Другой Вэй

Йен раздражал Лань Ванцзи “Single Ladies” полдороги до Юэяна (то есть, очень долго, потому что тащиться аж в Хунань из Хэбэй — вообще не ближний свет), а еще в процессе выучил несколько заклятий гигиенического назначения, которые, должно быть, в двадцатом веке канули в небытие (после того как в городах появился нормальный водопровод), в связи с чем настроение у него было доброжелательное и благостное, хотя это не мешало ему только больше подкалывать своего спутника. — Знаешь, в мое время ты был бы явно из тех парней, которые звонят своей зазнобе, молчат и сопят в трубку. Даже у меня такой был! Так и не узнал, кто это. Лань Ванцзи, отобравший у Йена траву, и не затем, чтобы избавиться, а затем, чтобы спокойно дуть в любое время дня (ему больно понравилось разговаривать не междометиями, и Йен теперь думал, четвертует его за это глава Лань, или поблагодарит), недоуменно захихикал. — «Бить гром-говорильню»? — Что не так, Раджеш? Нормальное словообразование. или — Ты заплатил за комнату? — Да. — Сколько? — Десять. Ты сам табличку видел. — Да… Десять, если ты тупой. Ты азиат вообще? — Я богат. — Если не начнешь торговаться, это ненадолго! Йен постепенно начинал чувствовать себя персонажем долбанутого роуд-трипа, если честно. Шли они долго, даже с учетом моментов, когда Йен задалбывал Лань Ванцзи, тот закидывал его на плечо и вез на мече следующие несколько часов, чтобы за воем ветра не слушать его болтовню. И когда они наконец дошли до городка, где лютая рука стала проявлять активность, Йен кинулся в ближайший кабак с воплем «слава Зевсу и Кришне, ЖИВЫЕ ЛЮДИ!» — оставив Лань Ванцзи докуривать косячок и хихикать над ним. Йен невольно задумался над тем, чтобы все-таки достать себе меч, потому что такие расстояния без автомобиля — это же кошмар! Или ныть Лань Ванцзи в ухо, чтобы он возил его как байкер свою сученьку на багажнике. — Расскажите мне местные сплетни! — с горящими глазами сказал Йен подавальщику. — Да, рассказывайте, — сказал Лань Ванцзи, выкладывая на стол сумму, на которую они могли бы пировать дня три. Подавальщик радостно сгреб деньги, обеспечил их закусками и рассказал, что в заброшенном почти десять лет как поместье Чан началось подозрительное шевеление. — Что за поместье? Почему заклинатели его не зачистили? — Так они и были местным кланом заклинателей, молодой господин! Лань Ванцзи положил руку Йену на плечо, предупреждая следующие вопросы, и уточнил только, в какой стороне кладбище. — Ты их знаешь? — догадался Йен, когда они отпустили подавальщика и принялись за ужин. — Не лично. Я тогда был в затворе, — сказал Лань Ванцзи. Йен уже выяснил, за что его высекли, и за что он сидел в карцере, и теперь больше удивлялся тому, что Лань Ванцзи не лишили его клановых привилегий, с местной-то неадекватной судебной системой. — Весь клан вырезал Сюэ Ян, который в те времена был приглашенным адептом Ланьлин Цзинь. Шпана и разбойник, по слухам. Не знаю, что у него были за конфликты с Юэян Чан, но он убил всех, от стариков до домашней скотины. Его поймали бродячие заклинатели и притащили на суд в Башню Кои. Цзинь Гуаншань заявил, что клан Цзинь о нем позаботится, но Сюэ Яна так и не казнили. Говорят, пропал без вести после того, как сбежал из Ланьлина и вырезал храм Байсюэ — там воспитывался Сун Цзычэнь, тот бродячий заклинатель, который его арестовал. В то же время пропал и Сяо Синчэнь, его напарник. Возможно, Сюэ Ян добрался и до него. Йен постукивал пальцами свободной от палочек руки по столу, отчетливо жалея, что под рукой нет ручки и блокнота для записей — мутная была история. — Этот Сюэ Ян точно шпана, а не великий мастер? Ладно провинциальный клан, но заклинательский храм… Слабо верится, что он мог вырезать столько обученных бойцов в одиночку. Лань Ванцзи спокойно налил себе чаю — накуренным он Йену очень нравился — печаль сменялась на одухотворенность, а еще он периодически начинал выдавать перлы в стиле Кьеркегора, с поправкой на воспитание в буддистском стиле, и Йен еле подавлял в себе желание посоветовать ему свои измышления записывать в такие моменты. Спойлеры! Средневековье, рановато еще было для экзистенциализма. — Это, опять же, слухи. Но говорили, что он нашел — или воссоздал — Стигийскую Тигриную Печать Вэй Усяня. Подавальщик, который как раз подошел со сменой блюд, услышал только окончание и воскликнул: — Точно! В поместье явно буйствует дух Вэй Усяня, ведь это он весь клан уничтожил! Лань Ванцзи смерил его строгим взглядом и сказал: — Вэй Усянь умер тринадцать лет назад. — Так он убил их уже призраком? Вот же лютый у него дух! — «догадался» подавальщик. Лань Ванцзи прикрыл лицо ладонью, и Йен в который раз уже за свое путешествие по старой Поднебесной иронично пропел: — Ра-Ра-Распутин… — Вэй Йен, кто такой Рарараспутин? — вздохнул Лань Ванцзи. — Долгая история. *** — Итак! — поднял палец Йен, пока они шли в сторону кладбища — под луной, романтично и по-идиотски. — Что связывает места, где мы находим лютую расчлененку? — Рука не в счет, ее нам подкинули, но Мо Сюаньюй — бастард Цзинь Гуаншаня, — сказал Лань Ванцзи. — Про некрополь могли знать два человека вне клана: Цзинь Гуанъяо и мой брат. Сюэ Ян — бывший приглашенный адепт Ланьлин Цзинь. Пока что дороги ведут в Башню Кои. Йен поморщился. — Что, опять в Шаньдун тащиться? Я передумал, давай полетим. Как Джек и Роза на носу Титаника… — договорил он последнее предложение себе под нос. Лань Ванцзи вдруг остановился и вытянул руку, загораживая путь Йену. На кладбище некто выкапывал труп, и этот некто закрывал себе лицо — как ниндзя. — Ха, — тихо проговорил Йен. — Задержим и допросим? — Непременно, — так же едва слышно ответил Лань Ванцзи. — У тебя есть план, или?.. — он демонстративно обнажил меч на два пальца. Йен задумался — ниндзя пока выкапывал тело, так что время у него было. Сверхсильные лютые вроде покойного дважды Вэнь Нина для этого были бы напрасным расточительством духовных сил — скорее нужна была массовка, чтобы отвлечь таинственного товарища. О. Гы-гы, если честно, Йен всегда мечтал это сделать, и теперь вокруг не было ни советов старейшин, ни камер, чтобы ему помешать. — У меня есть план, — ухмыльнулся он краем рта и, подобравшись ближе, начал тихо выстукивать по ограде кладбища ритм из «Триллера». Из ближайшей к ниндзя могилы показалась полусгнившая рука, но тот этого не заметил: он приближался к своей цели и активно орудовал лопатой. — It's close to midnight… And something evil's lurking in the dark… К тому времени, как ниндзя выбрался из могилы с трупом на закорках, ее уже окружали крайне дружелюбные мертвяки, которые тут же изъяли тело и взяли таинственного гробокопателя под ручки — тот, конечно, сопротивлялся. Йен оперативно перекинул труп Лань Ванцзи и уже в полный голос пропел: — 'Cause this is thriller, thriller night! — и начал воспроизводить один из самых культовых танцев двадцатого века вместе со своими послушными марионетками, которые, к слову, так и не отпустили несчастного Су Ше и заставляли его тоже плясать в унисон. Су Ше сдавленно выругался и сложил пальцы в печать, вызывая свой меч, но, поскольку ему приходилось отбиваться одновременно от трупов и от Лань Ванцзи, он, выждав подходящий момент, активировал талисман перемещения. — Ссыкло, — резюмировал Йен. — Ладненько, давай посмотрим, что за труп. — Вэй Йен. — Что? А! Точно! — Йен развернулся к своей подтанцовке и хлопнул в ладоши, вкладывая в хлопок последний приказ. — Всем спасибо, все свободны! Трупы полезли по своим могилам, мало что не ворча, и Йен подошел к Лань Ванцзи, успевшему избавить трофейное тельце от полусгнившего рубища. — Туловище, — лаконично сообщил Лань Ванцзи, подрезая мечом швы на очередном монстре Франкенштейна. Йен присел перед туловищем и с радостным любопытством потыкал его пальцем в пресс. — Wow! Fantastic baby! А наш приятель был ничего такой, да? — Вэй Йен, — устало сказал Лань Ванцзи, доставая мешочек с расширенным пространством. — М? — Лучше молчи.