Фантагазм

      Подростки прикрыли глаза, оттряхивая лица от песчинок, пыли и грязи. Стало так холодно, что изо рта валил пар, а банки покрылись инеем. Кольцо из пламени потрескивало в воздухе, удерживая сгусток тени в центре. Клэр прикрыла один глаз, стараясь рассмотреть гостя из иного мира, и утолить жажду знаний. Пусть это не первая встреча с паранормальщиной, но такие вещи дух творил впервые. И, самое важное, можно как следует рассмотреть полтергейста! И молодая ведьма была удивлена больше, чем напугана. Спектр представлял из себя клубящуюся чёрную тень, парящую над землей, хотя девушка отчётливо видела жуткий и уродливый труп с дыркой в глазу. В книге не указывалось, что истинный облик призрака изменится. С другой стороны, а может ли нежить просто менять форму по желанию?       А потом тень протянула руку и указала пальцем.

***

      Когда ураган прекратился, притяжение сменилось резким невидимым толчком. Упав на спину и откатившись в сторону, я увидел в центре поток чёрно-жёлтого пламени, и чей-то чёрный силуэт посредине. Вытянутая рука указывала в мою сторону, какофония из шёпотов и стонов била по ушам, кольцо из пламени ревело.       — Убийца.       Голос можно было разве что сравнить с громом, который последовал за падающим куском айсберга в море. Аура смерти и разрушения действовала гнетуще даже на такого мертвеца, как я. Хотелось спрятаться, забиться в угол, сжаться в комок, не видеть никого рядом. Такой страх можно было сравнить с чем-то крайне опасным. Бегущей собакой без поводка, незнакомцем с ножом, идущим в твою сторону, стоять над пропастью и слушать, как ломается мост под ногами. Естественный страх перед смертью. Кем бы ни был мой коллега, яростная мастурбация явно не его стиль.       После сказанного четыре девушки медленно повернули ко мне голову. Непонимающий взгляд Клэр, осуждающий у Стэйси, раздражённый у Дэйзи и... у Трэйси тоже был свой взгляд.       — Кто? Я?

***

      Чад смотрел на перст осуждающий и удивлённо мотал головой в стороны. Красавчик поджал губы и сглотнул.       — С-слышь!       Жалобное возмущение утонуло в шумной ауре вздохов и шёпотов. Тень продолжала указывать на Чада, даже когда парень постарался отойти в сторону. Призрак молчал, ибо всего одно сказанное слово привело всех юных вызывателей в дичайший ступор и страх. Однако нашлась та душа, чья сила воли могла противостоять любым сверхъестественным ужасам. Паломино указал на призрака в ответ.       — Да это же привидение! — удивлённо сказал спортсмен.       Резкий контраст непроходимой тупости позволил всем отойти от шока перед аномальщиной. Дэйзи была второй, кто обратилась к посмертному созданию, посчитав себя куда более духовно подготовленной. Голос звучал зауныло, поставлено, с нотками невыспавшейся госпожи десяти котов.       — Пленник из загробного мира, я требую послушания! Отвечай на мои вопросы или...       Тень резко повернула голову и толстушка дёрнулась. Попытка доминирования провалилась с оглушительным треском. Мусор вокруг затрясся и задёргался, огненное пламя поубавило в яркости. Две красные точки вспыхнули там, где должны быть глаза. Дэйзи отступила на шаг, жалобно подняв брови.       — Успокой его, Дэйзи! — шикнула Стэйси. — Он выглядит злым. Очень злым!       — Кхм... — крупная ведьма набралась смелости. — Я повелеваю тебе...       Пустая бутылка пролетела мимо Дэйзи и врезалась в стену, разлетелась на осколки. Толстушка прикрыла голову и выругалась.       — Дебилка! Я сказала успокоить, а не подчинить, тупая ты су...       — Почему ты преследуешь меня?       Клэр не дала закончить фразу верховной ведьме и вышла вперёд. Мимо светловолосой пролетела ещё одна бутылка и разбилась у ног Чада. Парень потоптался на месте и продолжил наблюдать за сценой. Дух опустил взгляд и красные огни посмотрели на Клэр. Смесь стонов и проклятий стали громче, гулкое рычание донеслось из тьмы, и школьнице пришлось отыскать в себе силы. И помнить простое правило: один вопрос.       — Не преследую. Не я.       Дверь подвала захлопала, кольцо пламени снова вспыхнуло, а Клэр удивлённо открыла рот, таращась на яростную тень. Холод пробирал до костей, изо рта валил белый пар. Лампочка над головой зловеще замигала.       — Не ты? Но кто? Кто это?       Предметы залетали по комнате быстрее. Ещё одна бутылка разбилась о стену. Трэйси упала на пол и закрыла голову руками, Дэйзи нервно кусала ногти. Паломино вовремя увернулся от брошенного мусора и посмотрел на Чада.       — Он, наверное, злится!       — Конечно злится, идиот! — в истерике крикнула Стэйси и схватила Дэйзи за плечо, повернула к себе и задёргала. — Сделай же что-нибудь! Заставь его уйти, исчезнуть, испариться!       — Как? — в отчаянии крикнула девушка. — Я думала, что смогу контролировать его! Я не знаю, что делать!       Верховная оттолкнула подругу, отыскала Чада, схватила за плечо и указала на духа. Блондинчик поморгал и попытался отступить, но Стэйси держала мёртвой хваткой.       — Сделай что-нибудь!       — Почему я? Он же сраное привидение, которое призвали вы!       — Чёрт, Хаффингтон! Мужик ты или кто?       Стэйси пропустила бОльшую часть диалога, где только под конец, измотав и обессилив упрямого дурака, добивала одним и тем же приёмом. Мужское эго — вещь крайне хрупкая и уязвимая, открытая и окрашенная красной краской. Верховная могла всегда задействовать ахиллиесову пяту, но предпочитала почувствовать себя умной, приводя многочисленные доводы в свою сторону. В этот раз пришлось сделать всё быстро. Прямо как в сексе.       И как в ста двух процентах случаев, — с погрешностью в два процента, — Чад не остался равнодушным. В руке оказалась неразбитая бутылка, ноги направили молодое и подтянутое тело к призраку. Дух смотрел на Клэр, размышляя над ответом.       — Пошёл ты, мудила!       Бутылка пролетела мимо девушки, затем сквозь духа, а после сбила одну из свечей. Круг из пламени погас. Шторм предметов прекратился, холод исчез, а с ним и шум, и призрак. В подвале снова стало тихо, будто ничего и не было. Только дым от свечек клубился в воздухе. Чад прыснул и довольно посмотрел на Стэйси, и подмигнул Клэр.       — Ну и? Кто теперь тут мужик?       — Ты мужик! — крикнул Паломино.       — Ты молодец, — вздохнула Стэйси.       — Ты редкостный, тупоголовый, членоносящий имбецил! — крикнула Дэйзи, смотря на погасший круг. — Ты разрушил защитный круг! Ты освободил его!       — Пф. Ну пусть и валит тогда куда хочет. Мне-то какая разница, — скрестил руки Чад.       — Он ещё здесь, — тихо пискнула Клэр.       Лампочка хаотично замигала, дверь с грохотом захлопнулась. Рядом с кругом стоял мужчина в грязном темно-коричневом плаще. Лицо по-прежнему скрывала тень, а палец всё ещё указывал на Чада. С каждым перебоем лампочки, дух становился всё ближе и ближе к парню, пока вовсе не оказался вплотную. Серое лицо с чёрными, как смоль глазами, взглянуло в душу парня.       — Убийца! — прогремел призрак. Лицо растянулось в неестественно жуткой улыбке.

***

      Я закричал. Нет. Я запищал, как маленькая девочка или блондинка из фильмов ужасов, когда ещё один покойник появился в комнате. Та аура смерти и разрушения ощущалась столь тяжело, словно стоишь в воде по самые подмышки против тяжелого течения. Злобный спектр так и тянулся к ребятам, словно плесень на сыр. Вся неудачная компания бросилась наверх, и освобождённый дух направился вслед. Ноги двигались неспеша, зато скорость была впечатляющей, словно фантом передвигался по воздуху, а движение конечностями было необязательно. Пальцы потянулись к чьей-то спине, а я почувствовал сильный укол совести.       — Отвали от них!       То ли желание помочь и защитить Клэр (и немножко остальных) никуда не ушло от меня в нежизни, то ли смерть сделала дураком и смельчаком, то ли у призраков есть свой некротический выброс адреналина, но что-то заставило кинуться на помощь, да ещё к людям, с которыми я не виделся по большей части. Густая аура мортиса не стала преградой, ладонь потянулась к плечу злобной нежити, пальцы коснулись плаща.       Сцены возникали и исчезали перед глазами. Крики боли, хруст сухожилий, лопание глазных яблок. Мир был окрашен в чёрно-красные тона с ржавым оттенком. Хлюпанье плоти, скрежет зубов, мычание и глухие удары. Ржавая дверь медленно открывается, крошечные глазки смотрят на меня. Кровь на игрушках, крошечная ручка хрустит в твёрдых пальцах. Кусочки мозга смачно давятся под ногами. В отражении большого зеркала горят два красных огонька. Отвращение и ярость, ликование, злоба, ненависть, экстаз смерти. Моральная некрофилия больного разума, танцующая под макабрический хор.       — Пошёл вон.       Рычание, будто питбуля пнули по яйцам, и глухой удар крышки гроба на спину старика-гробовщика. Только так я смог описать в голове на что был похож голос. Пережитое глазами мертвеца лишило меня уверенности, а толчок в грудь отбросил в подвал и стукнул о стену. Слабость, немощность, страх и ужас. Голоса стали громче, топот усилился, а я даже не мог подняться.       Кого они призвали?

***

      Лампочка лопнула, мужчина исчез с громким и зловещим вздохом. Следы ног появлялись на пыльном полу, ложась в сторону подростков. Стэйси закричала первой и рванула к двери, открыла, побежала наверх. Все участники неудачного спиритизма побежали следом, а за ними, заглушая практически лошадиный топот, следовал Он. Топ! — чашка на столе полетела прочь. Топ! — включился телевизор и помехи на экране танцевали изогнутыми линиями. Топ! — все дверцы шкафчиков открылись. Топ, топ, топ. Всё ближе и ближе к подросткам.       Стэйси выскочила на улицу и повалилась на газон, хватаясь за грудь. Сердце бешено стучало, на глазах навернулись слёзы. Чад стоял рядом и смотрел на дом. Рядом с ним тряслась Клэр, не двигалась Дэйзи и шаталась зелёная Трэйси. Паломино выбежал последним и уже почти закрыл дверь, как та резко ударила здоровяка и сбила с крыльца. Довольный громкий шёпот заставил кровь в жилах детей застыть прежде, чем всё закончилось. Топот исчез, голос тоже. Остались только школьники и дом. Трэйси поднялась на резвые ноги и заговорила первая.       — Всё... я так... больше... не могу...       Девушка бросилась к дереву, но рвотный позыв настиг несколько быстрее. Последствия алкоголя и общения с духами не привели ни к чему хорошему, хотя может быть дозировка была неправильной. Чад почесал голову, а Дэйзи толкнула парня так, что тот едва устоял. Стэйси не обращала внимания ни на свой ковен, ни на парня. Руки были заняты телефоном.       — Дерьмоголовый гомик, это всё из-за тебя! Конченая ты мразь, сын говна, ошибка порванного гандона! — толстушка попыталась выцарапать глаза парню.       — Отвали! Сама ты гомик! — крикнул красавчик, защищая лицо и свою честь. — Стэйси, скажи чтобы отстала!       — Ага, ща, — верховная тыкала пальцем по экрану. — Вы дальше как хотите, но я домой. Хватит с меня этого дерьма. Я даже не знаю, в какую история ввязалась, и знать не хочу! К чёрту! Сами играйте в ведьм и призраков.       Глядя на ссору Чада и Дэйзи, безразличность Стэйси, блюющую Трэйси, Клэр почувствовала абсолютно наплевательское отношение к себе со стороны мира. Едва лишь увидев опасность, все пытались сбежать от неё, найти виноватого или не обращать внимания. Неужели никому не хочется обсудить произошедшее? Сделать что-нибудь или как-то помочь? Хотя бы убраться в доме.       — Подожди, Стэйси, — блондинка подошла к верховной. — Ты уезжаешь? А как же... Сеанс? Дух? Мы разве не должны что-нибудь сделать с этим?       Старшая ведьма убрала телефон и посмотрела на новенькую сначала со злобой, потом с усталостью. Вздохнув, девушка потёрла переносицу и закрыла глаза.       — Слушай, я сначала думала, что это будет просто тематической попойкой, игрой с какой-нибудь доской Луиджи и по домам. Но когда я увидела, что в твоём доме обитает вот Это вот, то я даже не хочу думать о том, что могло бы с нами стать. Я сваливаю и больше не хочу об этом говорить.       — Но...       — Да-да-да, — Стэйси вздохнула, — ты была права, это настоящий призрак, за тобой охотятся демоны и скелеты, ты волшебница. Извини, что была резка с тобой. Правда, — откровенно сказала девушка. — Теперь я вижу, какой кошмар ты переживаешь из раза в раз, и понимаю, почему у тебя нет друзей, и ты такая заторможенная. Ой, а вот и такси! Как вовремя!       — Что? — Клэр выпала в осадок от такого обилия информации. Сначала девушку оскорбило равнодушие, а затем возмутила откровенная трусость. — То есть, ты не собираешься мне помогать? А как же ковен?       — Сами, — ответила Стэйси, залезая в автомобиль. — В конце концов, это у тебя бабушкина книга. До встречи в школе. О, и старайся не подходить ко мне, ладно? Не хочу, чтобы ты заразила меня каким-нибудь проклятьем. Пока-пока! — помахала ручкой брюнетка и уже стала закрывать окошко. — Жми!       Машина резко стартанула и стремительно умчалась вдаль. Клэр смотрела на уменьшающиеся огни автомобиля, пока те не скрылись за поворотом. Ощущая себя брошенной собакой, девушка не заметила, что рядом стояли Чад и Дэйзи. Чуть неподалёку, сидя на коленях и пялясь на сумерки, находилась Трэйси, прибывая в пограничном состоянии. Паломино смотрел в одну точку, почесал золотистые волосы, запустив мыслительный процесс.       — И куда она свалила? — спросила Дэйзи, вновь спокойная после короткого избиения Чада.       — Домой, — ответила Клэр. — Она сказала, что больше не хочет этим заниматься.       — Всегда знала, что у неё кишка тонка, — толстушка достала сигарету и закурила. — Честно говоря, она всегда была той ещё сукой, но вот просто так кинуть нас...       Сжав губы в чёрной помаде и выпустив дым через нос, ведьма хмыкнула и пожала плечами.       — Типичный нормис.       — А... Это... — Трэйси тёрла лицо. — Где Стэйси? Почему мы больше не в подвале? — девушка развалилась на траве. — Что-то мне совсем нехорошо.       — Вот ведь сука, — покачал головой Чад и хмыкнул. — Я думал, что мы домой поедем вместе! Я же защитил её от призрака! Ай! Хватит меня бить!       Парень потёр коленку. Дэйзи лягалась, как настоящая корова.       — Ты придурок, который нас едва не угробил, Хаффингтон! Вы со Стэйси оба хороши, два придурка, которые всё портят.       — Слышь, корова, я ваще не думал, что тут будет такая херня! — красавчик ткнул толстушку в плечо. — И уж твою рожу я подавно не хотел видеть.       Раздался щелчок, и Дэйзи поводила лезвием перед одноклассником. Чад струхнул и отошёл назад.       — Могу сделать одолжение и глаза выколоть, — решительно и холодно заявила Дэйзи. — Говорят, что когда человек теряет зрение, у него обостряются другие органы чувств. Вдруг ты поумнеешь, Педикнгтон?       — Чо ты сказала, жиробасина?! — Чад сжал зубы.       — Народ, а это звёзды в небе или у меня перед глазами? — негромко спросила Трэйси.       При виде ссоры, Клэр мягко положила руки на плечи Чада и Дэйзи.       — Перестаньте! Сейчас не до этого. Дэйзи, нужно помочь довести Трэйси до дома. Нельзя её одну оставлять здесь, — блондинка показала на быстроногую.       — Мы живём в одном районе, — ответила большая ведьма, не торопясь убирать нож. — И да, я могу её отвести, чтобы эта херотварь не приставала к ней, — Дэйзи убрала нож и подошла к подруге. — Вставай, шустрая. Пора домой.       — А? Куда? А как же Клэр? А Стэйси? А призрак? — мямлила брюнетка, поднимаясь на ноги.       — Кстати, а как ты, в самом деле? — вдруг спросила крупная девушка. — У меня бы не хватило духу вернуться домой после всего этого кошмара. Уж лучше с бомжами ночью в мусорках спать, чем вновь шагать в гробницу. Без обид.       — Ура-а-а-а, ночёвка! — Трэйси слабо подняла руку и тут же уронила.       — Всё нормально, — устало улыбнулась блондинка. — Судя по всему, он ушёл. Вот только не знаю, куда и вернётся ли?       От сказанного у Клэр закрутило в животе. Остаться в доме, где теперь, возможно, обитают два духа. Один капает слизью и трогает её, а второй — беспокойный полтергейст, вселяющий ужас и животный страх, обращающий в панику. А теперь она вынуждена вернуться домой, прибраться, спуститься в тот самый подвал и провести ночь дома. Совсем одна.       — Это жёстко, подруга, — сказала Дэйзи.       — Я могу остаться! — Чад вышел вперёд и взял ладошку блондинки. — Если ты боишься, могу побыть с тобой, проследить, чтобы ничего не случи...       — Ага, размечтался, — Дэйзи рыкнула и сделала шаг вперёд. Трэйси закачалась, как безвольная кукла. — Только расстался с одной девушкой, как тут же клеишь шары к другой!       — Я не расстался!       — Так признался, что ходишь на сторону? Ну ты и дешёвка, Хаффингтон. А говорят ещё, что только девушки изменяют.       — Заткнись!       — Успокойтесь! — громче сказала Клэр, убирая руку от Чада. — Я останусь сегодня одна! Я жила с призраком несколько дней и могу пережить ещё один! Дэйзи, я свяжусь с тобой потом, хорошо? Если тебе ещё интересно, то мы можем это обсудить.       — Интересен ли мне настоящий призрак? А медведи срут в лесу?       — Хе. Срать, — посмеялась Трэйси.       Клэр ощутила, как у неё горят щёки. Наконец-то кто-то интересуется её жизнью и готов разделить проблемы.       — Я умираю покопаться в этом побольше, но только когда как следует подготовлюсь. Нахер Стэйси и её ковыряния, тут настоящее приключение! — улыбнулась уголками рта Дэйзи. — До завтра. Постарайся там не умереть раньше, ладно? О, если вдруг станешь духом, я привяжу к себе? Всегда мечтала о мёртвой подружке.       — О, ну, конечно! — посмеялась Клэр. — До завтра!       — Пока. А ты, — указала толстушка на Чада, — держись подальше, и иди бросай чужие шары себе в рот.       — Как же я тебя ненавижу... — выдохнул сквозь зубы Чад и снова посмотрел на Клэр. — Точно всё нормально? Я не против остаться, если ты попросишь. Одной наверное очень страшно.       — Не стоит, правда, — неловко улыбнулась Клэр. — Идите домой. Я тут разберусь сама. Одной будет гораздо спокойнее.       — Ну, как знаешь, — пожал плечами и улыбнулся. — Если что, пиши в личные. Кстати, я так и не понял, о каком преследователе говорил дух?       — Не знаю, — Клэр опустила взгляд, вспоминая слова, сказанные призраком. Всё произошедшее казалось дурным сном, который даже вспоминать тяжело. Однако кое-какие отрывки всплыли в голове практически сразу. — А... почему он назвал тебя убийцей?       — Не знаю, — Хаффингтон пожал плечами. — Дебил какой-то, если честно. Ну... Мы же никому не будем говорить, что здесь произошло, да? Ну, типа тайна и всё такое?       — Конечно, — ответила Клэр, порядком утомлённая настырным парнем. Даже призрак не создавал таких неудобств. — Я никому не скажу, честно!       Паломино всё время стоял молча и смотрел, как расходятся люди. Затем подошёл к Чаду и Клэр, поморгал и удивлённо спросил:       — А чо, призрак был настоящим, да? Блин, тренер к такому не готовил!

***

      Среди грязи и греховной плоти, проходящей через мясорубку насилия, находились особые люди, желавшие остановить мой крестовый поход. Картины в домах приводили в ужас, животы извергали комки еды с желудочным соком, падающие на червей, копошащихся в осквернённой плоти. Пальцы сдавливали глазные яблоки, черепа хрустели под сапогами. Дома — всё равно что капканы, которые они выстроили для себя, продляя вечные секунды агонии.       Свинец разворотил мою плоть далеко от логова. Он не был полицейским или детективом. Возможно, отец одного из маленьких ублюдков или муж, ищущий месть. Стаю нужно вырезать полностью, не оставлять врагов, а эта ошибка обошлась слишком дорого. Помню огонь, адское инферно, превратившее моё тело в прах. Кладбище, слова, впившиеся колом в сущность, не дающие двигаться с места. Лишённый возможности убивать, я метался в агонии, неживущий в беспомощности. Уродливые отпрыски, играющие в сатанистов на Хэллоуин заставляли зубы крошиться, а дёсны кровоточить. Они видели и не видели меня, пока я изнывал от невозможности сдавить горло, заткнуть мерзких пубертатных щенков. А затем тьма. Огонь. Язык двигался сам, губы изрыгали слова. Выродок освободил меня, вернул к делу. Мы связаны и я иду за ним. Мальчик, вернувший свободу, богатенький ублюдок, имеющий свои грехи.       Я смотрю на него, открывающего багажник. Ещё одно тело разлагается, ещё одна душа покрывается мраком. Он смотрит на тело с сожалением, трогает лицо и кусает губы. Первое убийство в череде многих. Земля вопит и просит крови. Пришло время кормёжки.