Noblesse. Отродье Отступницы

      Оставила трио в кабинете и помчалась догонять опекунов. Знакомая серебристая ауди нашлась на парковке.       — Ты долго, — обвиняюще бросил директор, тронувшись с места.       — Объясняла ребятам технику безопасности при общении с каджу, — фыркнула, откинувшись на спинку. — Рейзел, я хочу заранее попросить прощения за возможное неподобающее поведение.       Сидевший слева Ноблесс с любопытством посмотрел на меня.       — Я постараюсь быть вежливой, но, если Геджутель позволит себе резкие высказывания в адрес моих друзей или жителей Франкенхауза, я не стану этого терпеть. И выказывать должное его статусу и возрасту уважение тоже не стану, если он будет плохо себя вести, — решительно сжала кулачки.       — Чего ты боишься, дитя? — коснулся моей руки Кадис.       — Он предубежден против модифицированных и не делает различий между жертвами экспериментов и безумцами, их проводившими.       — Ты под моей защитой, тебе не стоит тревожиться, — успокаивающе погладил напряженные пальцы.       Перехватила ладонь, прижалась к ней щекой, заглянула в бордовые глаза.       — Я — да, а парни? Не хочу, чтобы они оказались козлами отпущения, на которых глава клана Ландегрэ отыграется за убийство сына.       — Роусаре, — печально отозвался Рей, погружаясь в воспоминания.       Прошло несколько минут в тишине. Мастер бережно освободил руку, нежно провел подушечками пальцев по скуле.       — Я поговорю с ним.       Кивнула, успокаиваясь.       — И отговори его врать Лорду. Этим он сделает только хуже.       — Он давал клятву Лорду и не нарушит ее, — нахмурился сосед.       — Ради тебя… нарушит, — веско возразила. — Сейра и Регис не смогли опознать вас и отчитались, что встретили двух незнакомых благородных. Это не могло не привлечь внимания остальных каджу. Геджутеля направили проверить информацию. В известном мне будущем он не стал выдавать тебя Лорду и промолчал на прямой вопрос, не желая лгать. Но молчание лишь усилило подозрения. А Раскрея на тебя немного зла, — хмыкнула, — и самую капельку обижена. Ну и в довесок считает виновным в смерти отца, главным заговорщиком и первым злодеем. Вывод правительница сделала простой: дедуля Региса — предатель, заслуживший Вечный сон. Плюс под удар попала Сейра, поскольку не посмела свидетельствовать против покровителя и тоже выбрала молчание. Чтобы решить ситуацию, потребовались твое возвращение в Лукедонию и прямое вмешательство вплоть до сражения с Лордом. Э-э-эй, — проворчала, ткнувшись в раскрытую ладонь, удержавшую меня от столкновения со спинкой переднего сидения.       — Мои извинения, Мастер! Ани! — мгновенно отозвался Франкенштейн, тронувшись после экстренного торможения. — Рассказ о возможном будущем произвел на меня слишком яркое впечатление.       Ну, да. Хм, как же надо впечатлиться, чтобы так отреагировать. И это Франки, которого прошибить почти невозможно. За исключением одной запретной темы: жизни и здоровья любимого Мастера. А Кадис потратит много жизненных сил, если ввяжется в бой с Раскреей.       Предупредив окружающих об опасных поворотах будущего, я поклялась быть хорошей и воспитанной девочкой. Кем и как воспитанной, умолчала… Когда у тебя в опекунах сам Франкенштейн, это несколько развязывало руки.       Благородные ждали нас, расположившись на диване в гостиной. Из прихожей заметила нетронутую чашку с горячим чаем, стоявшую перед недовольным каджу. Поднимавшийся пар свидетельствовал, что Сейра налила напиток не так давно. Хозяин дома чуть ускорил шаг и первым вошел в комнату. Я придержала Рейзела в дверях.       — Сколько лет, сколько зим, Геджутель Эр Ландегрэ, — приветственный оскал.       — Ты! Франкенштейн, — блеснул моноклем визави, поднявшись.       Повисла пауза. Мужчины молча изучали друг друга, застыв в странном противостоянии.       По бокам гостя вытянулись юные ноблесс, их лица выражали крайнюю степень удивления. Не ожидали, что директор школы и почтенный лидер клана оказались старыми знакомыми.       — Пожалуйста, оставьте нас, — обратился к ним Франки. — Мы давно не виделись, и нам есть что обсудить с этим строгим джентльменом.       — Регис, Сейра, вы можете идти, — подтвердил Геджутель.       — Хорошо.       — Я-ясно.       Парочка поклонилась и направилась на выход.       Юные благородные проскользнули мимо нас, кивком поздоровались, сбежали на улицу. Я раздумывала, а не присоединиться ли к ним. Однако Кадис положил руку на плечо, удержав от тактического отступления. Покосилась на него: брови чуть нахмурены, в глазах затаилась печаль. Разве так следовало приветствовать доброго знакомого? Или он переживал, что разразится конфликт? Непонятно…       — Никогда бы не подумал, что встречу тебя в подобном месте, Франкенштейн, — нейтрально начал разговор гость.       — А я предполагал, что рано или поздно благодаря этим ребятишкам нам суждено встретиться, — отмахнулся тот. — Вот только не думал, что это произойдет так скоро.       — Что ты здесь делаешь? — тон голоса Геджутеля неуловимо изменился, простая беседа превратилась чуть ли не в допрос. — И почему Регис и Сейра живут с тобой?       — О, боже мой! — фыркнул Франки. — Вы так говорите, словно подозреваете меня в каких-то тайных умыслах по отношению к детям… Ну прямо, будто я злодей какой-то, — лукаво ухмыльнулся, попытавшись свести резкость в шутку.       — Хах! Я знаю, с кем разговариваю, потому и спрашиваю, — рявкнул старший Ландегрэ.       Хозяин дома в ответ расхохотался. Рядом еле слышно вздохнул Рейзел.       — Опять ругаются, да? — прошептала. — Не хотят жить дружно?       Ноблесс покачал головой.       — Ничего не изменилось, — обронил дедуля Региса, словно в подтверждение грустных мыслей Кадиса. — А ведь с тех пор, как ты решил скрыться от мира, минуло немало лет.       — Годы действительно летят, — согласился собеседник, — прошло восемь веков…       — Ты все еще… — Геджутель замялся, словно стесняясь, — продолжаешь искать?       — Нет, — счастливо улыбнулся Франки.       Однако был понят превратно. Атмосфера в гостиной переменилась мгновенно.       — Франкенштейн, значит, в конце концов ты предал своего Мастера? — гневно прорычал каджу.       Кажется, характерные черты старика — поспешность в выводах и автоматическое осуждение. Ну почему он такой пессимист? Ой, видимо, последнюю фразу я пробормотала вслух, потому что Рей вновь вздохнул.       — Позор на мои седины, — тем временем продолжал сокрушаться старший Ландегрэ. — А ведь я поддержал тебя, когда ты оставил все и отправился на поиски Мастера.       — Минуточку, кажется, вы меня не так поняли. Я прекратил поиски, потому что больше в них нет необходимости.       Собеседник замолчал, зажмурился, потряс головой.       — Что? Значит…       — Твой выход, — подтолкнула вперед опекуна.       Топ. Топ. Топ. В повисшей тишине шаги звучали особенно громко и эпично. Мастер замер за спиной у слуги, подтвердив правоту ранее сказанных слов. Побуравил шокированного гостя выразительным взглядом. И первым нарушил затянувшееся молчание.       — Давно не виделись, Геджутель Эр Ландегрэ.       Дедуля Региса все еще пытался подобрать челюсть с пола. Несмотря на тысячи лет жизни, выдержка ему отказала, удивление оказалось слишком сильным, появление пропавшего господина — чересчур неожиданным. Наконец старик поверил в реальность происходившего, вытянулся во фрунт, улыбнулся и приветственно кивнул.       — Да, давно… Кадис Этрама ди Рейзел. Истинный Ноблесс.       Я почувствовала, что Рей приятно удивлен и возбужден. Искренне рад визиту старого знакомого.       — Франкенштейн, чай. Ани, подойди.       Послушалась, приблизилась, замерла за правым плечом опекуна.       — Каджу-ним, — вежливо поклонилась.       — Это дитя под моей защитой, — веско обронил Кадис, гордо вздернув голову. — Как и другие обитатели этого дома, — добавил, вспомнив мои опасения.       Удовлетворенно улыбнулась, послала по внутренней связи признательность и благодарность. Уф-ф-ф. Обезопасил ГМО от чрезмерного внимания Геджутеля. Последний меж тем задумчиво оглядел меня и поинтересовался:       — Рейзел-ним, кхм, где вы были и чем… кхм… занимались все это время?       Вернулся Франки, поставил перед Мастером чашку с ароматным чаем, занял место по соседству.       — До недавнего времени я спал.       — Что? — вздрогнул Ландегрэ. — Значит, причиной вашего исчезновения явилось то, что вы проспали восемьсот двадцать лет?       — Именно это говорят Ани и Франкенштейн.       — Я обрел Мастера не так давно, — подключился к разговору хозяин дома, — и я также был чрезвычайно озадачен, узнав правду.       — Столь продолжительный сон… — обеспокоенно пробормотал дедуля Региса.       Я предпочла молчать, наблюдать и не вмешиваться в общение старших. Вопрос о моем каминг-ауте в их компетенции.       — Геджутель, незадолго до нашей встречи мне довелось видеть Косу смерти в руках Сейры, — сменил тему Франки. — Обладание этим артефактом говорит о том, что она является главой клана Роярд.       Гость кивнул.       — Не поторопился ли прежний глава дома, водружая на ее юные плечи такую ношу?       — Сейра… — вздохнул старик, — несчастное дитя, уже более сотни лет она в одиночку несет на себе бремя ответственности за свой род.       — Как это? — шокировано застыл Франкенштейн. — Не может быть… — с ожиданием взглянул на меня, — значит…       Пришлось подтвердить.       — В данный момент Сейра — единственная представительница фамилии Роярд.       Заслужила внимательный взгляд визитера.       — Неужели дом Роярд распался? — мрачно спросил опекун. — Но как же тогда предыдущий глава? Что с ним случилось?       — Франкенштейн, глава дома Роярд, которого ты знал, возвратился к земле…       — Что?       — …вместе с моим сыном, — завершил фразу каджу.       От Ноблесс расходились волны сочувствия и грусти.       — Геджутель, объясни… — отставил он чашку, — что случилось?       — Даже когда Рейзел-ним оставил нас, особых изменений не было, — прикрыл глаза тот. — Однако около пятисот лет назад Лорд впал в Вечный сон, и тогда произошли большие перемены…       — Лорд? Что ж… он был с нами достаточно долго, — откликнулся Франки. — Когда фигура такого масштаба погружается в Вечный сон, изменения неизбежны. Не удивлюсь, если воцарился хаос.       — Ты прав, Франкенштейн, — вздохнул Ландегрэ, — ты абсолютно прав. Лорд пробыл на этой земле столь долго. Утрата, понесенная нами, была колоссальна.       — Значит… Лорд заснул Вечным сном, — вычленил важную для него информацию Мастер.       — Да. — Вздох. — Перед тем, как отойти ко сну, он говорил, что желал бы увидеть вас.       — Ани?       — Хочешь знать детали? — уточнила, сомневаясь, стоит ли откровенничать при госте.       — Говори при Геджутеле, дитя. Глава клана Ландегрэ заслуживает доверия.       Названный с любопытством отслеживал малейшие нюансы наших переговоров.       — Ладно. Лорд в очередной раз хотел предложить тебе занять его место и освободить от этой чудесной участи любимую дочурку.       Кадис тонко улыбнулся:       — Это в его характере.       — Пф! Не волнуйся, он оставил вам пару сюрпризов на будущее, — фыркнула, припомнив размер подставы, — и вот они абсолютно точно в его характере.       Рядом чуть слышно выругался Франки. Каджу поморщился, гневно взглянул на меня, но затем ошеломленно застыл. Воцарилась тишина.       — Рейзел-ним, — нарушил молчание Геджутель, — могу я спросить… Подобное ощущение я испытывал лишь однажды, очень давно, легко обмануться… — в сомнениях пробормотал он. — Ребенок, заглянувший за горизонт. Да, предки тогда послали дому Ру особенного наследника. Но… неужто глаза меня обманывают? Ее возраст…       — Малое совершеннолетие Ани отметит не ранее, чем через сто лет, — обозначил границы Ноблесс.       — …и внешность. Эта девочка — вылитая Лорелея в юности… Вы не могли этого не отметить…       Что? Я ошарашенно замерла.       — Но что делает подле вас дитя Отступницы?       В смысле? Какой еще Отступницы? Не было в каноне подобного. Только Предатели Лукедонии. Так ведь? Принялась напряженно буравить взглядом затылок опекуна. Почему. Он. Мне. Ничего. Не. Сказал.       — Именно Ани нашла и пробудила меня, — веско заявил тот, на что старик лишь многозначительно кивнул.       — Провозвестником Темных времен ты являешься, дитя, — после непродолжительного молчания обронил Ландегрэ, — и носителем опасного наследия.       «Опасного, но великого», — пронеслось в голове. Интриганы-заговорщики, блин. Хотела разгадать тайну рождения этого тела? Вот, получите, распишитесь. Список моих вопросов к Рею, да и к каджу рос просто в геометрической прогрессии. Кто такая Лорелея? Почему она Отступница? И почему Кадис, молчавший все это время, вдруг легко подтвердил слова старого друга? Он же понимал, что я этого так не оставлю.       В кармане беззвучно завибрировал телефон. Тао спрашивал, как у нас дела и можно ли им уже зайти. Наклонилась к опекуну, продемонстрировала экран с сообщением. Тот вчитался, перевел взор на гостя.       — Геджутель, прошу, будь снисходителен к жильцам этого дома.       — Конечно, Рейзел-ним, — откликнулся он, подозрительно уставившись на Франкенштейна. — Так значит, те существа — твоих рук дело?       Аха-ха-ха-ха! Похоже, благородный все не так понял.       — Нет, — возмущенно огрызнулся Франки, — это люди на них ставили свои эксперименты. Теперь они просто живут с нами.       — Вот как… На своих же сородичах, — покачал головой глава клана. — Воистину судьба достойная сожаления.       «Можете заходить, — набрала СМС. — Но помните о технике безопасности».       — Я вас ненадолго оставлю. — Ландегрэ поднялся, церемонно раскланялся и направился на выход, на улицу.       По пути столкнулся с ГМО, но стороны разошлись спокойно, без конфликта. Хлопнула дверь. Модифицированные поздоровались и прошли на второй этаж, пообещав переодеться и спуститься к ужину. Я очень надеялась, что Геджутель забудет про свои воспитательные приемчики и выполнит просьбу Рейзела.