Правда из коробки

Я закрыл глаза, минуту постоял, тогда открыл. Опять закрыл. Комната не изменилась. Я потряс головой и обратился к Вию — если уж общаюсь с духами, почему не поболтать и с котом. — Значит так, дорогой. Поедем ко мне домой, чтобы тебе не мучиться в одиночестве… — Мяяяяууууууу! — прозвучало в ответ очень злобно и обижено. Похоже, присутствие духа истины на кота действует не меньше. — Ну, ладно, буду откровенен. Не охота мне каждый день через полгорода до тебя добираться. Так что выбирай — постоянно свежий корм и лоток или гордое одиночество? Думаю, в моей квартире мы поместимся и кто-то мне подсказывает, что подружимся. Или хотя бы терпеть будем друг друга. Последнее я сказал совершенно искренне, и Вий без возражений забрался в переноску. Коробку с Эметом я положил в карман. Скорее всего, это простой гаджет с какой-нибудь хитрой программкой, будет свободная минута — попробую разобраться (коробка в кармане возмущено завибрировала). До моей квартиры добрались без приключений, однако впереди меня ждал насыщенный день. Первое по плану — визит в супермаркет, где я собирался купить что-нибудь для Вия, а также прикупить продуктов для бабушки. К слову, для самой славой бабушки на свете. — Папа!!! То обещал мне котенка! Обещал, обещал! — завыла сирена за спиной. Я же уже пять минут топтался у стеллажа с кошачьим наполнителем и никак не мог решиться, равна ли пятикратная разница в цене такой же разнице в качестве. А если нет, то в какую сторону (я же математик, как–никак). И вообще, какой чертов наполнитель мне покупать??? — Так ты маленький еще, — пробубнил неведомый мне папа. — Ты же сказал, купишь когда подрасту. А день рождения у меня завтра. Значит я подрасту на целый год. Папа!!! Пожалуйста! Так нечестно. Вот, мальчик корм покупает. Почему ему можно???? Похоже, «мальчик» это я. Правда, первый круглый юбилей у меня уже не за горами, но правда и то, что когда Господь рост да стать раздавал, я в очереди за умом топтался. Математическим умом и, наверное, за второй или третьей порцией. — Ладно, пошли сейчас домой, с мамой поговорим, может завтра и получиться… — Ура!!!!! Коробка в кармане зашелестела. Я не выдержал. — Ей, приятель. Не купит тебе отец кошака, мама скажет, что у нее аллергия, и будешь ты довольствоваться…но скорее всего новым свитером на день рождения. Или кроссовками. А если бы просил хомяка и на этом настоял, может быть и появился бы шанс на хороший исход… Слышали ли вы про иерихонские трубы? По крайней мере, я сейчас ни капельки не сомневаюсь, что звук может снести стены. А уж разорвать барабанную перепонку, то проще простого. Под страшными звуками, которые издавал отпрыск и недовольные покупатели, папа шагнул ко мне. Вот он точно два раза за ростом в очереди отстоял, только досталась ли ему хоть одна порция интеллигентности? Я попятился назад. — Ты, сопляк, какого… тут умничаешь, а? — на скулах у него заиграли желваки, а под футболкой — мышцы. Откуда ты знаешь, вообще? Может я сыну верблюда куплю, а? А ты, умник, в морду не хочешь? Мне стало совсем нехорошо. — Извините, я просто правду хотел сказать. Чтобы ребенка не травмировать. Вы и впрямь можете хомяка… — Какого черта ты свою правду–матку режешь, когда тебя не просят? Кому она, правда–то, нужна? — Папа явно хотел мне врезать, но вокруг уже насобралось народу, поэтому он просто плюнул на землю и потащил сына прочь. Вроде к зоомагазину с хомяками… — Вот видишь, — тихо сказал я Эмету. — Из-за тебя чуть в морду не получил. Хотя и так было ясно, что никто котенка покупать малому не будет. — Зато появился шанс, что он получит хомяка, — парировал Эмет. — Так что ничья, один — один. *** Следующим пунктом в моем расписании было отнести купленные продукты бабушке. Мы договорились встретиться в церкви — в одной из тех, у которых обычно отсутствуют роскошные здания и которые в законодательных актах называются нетрадиционными. По правде говоря, с церковью у меня связаны теплые воспоминания детства, однако в подростковом возрасте я начал понемножку отдалятся, к вере охладел и уже не помню, когда последний раз переступал порог дома Божьего. Бабушка, которая никогда не теряла надежды вернуть «блудного внука», так искренне мной обрадовалась, что я согласился побывать на молитвенном собрании. В любом случае, мне нужно как–то «убить» часа полтора. Перед собранием на минуту зашел в уборную. — Ей, Эмет, забыл тебя спросить. Ты по сути какой дух? — Я же говорил — дух правды… — мне показалось, что мой странный собеседник немного замялся. — А по христианской классификации? Если ты родственник тех, кто из преисподней, тебе в церкви может не поздоровиться… — Насчет этого можешь быть спокоен. Здесь моих родственников любых мастей полным–полно и они неплохо себя чувствуют. Может церковь дня духов и не самое уютное место, но вполне терпимое. Самое удивительное, я на собрании искренне молился. Прежде всего — за бабушку, но не только. Когда мы вышли на улицу, Эмет просто сгорал от нетерпения. — Ну, как? Видел, да? Видел? — Если ты про пастора, для меня давно не секрет, что он вздыхает по молодым прихожанкам, а не по своей жене. Это видно любому, у кого глаза более–менее исправно работают. Чем я был приятно удивлен, то что дальше воздыханий дело не доходить. Может и не так все плохо в церкви. — Но…. — А если про диакона, то он задремал не от скуки, а от того, что у него в семье трое малышей. Младшему — три месяца. — А что он двадцатку прикарманил из корзины для пожертвований, тебя не коробит? — А ты не подумал, что он просто ее одолжил, «проницательный» ты дух? Может это и не самый образцовый поступок, однако получит зарплату и вернет. Я его лет десять знаю — не умеет он с деньгами обращаться, и стыдится этого, но он не вор. Кто из нас без греха? И еще я видел много нормальных людей. Не совершенных, но искренних. Так что если ты по просьбе своих рогственников, тфу, родственников хотел отлучить меня от церкви, результат получился почти противоположным. И ничего нового я не узнал. — Ок, ноль–ноль, — пробормотал дух. — Хотя я до конца не согласен. Ты ничего не потерял и, похоже, стал более терпимым к людям. Также получил больше знаний, а знание — сила. На сей раз промолчал. Просто не собирался тратить свою энергию на споры, так как в моем расписании был еще один пункт. *** «Пункта» звали Еленой. Мы уже некоторое время виртуально общались, сначала в приложении для знакомств, затем и в других чатах. Я пытался очаровать ее своим чувством юмора, а она меня — мемами про собак и признанием, что ей нравятся айтишники, чем сразила меня наповал. Я решил, что в нашем городе она уникум. И что пришла пора познакомиться вживую. Сказать, что я нервничал, ничего не сказать. Кроме того, от волнения я весь взмок и нервничал еще сильнее. А когда Елена показалась из-за угла, я уже про себя вовсю проклинал затею со свиданием. По правде говоря, красотой она меня не сразила, но показалась довольно симпатичной (вы уже поняли, что фотками мы не обменялись), даже слишком симпатичной… для мелкого рыжего айтишника. После нескольких попыток преодолеть неловкость мы решили, что с древних времен людей сближает общение за столом и выбрали столик на летней террасе в кафе. — Угощаю, выбирай, — я хотел казаться джентльменом. — Мне капучино, — застенчиво улыбнулась Елена, — и кусочек торта. «Она любит черный кофе, а капучино заказала, чтобы казаться женственней. А вот торт ей совсем ни к чему, потом будет мучиться, что сорвала диету», — подсказал Эмет прямо мне в мозг, так как от волнения я абсолютно потерял способность соображать. — Два американо, шоколадку и низкокалорийное желе даме, — провозгласил я бодрым голосом поспешившему официанту. — Антон, ты не услышал, — робко попыталась возразить Елена. — Я хотела капучино и пирожное. Официант приостановился в нескольких шагах от нас. Я махнул рукой — ничего меня не будем. — Я все слышал, — решил впечатлить девушку. — Но я знаю, в общем, чувствую, что ты любишь черный кофе и сидишь на диете. Ведь я прав? В глазах девушки сначала блеснули слезы, а потом ярость. — Ты находишь меня толстой?! — Ну, ты не тростинка… Но очень симпатичная, — поспешно и совершено искренне добавил. — Я просто хотел, как тебе лучше. Я видел, что Елена подбирает слова. Принесли кофе, он оказался неожиданно вкусным. Девушка явно через силу попробовала желе (сейчас оно у нее ассоциируется с унижением, промелькнула мысль) и наконец решилась. — Человек — это не компьютер, на котором запускаешь команды. Обычно мы общаемся словами. Мы поболтали о тем, о сем. Я признался, что разрабатываю программы бухгалтерского учета и не люблю животных. Елена вежливо слушала, но я чувствовал нарастающее разочарование, поэтому поспешно добавил: — Я еще и программки для знакомств пытаюсь создавать, а сегодня временно приютил кота! Ее взгляд мгновенно похолодел. «Она же собачница, — слишком поздно промелькнула мысль. — И считает, что просто стала тестом для твоей программки». — Я и кота не люблю… пока… — лихорадочно попытался исправить то, что напортачил. — И программку не собирался на тебе тестировать, ну, может только в самом начале… И вообще, может у нас еще что-то получится? Может ты от меня и не в восторге… Но ты же думаешь, что парня получше пока не найдешь. И ты совершено права! — Как айтишник ты симпатичный и даже забавный, — сказала Елена на прощание. — И с тобой, кажется, на заскучаешь. И людей неплохо знаешь. Только твоя прямота, уж извини, как холодный душ. А я холодный душ не люблю даже летом. На том и расстались. Следующие пять минут я боролся с желанием вынуть коробочку из кармана и разбить вдребезги. Но разве не этого и добивается противный дух? Что-то мне подсказывало, что он не такой уж честный, каким пытается казаться, несмотря на то, что по букве закона он сам не врет и другим не дает.