Истинная природа

-Папа, папа, я прошёл всех врачей! - Кричит маленький Уилл и прыгает на одном месте, пытаясь достать до потолка. -Умничка, такой смелый малыш. Это для твоего здоровья. - Улыбается Ганнибал и поднимает ребенка на руки. - Но лучше бы я сам тебя осматривал. -Да, ты лучше всех. - Мурчит Уилл, утыкаясь Ганнибалу в плечо. Ганнибал - самый заботливый его родитель. Вот бы его родной отец хоть когда-нибудь был таким... Уилл просыпается и шумно вдыхает. И приснится же такое. Омега чувствует, как по его лицу стекает пот - очень жарко, дышать трудно, в горле пересохло. Не удивительно, что сны принимают настолько абсурдный оборот. У него лихорадка. А гормоны скачут так сильно, что тело просто не справляется с этим. Как же давно он не испытывал ничего подобного... Из полумрака появляется знакомое лицо: -Уилл? Хочешь пить? У тебя жар. Прохладная рука касается его лба и Уилл обхватывает Ганнибала за кисть, прижимая к себе ближе. -Да. Ганнибал аккуратно усаживает Уилла на кровати и протягивает ему стакан воды. - Тебе нужны таблетки? Уилл, сделав несколько жадных глотков, вытирает губы тыльной стороной кисти и вдумчиво смотрит на своего Альфу.* -Не думаю, что сейчас это нужно. Но мне очень, очень жарко. Грэм скидывает одеяло в сторону и слегка сгибает разведённые ноги: белье между ними влажное от смазки, грудь тяжело вздымается в такт дыханию и Грэм расслабленно приоткрывает рот. - Хорошо бы открыть окно. Лектер инстинктивно ведёт носом и издает глухое рычание. -Соблазняешь меня? Несносный омега. Я тебя жалеть не стану. -Ты итак никогда меня не жалеешь. - Грубо и обиженно отвечает Уилл, перекатываясь на живот и потягиваясь, легонько приподнимая пятую точку. Феромоны омеги заполнили воздух так сильно, что Ганнибалу не продохнуть. Он не может противостоять наваждению, не в силах держать себя в руках. Тоска по Уиллу, его течка, его тепло рядом будят в Ганнибале что-то совершенно первобытное, что скорее связано с его монструозной частью, нежели с ним самим. -Я ничего не де... - Ганнибал не даёт любовнику договорить. Он властно хватает его за шею, вдавливая лицом в кровать, придушивая его так, что Уиллу становится не по себе. Но смазка только сильнее пропитывает белье и запах омеги становится настолько сильным, что Ганнибал понимает - он всё делает правильно. -Делаешь, делаешь, ты только это и делаешь, всем своим видом говоришь "возьми меня, Ганнибал, трахни меня Ганнибал". Нет. Даже не так. "Вы*би меня, Ганнибал!". Уилл даже не успевает понять, что происходит. Ганнибал впивается когтями прямо в оставленную им на шее омеги метку, вдавливает его в матрас и берет сзади - грубо, резко, без подготовки. -Я не говорил... Это делать! -Да, но ты хотел. - Тем же уверенным и холодным тоном отвечает Альфа и начинает двигаться внутри Уилла очень быстро, очень резко, очень глубоко, так, что Уиллу больно, но в голове такой густой туман и желание настолько сильно заполонило все его естество, что Уилл начинает думать: да, именно этого он и хотел! Именно так телу и нужно. И даже эта боль, весьма ощутимая и местами даже пугающая, даёт ему чувство принадлежности Ганнибалу Лектору, а значит возможно отдаться ему, а значит, Лектер возьмёт его, сделает то, что положено, то, что тело так сильно просит и никогда не получает - не получало все тридцать лет до этого. В ответ на резкие болезненные движения Уилл реагирует рычащими сдавленными стонами и, сдавшись перед таким сильным наслаждением понимает, что ему срочно нужен узел. -Ганнибал! - Уилл почти кричит, а голос его срывается, дыхание горячее, словно его тяжело лихорадит. - Твой узел... Пожалуйста! -Что, узел, Уилл? - Уточнил Ганнибал продолжая неистово выбиваться в любимое тело, с силой хватая Грэма за руки и грубо придавливая его к кровати. Феромоны Уилла и его течка так сильно затуманили рассудок, что Альфа уже с трудом понимал, что вытворяет. Он чувствовал, как чужое тело жаждет его, открывается и впускает его, что ему ЖИЗНЕННО НЕОБХОДИМО получить Ганнибала, его узел и быть оттраханным. - Вы*бать тебя узлом, Уилл? - Хитро на ушко Грэму. Уилл тихо всхлипывает и внутри всё сжимается от возбуждения и этих грязных слов, раньше Ганнибал никогда не позволял себе такого. Его глаза блестят, тело горит и кажется, Уилл своего добился, течка уволокла в пучину безумия не только Грэма, но и его партнёра. -Да! - Отчаянно всхлипывает омега. - Войди им... Пожалуйста, пожалуйста! - Уиллу кажется, что он умрет прямо на месте, если Ганнибал не сделает то, что он хочет. Ему так нужно это чувство принадлежности, распирания внутри, тупой боли, заполнения до самого конца, когда становится уже даже не по себе, как будто Ганнибал может разорвать его изнутри, как будто он и правда ест его. Потребность настолько сильная, что Уилл весь покрылся испариной, он хнычет и елозит под партнёром даже не думая, что ему может быть от этого страшно или больно, как в первый раз. Ганнибал, от лицезрения настолько течного и обезумевшего от желания Уилла, жадно облизывается и уже почти готов кончить, находясь внутри своего партнёра. Он послушно притягивает омегу к себе за бедра и насаживает себе на разбухший, выпирающий узел, проталкивая его целиком в желанное дрожащее тело. Уилл даже прекращает стонать. Его с ног до головы колотит крупная дрожь, он чувствует, как Ганнибал, пошло постанывая, изливается ему так глубоко, как узел болезненно растягивает его до того, что становится больно и немного страшно, и утыкается лицом в подушку. Вслед за дрожью приходит такой же болезненный тяжёлый оргазм. Тело внутри само собой сжимается и сцепляется с Альфой, не давая партнёрам разойтись раньше времени. Уилл беспомощно скулит от смеси удовольствия, боли и страха, укладываясь удобнее животом на кровать, чтобы расслабиться. -Уилл, ты сучка. Ты моя сучка, ты знаешь об этом? - Заплетающимся языком произносит Ганнибал на ухо Грэму, чувствуя, как тот снова сжимается от возбуждения - узел продолжает распирать омегу так сильно, что новая волна похоти приходит сама собой. Уиллу хочется кончить, снова болезненно обхватив узел Альфы, чтобы от этого сокращения Ганнибал кончил тоже, ещё и ещё раз. Нехотя, без каких-либо мыслей и осознанных действий, практически инстинктивно Уилл Грэм изо всех сил сжимается вокруг узла и выгибается до боли в спине, пошло насаживаясь на член Лектера только сильнее. От его развратных слов в глазах темнеет, ему даже трудно стонать, поэтому Уилл судорожно хватается за простынь и, всем телом дрожа, беспомощно молча кончает ещё раз, вызывая у Ганнибала ещё один мощный оргазм прямо внутрь. Ганнибал обессиленно укладывается на Уилла сверху, стараясь отдышаться и дожидаясь, пока узел спадет и они смогут разъединиться. Уилл чувствует себя максимально удовлетворённым, счастливым и "съеденным", так, как никогда в жизни и всем своим нутром чует, что у Ганнибала такое тоже происходит в первый раз. *** Просыпается Уилл от очередного кошмара. Ему снилась третья по счету школа, где он в очередной раз был новеньким и никому не понравился. Ребята подкараулили его после занятий, отняли его рюкзак и побили. Отвечать Уилл особо не стремился, да и не умел. Колкий только на язык, он сразу становился объектом максимальной агрессии от ребят, которым было сложно тягаться с маленьким Грэмом в словесной битве. На улице было холодно. Он наверняка заболеет и отцу, как обычно, не будет до этого дела. Уилл лежал на снегу, согнувшись и прикрывая руками живот - на прошлой неделе кто-то рассказал всему классу, что Уилл омега, но одноклассники всё равно били его по животу. Им было всё равно. Людям вообще всегда всё равно на тебя - кем бы ты ни был и каким бы ни был уязвимым перед ними. Так им даже веселее. Никто не думал, что там у него за органы и почему он физически слабее кучки альф-подростков. Главным было то, что они МОГЛИ его задрать и делали это. Как собаки, загоняющие дичь. Дичью Уиллу быть совсем не нравилось, но он считал, что, видимо, просто родился таким. Озябшими дрожащими руками Уилл прикоснулся к своей шее и сдавил ее, запрокинув голову. Вот бы у него был Его альфа. Большой, сильный и любящий. Он бы мог вот так вцепиться ему в шею, заставить Уилла замереть и стало бы так защищенно... Было бы хорошо и больше не надо бы было бояться. От этих фантазий у Уилла даже мурашки пошли и он шумно выдохнул. Можно бы было отпустить себя. Расслабиться и ни о чем не думать, кроме привычных чужих клыков. Омега почувствовал, как по его лицу текут горькие слезы. От холода лицо тут же начало щипать, но слёзы не останавливались, а тело и губы мальчика от чувства беспомощности сильно дрожали. У него никогда, никогда не будет альфы. Потому что Уилл Грэм - ничтожество и одно сплошное недоразумение. И никакого альфы он не заслуживает. С этими мыслями Уилл проснулся. Нащупав в темноте руку Ганнибала, он осторожно взялся за нее и переместил ее себе на пояс. -Ганнибал... - Еле слышно произнес Грэм сонным хриплым голосом. Ганнибал, практически не размыкая глаз, привычно повел носом и навалился на Уилла сверху, впиваясь зубами в его метку. Ганнибала не нужно просить дважды - он будто понимал все без слов. Шумно выдохнув, Уилл вцепился в партнёра руками и безвольно откинулся на кровать, расслабляясь от боли, причиняемой чужими зубами. Ганнибал был в миллион раз лучше любого альфы. Ганнибал без памяти влюбился в него и теперь у Уилла было всё, чего он так хотел - защита, забота, любовь, даже эта принуждающая и давящая агрессия, которой омега с радостью отдавался, чувствуя себя востребованным и счастливым. Даже если у них никогда не будет детей - что ж, это, возможно, достойная плата за такого невероятного партнёра, как Ганнибал. _____ *Альфа теперь пишется с заглавной буквы, так как это по большей части нарицательное обращение, которое нравится Ганнибалу.