Интерлюдия — Непрошеные гости
18 августа 2022 г., 11:26
***
— Алиса, я дома! Где ты? Меня тут на обратном пути из церкви угостили крекерами сэмбэй из «Исэя». Хочешь? Тонувшая в лучах заката прихожая зазвенела от голоса Аоко. Облаченная в школьную униформу девушка радостно ворвалась в особняк, хоть сутки уже разменяли семнадцатый час. Обычно она возвращалась домой намного раньше, к ужину. В такое время, они вместе обсуждали различные проблемы и интересные темы. А вкусное яства не успевали остыть, как уже исчезали. Но дела в школьном совете и в местном христианском храме иногда задерживали. — С возращением. Судя по всему, проблем не возникло? — раздалось со второго этажа. Не в пример Аоко, спускавшаяся по лестнице девушка казалась воплощением аристократической леди. — Не скажу, что без сучка и задоринки, но все улажено. Церковь согласилась не вмешиваться в наши дела. Тебя устраивает? — Вполне. Не отказалась бы от «кошачьей лапки», но их лапки больно царапают. Пусть продолжают разгребать последствия. Точка зрения колдуньи была ясна. Аоко провела рукой по волосам. — Согласна, воткнут ещё нож в спину, а для нас и фронт, и тыл прикрывать — это непозволительная роскошь. Девушка посетовала на их натянутые отношения — Я могу. А вот ты ещё не доросла. — Эй! — недовольно крикнула Аоко. Величаво, словно ангел с небес, она спускалась и мельком поглядела на окно в потолке. Это не осталось незамеченным, для соседки. — Стекло помутнело. — заметила девушка. — Обсудим его после того, как решим вопросы поважнее. Как ты себя чувствуешь, Аоко? — поинтересовалась девушка. — С чего вдруг, такая забота? Не пугай меня так. Или я так ужасно выгляжу? — бросилась к зеркалу девушка. День был действительно несладким, аж вспоминать противно… — Так, стоп. Оставим школьные проблемы — в школе! И… мне хоть оставили… Смущенно, перебирая пальцы девушка опустила голову вниз. — Да, остывшее жаркое и холодный суп. Могла бы и к завтраку прийти. Колдунья притупила взор, поднесла тоненький пальчик к губам и лаконично, слегка с издевкой ответила. Конечно, мальчик готовил также и классические английские десерты, но ей это знать необязательно… — Это ведь замечательно, что у нас по плану? Простое внушение? Приступим! Есть хороший стимул, поэтому уверена, что справлюсь! — она буквально сияла от счастья. С глазами, преисполненными азарта, она железной поступью направилась на второй этаж. — В чем дело, мы ведь у тебя занимаемся? В ответ девушка в черном платье лишь опустила голову. — А с крекерами-то как быть? — насупившись как хомяк, хозяйка особняка намертво зацепилась за японские сладости в руках Аоко. Кажется, Эдвард оказывает на неё дурное влияние… Спустя пару часов рутинных упражнений было решено сделать чайный перекус. А рычащий как голодный тигр желудок Аоко наконец забился до отвала. — Господи, спасибо… — если бы местный священник узрел этот момент, он бы перекрестился и подумал, что скоро наступит Армагеддон… Неужто эта атеистка наконец познала славу Господа Бога нашего… Но у них натянутые отношения, и это понятно. Их организации — как собака с кошкой, ведь в глазах Святой Церкви — сама их жизнь это богохульство в чистом виде. А массовая охота на ведьм, начавшаяся ещё в средние века и достигшая пика в семнадцатом веке — это ещё один камень преткновения между ними. Хотя стоит заметить, что и сами маги не шибко жалуют ведьм, и это взаимно... А вот для главы школьного совета Алиса являлась не только соседкой, но и наставницей, последней пташкой, чья воля — закон. Мальчик отправился гулять уже как несколько часов, но ещё не вернулся. Обычные люди уже перезвонили бы все морги, полицию и знакомых. Но они не обычные люди, ночь — это их время суток. Но магию он ещё не знал, и поэтому Алиса оставила на нем несколько чар: для обнаружения, слежения и защиты. Конечно, в текущих условиях, он уже скоро должен был вернуться. Девушки спокойно отправились на веранду, наслаждаться вечерним пейзажем. С находившегося в восточном крыле особняка и украшенного изысканной мебелью помещения, не уступающего убранством гостиной, открывался чарующий вид на местный сад. Однако… — В таком случае, к следующему лету тут уже джунгли будут… Обитательницы дома не горели особым желанием ухаживать за садом, и со временем он пришел в запустение. Ещё неопытная в таких делах Аоко надеялась на магию. — Слушай, у тебя там, случаем, никакого фокуса для уборки не завалялось? — произнесла Аоко, разливая чай по чашкам. — Могла бы поискать, но что-то настроения нет, — подыграв соседке, ведьма уселась за столиком. Но, приметив на нем упаковку с лакомством, задумчиво нахмурилась. — Н-не надо на меня так смотреть! Думаешь, я не знаю, чем ты втихаря тут занимаешься?! Вот рисовое печенье тоже аукнулось. Да, тогда именно я решила использовать Гандр вместо Внушения, но ведь… Хмуро отведя взгляд в сторону, Аоко состроила обиженный вид. Девушка, затаившая обиду, не может так легко успокоиться. Кто-то должен признать поражение. А когда в конфликте участвует такая же девушка, то все перерастает в холодную войну… — Шесть конфет пропало… — девушка нахмурилась. Аоко озадаченно посмотрела на лежавшую рядом вскрытую коробку. «Шестипенсовая песенка». Так именовалось угощение, которое можно найти только здесь, в этом доме. На самом деле это набор из двадцати четырех пернатых фамильяров — в форме конфет. Они патрулируют окрестности города, ища нарушителя. Хотя они неуклюжи, и могут врезаться в ограждение, электрический кабель и другие места. Если коробку закрыть, то все существующие фамильяры исчезнут. — Ну, так что там с зеркалом? Ты же его, кстати, с особняка на город переключила? — Да, хочу понаблюдать за подножием холма. — она задумчиво склонила голову набок. Аозаки кивнула, как и ожидалось, она не может оставить мальчика без наблюдения. — Вот только оно мутное, видимо хотят осадить нас. — Осадить? Их стало больше? — обеспокоенно сказала Аоко. — Я заметила ещё двоих. Получается, один — где-то в городе, ещё двое — в лесу. Колдунья моргнула и слегка отошла в сторону. — Ого, а ты у нас наблюдательная! Кого угомоним первым, для начала? А то я переживаю за Эдварда! Обеспокоенно сказала Аоко, действительно пускать его в таких обстоятельствах на все четыре стороны — это безответственно! — Тех, что в лесу. Но они знают о слежке. Выманить будет непросто. — Понятно, когда устроим «Охоту», а? — Сегодня вечером, пожалуй, я займусь этим лично, ты ещё не готова. И проследи, чтобы мальчик вернулся и лег спать до десяти. «Охота», предвещавшая основательные перемены в её жизни, походила скорее на прыжок с дырявым парашютом. Но глоток теплого чая подавил остатки страха и сомнений. Тем вечером, когда Аоко объявила о своих намерениях, будто что-то щелкнуло в ней. Тогда девушка словно повзрослела и морально, и физически. Алиса оставалась равнодушной, встретив решимость ученицы взглядом в даль. Её протеже наконец-то возмужала. Для этого потребовалось более года, но теперь они могут находиться на одной сцене. И Алисе доставляло удовольствие, что плоды её долгих трудов наконец показались. Она видела в Аоко лишь случайную попутчицу. Ненадежного партнера. Несведущего чужака. Все усилия пойдут насмарку, если они не станут равными, даже если однажды это приведет к их противостоянию. — Да-да, поняла я, — Аоко допила чай и поднялась. — Упражняться так упражняться. Как там было? «Потихоньку и неспешно, полегоньку, неизбежно, тик-так, тик-так, погрузись скорей во мрак!», кажется, так? Заведя руки за спину, Аоко улыбчиво напевала стишок. — Нет, там «Тяжело дышать вдруг стало, будто что-то горло сжало, белый свет остался позади, и тьма одна лишь впереди». — Верно, верно... Выхватив шоколадный шарик из коробки, Аоко закинула его в рот и выбежала прочь. Обескураженная таким бестактным поведением Алиса, молча проводила свою ученицу взглядом. Ей было очень тяжко с такой подопечной, порой казалось, что у нее лишь ветер в голове гуляет. И в чем то она права, стоит настойчивее
