Сделка с демоном (Deal with a demon)

На утро Фан Хэнь проснулся от неприятного ощущения в груди. В области сердца было холодно, будто там образовался кусок льда, но это мимолётное чувство, вызвавшееся дискомфорт, мигом испарилось, как только мальчик приподнялся. Нагой он сидел в постели, не помня, как вообще добрался до комнаты. Воспоминания обрывались с момента, когда он отправился зачем-то на гору Ан. Сосредоточившись, мальчик попытался вспомнить, что с ним произошло, но это отозвалось внезапной болью в висках, отчего он схватился за голову. - Меня будто огрели чем-то тяжёлым. Пока Фан Хэнь массировал вески, постепенно унимая боль, ему послышалось за распахнутым окном звонкое и, непривычное слуху, пение птиц. Тёплый ветер проникал в комнату, обдувая его. Расположение лучей солнца на полу показывало, что уже день. Давно он так крепко и долго не спал. Удивительно, что его никто не пришёл разбудить. Фан Хэнь одел ханьфу*, подошёл к окну и тщательно протёр глаза. - Мерещиться или же… За окном открывался яркий мир. Красочное голубое небо, изумрудная трава, распустившиеся цветы жёлтой азалии, чей восхитительный аромат долетел до него и чистая лазурная вода. В ясную весеннюю погоду весёлые жители клана Тайонг прогуливались по холмам. Животные мирно паслись на лугах. Ещё вчера на улице почти никого не было, а день казался бесцветным, унылым, тоскливым и скучным. Теперь же всё переменилось. Совсем иначе вели себя люди и животные, словно не было тех проклятых одиннадцать лет. Даже природа, пробудившись от мертвого сна, стала ещё прекрасней. - И это…мой настоящий дом? – лицо Фан Хэня озарил восторг. Изумлению мальчика не было предела. Широкая улыбка появилась на его лице, а на глазах навернулись слёзы радости. Теперь он вспомнил всё. Как дошёл до горы Ан, повстречал среди развалин Ночного храма странного парня в ультрамариновом одеянии. Вспомнил, как тот предложил ему помощь, пообещав, что, заключив сделку с ним, Бог исполнит его желание. Незнакомец слово сдержал, но что же Бог забрал у него взамен? Увидев затянувшийся шрам на ладони, Фан Хэнь не стал заморачиваться над этим думая, что это и есть плата. Теперь всё выглядит так, как и должно быть. В дверь его покоев постучались. - Брат? Ты спишь? - Заходи Фан Цимь. Я уже проснулся. - Видел, что твориться с Восточными холмами? – зашёл он с неподдельным удивлением в глазах. - Да. Правда чудесно? - С чего такая резкая перемена? – Фан Цимь тоже подошёл к окну, немного высунув наружу голову, подставляя лицо потоку ласкового весеннего ветерка. - …какая разница? Разве ты не помнишь наш дом до того, как он погрузился в бесцветный мёртвый мир, приобретя неживой облик? Мне недовелось видеть Восточные холмы такими. Но то, что я сейчас вижу перед собой, невозможно сравнить с рисунками, что хранятся в архивных книгах нашего клана. - Я, конечно, помню. Уверяю тебя брат, что Восточные холмы стали ещё прекрасней, чем были прежде. Фан Цимь помнил, когда в детстве он видел холмы цветными, ощущал запах живых цветов и вкус родниковых вод. А с наступлением ненастья, по утру он даже занавешивал окна, не желая видеть серость за стеклом. Теперь его окна всегда будут открыты. Обернувшись. Фан Хэнь увидел, как «сияет» его брат. Безусловно, это самое лучше утро в жизни братьев. Наконец, Фан Хэнь увидел красочные Восточные холмы, о которых грезил в мечтах. Неописуемый восторг охватил его, разжигая в мальчишеском сердце счастье. Душа рвалась наружу к светлому небу и лучам солнца, а ноги хотели пуститься в пляс по насыщенной зелёной земле. Расставив руки в стороны, мечтательный мальчик представил, что летит по небу, а затем ныряет в чистую воду, ощущая приятную прохладу. Или лежит на цветочной лужайке, вдыхая благоуханный аромат. Вдруг его отвлекли от мечтаний: - Фан Хэнь, какой же ты безответственный, - резко нарушил душевную атмосферу Фан Цимь. - Чего это ты?.. - Рана на плече. Ты почему её не обработал? Ханьфу немного спало с израненного плеча Фан Хэня, выставляя рану на показ, и, разумеется, бдительный Фан Цимь не смог не заметить засохшую кровь. - Пошли, я сам обработаю рану. - Не стоит. - Не спорь со мной. Фан Цимь нашёл лекарства, попросил брата сесть рядышком и принялся омывать рану. Сразу же он приступил к натиранию лечебной мази, что пахла дурно, но зато эффект после её применения был виден почти сразу и радовал глаз. Кто бы сомневался, что старший наследник не заметит шрам на ладони младшего. Схватив его за запястье и преподнеся к лицу, Фан Цимь не стал спрашивать откуда это, когда Фан Хэнь поспешил выдернуть руку, и сам замотал аккуратно ладошку лентой. Фан Цимь вопросительно вскинул брови, но так и не задал терзающий его вопрос, зная наперёд, что, если брат не желает объясняться, он либо оставит его в неведении, либо как-то увильнёт от ответа. Закончив с ранами, наследники пошли к родителям. По пути им встречались жители, здоровавшиеся с братьями, а те, в свою очередь, удостаивали их таким же весёлым приветствием. Настроение у всех было на высоте и сегодня намечалось великое празднество. В семейном саду доносился голос Мень Усу, рассматривающей каждый цветочек азалии и давая распоряжения своим служанкам. Заметив приближающихся сыновей, молодая госпожа попросила служанок оставить её, направившись к Фан Хэню и Фан Цимю. - Мои наследники, как вы себя чувствуете? – обняла она их, поцеловав каждого в щёчку. - Хорошо, а вы матушка? – хором спросили они, будто репетировали и все трое рассмеялись. - Как же я рад видеть всех вас в добром здравии, - послышался голос Фан Шаня. Хоть он и выглядел внешне счастливым, но внутри его души таилась тревога. Он не понимал, что стало причиной преображения его земель, исчезновения врагов и монстров за стеной. Неужто тот Бог, поняв, что Фан Шань вдоволь настрадался, пожалел Восточные холмы? Что-то с трудом в это верилось. - Здравствуйте отец, - поклонились его сыновья. Жена склонила голову в лёгком поклоне. - Пожалуй, это первый день за одиннадцать лет, что довилось нам встретить с радостью. Надеюсь, что Боги смиловались над нами и, впредь, холмы останутся навсегда такими, - мечтательно произнесла Мень Усу. Улыбнувшись ещё шире, Фан Хэнь размышлял, что раз тот парень поведал Ночному Богу храма о его желании, значит сам был не простым человеком. Фан Хэнь накрепко запомнил, что тот обещал при их новой встречи назвать своё имя и потому, не имея ни малейшей догадки, где его искать, но поверив на слово, стал ждать с нетерпением второго появления парня в ультрамариновом одеянии. А больше ему ничего другого и не оставалось. - Ты о чём-то задумался? – обратил на него внимание Фан Шань. - Нет, - опять солгал он. – Я хочу прогуляться, можно? - Чего спрашиваешь? Иди конечно, - дала разрешение госпожа. - Я с тобой! – присоединился к Фан Хэню старший брат и они вместе начали осматривать, вдоль и попрёк холмы, которые, кстати, были весьма огромны по масштабам. От автора: Ханьфу — это традиционный костюм ханьцев Китая. Термин «ханьфу» означает «одежда ханьцев». Отличительной чертой ханьфу является его поперечный воротник, правый отворот и завязывание поясом вместо кнопок. Благодаря плоской выкройке одежда становится широкой и свободной, а владелец выглядит и чувствует себя комфортно. Ткани для изготовления одежды были тщательно подобраны и окрашены экологически чистыми красителями из растительных экстрактов. На тканях одежды вышивали солнце, луну, слонов, тигров, драконов, птиц. Была, даже, вышита природа и различные узоры.