Истинная природа

Уилл просыпается рано утром и чувствует, что весь дрожит - между ног всё ещё очень ноет, боль и тянущее чувство всё время напоминает ему об узле, который омега вчера получил - за последнюю ночь они с Ганнибалом повторяли свой безумный секс как минимум ещё три раза. Течка была в самом разгаре, раньше Уилл всегда переживал ее в одиночку, поэтому ему совсем сорвало крышу. Грэм чувствовал себя безумно уязвимым, подчинённым, присвоенным, разорванным и дико удовлетворённым. Кое-как, на ослабших ногах он дошел до кухни и достал из холодильника молоко. Ему хотелось есть, но тело было не в состоянии тратить энергию на адекватное питание, Уилла то и дело лихорадило, а между ног без остановки становилось очень мокро, даже если сам омега ещё не был возбужден. Тем не менее, тупая боль между ног и навязчивые мысли о вчерашней ночи доводили Уилла до исступления. Он почувствовал, как между ног всё снова разбухает от возбуждения и, сделав несколько глотков молока прямо из упаковки, пошел в душ, чтобы охладиться. Больше всего Уиллу хотелось сейчас быть приласканным. Тело дрожало, болело, ныло, напоминало о том, что Уилл ПОЗВОЛИЛ с собой сделать, и больше всего на свете хотело сейчас заботы и защиты своего "хозяина", Альфы. Ему очень хотелось, чтобы Ганнибал поцеловал, обнял, завалил его, дал почувствовать тепло и безопасность. И чем сильнее болело у омеги между ног, тем более жгучим становилось это желание. Не найдя покоя и не в силах позавтракать, Уилл вернулся в спальню и залез Ганнибалу под одеяло. От ерзаний и жалобных всхлипов Альфа тот час проснулся. -Уилл?.. Ты где был? - Сонно пробормотал Лектер, хватая Грэма в охапку. -Пытался поесть... - Слабым голосом ответил омега, стараясь прижаться к любовнику всем своим голым телом, чтобы перестать так сильно трястись. -Уилл, ты дрожишь. - Констатирует Лектер, обнюхивая и щупая ослабевшего партнёра. Грэм чувствует, как от слабости и ноющей боли внизу живота ноги дрожат и слабнут и ему хочется только, чтобы Ганнибал защитил его, обласкал всего, зацеловал, зализал там, где болит... Поэтому он издает всё такой же беспомощный всхлип и дрожащим телом трётся о чужой бок, пытаясь выпросить ласку. -Грррх, Уилл, какой же ты несносный омега, я просто в шоке, что ты такой! - Ганнибал нарочито-раздраженно рычит на омегу и швыряет его на спину, тут же забираясь сверху. -Нет, я не такой... - В полубреду бормочет Уилл, пытаясь ерзать и параллельно ластиться и прижиматься к своему любовнику. -Нет такой. Нет такой, Уилл, только посмотри на себя, я же пол ночи тебя трахал, а ты опять жаждешь, чтобы я насадил тебя на узел! Ганнибал говорит это безумно пошло, рычащим тоном и по его лицу, словам, дыханию и прикосновениям создаётся ощущение, что он тоже не совсем в себе. Он резко хватает Уилла за ноги и развратно разводит их, ложась сверху. -Нет, я не... Я только хотел... -Я знаю, чего ты хочешь, Уилл, твое тело прямо с ума сходит. - Ганнибал жадно ведёт носом, вдыхая омежьи течные феромоны. - Снова ждёшь, что я тебя вытрахаю по полной. -Нет, это не так... - Уилл уже перестает понимать, чего он хочет на самом деле. Ганнибал выглядит очень агрессивно и даже пугающе, Уилл чувствует, как по телу от страха и волнения идут мурашки, но при этом он дико, просто дико заводится от происходящего. От каждого слова Лектера, от его пугающего взгляда, от собственной беспомощности и боли между ног, оставшейся с ночи. Уиллу кажется, что он добыча в руках монстроленя и этот монстролень разорвет его, если захочет. -Да, Уилл. Да, да, да... - Шепчет Ганнибал, наваливаясь сверху и проникая в Уилла пальцами. - Но ты получишь только это. Понял?! - Альфа буквально рявкает последнее слово и очень грубо толкается в любимое тело. -Ах! Но... - Омегу накрывает волна разочарования. Ганнибал своими пошлостями и агрессией так его раззадорил, что теперь он уже точно хочет не просто ласки. Нетерпеливо насаживаясь на пальцы Лектера, он недовольно всхипывает и поскуливает. -Я. Тебе. Сказал. Что. Ты. Получишь. Только. Это. - Рычит Ганнибал, пожирая Уилла звериными сумасшедшими глазами, с каждым новым словом делая грубый толчок пальцами внутрь. - И ты должен мне сказать спасибо за это, а не хныкать. Говори! Ганнибал ведёт себя настолько жестоко, что страх то и дело накатывает и сжимает внутренности. Но Уиллу от этого становится почему-то хорошо: хорошо и безопасно. Ему нравится бояться Ганнибала. Нравится то, что он делает. Нравится не иметь возможности сопротивляться ему и беспомощно стонать на каждое болезненное движение в своем теле. Он чувствует, насколько сильно болит всё внутри от пальцев Альфы - после сцепок и жёсткого грубого секса Уилл ещё не восстановился, внутри всё саднило и то, что Ганнибал снова вошёл в него, вызывало довольно сильные болевые ощущения. В какой же неописуемый восторг повергли Уилла Грэма все эти ощущения! Не помня себя от возбуждения из-за податливости омеги и его стонов, Ганнибал грубо перевернул Уилла на живот и вошёл в него уже членом, начав тут же двигаться, резко и очень глубоко. -Б-больно... Ганнибал, мне больно! - Захныкал омега, слабо вырываясь из под своего озверевшего партнёра. Боль была острой и сильной, теперь ещё сильнее, так, что Уилл даже вспотел. Сняло ли это его возбуждение? Едва ли. -А что ты всё время говоришь "трахни меня, трахни", я тоже не железный, Уилл. - Лектер крепко схватил Уилла за бедро, насаживая на себя и приподнимая его зад в очень пошлую позу. -Ах... Ах! Я... Не говорю! Такого... - Задыхаясь, простонал омега, чувствуя, как острая жгучая боль и возбуждение смешиваются между собой и ему хочется полного подчинения, растворения в Ганнибале и его агрессии, похоти, ему хочется принять всё, что Ганнибал даёт - и в конце концов принять его узел. -Даже не думай, узел не получишь. - Жёстко реагирует Лектер на просящие и неудовлетворённые стоны своего любовника. Он резко шлёпает Уилла по ягодице - скорее в воспитательных целях, и ускоряет темп, трахая его совсем несдержанно, грубо и развязно. Уилл беспомощно скулит под ним, уже сам не зная, от чего больше - от боли, страха, возбуждения или недовольства, при этом желание от приказного тона Ганнибала и его запретов лишь нарастает, но Уилл покорно соглашается, прекращая выпрашивать то, что ему "не позволено". Тем временем, чем расслабленнее и мягче Уилл становится внутри, тем сильнее Альфе сносит крышу. -Черт, Уилл, да что ты со мной вытворяешь... - Почти безумно произносит Ганнибал, впиваясь в бедра Грэма изо всех сил, оставляя на них синяки и загоняя свой разбухший узел так глубоко, как он только может. Ганнибал слышит, как Уилл вскрикивает и начинает жалобно скулить, насаженный до самого основания, чувствующий член Ганнибала настолько глубоко в себе, что становится по-настоящему страшно. Страшно и... Непередаваемо хорошо. До такой степени, что тело немеет и темнеет в глазах. И Уилл кончает так сильно, что кричит, а Ганнибал, полностью удовлетворённый этой картиной и откровенными звуками, впивается в загривок омеги зубами и, крепко прикусив нежную кожу, до одурения хорошо кончает в Уилла следом. *** Так они прожили с Ганнибалом много месяцев. Вместе переживали течки Уилла, проблемы и лишения, которые так или иначе будут, если вы преступники в бегах. Уилл полностью занял сторону Лектера в его маньячном мировоззрении и ни разу даже не упрекнул его за эту жуткую манеру убивать людей, если они тебе нагрубили. Грэму было хорошо и защищенно рядом с Ганнибалом. По ночам, когда он просыпался от кошмаров, видел, как довольно выглядит лицо его Альфы: обнимая Уилла во сне, Ганнибал выглядел таким счастливым и удовлетворённым... И Уиллу это грело душу. Однако, в какой-то момент их счастью пришел конец. Осознанность Уилла наконец-то стала возвращаться к нему. Поначалу это происходило в мелочах: например, сегодняшней ночью до Уилла дошло, что кровать у них слишком жесткая. Пружины так и норовят впиться то в бок, то в спину. Пол ночи омега проворочался как заведённый, толком так и не заснув, а с раннего утра солнечный свет начал бить прямо по глазам, отсвечивая с зеркала трюмо ему прямо в лицо. Уилл сморщился и раздражённо фыркнул, поднимаясь с кровати, чтобы получше зашторить чёртово окно. С раздражением он заметил, что Ганнибала в кровати уже нет - ну конечно, ему-то прекрасно спится, никто не убивал на его глазах приемную дочь, никто не вспорол ему живот и не оставил умирать одного. Ему такие кошмары не снятся. Уилл раздражённо потёр лицо, чтобы проснуться и сонно поплелся на кухню прямо в пижаме. -Доброе утро, Уилл. Ганнибал, как обычно, занимал свое любимое место на кухне, нарядившись в забавный розовый фартук и занимаясь завтраком. На сковороде что-то весело шкворчало, но, принюхавшись, Уиллу показалось, что еда то ли пропала, то ли пахнет как-то очень специфически. -Что ты готовишь? - Недовольным тоном поинтересовался омега. -Английский завтрак. Тебе понравится. Я взял побольше мясистого бекона для моего хищного мальчика. Уилл поморщился. -Но мы ели его на той неделе. Ганнибал медленно повернулся. Его лицо выражало крайне недоумение. -Ты не хочешь бекон? Я могу тебе его не класть. -Я вообще не люблю жареное, ты же знаешь. Невозможно есть яичницу каждый божий день. От напряжения у Уилла даже лоб вспотел. Что за день? Почему всё сегодня против него? В таком случае, он вообще не будет есть! -Уилл, ты не заболел? -Я ужасно спал. Плохо себя чувствую. - Грэм ещё раз окунул лицо в руки и потёр его. - Мне кажется, нам нужна другая кровать. -Тебе же она нравилась. - Утвердительно произнес Ганнибал, чем вызвал у Уилла ещё большее раздражение. -Ты считаешь, что тебе виднее, что мне нравится? - Уилл почувствовал себя ужасно обиженно. Сначала эти чёртовы кошмары, теперь вот это! Ганнибал снова газлайтил его, чтобы сделать так, как ему удобно. -Уилл. - Лектер осторожно поставил тарелку с едой омеге под нос и тот практически сразу ее отодвинул. -Не хочу есть, меня тошнит. Твой бекон явно пропал, он пахнет ужасно. -Я купил вчера свежий. -Да, конечно, я как всегда ошибаюсь, всегда-правый-во-всем-ганнибал-лектер. -Уилл, я начинаю терять терпение. - Голос Ганнибала стал громче и строже, поскольку он был для Уилла практически настоящим альфой, он позволял себе воспитывать Грэма и даже кусать, если надо. -Ах это ты начинаешь терять терпение? - Уилл так разозлился и расстроился, что Ганнибал снова перевёл всё внимание на себя, что ему захотелось плакать. - А я не теряю? А я в полном порядке по-твоему?! -Уилл, постой. - Ганнибал примирительно поднял руки, поняв, что это уже не остановить. -Нет, это ты постой! - Омега почувствовал, как у него дрожат губы и щиплет глаза, от этого волнения стало ещё больше - ну надо же, какой он жалкий, и сердце застучало и затрепыхалось быстро-быстро в его груди. - Я тебе СКАЗАЛ! - С последним словом Уилл ударил рукой по столу и ощутил, как по лицу стекают неконтролируемые слёзы. - Я не хочу этот завтрак! Я не хочу спать на этой кровати! И ничего, что ты мне бесконечно предлагал, я тоже не хотел! Голос Уилла Грэма перешёл на крик. Он вскочил из-за стола и почувствовал, как у него колотятся ноги - до того, что трудно стоять. -Уилл, я... -Ты бесконечно меня обманывал. Бесконечно абьюзил. Ты воткнул НОЖ мне в живот! И буквально заставил меня простить себя за это. Ты даже не извинился передо мной ни разу! -Тебе нужно успокоиться, давай обсудим всё, когда... Ганнибал почувствовал, что его лоб начинает потеть. Он никогда не реагировал ни на что, а тут вдруг в полной мере ощутил, что такое, когда теряешь контроль над ситуацией. Ему настолько не понравилось это ощущение, что захотелось зарычать и укусить - себя. -Нет уж, я не буду успокаиваться. - От злости и обиды Уилл крепко сжал руки в кулаки и так же агрессивно сжал зубы. - Ты бесконечно требуешь, требуешь, требуешь чего-то. Тебе абсолютно плевать на мои чувства. Живёшь только для себя и так, как тебе удобно. А я так не хочу! Я хочу, чтобы ты уважал меня. Мои границы. И обращался со мной бережно, так, как я этого заслуживаю! И есть этот твой поганый завтрак я не собираюсь! - Уилл в сердцах толкнул тарелку с едой так, что она отъехала на другую часть стола. Затем он мелко задрожал и разрыдался. -Хорошо-хорошо, ты не будешь это есть. Уилл, у тебя нервный срыв. Я позабочусь о тебе, не бойся. Ганнибал попытался подойти к рыдающему омеге, но тот отпрянул и попятился к двери. -Сам о себе заботься. Я поеду переночевать в отель. И побуду один. Мне нужно личное пространство, я не могу постоянно находиться в твоей компании. Ганнибал тяжело вздохнул. -Хорошо. Наличка в ящике. Уилл молча переоделся, забрал деньги, распихал их по карманам и ушел, раздражённо хлопнув дверью, оставив Ганнибала Лектера в полном недоумении. До самого вечера Уилл прошлялся по лесу. Выйдя на окраину городка, в котором они жили, омега снял себе маленький номер, купил туда пять бутылок пива, пиццу и решил всю ночь провести в паре с алкоголем и безумной жалостью к себе. Но даже пиво в этот день оказалось испорченным: уже после первых двух глотков Уилл почувствовал горький вкус и рвотные позывы, так что, вместо одиночной пьянки в слезах и себяжалении Уилл Грэм провел всю ночь в обнимку с унитазом.