Позволь быть твоей мамой

Прошло уже несколько дней со стычки детей с Бездонным омутом. Вернувшись из Цинхэ Не, Лань Цижэнь был вынужден теперь заняться другой проблемой, потому его не было, ни на занятиях, ни в библиотеке со странниками. — Не беспокойся о детях и о нас, мой друг, – сказала ему Яньлинь. — У нас впереди ещё много времени. А дети будут под присмотром. Так что оставь лишние переживания и сосредоточься на более важном сейчас. Сейчас Яньлинь сидела в своей комнате поздним вечером и исписывала очередную тетрадь своими идеями. После последних событий, было принято решение отдохнуть немного от исследований связанных с Танцующей Девой, но у Яньлинь теперь есть ученики, занятия с которыми она не могла отложить в самом начале их совместного пути. Да и женщине было так легче отвлечься от ненужных дум. Способности этих детей были совершенно в разных направлениях. Вэнь Цин была очень способной девушкой в изготовлении лекарств и работой с потоками энергии. Она могла без труда приготовить любое снадобье, прекрасно разбиралась в свойствах и рисках очень многих трав и отличалась потрясающей концентрацией. Девушка хорошо чувствовала потоки духовной энергии, что помогало ей быстро понимать, где у человека может быть повреждён канал. Вэнь Нин же был более искусен с работой над физическими повреждениями и тоже был хорош с работой с духовной энергией. Он мог с перепугу напутать ингредиенты для отваров, хоть и знал точные рецепты приготовления наизусть. Но вот когда дело касалось ран, Цюнлинь демонстрировал потрясающую концентрацию и понимания своего дело. Царапина, колотая или рваная рана, его не пугали такие зрелища. Юноша прекрасно знал анатомию, без труда определял был ли отравлен клинок, которым ранили человека и без труда определял застой крови в организме. Яньлинь быстро смекнула о сильных и слабых сторонах своих учеников, потому и программа для них нужна разная. Ей предстояло не только восполнить пробелы, но и не притуплять их сильные стороны. Однако, роль учителя давалась ей не так легко, как она ожидала. Одно дело учить своё дитя, а другое вести занятия для других. Составлять программы обучения для брата и сестры Вэнь было тяжело потому, что они не были вместе с Яньлинь многие годы, а на обучение у них может быть отведено чуть больше года, если не меньше. Ей важно не упустить ни одной детали. Она должна научить не только медицине, но и склонить этих детей на их сторону, а значит ей нужно стать для них шифу не только на словах. И помимо всего этого, ей так же нужно было проводить исследования о Деве, тубусе и дневниках Вэнь Мао. Чем дальше течёт время, тем более тернистый путь простилается перед целительницей. Вот только сильная усталость уже давила на женщину. — Яньлинь, – на плечо Яньлинь опустилась тяжёлая рука, что вывела её из своих дум и заставила вздрогнуть от неожиданности. — Шисюн? – растерянно смотря на мужчину, сказала целительница. Она не только не услышала его шагов, но даже не почувствовала его присутствия. — Так и думал, что вновь не отдыхаешь, увидав свет из твоей комнаты, – вздохнул Сун Лань, садясь рядом с ней на пол. — Я не занимаюсь исследованиями в одиночку, – улыбнулась Яньлинь, чувствуя, как её разум начал успокаиваться от тревожных мыслей. — Просто у меня теперь двое учеников, что так же требуют постоянного моего внимания. Не могу же я небрежно относиться к роли шифу. — Могу лишь представить реакцию нашего шифу на это, – усмехнулся Сун Лань, представляя эту картину. Их шифу всегда был спокоен за будущее своего ученика и всегда беспокоился о своей ученице. Шифу верил, что из Сун Цзычэня выйдет прекрасный наставник. Но в действительности, именно его шаловливая ученица стала матерью и наставницей для детей, чего не мог, не то что шифу представить, но и любой ученик храма Байсюэ, который знал Яньлинь. — Боюсь с меня снова потребуют не одну чарку вина за ещё одни седые волосы. Сейчас Сун Лань был одет очень по-домашнему. Волосы были распушены, хотя раньше он не позволял себе такого, а из одежд на нём были лишь ночное ханьфу и накидка. Это очень смущало, но ещё больше сбивало с толку, что Цзычэнь при всём этом вёл себя так, словно так и надо. Словно это всё в порядке вещей. Яньлинь стала всё больше замечать, как часто лёгкая улыбка появлялась на этом прекрасном лице. А она начала ловить каждую из них. Цзычэнь всегда был красивым юношей, но сейчас он вырос в прекрасного мужчину, что привлекал глаз своей мужественностью и остротой. Стоило ему появиться рядом и она чувствовала себя под защитой. Чувствовала, что рядом с ним она может перестать быть сильной Цюаньшэн Чжу и быть просто Фэн Яньлинь. Быть собой. Как произошло только что. И чем дальше, чем больше ей этого не хватало. Хотелось всегда быть рядом. Всегда слышать его глубокий голос. — Знаешь, оглядываясь назад, я вспоминаю, как легко я отпустила тебя. А сейчас одна лишь мысль об этом ранит мою душу. Такие простые слова, которые дались не так легко. Слова которые хотелось сказать уже некоторое время, но не хватало смелости. Всё это время, Яньлинь боялась будущего и завидовала героям историй, которые она когда-то читала, что не страшились будущего так сильно, как она. Её тянуло к этому мужчине, но был страх о грядущем. Не сделает ли она хуже? Что будет с ними, когда нагрянет война? Смогут ли они преодолеть это? Сможет ли она это преодолеть? Но Сун Лань одним своим присутствием рядом, порождал мысль: «А может, это всё-таки того стоит?» И вот, она решилась. Нет, не сказать о своих чувствах напрямую, но высказать довольно очевидный намёк. И в ожидании ответа, время, словно на зло, стало тянуться ужасно долго. Сердце билось быстрее, чем мгновение, что сбивало со счёта, а пальцы нервно сжимали ткань одежд. И словно, маленькой девочке, ей хотелось сбежать, чтобы не слышать ответа, которого она боялась. Трусиха. — Не вижу причин, по которым я должен уйти, – сквозь гул прорвался спокойный голос мужчины. Хотелось выдохнуть с облечением, но женщина упрямо держала лицо. В юности она была куда смелее. Куда бесстыднее, чем повзрослев. — Неужели я слышу признание от господина Лэнжэнь-саньшэн о том, что он последует за мной в какую бы часть Поднебесной я не отправилась? – с напускным спокойствием спросила Яньлинь. Она не была спокойна или расслаблена, какой хотела казаться. Кончики её пальцев всё продолжали незаметно перетирать ткань на ночной ханьфу. Улыбка казалось слишком показной, а поведение наигранным. — Куда угодно, – без лишних колебаний, ответил мужчина, чем окончательно разбил маску спокойствия на лице Яньлинь. — И с каких пор…, ты готов на такое? – беззаботная улыбка потихоньку ушла, уступая месту удивлению, которое делило дорогу с ожиданием. — К сожалению, я не знаю ответа на этот вопрос, ведь сам не заметил, как решил для себя такой исход. Яньлинь больше не знала, что ей сказать? Что ей сделать? Хотелось предпринять хоть что-то, словом или действием, но голова перестала уже соображать. Одновременно не было сил смотреть более в эти глаза, подобные прозрачной осенней воде и в тоже время она всё никак не могла отвести взгляд. От бессилия хотелось кричать. — Ты невыносим, – сказала глупость женщина, не в силах выдержать то, что происходило между ними двумя. — Надо поставить чай. Вскочив со своего места и не зная куда деть лицо от смущения, Яньлинь поспешила сбежать из ужасно тесной и удушающей комнаты. Задвинув за собой панель в свою же комнату, где она оставила Сун Ланя, Яньлинь была готова вырвать себе язык за то, что она сказала. Ей уже тридцать лет, а ведёт себя, как совсем юная дева. Поэтому она стояла у двери и постукивала себя по лбу кулаком, который затем кусала. — Ты же будешь чай? – надеясь исправить свою глупость, попыталась сгладить углы Яньлинь, что прозвучало очень жалко по её мнению. После её слов, панель вновь открылась, что заставило её вздрогнуть, и оттуда вышел Цзычэнь, как ни в чём не бывало. — Я уже начал беспокоиться, что не позовёшь меня разделить глоток чая. Яньлинь успела заметить довольную улыбку на лице Сун Ланя, перед тем, как он ушёл вперёд. — Да… когда же…? – не зная, как подобрать слова, целительница пыталась сдержать своё недоумение с возмущением. «В какой же момент, Сун Лань обменял свои кости?»

☾ 𝆺 𝆹 𝆺 𝆹 𝆺 𝆹 𝆺 ◯

— Ты что серьёзно? – еле сдерживал себя от громкого возгласа Не Хуайсан. — А почему нет? – беззаботно пожал плечами Вэй Усянь. — Я же провинился, хоть и не специально. — Да когда тебя это волновало? — Так вот какого обо мне мнения? И ещё зовёшься моим названным братом? – надулся, как маленький, Вэй Ин. — Тебе напомнить про недавний случай? – сложил руки на груди Хуайсан. — Ладно-ладно, я понял, — сдался юный странник, когда они приближались к нужному строению. — Подожди меня тут. Всё равно я быстро. Сказав это, Вэй Ин ловко взобрался по дереву к окну второго этажа. Там, сидя за столиком и читая мемуары сидел юноша в белоснежных одеждах Гусу Лань. Лань Ванцзи, как всегда был образцом для многих благородных мужей в Поднебесной. Всегда идеален во всём. Даже в простом чтении книги. Где же ещё можно было найти его, как не в библиотеке? — Цзи-сюн, – запрыгнув на перила, позвал юношу странник. — Я вновь вернулся сюда. Навевает воспоминания, правда? И вновь, Лань Ванцзи даже не оторвался от своей книжки. В самом деле, как и во время его наказания тут. Строгий молодой господин Лань, даже не удосужился взглянуть на него. Однако, Вэй Ин много времени провёл с ним, чтобы уже привыкнуть. — Цзи-сюн, ты жесток, как всегда. Даже взглядом меня не удостоил, хотя я и проделал этот путь ради нашей встречи, – в этот раз его в самом деле удостоили взглядом. Увидев, строгий взор золотистых глаз, юный странник выставил перед собой руки, словно защищаясь. — Знаю-знаю, ты не любишь, когда тебя отвлекают. Прошу не накладывай на меня заклятие молчания. Я постараюсь быстрее изложить свою мысль и уйти. Ванцзи и не собирался так поступать с юношей перед ним, хоть ему в самом деле не нравилось, когда ему мешали. Второй молодой господин Лань, закрыл книгу лежащую перед ним на столе, однако не спешил выпускать её из руки. Всё равно от этого человека просто так не отвязаться. Проще дать ему сказать то, что он хочет. Вэй Ин же, увидев, что его готовы выслушать, не смог сдержать своей довольной улыбки и опустил руки. — Благодарю, второго молодого господина Ланя, за оказанную мне честь. Я лишь хотел, извиниться должным образом за то происшествие на озере Билин. Да и в целом за все разногласия между нами. — Не стоит, – ответил Лань Ванцзи, но всё же сделал лёгкий поклон головы страннику. — Не обижай меня, Второй молодой господин Лань, – посмеялся Вэй Ин. — Я очень старался над своим подарком, так что ты очень расстроишь меня, если не примешь. Вэй Усянь положил на край столика небольшую круглую ёмкость. Она была самой простой и не цепляла глаз других. Обычная деревянная, круглая коробочка с крышкой. — Внутри находится специальная мазь. Когда-то мы с наставницей разработали её. Она помогает не только облегчить боль от ушибов, но даже сломанную кость способна вылечить в более короткие сроки. Хотя и не уверен, что она когда-нибудь пригодится такому выдающемуся господину, как ты Лань Чжань, – улыбнулся в конце своего монолога странник. Лань Ванцзи в самом деле никогда не получал серьёзных ранений, чтобы он нуждался в подобном подарке. Однако, такие вещи, сделанные своими силами, не делают для вида. Их делают с искренними намереньями, потому Второй молодой господин Лань, не мог позволить себе пренебречь усилиями человека, что пытался загладить свою вину. Отложив книгу, которую всё это время не выпускал из рук, Лань Ванцзи, встал из-за столика и взяв мазь в руки, сделал лёгкий поклон, выражая благодарность юному страннику. Вэй Ин, не ожидав такого жеста, растерялся не понимая, как поступить ему. — Э…эй ты чего, Цзи-сюн? – попытался отсмеяться юноша, почесав кончик своего носа. — Мог просто сказать «спасибо». Зачем же склонять голову из-за небольшого подарка? — Благодарю, – слегка кивнув головой ответил Лань Ванцзи. Вэй Ин же, пребывая несколько ударов сердца в недоумении, вновь старался отшутиться или усмехнуться, пытаясь загладить всю неловкость от ситуации. Он шёл сюда с явным ожиданием того, что его погонят прочь в какой-то момент. А сейчас стоит и сам не понимает когда ситуация пошла по этой дороге. Но, он всё же был рад, что Второй молодой господин Лань принял его извинения и подарок. Может они всё же смогут подружиться?

☾ 𝆺 𝆹 𝆺 𝆹 𝆺 𝆹 𝆺 ◯

До недавнего времени они считали Цюаньшэн Чжу великой целительницей. Она представлялась серьёзной и духовной личностью. Женщина строгих нравов, к которой ни один не был достоин зваться её учеником. Но в действительности шифу оказалась человеком с добрым сердцем и поистине чудаковатым нравом. Брат с сестрой Вэнь еле поспевали за ней, ведь когда дело касалось целительства, шифу было не остановить. Давая им знания, она иногда могла резко замолчать, что-то обдумывая, а затем начать им описывать идеи, о которых она думала. Когда такое случилось впервые, то дети были сбиты с толку. Мгновение назад, она рассказывала им о свойствах сока растения, а после резко начать обдумывать вместе с ними, как можно использовать слизь улиток для улучшения кожи лица. И такое случалось хотя бы раз за занятие, а то и больше. Даже узнав такую особенность шифу, брат с сестрой до сих пор терялись, когда такое происходит. Когда они выполняют задачу, поставленную шифу, она может через некоторое время, сказать им отложить кисти и идти медитировать на свежем воздухе. И не только во время работы, но и в любой другой момент, женщина может перенести занятия на свежий воздух. Это было непривычно, но такие действия помогали отдохнуть мыслям в голове. У шифу, огромное количество идей, которые она стремиться воплотить в жизнь. Когда они спросили, чем шифу ведёт записи, она показала им уголёк, прикреплённый к концу бамбуковой кисти. Через какое-то время, она показала им свою тетрадь, куда записывала свои идеи. Их было очень много и все они казались за гранью воображения. Шифу оказалась чудачкой. И это открытие заставило детей ещё больше восхищаться ей. Занятия были в самом разгаре, но шифу неожиданно предложила вместо учений прогуляться недалеко от Облачных Глубин. Конечно же, брат и сестра Вэнь пошли за ней. Женщина шла чуть впереди, ведя их за собой, показав им соблюдать тишину. Обычно болтливая Цюаньшэн Чжу была ещё более загадочна, как им казалось. Всегда непредсказуемая, она не давала и шанса детям понять её или хотя бы поспеть за ней. Они гуляли молча, не спеша в зелёных лесах Юньшэна. Им были слышны лишь их шаги, да пение птиц. Женщину перед ними не было слышно. Даже шуршание её одежд не доносилось до их слуха, словно они идут за призраком. — Шифу, – неловко нарушила долгую тишину Вэнь Цин. — В чём дело, Вэнь Цин? – не останавливаясь, повернулась к ней Яньлинь. —Позвольте спросить. Зачем мы бродим в лесу, вместо учений? Вэнь Цин в самом деле не могла понять, что сейчас происходит. Точнее сказать, почему они сейчас тут, вместо того, чтобы обучаться чему-то новому. Они с братом даже думать не смели о становлении учениками такой великой женщины. Всё о чём они мечтали, хотя бы увидеть её одним глазком. Даже если в этот момент она проскакала мимо них на своём чёрном коне, они бы уже были счастливы. Но неожиданно для всех, она сама пришла к ним и сказала, что хочет взять их в ученики. Вэнь Цин боялась упустить каждое мгновение, которое она могла посвятить занятием с шифу. Ей всё ещё иногда кажется, что это всё злая шутка её разыгравшегося воображения. Словно стоит ей моргнуть, как образ Цюаньшэн Чжу пропадёт перед ней. Словно, как только закончится их обучение в Гусу Лань, они больше никогда не смогут увидеть своего наставника. — Вэнь Цюнлинь, ты думаешь так же? – улыбаясь детям своей тёплой улыбкой, спросила странница. — А…? Я? – растерялся юноша. — Ну, мне приятно проводить время с вами, но… я тоже не понимаю… Вэнь Нин, как всегда заикался. Было видно, что он не знает, как правильно изложить свою мысль, оттого и нервничал ещё больше. Фэн Яньлинь, наконец остановившись, развернулась к своим ученикам. — Дети, что вас тревожит? – вдруг спросила целительница. — Вы так гонитесь за знаниями, словно у нас мало времени. — А разве нет? – осторожно спросила юная заклинательница, не сводя своего взгляда цвета зелёных чернил с наставницы. Яньлинь сначала не понимала, что тревожит умы детей. Почему так гонятся за знанием и так берегут время? Всё дело в уходящем году обучения в Гусу. Стоит ему закончится и они вернуться обратно в Цишань. Цюаньшэн Чжу всегда в пути и никогда не стоит на месте. Сейчас она тут из-за сына, что проходит обучение вместе с ними, но после отправится в путь с ней. Брат с сестрой не могут странствовать с ними. Они вернутся и их время вместе закончится. — Дети, кто я для вас? – задала неожиданный вопрос женщина. — Ш-шифу…, – чуть неуверенно ответил Вэнь Нин. — Вы так зовёте меня, – кивнула Яньлинь. — С самого начала нашего совместного пути. Однако, изначально, я говорила, что хочу быть наставницей. Как только дети сдали экзамен, то тут же начали называть её шифу. Изначально Яньлинь и не думала о такой ответственной роли. Она планировала стать их наставницей во время обучения в Гусу, но неожиданно для неё, дети определили ей иную роль. Но целительница не стала их поправлять. Наоборот, она решила принять на себя эту ответственность. — Шифу – наставник заменяющий родителя. Ученик не может звать наставника шифу без его согласия, так же как и шифу не может так себя звать без согласия ученика. Но вы сами изъявили желания сделать меня своим шифу. Я же с честью приняла это звание. С того дня я стала вашим духовным родителем, чья обязанность не просто давать вам знания, но и направлять по жизни. А значит, где бы не проходили наши пути, мы с вами связаны. Если вы заблудились, то всегда можете просить моей помощи. Как бы далеко мы не были друг от друга, я всегда приду к вам. Дети слушали целительницу задержав дыхание. Тогда они не задумывались о значениях и обязанностей «шифу». Не задумывались и по сей день, пока госпожа Фэн не рассказала. Пока она говорила дети успели испугаться, обругать себя за легкомыслие. А сейчас они слушали свои быстро колотящиеся сердца. Ладони, сжимающие ученические одежды, были покрыты потом от переживаний. А сейчас они надеялись лишь сдержать рвущееся наружу эмоции. Они были подобны водовороту. Хотелось плакать, а затем смеяться. Или даже всё сразу. Она приняла их. Взяла под своё крыло, хотя изначально не собиралась этого делать. Подойдя к детям, женщина положила свои тёплые ладони на их макушки, чуть поглаживая брата с сестрой по волосам. — Для меня честь стать шифу, таких детей, как вы. В Цишане такого никогда не было. Их родители рано ушли из жизни. Их растили бабушка, дядюшки и тётушки. Они любили их, но всё же это не была та родительская любовь, по которой маленькие Цюнлинь и Цин скучали. А когда их забрал к себе их дядя глава Цишань Вэнь, то они лишились всякой надежды даже на малое количество любви, в котором нуждались дети. Дядя не давал любовь даже своим сыновьям, а про племянников и говорить не стоит. Они нужны были ему из-за способностей Вэнь Цин к целительству, а Вэнь Нина забрали лишь потому, что девушка не желала расставаться со своим младшим братом. Но что же происходит? Почему женщина перед ними, их шифу, излучает то тепло которого им так не хватало в детстве? Её нежные и тёплые руки, что гладили их по волосам, её голос, что был подобен весеннему лесному ручью. Успокаивающий и убаюкивающий. Вэнь Нин не знал родительской любви, но почему-то ему хотелось верить, что она подобна тому, что шифу даёт им всем. Она заботится о всей их компании, к каждому добра и строга, каждого готова выслушать, помочь. Может поэтому они с цзэцзэ неосознанно стали звать женщину «шифу»? После этой прогулки дети стали спокойнее. Не гнались за временем, боясь его упустить. Шифу связан с учениками, как со своим ребёнком. Теперь они были уверены, что только смерть способна разорвать их связь. Но Вэнь Цин было сложнее принять эту действительность, чем брату. Ей было тяжело рядом с шифу. Тяжело угнаться за ней, за её темпом, мыслями. Тяжело принять себя, как ученицу своего мастера. Было похоже на слишком сладкий сон, откуда тебе не хочется возвращаться в жестокую реальность. Было страшно открыть глаза и вместо ученических покоев в Юньшэне, увидеть свои покои в Цишане. Поэтому поверить в то, что сейчас происходит было в какой-то мере страшно, но так хотелось. Прошёл ещё урок с шифу. Вэнь Цин, к удивлению брата, не побежала после него повторять учения шифу или делать данное ей задание, а решила пройтись по округе. Хотелось побыть одной и наконец привести свои мысли в порядок. Чем больше она тут была, тем сложнее ей было смириться с мыслью о возвращении. Шифу часто говорила, что прогулка помогает освежить мысли и прогнать не нужные. Девушка уже некоторое время бродила в окрестностях, стараясь сосредоточиться на том, что её окружает, на то, как ей следует расставить приоритеты в учениях и даже о том, какое блюдо она съест, после окончания обучения в Гусу Лань. Но как назло, она всё никак не могла в полной мере привести мысли в порядок. — Соберись уже, Вэнь Цин, – начинала злиться на себя юная целительница. Она всегда была собранной, гордой и сильной. Так почему же сейчас она словно… слабеет? Нет, не много не так. Скорее, позволяет себе расслабиться. Да, так будет точнее. В Цишане так уже не выйдет. Может поэтому она стала часто представлять, как они с братом так же свободно скачут на конях или идут не спеша пешком по просторам Поднебесной? Насколько бы их жизнь была свободной? А был бы у них тогда шанс встретить шифу и стать её учениками? Если да, то они бы тогда могли путешествовать все вместе? Такие мысли казались эгоистичными. Давали глоток свежего воздуха и душили одновременно. Ведь так никогда не получится. Глава Вэнь не отпустит их. — Дева Вэнь! Возглас, что ворвался в её мысли и нарушил идиллию леса, заставил девушку резко обернуться от неожиданности. На встречу ей, бежал юный странник, озаряя этот мир своей яркой улыбкой. Такой же яркой и тёплой, подобно солнцу. — Не слишком ли часто мы сталкиваемся вот так? – сложив руки на груди, Вэнь Цин снова постаралась вернуться к своему привычному образу. — Клянусь, дева Вэнь, это лишь воля Небес, – продолжал дурачиться Вэй Усянь. — Но я нагло совру, если скажу, что против таких вот Случайных встреч с Вами. — Умеешь ты красивые речи толкать, – не сдержала усмешку девушка. Всё же с таким человеком, как Вэй Усянь, очень сложно держать маску. Проще землю закопать. — Раз даже такая благородная дева считает их красивыми, то мне есть, чем гордиться. — Хватит уже. Лучше скажи, как ты отыскал меня тут? Я никому не говорила куда иду, неужели вздумал следить за мной? — Я бы никогда так не поступил, дева Вэнь, – схватившись за сердце, ответил юный странник. — Если я в самом деле такой ужасный человек, пусть Небеса обрушат на меня все деревья, что окружают нас. Вдруг девушка не удержалась и прыснула в свой кулачок, стараясь удержать усмешку. Вэй тоже это увидел и сразу понял в чём тут подвох. — Неужели, дева Вэнь, Вы дразните меня? — Вы любите подразнить окружающих, вот я и решила, что Вам понравится, когда дразнят Вас, господин Вэй. — Понравится? Да я в восторге, ведь я в самом деле попался, – смеялся юноша, заставляя улыбаться и собеседницу. Как всегда свободен. Свободен в своём поведении, движениях, мыслях, в словах. Словно Вэй Ин был олицетворением свободы. Вэнь Цин уверена, что так бы она и выглядела. И ей так хотелось. Лёгкая улыбка стала больше печальной, нежели радостной. Взгляд цвета зелёных чернил смотрел на плечи ученических одежд собеседника, где должен быть изображён герб ордена к которому они принадлежат. У девушки был красный герб Цишань. Он давил на её плечи и душил. А у Вэй Ина там ничего не было. Чистое белое пространство не запачканное цветным клеймом. Да, для неё это было словно клеймо, как у раба. У Вэй Ина его не было. Он был свободен, не привязан к ордену и одному месту. Его домом была вся Поднебесная. — Дева Вэнь? Девушка так задумалась, что даже не заметила, когда юный странник успел так приблизится к ней. Его глаза, цвета громового неба, были очень близки. Быстро постаравшись взять себя в руки, юная целительница постаралась перевести разговор в другое русло. Незачем другим знать, что твориться в её голове. — Дева Вэнь, может спустимся с горы, пока есть время, – неожиданно предложил Вэй Усянь, протягивая ей руку. — Спуститься? – переспросила удивлённая девушка, думая, что ей послышалось. — Времени уже не так много, а после отбоя нас даже на территорию не пустят. — В таком случае я возьму всю ответственность на себя, – пожал плечами Вэй Ин, словно ничего такого в его предложении не было. Это было против здешних правил. — Я явно схожу с ума, – вздохнула девушка, принимая его предложение. Но может всё-таки ей хоть раз сделать то, что она хочет? Так они и пошли. А вернее почти бежали. Юный странник, словно спешил куда-то, а Вэнь Цин только и оставалось, что стараться поспевать за ним. И всё это время, Вэй Ин не выпускал её запястье. Он держал осторожно, но в тоже время крепко. Так чтобы не причинить боли или дискомфорта ей, но чтобы не выпустить её. Спустившись с горы, они шли в знакомом для Вэнь Цин направлении. Она ещё не успела забыть. — Неужели, мы бежим к лошадям? — Верно, госпожа Вэнь, – радостно ответил юноша. — Помнится, я задолжал Вам одно приключение. Она словно вернулась в тот самый день. Вот они бегут к конюху, а за невысоким забором гуляют несколько лошадей. Вэй Ин свистит и кобыла цвета лоден, увидев своего хозяина несётся к ним не зная преград, а затем трётся мордой о волосы Вэй Ина. — Хуаэр, моя верная подруга, – счастливо улыбался юный странник, обнимая морду своей любимицы. — Совсем заскучала в своём стойле, да? Даже слепой увидит, как эти двое истосковались друг по другу. Что тогда, что сейчас, Вэнь Цин не могла не поразиться такой преданности. Это не просто привязанность хозяина и животного. Скорее, как верные друзья или даже брат с сестрой. — Готовы, дева Вэнь? – одним быстрым движением вскочив на Хуаэр, Вэй Усянь протянул девушке свою руку. — Вы хотите сейчас поехать верхом? Без седла? – удивилась Вэнь Цин, ещё не решаясь протягивать юноше свою руку. — Конечно, – легко ответил юный странник. — У нас не так много времени, чтобы тратить его на седло и узду. — Я никогда… — Вам не стоит беспокоится, дева Вэнь. Просто доверьтесь мне. Вот как можно было отказать человеку, что так искренне смотрит на тебя и улыбается, словно утренний лучик солнца? Уже вечер и если они не успеют, то не смогут попасть в Облачные Глубины и их могут наказать. Но мысли об этом улетали куда-то далеко, а голову занимали лишь образы того, что может случиться и как поменяется жизнь Вэнь Цин, когда она возьмёт протянутую руку. И ей настолько хочется верить, что не долго думая, с небольшой неуверенностью, но она принимает руку юного странника. Вэй Ин осторожно помогает девушке взобраться на лошадь. — Держитесь за меня, дева Вэнь. Стоит ему сказать это, как его четвероногая подруга, тут же срывается на бег, словно только и ждала этой возможности. Вэнь Цин быстро вцепилась в юношу перед собой, прижимаясь к его спине. Сначала ей было лишь страшно упасть с лошади, которая неслась быстрее заклинательских мечей. К тому же не было ни седла, ни узды, для удержания равновесия. Но стоило немного привыкнуть к этой тряске и оторвать взгляд от спины Вэй Ина, как глазам открылся совершенно другой вид. Вэнь Цин не любила солнце. Видела много рассветов и закатов, которые совершенно не интересовали её. Она просто не обращала внимание. В Цишане солнце было ужасно ярким и надменным. Но здесь… Когда они неслись на Хуаэр по полю, под чистым оранжево-розовым небом. Когда ветер дул в лицо отдавая прохладой, а лучи закатного солнца играли с их волосами, оставляя на них блики. То, что казалось ей отвратительным, словно заиграло новыми красками. В Цишане, такое солнце было кроваво красным, обжигающим и жестоким, словно напоминанием истории её ордена. А тут оно было оранжевым, озорным и приятно тёплым. Оно не ощущалось клеткой, а дарило то, о чём Вэнь Цин так мечтала. Свободу. Вэй Усянь смог показать ей то, что сама она никогда бы не разглядела. Что за пределами её клетки, поистине удивительный мир. Показал ей новые краски неба, солнца, травы. Жизни. И крепко прижимаясь к спине перед собой, Вэнь Цин было уже плевать на правила Гусу Лань. Она не открывала взгляда от зрелища вокруг, моля Небожителей не вырывать её из этого прекрасного сна. — Ну как Вам, дева Вэнь? – услышала девушка возглас странника, что прорывался сквозь свистящий ветер в ушах. — Красиво, – не сдержав по настоящему счастливую улыбку ответила девушка, не отрывая взгляда от солнца, которое когда-то ненавидела и считала уродливым. И даже такой тихий ответ Вэй Ин прекрасно расслышал в столь большом разнообразии звуков. Это маленькое путешествие стало особенным для них двоих. Ведь юноша надеялся, что понемногу, но ему открывают свою душу. Но всё же, в первую очередь он надеялся, что смог осчастливить деву своего сердца хоть на немного. Так они неслись до тех пор, пока солнце окончательно не скрылось вниз, уступая место сумеркам. А это значило то, что они уже точно не успеют к отбою в Глубинах. Когда они уже бежали обратно вверх в Облачные Глубины, оставив Хуаэр у дядюшки Сюя, двое юных заклинателей не имели ни малейшего понятия, как им быть. Но их обоих это мало волновало. Они всё ещё были там, на просторах, верхом на четвероногой подруге. — Неужели, ты испытываешь это каждый раз? – спросила девушка, не в силах убрать улыбку с лица, как бы не старалась. — Каждый раз, словно впервые. — Это действительно удивительно. Словно… – Вэнь Цин отчаянно пыталась подобрать слова, чтобы попробовать описать то, что испытала, но не могла найти ни одно подходящего слова или сравнение. — Словно перед тобой открыты все пути этого прекрасного мира? — Да. Словно я могу выбрать любую дорогу и увидеть много чего удивительного. — Знаешь, матушка научила меня кое-чему важному, – Вэй Ин чуть обогнал Вэнь Цин, развернувшись к ней и идя задом наперёд. — Она научила меня видеть прекрасное даже в неприметном камне на дороге. Могла подолгу со мной рассматривать облака или ночное небо, рисуя в облаках и звёздах разные силуэты. — Поэтому ты так и норовишь сбежать из Глубин и ночуешь где угодно, но не у себя в покоях? — Разве потолок может сравниться с небом? Они делились своими впечатлениями всю дорогу до барьера. Стоило Вэнь Цин подумать, что тут они и останутся, ведь денег на гостиницу у них с собой не было, как Вэй Усянь в мгновение ока смог сделать лазейку в защитном барьере ордена Гусу Лань. Защитный. Барьер. — Ты серьёзно? – усмехнулась девушка, всё ещё не веря глазам. — В чём дело? – как ни в чём ни бывало, спросил странник. — В чём дело? Ты сделал брешь в защитном барьере ордена, словно в этом ничего такого. Барьер, который создан для защиты Гусу от вторжения. Да что ты за человек такой? — Я мужчина, – пожав плечами, улыбнулся Вэй Ин. — Ты несносный мальчишка, а не мужчина, – раздался голос недалеко, заставив двух нарушителей подскочить от страха. Не успели дети ещё осознать происходящее, как рядом с ними возникла Цюаньшэн Чжу. — Шифу?! — А-Нян!? Испуганно воскликнули дети, чуть отшатнувшись от женщины. Даже в темноте леса было видно, что целительница была очень недовольна тем, что происходит. — Постарайтесь объясниться, что тут происходит.