Крепостная: другая сторона

Они провели ночь вместе. Китти уснула на боку, расположившись к Григорию спиной. Он наблюдал за её нежными плечами, а его глаза тут же спускались к лопаткам, затем ниже. Он был безмерно счастлив, до сих пор не имея возможности поверить в происходящее. Слыша её дрожащее дыхание, он дожидался, когда же Катя уснёт, после чего стал накрывать её шелковым одеяльцем. Утро наступило едва ли скоро, тёплые лучи солнца пробивались в окно, освещая комнату своим светом. Катенька спала, она сладко сопела, не меняя своего положения. Она оставалась обнажённой, а тем временем, Червинский подобрал для неё наряд, который в скором времени положил на вторую сторону постели. Он наблюдал за разбросанными лоскутами того платья, что он порвал в страстях, после чего на его лице образовывалась улыбка. Убрав все следы вчерашнего побоища он исчез, оставив девушку одну. Ей же - было не сладко. Всю ночь её посещали дурные мысли о побеге, она почти не смыкала глаз, однако под утро её организм не выдержал, дав слабину. Она боялась открыть глаза и повернуться, боялась увидеть его лицо, боялась, что от пробуждения зверь вновь решит атаковать её, поэтому лежала однообразно очень долго, пока силы вновь не стали убавляться. Всё-таки осмелившись и, повернув голову, Китти увидела новое платье, лежащее на другом краю ложа, оно было из дорогой ткани, жемчужного цвета, украшенное различными узорами, рукава были свободными, а воротник украшен драгоценными побрякушками. Слёзы наворачивались на глазах сами. Стыд, ненависть к себе, она дала ему победить, отдала часть себя, позволила себе сдаться на то мгновение. Девушка тот час же привела себя в порядок, а затем тихонько покинула спальную комнату пана. Она не знала, куда ей податься. Ей хотелось лишь молиться, поэтому отправившись к себе в комнатку, Катя села на колени перед иконами, сложив руки, стала читать молитвы о согрешении, о раскаянии. - Дочка, там к тебе Григорий приехал. - Отец поспешил в комнату к Натали, которая безутешно сидела и вздыхала. Орыся моментально улыбнулась, обрадовавшись за пани которая, возможно, не будет более грустить. - Как приехал? Сейчас? - Он ждёт тебя в гостевой комнате. - Папенька, я..я ведь не готова. - Ничего, - улыбнулся Александр, - он подождёт. - Орыся, быстрее! - Бегу, пани, сейчас! Александр Васильевич не стал больше смущать молодых, поэтому ушёл сразу к себе в кабинет, занявшись какими-то бумагами. А Натали, наведя красоту и убрав тоску, скоротечно отправилась вниз. Распахнув двери, она увидела Гришу, стоявшего у окна, он стоял спиной к девушке, наблюдая за прекрасным пейзажем, думая о своём. - Григ. - Окликнула его дама, заставив повернуться лицом к ней. Однако улыбки на его лице не образовалось. - Здравствуй. Он стал подходить ближе, после чего присел на один из диванов, заставив сделать то же самое жену. Он не мог подобрать нужных слов, с чего же ему начать. - Я знаю, что ты хочешь сказать мне, Григ. Эти слова удивили его, куда сильнее. Он навострил свой взгляд, уши, продолжая озадаченно смотреть на неё. - Мне очень стыдно, что я так поступила. Напротив, я полностью признаю, это я виновата. Милый муж, я обещаю тебе, я..я никогда так более не поступлю. Руки Натальи поспешно направились к его крепким рукам, обвивая их, Григорий не стал сопротивляться, а продолжал слушать. - Я всё поняла за то время, которое провела здесь. Мне нужно доверять своему мужу, что я и буду с радостью делать, дорогой. Умоляю, прости меня. Её губы тянулись к его шее, оставляя нежный след от поцелуя. - Мне очень грустно, Натали, что ты оказалась так сурова. Ты обрекла Китти на муки. - Что..? - Лидия Ивановна избила её. Мучила. - Ах, Григ, мне так жаль, право, мне очень стыдно. - Чего уж там теперь. - Милый, - загорелась она, - я обязательно поговорю с ней! Сегодня же! Я объясню Катеньке, всё как есть, попрошу прощения. - Полно, это уже в прошлом. Ты поедешь в Червинку? - Конечно! Только скажу Орысе, чтобы она собрала мои вещи. Павлина решила проведать Катю, подойдя к двери, она услышала причитания, какие-то молитвы, произносящие шепотом, затем тихонько открыла дверцу и вошла, заставив девушку тут же подняться с колен. - Катруся, что ты тут делаешь? - Ничего! Просто молилась. - Я вчера была у матери! - У мамы? Как..как там отец? - Всё хорошо. Он устроился на какую-то работу, на дальнем хуторе, за гроши. - Я так волнуюсь о нём. Так хочу увидеть его. - Молюсь, лишь бы этот ирод проклятущий тебя отпустил, может дня через два получится навестить. - Да.. На лице Кати появилась улыбка, она представляла встречу со своим отцом, представляла, как будет чувствовать себя в безопасности. - Тётка Павла! - В комнату ворвалась Галя. - Ну шо ты орёшь? Что стряслось?! - Там паны приехали, обедать просят. - Ой, тьфу ты! Скажи, что сейчас всё будет. Павлина побежала на кухню, а Катенька решила идти в след за ней, чтобы помочь. По пути девушка столкнулась с выходящей из столовой Натали, которой действительно было стыдно за свои действия. Девушка тут же поприветствовала даму, опуская глаза в пол. - Пани. - Катя, постой. - Тихо промолвила она. - Я хочу попросить у тебя прощения. Это было недостойно. Неправильное решение и очень ужасный поступок. - Что вы, Наталья Александровна, - Катя осмелилась поднять свои глаза, - вам не за что извиняться. - Я очень тебя обидела. Но поверь, я не хотела вредить тебе. - Я не держу на вас зла, право. - Так, где тут моя любимая жена? Из столовой быстротечно вышел Григорий Петрович, который слышал разговор дам. Он демонстративно обнял Натали сзади, целуя в шею. На его лице красовалась улыбка, такая властная и хитрая, её увидела только Катя, которая тут же посмотрела в его глаза. Это было в секунду, словно падающая комета, моргнув разом - ты уже не увидишь её более на чистом небе. - Ах, Григ! - Засмеялась Наталья. - Я здесь. - Нечего тебе стоять здесь, пойдём уже. Приглашая даму назад, он всё ещё пристально смотрел на Китти свысока, он ухмыльнулся, видя, как той неприятно, после чего промолвил: - А ты ступай на кухню и поторопи Павлину. Дверь захлопнулась, а Катя нахмурила свои изысканные аккуратные брови, направляясь стрелой в кухню. - Катрусь , всё почти готово! Помоги крем доделать. - Да, конечно. - Ты чего такая грустная? - Нет, что ты! Это не так. - Она вновь решила улыбнуться, болтая венчиком по стенкам миски. - Не уж опять что-то сказали тебе паны? - Нет, ничего плохого. - А эта, пани? - Наталья Александровна даже извинилась передо мной. Я вижу, что она сделала это ненароком. - Ненароком.. тьфу! Что там на уме у этих панов - только кто ж знает? - Не сердись, Павлусь, всё хорошо. Ой, вот и крем готов. - Уносите! Паны обедали и разговаривали обо всём, даже у самого Григория проснулся аппетит. Он слушал светские рассказы Натали, ведя с ней прямую беседу. - Поэтому я думаю, почему бы нам не устроить бал прямо здесь? - Здесь? - Рассеянно спросил он. - Натали, но есть ли в этом прок? Тем более ты знаешь, я не особо жалую такое. - Но, почему, Григ? Я бы сама всё организовала, созвали бы друзей, знакомых. - Не знаю, не знаю. Я думаю, что это плохая идея. Никто не мог и представить себе, как он в тот момент хотел прижаться к лишь одной зазнобе, зарыться в её волосах, утонуть в ароматах, наслаждаться её стонами. Одна лишь мысль заставляла голову кружиться, а сердце ликовать. - Любимый, - улыбнулась Наталья, подстраиваясь ближе к мужу, она ласково стала гладить рукой его лицо, смотря прямо в глаза, - пожалуйста-пожалуйста. Червинский пал перед этими мольбами и с оттаявшей улыбкой сумел ответить. - Ну, хорошо. - Спасибо! - Радостно закричала дама, хлопая в ладоши, словно ребёнок, получивший самый заветный подарок. - Вот увидишь, я всё организую, как надо! И сегодня же отправлю всем приглашения! - Только не переусердствуй, тебе нельзя утруждаться. Проси Катю, Павлину, о помощи. Полон двор крепостных девок, пусть они всё делают за тебя. - Конечно. Важный пан отправился к себе в кабинет разгребать какие-то бумаги. Ему срочно нужно было разжиться капиталом, чтобы погасить некие определённые долги, дабы жить спокойно, он собрался, как можно быстрее включить голову. Собрав всё самое необходимое, он решил незамедлительно отправиться в дорогу и выйдя из комнаты, вновь увидел её, свою страсть. Китти несла стопку самой хорошей бумаги для Натали, но резко увидев его - она обомлела, уронив всё на пол. Григорий усмехнулся, упираясь на трость, затем решил промолвить, подходя ближе. - У тебя всё из рук валиться. Отчего же? - Простите. Он молча наклонился и стал помогать собирать красавице пропавшее. Её руки двигались быстрее, хотелось быстрее упорхнуть, подобно птице. - Что же ты, боишься меня? - Совсем нет, Григорий Петрович. - Так посмотри на меня. - Грозно прошептал он, заставив безвольную поднять глаза на него. Он посмотрел в них, имея желание утонуть, прямо здесь и сейчас. Если бы не многие обстоятельства, которым он был виной, он бы тут же схватил Катю за шею и стал целовать прямо в коридоре, не обращая внимания ни на что, однако пытался сдерживаться. Она не испытывала лютой ненависти к хозяину, лишь обиду, в её глазах отражалась именно она, боль и чувство несправедливости. Червинский всё ещё смотрел на неё так, будто бы хотел что-то добавить, сказать что-то ещё, но не стал, а пошёл дальше, пока та не окликнула его сама, заставив застыть. - Григорий Петрович! - Что ещё? - Отпустите меня пожалуйста сегодня вечером с Павлиной в село. Он трепетно взглянул по сторонам, пытаясь выдавить суровый взгляд снова. - Иди. Только завтра чтоб была здесь. И помоги Натали. Завтра бал, нечего ей одной справляться. - Слушаюсь. Она исчезла с его глаз, словно перо, летящее с подушки в неизвестном направлении. На её личике красовалась счастливая улыбка. Забежав вскоре к Павлине она радостно сообщила ей обо всём. - Вот те раз! Катрусь, а как я уйду? Мне же готовить надо. Бал же-ш! - Павлуся, миленькая, но он разрешил, а я так хочу увидеться с отцом. Я одна могу, туда и обратно! - Так, ты давай иди пока помогай пани, а я начну сейчас заготовки делать, а вечером вместе пойдем. - Хорошо! Так и случилось, Катя не верила своим глазам, она шла с Павлиной, думая о спокойном вечере, а на улице смеркалось. До сих пор было слышно пение птиц, первые звёзды начали образовываться на ясном небе, она вдыхала свежий прохладный воздух, чувствуя себя свободнее. - Катенька! - Радостно пропел Степан, раскрывая руки для крепких объятий. В горнице было темно, Павлина стала зажигать множество свечей и ставить на стол лампу, чтобы стало светлее, пока её матушка лежала возле печи. - Матушка, я вам покушать принесла, сейчас поужинайте. - Тату, как я соскучилась! На глазах вновь проявлялись слёзы, горькие, не счастливые. Становилось тяжелее дышать из-за всех мыслей, накопившихся в голове. Девушка вцепилась руками в его грязную рубаху, которая пропахла дымом от костров, но даже это было в тысячи раз лучше, чем всё остальное. - Что ты, что же ты плачешь, родная? - Ничего..просто я счастлива, что увидела тебя. - Степан, сядьте! Негоже стоять вот так. - Катя, вот я что думаю. Бежать надо нам. - Но куда бежать? Как? - Она удивлённо взглянула на него, вытирая мокрые следы на щеках. - Да хоть куда! Лишь бы подальше от этих проклятых Червинских! Катерина отвела свой взгляд, направив его на одну из свечей. Она смотрела на пламя, что горело так ярко, задумавшись. - Нет, нет..это неправильно, тату. Я не смогу. - Почему же?! - Крикнул он. - Степан! Сам подумай, как же вы..да в бегах? - Завопила Павла. - А что же ей до последних дней прислуживать у этих нелюдей?! Нет! - Отец, право, со мной всё в порядке, меня..меня никто не обижает, я не могу бросить всё это вот так. Пожалуйста, давай оставим это. - Нет, мы отложим. А когда я раздобуду денег, мы уедем, слышишь? - Хорошо. - Тихо прошептала она, искренне улыбаясь. Катя стала представлять дни, когда она сможет больше не оглядываться назад, а смотреть лишь вперёд, живя по-настоящему. Ночь длилась, к счастью, медленно для Катерины, но к печали - для Григория. В хате были слышны крестьянские добрые песни, от которых на сердце ложилась радость, в доме же у Червинского разносился опиумный дым. Он тихо сидел у себя в кабинете, на душе было нервно и даже черство, хотя пан сам не понимал, почему же. Его страхи, сомнения и напасти охватывали его со всех сторон, как бы удушая своей силой и напором. Григорий тяжко протянул до утра, после чего отключился прямо у себя в кабинете, так и не вернувшись в спальную комнату, где его всю ночь ждала Натали. Поздним утром она уже вошла к нему, застав мужа спящим в кресле, а рядом увидела курительную трубку. - Григ.. Аккуратно пошатнув его за плечо, она отстранилась, наблюдая за тем, как он просыпается. - Натали, - тихо промолвил он, открывая глаза, - голубушка, прости. - Ты всю ночь проспал тут? - Да.. Засиделся за бумагами, а потом уснул. - Ты снова увлёкся опием? Она спросила с опасением, нотками разочарования. - Морфина нет, увы, я ещё не делал заказ у лекаря. Сегодня займусь этим. - Хорошо. Сегодня вечером бал. Мы с Китти разослали много приглашений, будут гости. - Отлично. А она ещё не вернулась? - Кажется, нет.