Июньский ноктюрн по венам

Дима спешил вдоль улиц города на рандеву с Арси. Юный преступник долгое время упрашивал парня встретиться, и лишь сегодня он решился. Май подходил к концу, как и терпение Золотова: пора было бы уже покончить с токсичной дружбой. Причин на это было несколько, отчасти –желание уберечь от проблем своё окружение, в том числе и Кирилла. Однако нельзя было отрицать, что к Арси у Димы появилась симпатия. Именно это чувство и являлось рычагом для сегодняшней встречи. — Ты всё же пришёл. Арси стоял на тротуаре, облокотившись на ограждение речного канала. Дима невольно обвёл взглядом бывшего друга: кожа бледнее обычного, синяки под глазами и чёткие скулы говорили о болезненном состоянии человека. Он выкинул дотлевшую до фильтра сигарету себе под ноги и подошёл к Диме для рукопожатия. — Боялся, что я сольюсь? — в шутку произнёс Дима, крепко пожимая ладонь Ромы. — Да, — нехотя ответил собеседник, — боялся разочароваться в тебе. Дима растерялся от такого откровенного проявления слабости. — Вот как… Ну, тем не менее, я здесь. Прогуляемся? Нам многое нужно обговорить. Арси безмолвно взял Диму за руку, и вместе они пошли вдоль канала по улицам. Из скомканного монолога Ромы Диме удалось узнать, что дела банды пошли в упадок. Многие покинули группировку, некоторые попались в руки закона. Доходов едва хватает на элементарные бытовые покупки и еду для близкого круга Арси. Сам лидер после ухода Димы резко сменил образ жизни: практически не выходил из подвала и питался по большей части сигаретным дымом. — Знаешь, я скучаю по временам, когда у тебя волосы были зелёного цвета… Но розовый тебе тоже идёт, — Арси мельком глядел на приятеля, что не оставалось незамеченным. Дима был растерян из-за такой смены характера Ромы. — Ты стал сентиментальнее… Меня это пугает. Вместо ответа Рома, отводя Диму в менее людный переулок, вытащил откуда-то из-за пазухи пистолет. Это заставило Диму напрячься, пусть даже умом он понимал, что Арси не сделает ему ничего плохого. — Я хочу всей душой быть хорошим. Хотя бы в глазах одного человека… Тебя. Он медленно навёл дуло оружия на друга. От Димы не скрылась крупная дрожь рук. — Скажи, у меня есть шанс? — с детской болью в глазах прошептал Арси. Дима шумно сглотнул и руки невольно поднялись вверх в жесте «сдаюсь». — Конечно… Шанс есть у каждого. Главное — понять свои ошибки и исправиться, — быстро протараторил приятель. Рома опустил руки и швырнул пистолет в сторону. Для такого человека, как он, это был жест невероятного доверия к Диме. Его пристальный взгляд смотрел Диме прямо в глаза, прямо в душу. Только сейчас Золотов заметил, что всё тело парня дрожало от беззвучных слёз. — Обыщи меня, — приказал лидер банды. — Что? Нет… — Обыщи! — в голосе появились нотки отчаяния. Дима неловко подошёл к нему и плавно провёл руками по всем возможным тайникам оружия. Карманы джинсов, толстовки и другие тайники оказались пусты, не считая смятой пачки сигарет. — Видишь? — донёсся до слуха Димы истерический шёпот Ромы, — я полностью доверяю тебе. — Ценю, Ром, но этого мало, чтобы измениться. Парни в безмолвии прошли пару кварталов, плавно приближаясь к частным домам, среди которых был дом самого Димы и бывшее жилище Арси. На пути им практически не встречались люди, что позволяло обсуждать некоторые дела, связанные с бандой. — Как закрыли поставку? Я думал, здесь будет возможность торговать ещё лет пять минимум… — слушая рассказы Арси, удивлялся Дима. — Пришлось многое решать самому. Я не доверяю некоторым, в особенности в последние месяцы. — Грёбаный параноик, — упрёк заставил Рому улыбнуться, вспомнив былые времена. — Дима, я устал ходить вокруг да около. Скажи, что мне нужно сделать, чтобы заслужить твоё доверие? Я готов положить весь мир к твоим ногам… Их подсознательно тянуло на знакомые улицы, где каждый камень нёс в себе воспоминания. Ноги сами довели парней до дома Алисы Марковны, из-за чего оба перешли на более тихий разговор. — Боюсь, тебе придётся сделать кое-что большее, — задумчиво сказал Дима. Арси почувствовал, как его сердце с мелкой вибрацией начало ускорять пульс, заставляя вспотеть ладони. Он невольно опустил взгляд в землю, оглядывая измазанные грязью кроссовки. — Мне нужно будет исправиться, — голос беспризорника сел. — Да. Вдвоём они безмолвно подошли к крыльцу дома Стариковых, Дима в задумчивости сел на ступеньки. — Мне сегодня исполняется восемнадцать, — между прочим заметил Арси. — Я знаю, Рома. С днём рождения, кстати… — Меня зовут Арси! — резко вскрикнул парень. Дима обеспокоенно покосился на него, отмечая нехороший блеск в глазах и озлобленную позу. — Хорошо, пусть будет так. Ты запутался сам в себе и тебе очевидно нужна помощь, пусть ты это и не признаёшь, — Дима невзначай опустил взгляд на дисплей телефона, проверяя время. — Да! Мне нужна помощь! Мне нужен был ты, но ты бросил меня в одиночестве! — Арси уже не сдерживал гнева. — Пойми, что мне физически невозможно вытащить тебя из пучины, в которой ты погряз. В это время из-за угла выехали две полицейские машины без сирены и мигалок, быстро скооперировавшиеся сотрудники правоохранительных органов не дали юному преступнику опомниться и уже спустя мгновение трое мужчин окружили его, заламывая руки за спиной и цепляя наручники. Арси не вырывался, лишь с немым укором смотрел прямо в глаза Диме. Тот, в свою очередь, не мог отвести взгляда, ведь впервые он видел, как из глаз приятеля шли безмолвные слёзы. — Дмитрий Золотов, верно? — пока двое мужчин держали осевшего на колени арестанта, третий подошёл к Диме с какими-то бумагами. Дима поднялся с крыльца и ответил на протянутую руку крепким рукопожатием. — Да. — От всего отделения приносим благодарность за оказанную помощь в поимке одного из опаснейших преступников города, — мужчина говорил ещё что-то про документы, но парень его не слушал. — Ты меня предал, — шумела в голове юноши фраза Арси, произнесённая практически одними губами. Не обращая внимания на разум, твердящий, что он поступил верно, в душе что-то сжималось, принимая слова бывшего друга как истину. «Предатель» повесил на себя это клеймо сам. Когда третий полицейский пошёл к машине, Арси будто сорвался с места, остервенело толкая двух других мужчин, стремясь к Диме. Увы, его попытки не увенчались успехом. — Прости, — негромко сказал Дима и протянул руку к лицу разъярённого парня, но тот отдёрнул голову. — Никогда, — было последнее слово Арси, прежде чем сотрудники полиции усадили его в машину. Из дома вышла Алиса Марковна. Она на негнущихся ногах сделала несколько шагов от крыльца в сторону удаляющихся автомобилей, после чего без сил осела на колени прямо на асфальте. Её плечи подрагивали от беззвучного плача. — Алиса, вставай. Девушка медленно поднялась с земли и взглянула на Диму. — Есть закурить? — Алиса Марковна… — Знаю ведь, что есть, -перебила его девушка. Дима молча вытащил из кармана пачку сигарет и, дождавшись, пока девушка вытащит одну, протянул ей зажигалку. В этот момент ему резко перехотелось курить. Сигареты теперь были прямой ассоциацией с только что уехавшим грёбаным Ромой Стариковым. Дима не решался нарушить молчание. Он чувствовал, что теперь девушка будет его ненавидеть, или, как минимум, презирать. Как ни крути, Рома был её единственным племянником. Единственным близким человеком. Алиса ведь до последнего надеялась на исправление Ромы, верила в то, что, когда-нибудь, мальчик придёт к ней домой и покается в совершенных проступках. А Дима так запросто вторгся в жизнь чужой семьи и принял решение, ставшее точкой невозврата. — Знаешь, я тебе благодарна, — вдруг проговорила девушка, присаживаясь на ступеньки и выдыхая дым колечками. Дима в недоумении присел рядом. — В каком смысле? — Ты сделал то, на что я не решалась долгие годы. Мне не хватало смелости, и потом, я слепо верила, что справлюсь с племянником. Дима тщательно анализировал слова Алисы Марковны. — Какие обвинения? — голос девушки казался безжизненным. — Кражи, незаконный оборот запрещённых веществ в особо крупном размере, умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, шантаж и по мелочи ещё… — ляпнул парень, поздно сообразив, как ударят по Алисе эти слова. Девушка крепко выругалась. — Мне часто говорили, что у Ромы дурные гены. Я слишком долго его оправдывала. — Как любит выражаться моя мама, у Арси хорошо варит котелок. Я был восхищён тем, какую империю он выстроил вокруг себя уже в семнадцать лет. Если бы не гложущее одиночество и чувство безысходности, из него бы вышел толк. — Ты так думаешь? — Алиса бросила полный искренней надежды взгляд на Диму. — Конечно. — Значит, виновата я. Я дала ему недостаточно любви и внимания. — Нет, — Дима опустил руку на плечо девушки, — По его же словам его родители лишились родительских прав, бабушка с дедушкой отказались от него. По сути все родственники бросили ответственность за ребёнка на вас… на тебя. Алиса, ты не была обязана всю свою жизнь класть на воспитание племянника, тебя оставили без права выбора! Парень понял, что не может говорить такие вещи на «вы». Это было слишком личное. — В любом случае я не справилась, — прошептала Алиса и вновь заплакала. Диме ничего не оставалось, кроме как обнять девушку. — Я буду скучать по моему маленькому Ромочке… — произнесла она сквозь слёзы. — Я тоже.