванцзи, и лицо у него было такое, что краше в гроб кладут. — Откуда ты знаешь эту песню? *** Пришелец слегка перевирал некоторые части, но Ванцзи узнал в мелодии «Вансянь». Как… Вэй Йен непонимающе склонил голову на бок и моргнул, отвечая: — В смысле? Это Квин, «Любовь моей жизни». Love of my life, you’ve hurt me… — пропел он, дирижируя рукой, и мертвец Вэнь, гремя цепями, скрылся в лесу. Точно, перевирал. Еще и слова на своем ужасном языке добавил. Ванцзи ненавидел свою жизнь. — Тьфу, нет, вернись! — окликнул мертвеца Вэй Йен. — Блин, я ж допросить его хотел. Он потянулся было к гуциню, но зашипел от боли: пальцы со слишком короткими ногтями истово кровоточили. — Надо где-то найти поперечную флейту, на всякий случай, — пробормотал Вэй Йен себе под нос и начал дуть себе на пальцы. Этот Вэй Йен-Усянь еще и на дицзы играет. Небо явно над Ванцзи от души потешалось. Тем временем один из тайных соглядатаев Цзян Ваньиня успел добежать до своего хозяина, чтобы рассказать сочные подробности: на другой стороне поляны заискрилась фиолетовая молния, и хозяин Пристани Лотоса гневно прогрохотал: — Ты! Вэй из Вэйхэ! Ты кем себя возомнил? Ванцзи и не хотел защищать пришельца, но и в стороне остаться тоже не мог: он вытащил Бичэнь из ножен на полпальца, сделав шаг вперед, но Вэй Йен был очень уж Усянь и стал громко возмущаться: — Я спас жалкие душонки здесь присутствующих, и если бы уважаемый Саньду-шэншоу появился раньше, мне не пришлось бы напрягаться… — Он кивнул Сычжую, уже более доброжелательно: — Крошка, забери инструмент, пока я его не закапал. — Громко шутишь, да дошутишься, — зловеще сказал Цзян Ваньинь, подходя ближе. — Ты практиковал Темный путь и призвал Призрачного Генерала, так что ты пойдешь со мной. — Благодарю великодушно, — хмыкнул Вэй Йен, поднимаясь и развязно опираясь плечом на Ванцзи. — Но у меня уже есть папик, и я не люблю порку. Он кокетливо откинул с лица короткую прядь волос, с явным удовольствием наблюдая, как Цзян Ваньиня корежит. — А если вас мертвец интересует, я могу призвать его обратно — он странный какой-то, я таких только на Ямайке видел. Им там гвозди в голову забивают. Хотите вместе осмотреть?