Демонический фестиваль: охота за мечом Ада

Тагахамара — мир богов. Это место застыло во времени. Хотя тут и бывает смена светил, но на жизнь богов это никак не влияет. Это очень красивое место. Особенно «Вечно цветующий сад». В этом саду цветут постоянно сакуры. Зелени в мире богов много. Однако если взглянуть на дела этого мира по-другому, вы узнаете горькую правду: Тагахамара в упадке. Почему? Потому что в правящей семье из 3 человек, 3 абсолютных божеств, есть ссоры, которые раскололи семью на две неравные части. И никто из двух сторон не стремится пойти на перемирие. Тут есть несколько самых важных мест, о которых стоит сказать. Это храмы 3 членов правящей семьи: храм «Бессмертной луны», дворец «Праведного света» и поместье «Дуновения свободы». А также административные здания: дворец Военного совета, Божественная библиотека, здание Божественного совета и дворец «Всеуслышанья». Первое административное место: место сбора для собраний богов войны и охоты. Второе — библиотека, самая большая во всех 3 мирах. Где хранятся архивы и личные записи на каждого бога, что существует на данный момент. Личные записи богов, что исчезли — самоуничтожаются вместе с ними. Третье здание: здание совета для всех богов. Там они собираются каждую осень. Но в основном там присутствуют самые известные боги: 7 богов удачи и другие не менее знаменитые. Кою Яри туда практически не заглядывает, ведь ему никогда не было дело до общественных пересудов. Последнее место можно назвать местом, где обычно проводятся какие-то праздники, общие сборы или просто боги собираются, чтобы обсудить что-то не связанное с политикой, экономикой или вообще связанным с устройством своего мира. Кою Яри и это место обходит стороной. Не только из отвращения к общественному мнению и сплетням, но и и про причине одной давней неловкой ситуации. Это случилось, когда ему было разрешено его отцом выходить за пределы двора «Бессмертной луны». Будучи наивным мальчишкой, он хотел увидеть мир богов… его красоту. И первым местом, куда он попал, было здание «Всеуслышанья». Но стоило ему туда зайти одному, ибо прислуга за его ловкостью и скоростью не поспевала, во дворце, полном… народу, наступила тишина. Гробовая тишина. Все смотрели как орлы, хищно и холодно. И тут началось… пошли слухи… поднялись моменты прошлого, о котором все должны были забыть. Говорили, как понял потом Кою Яри, когда повзрослел, тогда о его матери. Говорили много… и плохо. Будучи ребёнком он тогда до смерти перепугался этого и выбежал пулей, будто его гнали палками. Говорили, что рухнула и репутация молодого гения… хотя сами его идеи презирали до глубины души… пострадало много невинных… и многое другое. Богу луны тогда пришлось 2 часа успокаивать сына, когда он услышал о том, что случилось от прислуги. Тот раз был первым и последним, когда здание «Всеуслышанья» видело сына Бога луны. Ведь Кою Яри отказался туда даже заглядывать.

🌸🌸🌸

Сейчас, по мощёным зелёным улицам шли два бога. Один в белых богатых одеждах, что колыхались на ветру. Другой в ханьфу холодных тонов. Вокруг них летали лепестки сакуры. Бог ветра глянул на своего племянника, что шёл чуть позади. — С тех пор, как мы его нашли в том гроте, он ходит как неприкаянный призрак. Взгляд пустой и отрешённый. Такой же был у брата, когда он очнулся после травмы. Брат не смотрел ни на кого… казалось он ушёл мыслями в другой мир… где всё хорошо… Я мог помочь брату только словом. Он очень долго ходил в трауре и редко говорил… даже с собственным сыном. Это были самые тяжёлые времена, — думал Бог ветра. Он любил своего брата. Ведь они с самого детства были не разлей вода. Хотя и Бог луны, по мнению Сусаноо, казался хрупким и слабым, ведь его держали внутри его собственного храма первые его 10 лет божественной жизни, он всё же резво вырвался вперёд. Во время своих путешествий по Японии, ради исследований, или просто для души, иногда и в Вандоу заглядывал, Бог луны сделал так много, что многие в Тагахамаре стали звать Цукиёми — молодым гением. Цукиёми был любим и старшей сестрой — Аматэрасу, и их общим отцом, первым Владыкой — Идзанаги. Все говорили, что Цукиёми ждёт блестящее будущее. Он был талантлив от природы, стремился к вершинам и вполне мог до них добраться… И также все говорили, что всё прекрасное будущее молодого гения рухнуло, когда он связал себя узами брака с «этой женщиной»… Но если бы кто-то спросил Бога ветра, который знает своего брата лучше всех прочих, он бы сказал другое: он видел, как светится от счастья его брат. И во время свадебной процессии, и когда у него появился сын… Бог ветра не знал богов, кто мог бы так ярко светиться от такого… можно сказать детского счастья. Любить и быть любимым, иметь свою семью. Два бога наконец дошли до храма «Бессмертной луны». Кою Яри равнодушно вскинул голову и посмотрел нечитаемым взглядом на табличку над входом. Ворота были открыты. — Кою Яри, пошли, — позвал племянника Сусаноо, уйдя вперёд. Бог войны вернулся в прежнее состояние и пошёл дальше. — Совсем не ожидал увидеть вас здесь вместе. Эх, зеркало совсем не хочет показывать то, что происходит на юге. А во время фестиваля оно ужасно работало. Прежде чем рассказать, Бог ветра глянул на племянника. — Брат, ты уж будь с ним помягче. Бог луны был удивлён. — О чём ты? — Как я понял, Мияко получила меч Ян. Однако мне пришлось немного отвлечься… когда я добрался до них, то… кхм, увидел только Кою Яри… и меч Инь. — Отвлёкся на кого? — Ну… там много кто был. И Хатиман, и Бог грома… и помощники Кэтсуо. Мы все дрались, вместе с клановыми наследниками… против помощников Кэтсуо. — Ясно… стоп, а он как там оказался? — Не знаю. В общем, по словам Района и меча Инь, Мияко… забрали в Преисподнюю, в клан Огненных кошек. И меч Ян тоже. — Забрали? Странно всё это… — Кстати, поздравляю… — С чем? — Племянник прорвался на уровень магистра начального уровня и укротил своего духовного зверя. Я сам видел. — Прорвался во время Голубой луны? — удивился Бог луны. — Да. По словам Мияко, она лишь предположила, что такое сработает. Свет Голубой луны и аура заброшенных храмов луны на юге помогли ему начать прорыв. Он внезапно прорвался, когда Мияко и Сузаку чуть не поубивали друг друга… хотя нет, когда Сузаку чуть не убил Мияко. — Охохо, как неожиданно! Она сразилась со священным зверем?! Да ладно?.. Жаль, мне это увидеть не удалось. — Да, ты многое пропустил. В общем, всю ситуацию в том гроте может рассказать только меч Инь. Потому что Кою Яри, — два брата посмотрели на Бога войны, — ещё не пришёл в себя. Бог луны нахмурился. — Скажи ему, подойти. Я хочу с ним поговорить. — Брат, он же ещё не пришёл в себя. Может не стоит? — Пожалуйста, брат. Передай ему. Бог ветра подошёл к племяннику. — Кою Яри, твой отец хочет с тобой поговорить, подойди к нему. — Хорошо. Кою Яри сел напротив отца. — Теперь я хочу послушать, что мне расскажешь ты? Как очевидец тех событий, — сказал Бог луны, и его взгляд пепельно-золотых глаз сверкнул. — Тут нечего рассказывать. Мияко нашла вход в пещеру меча Ян. Около входа мы пересеклись с Районом, который каким-то образом тоже тут оказался. Зашли и начали проходить ловушки, благодаря нюху Мияко. Но видимо меч Ян не хотел никого пускать к себе, и мы оказались в лабиринте. Потом в пещеру зашёл Кэтсуо. Мы пересеклись после лабиринта. И вступили в битву. Кэтсуо что-то бросил Мияко, и она попала ему в лапы. Видимо из-за яда. Я погнался за ними, за мной увязался Район. Мы с ним добрались до грота с мечом Ян. Район вступил с Кэтсуо в драку, а я отправился помочь Мияко. Дал ей пилюлю, но ей это слабо помогло. Тогда я попросил А-Ляня поговорить с мечом Ян и уговорить того, использовать свою силу. — И что? Тот согласился? — Да. Он её вылечил. А потом… он сказал, что ему нужно помочь Мияко разобраться с Кэтсуо… потому что он… является убийцей клана пантеры. — Я мог только предполагать… и оказался прав… продолжай. — Нас с А-Лянем он попросил не вмешиваться. Я согласился. Мияко с сосудом демона Ян смогла сломать клинок Кэтсуо, забрать у него его книгу с заклинаниями Чёрной магии и почти что лишила его правой руки. А потом… внезапно к нам подорвалась. — Он использовал на ней иллюзию, чтобы пробудить месть к её обидчикам, верно? Кою Яри удивлённо посмотрел на отца. — Да, ты прав. Но… — Ты тоже её обидел… но забудем об этом инциденте… лучше закончи рассказ. — Ну, я начал защищаться. Ей удалось выбить у меня меч Инь. Она была в шаге от того, чтобы убить меня, но… остановилась… вцепилась клыками в руку с мечом так крепко… я думал, она сейчас руку отгрызёт себе. Цукиёми и Сусаноо выпали в осадок. — Она отказалась убивать тебя? Собиралась отгрызть себе руку?.. Удивительная девушка. Я такого совсем не ожидал. Никто не мог преодолеть иллюзию меча Ян. Одной ей удалось. А дальше что? — Как я понял, меч Ян снял с неё иллюзию. Она отрубилась. Дальше уже не помню. — В смысле не помнишь? Но её же забрали. Кою Яри помахал головой. — Не помню. Меня кажется тоже вырубили. О произошедшем рассказали Район и А-Лянь. — Понятно. А он сможет выйти рассказать? — Не знаю… Кою Яри положил ножны меча Инь рядом с собой. И на этом месте появился призрак бога. Он смотрел только на сверкающую бабочку, которая вывела всех из рушащейся пещеры. — Это та самая бабочка? Я думал, что она тогда исчезла, — удивился Кою Яри. — Она пробыла со мной с тех самых пор. Составит мне компанию, пока «он» не вернётся, — сказал А-Лянь и грустно улыбнулся. — А-Лянь, что произошло? После того как…? — спросил Цукиёми, тоже заинтересовавшись малюткой. — Из ни откуда появился огненный разноцветный торнадо. Сосуд Чэнчжу оказался внутри торнадо. Поэтому его самого засосало внутрь. Внутри торнадо были два крепких воина… ёкаи. Они подняли Мияко и ушли. Чэнчжу оставил бабочку, которая нас вывела наружу. Он также сказал, что сделает всё, чтобы вернуться назад. Нависла тишина. — Значит, клан Огненных кошек решил вернуть себе Мияко? Но почему? Зачем им дочь Кимико? Той самой воительницы, что сбежала из своего клана, чтобы жить с Сэтоши в клане пантеры? — задумался Бог луны, приложив к подбородку сложенный веер. — Отец, — позвал Бог войны Бога луны. — Да? — Я помню, что ты сказал, чтобы мы когда нашли меч Ян сделали всё, чтобы уничтожить два меча. Но… я уже теперь не уверен, есть ли в этом какой-то смысл? Я понимаю, что без них у нас будет шанс остановить войну богов и демонов, но с точки морали мне кажется это… неправильным и нечестным. Все 3 бога посмотрели на призрака, что вообще не обращал на других внимания, смотря только на бабочку от демона. — Если признаться честно, я сам тоже уже не уверен, что когда будут освобождены души в мечах, всё закончится. Боги и демоны, — Бог луны тяжело вздохнул, — вражда уже закрепилась в сознаниях будущих поколений. Очень мало демонов и богов, кто не хочет этой вражды. Не говорю, что в этом виновата Владыка… кажется ей до этого нет дела. Всё дело в тех богах, что появляются из желаний людей. Кою Яри показалось, будто его только что осенило. Как и Сусаноо. — Брат, ты хочешь сказать, что… браки в Тагахамаре потому практически и не заключаются, потому что слишком много богов из желаний, чем совершенных богов, с самого рождения или появления? Сейчас, только мы четверо… ты, я, сестра и Кою Яри являемся совершенными богами. Поэтому нам не важна вражда между богами и демонами? — спросил Бог ветра. — Брат, ты угадал. Это очень хорошо. Я не говорю, что мы намного лучше других богов, из желаний, из-за крови. Нет. Просто мы стоим выше мирских размышлений… а именно о добре и зле. Люди… сами стали считать, что кто-то стоит за добром, а кто-то за злом. Это как делить время на день и ночь, чёрное и белое. Раз мы первые проявили инициативу в помощи и защите людей, по их мнению боги это добро. А демоны — зло. Так всё и получилось, то что мы имеем сейчас… Среди демонов тоже есть совершенные и такие же… «из желаний». А совершенные демоны — демоны, что сохранили в себе капли божественной крови… крови бывшей супруги Идзанаги… Идзанами. Ведь мир Ëми появился, когда она умерла. Фактически, все демоны — жители мира мёртвых. Просто, чтобы в мире мёртвых не было перенаселения из-за душ смертных, появился мир отдельно для демонов. И он тоже появился из крови Идзанами. Клан Огненных кошек — это клан из первых самых совершенных демонов, поэтому все кто связан с кланом Огненных кошек будет сильнее. А если прибавить сюда канувший в лету клан Лунных кошек, которые также являлись совершенными демонами, то… меч Ян мог взять самый совершенный демон с божественной кровью в своей плоти. И таких было только двое. Кэтсуо и Мияко. Из-за различий во мнениях, меч попал к Мияко, думающей не о власти, войнах и подобном, а только о том, чтобы защитить то, что ей дорого. И как мы убедились с этой бабочкой малюткой, демон меча Ян также способен защищать то, что ему очень дорого. — Я бы никогда о таком бы не додумался, — сказал Кою Яри, поражаясь масштабам этой теории. — Если бы не Владычица Идзанами, я бы и не задумался над этим. Она меня натолкнула на мысль, я только разработал эту теорию… проверенную на практике. — Ты знаком с Владычицей? — удивился Кою Яри. — Брат, ты что всё-таки пошёл в мир мёртвых? — предупреждающе прошипел Сусаноо. — Ну… сколько раз я там только не был. Но это не важно. — Она же правит и миром мёртвых, и миром демонов, верно? — спросил Бог войны, решив попытав удачи. — Она скорее следит за порядком в мире мёртвых. И поддерживает баланс в мире демонов. Но как богиня при жизни, она играет важную роль для демонов, как мать их народа. — Значит в мир демонов можно попасть и через мир мёртвых? — Я этого не говорил. Хотя и существуют два прохода, но оба места опасны для всех, кто не является призраком или демоном… Тсюки, ты же не собираешься пойти в мир демонов, верно? — угрожающе прошипел Бог луны. — Я ещё не решил, — проворчал себе под нос Кою Яри, решив не возникать против того, что его назвали по настоящему имени. — Чтобы ты не решил. Я запрещаю. И это не обговаривается. — Я ещё даже не решил, пойду ли?! — не стерпел Кою Яри. — Что бы ты не решил. Тебе это запрещено. Ты же должен знать, что за проход в мире демонов нужно заплатить! Хочешь помереть?! Так, забудь об этом! — Но через мир мёртвых можно пройти без какой-то цены за это! — Это тоже опасно. То что меня Идзанами пускала, было лишь исключением, и то я не рвался в мир демонов. Только к ней на аудиенцию, поговорить о том, о сём. Мы так и стали деловыми партнёрами. Но для тебя никто исключений не делал. Если ты что-то съешь в мире мёртвых — не сможешь больше уйти. — Я же не просто сходить посмотреть хочу! Я хочу спасти Мияко! Помочь ей скорее вернуться! — вскочил Кою Яри. — Даже если так. Мир демонов — это не место для богов. Всему есть разумные границы. Для чего бы Мияко не понадобилась клану Огненных кошек, они остались её единственной семьёй, с которой она связана узами крови. Она сама разберётся. Она же самый совершенный демон. Это ей по силам. Раз ты говоришь, что она теперь здорова, то она недолго там задержится. В 22 года по демоническим меркам, она официально станет хозяйкой своего клана пантеры. Поэтому у неё есть свои дела, которые очень важны. Как у тебя есть дела генерала в столице. Но она же тебе с этим редко помогает. Кою Яри долго молчал. — Она вернётся. И ты даже заметить не успеешь. Моё зеркало не работает только во время периодов Золотой и Голубой луны. Если тебя это успокоит, то я буду приглядывать за югом, и если замечу её — пошлю Сеиичи тебя предупредить. Тебя это устроит? — Это твоё последнее слово? Ты ни за что не пустишь меня? — убито спросил Кою Яри. Бог луны тяжко вздохнул. — Ни за что. Побереги мне нервы и останься в мире смертных. Хоть раз прислушайся… до конца. Больше я тебя ни о чём не прошу, — сказал Цукиёми, потерев виски. — А у меня вот есть несколько просьб к тебе. Но раз ты говоришь, чтобы я отсиживался в стороне, то оставлю их при себе. Я буду ждать новостей. Кою Яри вернул ножны меча Инь себе на пояс, встал и молча ушёл, без формальных прощаний. Сусаноо смотрел в спину племяннику, пока тот не пропал с поля зрения. — Брат… — Только ты не начинай, пожалуйста, — попросил Цукиёми у брата, вставая. Он пошёл в храм. Бог ветра пошёл за ним. Они зашли в кабинет хозяина храма. — У тебя как всегда мрачно… и бардак? С каких пор ты перестал следить за порядком? Раньше тут всегда было чисто. Но ответ висел на поверхности. Бог луны ничего не сказал. Он сел за свой стол и выдвинул один из ящиков в столе. Оттуда выкопал свиток… нет, сложенную картину. Богу ветра эта картина показалось смутно знакомой. И его тут же осенило, когда она была развёрнута. Дева в белом с красным фонарём в ночном лесу. Вьющиеся длинные волосы, цвета вереска. В другой руке метёлка из шерсти кончика хвоста белого тигра. Небольшой пучок красивых волос держала шпилька из белого нефрита, один конец которой напоминал молодой месяц. Белые дорогие монашеские одежды с узорами из серебряных и золотых нитей. За пояс был уткнан веер. А за спиной висели белоснежно-белые ножны с мечом. Конечно же это была леди Доулинг, ещё до того, как вышла замуж. Но уже была в полшаге от этого. После объявления помолвки, парочка несколько раз встречалась так ночью в лесу, прочь от чужих глаз. Бог ветра был единственным сторонним наблюдателем и свидетелем в развитии отношений. Все остальные могли лишь складывать слухи сплетни, но никто не узнает всей правды. — Кто нарисовал эту картину? Она как живая, — вырвалось у Сусаноо. — Брат! Я думал, ты давно ушёл! — перепугался не на шутку Цукиёми и даже подскочил на месте, чуть не упав. — Ушёл только Кою Яри. Я остался тут. Понятно же, что тебе очень нужна поддержка. — Значит, я снова так задумался, что ничего не замечал?… Мне это не впервой. — Так, что насчёт картины? Она очень красивая и такая живая. — Потому что я её нарисовал. — Ого… ты умеешь рисовать? — удивился Бог ветра. — Конечно я умею рисовать! Просто рисовал только портреты… и только одного человека, — замявшись, ответил Бог луны. — Упрямостью Кою Яри точно пошёл в Доулинг. — Ты это к чему? — Ни к чему в принципе. Просто сделал вывод из того, что видел раньше и на фестивале. Я очень удивился, когда пересёкся с ней на полпути к югу от своего храма в мире смертных. — Что? Она была на фестивале Голубой луны? — удивился Цукиёми и даже медленно встал. — Да. Мы вместе приглядывали за Кою Яри и Мияко. И спасли их во время полнолуния Голубой луны. Доулинг сказала, что потом отправится в Центральную часть Японии. — И как она? — убито спросил Бог луны. — Совсем не изменилась. Такой же добрейшей и кроткой души человек. С кангой сражаться ей уже не так удобно. Но она хорошо знает медицину… твои частные уроки не прошли даром, — сказал Сусаноо, усмехнувшись в конце. — Ладно, ладно я тебя понял! Прекращай! Бог луны уставился в 5 точку, задумавшись. — Я не уверен, что он послушает. — Скорее всего ты прав. Он слишком похож на одного моего родственника… на моего брата. — Ой, да ну тебя! Где я, а где он?! Мы совсем разные! — Брат, ты знаешь, но признавать не хочешь? Или не знаешь? — Второе. — А мне кажется первое… я тебя хорошо знаю. И всё же, будь с ним немного мягче. Сейчас он в таком душевном состоянии, что прислушается только к голосу собственного сердца. Сказать ему — отсидеться в стороне, когда дело касается того, что ему очень дорого — бессмысленно. — Легко сказать. Но даже если он вырос. В душе, он ещё подросток с огромным нежеланием слушаться кого-либо. — И опять же… знакомая ситуация. Бог луны проскрипел зубами от раздражения. Но злился он не на брата, а то что всё сказанное им правда. Убрал картину обратно и встал со своего места. — Спасибо, что приглядел за ними на фестивале. Я не хотел тебя беспокоить, просто это было очень важно. Отправить их в клетку со львами… можно назвать самоубийством… как хорошо, что они не глупы и знают как поступать в чрезвычайной ситуации, — сказал Бог луны, раскрыв облачный веер. — Всегда рад помогать. А что касается изменении моих дел… тебе не о чем беспокоиться. Мы не отстаём от графика. Всё будет подготовлено в срок. — Отлично… как сказала одна моя знакомая… «не мы выбираем удобный момент, а он выбирает нас». Раскол скоро будет заделан обратно, — сказал Бог луны. Два брата вышли из храма, во дворик. К чему готовятся 2 члена правящей семьи? Неужели они хотят помириться со своей сестрой и вернуть миру богов былое величие? Или же готовятся принять очень «важного гостя» снова на пороге Тагахамары, со всеми соотвествующими почестями?