САПР - том 1

Жон проснулся как раз в тот момент, когда солнечный свет начал проглядывать сквозь щели в занавесках. Он сказал себе, что это потому, что он привык рано вставать, что сделать работу по дому, а не потому, что нервничал. И он бы занимался домашними делами. Дома, проснувшись, он пошел бы ухаживать за животными. Скай - и Кендал, когда она была дома, - имели возможность не работать по дому, потому что у них была настоящая работа, Аоко не делала ничего дома, потому что… она была Аоко, но все остальные должны были работать. Роуг содержала дом в чистоте и порядке и стирала; Ривер присматривала за участком земли сзади; Жон и Вайолет заботились о животных. Совсем недавно отец начал просить Жона помогать ему с любой необходимой ручной работой, например, когда зимой отвалилось парочка черепиц. Жон лежал в постели, думая о том, что бы он делал, если бы все еще был дома. Вначале, покормил бы корову, потом, пошёл бы к курам. Подумав об этом таким образом, Жон почувствовал как его мучает чувство вины за то, что он ушел так никого не предупредив. Кто теперь будет заниматься этими делами вместо него? Придется ли Вайолет работать в два раза больше или Аоко начнёт рабоать? Смогут ли они справиться? Конечно. Конечно, они смогут. Отец с матерью могли бы справиться и с большими проблемами. Они найдут способ; в доме было достаточно людей и без него. Не то чтобы я был незаменим. Не похоже, чтобы кто-то собирался придти в Бикон и забрать его. Жон перевернулся на бок. Ему нужно было немного меньше беспокоится о том, как его семья справится без него - потому что, если серьезно, с ними все будет в порядке, - и начать больше думать о том, как он собирается преуспеть в этой академии. Вчерашний день был для него уроком. Уроком, что его товарищи по команде были намного сильнее него, и что он не мог просто быть героем, так, как он изначально думал. Может быть, это будет не так просто, как я думал. Даже если забыть на минуту о посвящении, простое воспоминание о том, как Пирра размахивала своим мечом, а также Кроциа Морсом, которого она никогда в жизни не видела до этого момента, с изяществом и мастерством, с которыми он никогда не смог бы сравниться, а затем просто вернула его ему и сказала: "это прекрасное лезвие". Она была просто… между ними двумя не могло быть никакого сравнения. Жон утешал себя тем фактом, что Пирра, по-видимому, была какой-то знаменитостью в своей родной стране, так что, естественно, она была намного лучше него. А ведь ещё надо учитывать, что и Руби весьма талантлива, так же как и Сансет… Могло ли быть так, что он попал в команду с самыми талантливыми учениками на своем курсе, или все в Биконе были намного лучше него? Возможно, мне придется работать больше, чем я того ожидал. Но я уж как-нибудь справлюсь. Это… это ведь у меня в крови, верно? Жон услышал, как кто-то движется сзади. Он перевернулся на другой бок и увидел, что это Пирра встает с постели. Ее волосы были распущены и спускались волной чуть ниже талии, но ни отсутствие макияжа, ни даже ее очень простая коричневая пижама не могли скрыть того факта, что она была великолепна. Не так красива, как Вайсс, но все же. Жон сел. — Ты рано встала, — сказал он шепотом, чтобы не разбудить Руби или Сансет. Пирра перевела взгляд на него. — Ты тоже, — заметила она своим таким же тихим голосом. Жон неуверенно улыбнулся. — Сила привычки. — Ясно, — пробормотала Пирра. Она на мгновение заколебалась. — Я как раз собиралась пойти на пробежку. Не мог бы… нехочешь ли ты присоединиться ко мне? Жон немного подумал. Было ещё весьма рано, но не похоже, что у него было много других дел. — Хорошо, — сказал он, вытаскивая ноги из-под одеяла и доставая кроссовки под кроватью. — Спасибо за предложение. — Пожалуйста, — сказала Пирра, мягкая улыбка заиграла на ее лице, когда она торопливо завязывала волосы в хвост, а затем села на кровать, чтобы надеть сапоги. Она, что собирается бежать в пижаме? Жон предположил, что это из за того, что эта пижама была простой и... обычной. С другой стороны, даже если забыть о том факте, что он уже начал смущаться своего голубого комбинезона Тыквенного Пита, наверное, было бы не очень удобно идти на пробежку в нём. — Гм, — сказал он. — Не могла бы ты закрыть глаза на секунду? — Хм? — промычала Пирра в замешательстве. Ее глаза расширились, а лицо покраснело, когда она поняла, почему. — Ах! Эээ, конечно. — Она не только закрыла глаза, но и отвернулась от него, пока он торопливо натягивал носки, джинсы и футболку. — Теперь ты можешь снова их открыть, — тихо сказал он, натягивая кроссовки. Пирра открыла глаза и закончила натягивать сапоги. Они оба тихо двинулись; Жон привык ходить на цыпочках рядом со своими спящими сестерами: когда Кендал возвращалась домой со своей работы, она много спала, и все изо всех сил старались ее не беспокоить. Пирра, похоже, тоже умела тихо ходить. Ни Руби, ни Сансет не проснулись к тому времени, когда они вышли из своей комнаты. Всё так же тихо, они пошли сквозь здание общежития, пытаясь не мешать своим товарищам-первокурсникам, пока не вышли из комнаты в общежитии и не вышли во двор. — Эм, ты же взяла с собой свиток, да? — спросил Жон, когда дверь - что была на электронном замке, для открытия которого требовался свиток студента или сотрудника - закрылась за ними. — Да, — ответила Пирра. — Я взяла его с собою. — Она вытащила устройство из нагрудного кармана пижамы. — Отлично, — сказал Жон со вздохом облегчения. — Потому что я… только что вспомнил, что забыл свой. Пирра рассмеялась. — Я придержу для тебя дверь открытой. Жон нервно усмехнулся. — Большое спасибо. — Он огляделся. — Итак… бег… гм… я как бы жду, когда ты возьмешь на себя инициативу. — Я как раз собиралась начать бежать до скал, — сказала Пирра. — В зависимости от того, сколько времени это займет, я могла бы сделать еще один круг или два. Это просто бег трусцой, чтобы разогреться, а не настоящая тренировка. — Да, но до скал? — спросил Жон. — Лес вне пределов, но скала - нет, — ответила Пирра. — Но мы можем остаться в кампусе, если хочешь. Отлично, теперь она подумает, что я трус. — Нет, — быстро ответил Жон. — Всё в порядке. Хочешь начать прямо сейчас? — Минутку, — сказала Пирра, начав потягиваться, разминая руки и ноги. Жон со всем доступным ему усердием постарался копировать её движения, а Пирра была достаточно любезна, чтобы не комментировать его потуги. Дверь за спиной Жона открылась. — Привет! — воскликнула одна из учениц, выйдя на улицу и присоединившись к ним. Жон увидел, что она была одета, как Пирра, в свое постельное белье: белый топ и синие штаны. Она была одной из членов команды БЛБЛ, если Жон правильно помнил; ему понадобится день или два, чтобы привыкнуть ко всем этим именам, но он помнил ее лицо и характерные волосы, аккуратно разделенные на две части: розовые и серо-голубые. — Доброе утро, — вежливо поприветствовала Пирра девушку. — Ты ведь мисс Бонавентур, верно? — Пожалуйста, зови меня Бон-Бон, — беззаботно сказала Бон-Бон, — и, конечно же, я знаю, кто ты, Пирра Никос. Движения Пирры стали заметно менее расслабленными. Настолько заметно, что это заметил даже Жон. — Да, — сказала она тихо, — я полагаю, что знаешь. — Да, я видела, как ты выиграла свой последний турнирный бой, — нетерпеливо сказала Бон-Бон. — Эта Арслан настолько не в твоей лиге, что я даже не знаю, почему она вообще потрудилась записаться на соревнования. Ответ Пирры был резким. — Арслан Алтан - невероятный боец, — заявила она, — к которому я испытываю только величайшее уважение. А теперь извини меня. — Она отвернулась и побежала, ее хвост начал слегка подпрыгивать вверх и вниз, когда она начала бежать. — Пирра! — воскликнул Жон, ему пришлось резко спринтовать, чтобы догнать ее, замедляясь до бега только тогда, когда он наконец выровнялся с ней достаточно близко. — Все в порядке? — Прости, — сказала Пирра. — За то, что сбежала и бросила тебя, просто… Арслан заслуживает большего, чем оскорбление во имя какой-то мелкой лести в мой адрес. — Она твоя подруга? — спросил Жон. — Нет, — признала Пирра. — Возможно, совсем даже наоборот, но все же она заслуживает лучшего. Они пробежали всю длину и ширину кампуса. Жон был рад этому факту, потому что он мог увидеть школу гораздо подробнее, чем то, что он уже увидел, просто пытаясь найти амфитеатр в первый день. Они бежали между старомодными колоннами, окружавшими двор; они пробежали мимо окон от пола до потолка, из которых можно было заглянуть в столовую; они пробежали мимо башни академии, что возвышалась над их головами, и пронзала облака; они пробежали мимо главного здания академии со всеми лекционными залами для своих классов и где они провели ночь в бальном зале по прибытию в первый раз, и они пробежали мимо амфитеатра, в котором были их раздевалки. По пути к скалам они пробежали мимо больших пространств пустой земли, что на данный момент, казалось, ни для чего не использовалась. На обратном же пути, они пробежали мимо фермы, о которой Жон даже не подозревал. Кудахтанье цыплят напоминало о доме, одновременно успокаивая и вызывая чувство вины. Он постарался не думать об этом, пока они шли обратно по главной улице. Они оказались перед статуей, что стояла во дворе: охотник и охотница, вооруженные мечом и топором, стояли на скалистом выступе, а под ними беовульф. Жон и Пирра остановились, уставившись на человека с поднятым мечом, что возвышался так высоко над ними обоими. — Как ты думаешь, это кто-то конкретный? — спросил Жон. — В Мистрале, наверное, так и было бы, — ответила Пирра, — но здесь, в Вейле… Я думаю, это скорее идеализированная фигура, представляющая всех охотников и охотниц, а не каких-то двух отдельных личностей. Жон кивнул. То, что сказала Пирра, имело смысл. И все же, он не мог не заметить, насколько меч этого парня был похож на его Кроциа Морс. Вероятно, это было просто совпадение, но одновременно с этим… он чувствовал себя так, будто смотрел на изображение одного из своих предков или смесь всех из них. Героические люди семьи Арк, которые жили до него. Куда более героические люди чем я сам. — Жон? — с тревогой спросила Пирра, положив руку на плечо Жона. — Все в порядке? Жон взглянул на нее. — Моя семья, — начал он. — Мужчины в моей семье, все они были воинами. Мой отец был охотником, мой дедушка… Я просто подумал… Мне есть, чему соответствовать. Пирра серьезно кивнула. — И ты сможешь. — Смогу ли я? — спросил Жон. — Как ты можешь быть столь уверенной в этом? Ты практически не знаешь меня. Пирра подождала мгновенье, прежде чем сказать. — В моей стране, — сказала она, — мы верим, что тот, кто имеет благородное происхождение, наследует добродетель своих предков, а затем, в свою очередь, полирует ее своими делами для своих потомков. Жон не знал, что сказать. Пирра пыталась быть доброй, он был в этом уверен, но в то же время это не могло не звучать для него немного странно. — Я бы не сказал, что у меня дворянское происхождение… — Твои предки пролили свою кровь на службе человечества, — напомнила ему Пирра твердым и убежденным голосом. — это достаточно благородно, чтобы даже самый нищий человек гордился бы этим. Гордись, Жон; ты и Руби, вы оба имеете благородное происхождение, как… как у любого дворянина, хотя я не буду утверждать, что они все так считают. Жон улыбнулся. Даже если он не верил ей, он верил, что она пытается помочь, и был благодарен за это. — Спасибо. А как насчет твоей семьи? — Моя семья? — спросила Пирра, удивленная тем, что он поднял эту тему. — Я… ты не против, если мы вернёмся сейчас? — Э-э, конечно, — быстро сказал Жон. Он не знал, почему Пирра не хотела говорить о своей семье, но она только что дала ему понять, что не хочет об этом говорить. И это его устраивало.

***

Пирра надеялась, что Жон не воспринял как грубость с ее стороны то, что она так резко прервала разговор и направилась обратно в общежитие. Она надеялась, что Жон не воспримет это как грубость, хотя это и было грубостью. Просто она… она боялась, если честно. Она не хотела лгать Жону или кому-либо из своих товарищей по команде, но боялась того, что может случиться, если она признается Жону, что является потомком последнего императора Мистраля. Может, это и не имело значения - в конце концов, это был Вейл, а не Мистраль, - но, с другой стороны, это могло привести к тому раболепию, от которого она сбежала в Бикон, чтобы избавиться от него. Краткий разговор с Бон-Бон был неприятным напоминанием о том, что значит быть Непобедимой Девушкой: люди пытаются подлизаться к ней из-за ее репутации, предполагая, что она будет восприимчива к презренной и поверхностной лести. Это напомнило ей о том, насколько же ей повезло с Жоном и Руби. Она взглянула на Жона через плечо и надеялась, что он этого не заметит. Не только красивый юноша, не только добрый, но и из рода охотников. Не то чтобы это имело большое значение, или, по крайней мере, не должно было иметь большое значение… но ее мать могла бы относиться к молодому человеку из «достойной» семьи с большей благосклонностью, даже если он не происходил из традиционно знатной семьи. Я, наверное, слегка забегаю вперёд. Хотяяяя.... Мне ведь никто не запрещал мечтать, верно? Они вернулись в комнату общежития и обнаружили, что Руби всё ещё спит, хотя Сансет не спала и читала что-то в своем свитке; свет от экрана освещал её лицо с выражением суровой напряженности. Пирра, открывшая дверь для Жона, теперь закрыла ее за собой. Она откашлялась достаточно громко, чтобы привлечь внимание лидера своей, и Жона, команды, но не настолько громко, чтобы разбудить Руби. Она указала на ванную. Сансет махнула рукой, показывая Пирре, что она может пойти принять душ. Жон также указал, что она может идти первой. Пирра кивнула в знак благодарности, быстро сняла сапоги и взяла сегодняшнюю униформу. Прошлой ночью, когда они вошли в комнату общежития, каждый из них нашел по три блузки\рубашки, три жилета, три юбки\пары брюк своего размера, а также носки и чулки и одну куртку. Пирра взяла с собой в ванную чулки, юбку и блузку — и, конечно же, свой обруч. Ванная была сияюще белой, стены на три четверти были выложены плиткой, а последняя четверть — простой белой штукатуркой. Ванна стояла рядом с раковиной, что стояла рядом с унитазом, но Пирру больше интересовал душ, стоявший за ванной. Она аккуратно положила сложенную стопку своей одежды на сиденье унитаза, накрывшись полотенцем для защиты от пара, который мог вырваться из душа, и разделась в уединении замкнутого пространства. Оказавшись в душе, Пирра позволила горячей воде стекать по свей спине и конечностям, смывая всю усталость и напряжение, смывая то, что было раньше, и открывая новый день новым возможностям. У меня сейчас три товарища по команде. Значит ли это, что у меня теперь три друга? Она надеялась на это, но было ещё рано с уверенностью говорить об этом. По крайней мере, Жон и Руби, похоже, не очень заботились ее репутация Непобедимой Девушки: Руби больше интересовали Майло и Акуо, чем сама Пирра, а Жон только признал в ней девушку на коробке с хлопьями. Был шанс, что они увидят Пирру Никос и оценят её такой, какая она есть; как друга, а не просто воина и обладательницу трофеев. Если и есть что-то помимо моего умения махать мечом, которое можно ценить. Пирра вздрогнула. Это был её тайный страх: причина, по которой никто не мог её увидеть как личность, увидеть за пределами славы о Непобедимой Девушке, причина, по которой никто не мог общаться с ней как с нормальным человеком, заключалась в том, что за всей этой славой ничего не было. Нечего любить, не за что любить, не за что ценить или дружить: только пустой доспех и мощное проявление. Я надеюсь, что ошибаюсь на свой счёт. Я так на это надеюсь. Но она не могла поверить в это. Но если у Пирры Никос и было что-то, кроме высокого происхождения и репутации, бережно культивируемой её матерью, то Жон и Руби подошли к этому ближе, чем большинство других людей. Что касается Сансет Шиммер… Пирра не знала, что с ней делать. Она казалась, знала о репутации Пирры куда больше в отличии от Руби и Жона, но не трепетала перед ней. Скорее… Я уверена, что она не имела в виду ничего плохого. Надеюсь, она не имела в виду ничего плохого. Пирра отодвинула эту мысль в сторону. Она должна использовать это мгновенье для отдыха и расслабления. Она позволила себе понежиться в душе, вода струилась по ее волосам и спускалась по спине, чтобы смыть весь пот, накопившиеся за утреннюю пробежку. Это был новый день, новое начало; этим утром она будет думать только о хорошем. В результате вчерашней распаковки вещей, над раковиной уже был завал из разнообразных, как банных, так и косметических средств, и Пирра с радостью заметила, что не все последние принадлежат ей. Некоторые из них, например темные дымчатые тени для век, принадлежали Сансет. Пирра не носила много макияжа. Выйдя из душа, только немного зарумянила свои щеки, после того как закончила одеваться, и каплю ярко-зеленых теней для век с эффектом «крыла», как пламя, вырывающееся из глаз. Последней вещью, что нужно было надеть, был её обруч, обёрнутый вокруг её хвоста на голове. Пирра посмотрела на своё отражение в зеркале и улыбнулась. Она была готова встретить день.

***

Сансет вошла в ванную после Пирры, и, пока она красилась, у неё было достаточно времени, чтобы обдумать вопрос об ожиданиях. Пока Пирра и Жон занимались спортом, а Руби спала, Сансет воспользовалась случаем, и провела небольшое исследование своих товарищей по команде. То, что она обнаружила, было одновременно обнадеживающим и... сложным. Она знала, что была благословлена, в определённом значении этого слова, двумя талантливыми товарищами по команде, но беглое исследование прояснило то, чего она раньше не совсем понимала: не только насколько они талантливы, но и насколько высоки их способности и происхождение. Пирра Пентесилея Пенелопа Алкестида Ариадна Ипполита Никос, если использовать ее полное имя, была не просто чемпионкой турниров; она была не просто девушкой с лицом на коробке с хлопьями. Она буквально никогда в жизни не проигрывала боев, даже в детских лигах. Но не только это, чего было бы вполне достаточно для большинства людей, но причина, по которой ее имя было таким смехотворно длинным, заключалась в том, что она была буквально королевской особой. Она была прямым потомком - в настоящее время последним потомком по прямой линии - мистральского императора Одиссея пятого, последнего императора Мистраля. Сансет не была уроженкой Ремнанта, но она прожила тут достаточно долго, чтобы понять, что это нечто очень редкое. Немногие отпрыски старых монархов оставались на виду: нынешний претендент на трон Мантла был умеренно успешным мотогонщиком, малоизвестным за пределами таких любителей спорта, как Сансет. Казалось, никто не знал, кто является законным наследником трона Вейла, за право которого боролась дюжина отдаленных ветвей. Пирра была чем-то редким и необычным: прямым потомком с неоспоримыми правами, который также был знаменит и успешен сам по себе. Неудивительно, что она стала знаменитостью в Мистрале; ее решение поступить в Бикон, а не в Академию Хейвен, принадлежащую Мистралю, попало в новости и вызвало небольшой скандал. Сансет не стала его читать, но наткнулась на комментарии, призывающие к смене руководства Академии Хейвен на том основании, что даже самая яркая звезда Мистраля не хочет тренироваться в академии Мистраля. Вне всяких сомнений, от Пирры в Биконе ожидались великие дел. Сансет, ещё когда была под крылом Селестии и лично обучалась у неё, знала, каково это, когда эти ожидания находятся на твоих плечах. Она знала, что такое быть в положении, когда быть посредственностью означает считаться неудачницей, потому что личная планка успешности была поднята намного выше. Но собственные амбиции Сансет были слишком важны, чтобы она могла позволить себе проявить сочувствие к Пирре Никос. Дело в том, что если эти ожидания не оправдаются и Пирра не проявит ожидаемого величия, если она не оправдает звания самой одаренной ученицы, украшавшей священные залы Бикона за всю его историю, то это скажется и на самой Сансет. Несомненно, все обвинят именно Сансет в провале Пирры. Толпа просто скажет, что этого и следовало ожидать от фавна. А еще была Руби Роуз. Происхождения Руби было далеко не столь высоким, как у Пирры, но, тем не менее, ее раннее поступление в Бикон попало в местные новости на острове, который она называла своим домом, и известие о том, что пятнадцатилетний подросток будет посещать Бикон удостоилось скромной статьи в ведущей газете Вейла. На Руби тоже были возложенны ожидания; Руби тоже не могла быть средней, если хотела доказать, что заслуживает место в этой академии. Возможно, будет не так много людей, готовых обвинить Сансет, в случаи если Руби облажается, но Сансет не сомневалась, такие люди всё равно найдутся. Это была обратная сторона лидерства: если твоя команда преуспела, часть заслуг достаётся тебе; если твоя команда потерпела неудачу, вся вина ляжет на тебя, особенно, если тебе посчастливилось возглавлять команду с Непобедимой Девушкой и вундеркиндом. Всё это означало, что Сансет Шиммер ждала сложная работа. Если бы Селестия увидела бы меня сейчас, вынужденную хорошо обращаться с другими, чтобы продвинуться вперёд, она, вероятно, рассмеялась бы над иронией. Но мне придётся сделать это. Не то чтобы у меня был большой выбор. Она закончила наносить тени и посмотрела на себя в зеркало. Было ли это лицо лидера? Да, несмотря на то, что школьная форма мало, что давала её внешности. Однажды они не смогут говорить о Пирре Никос, не упомянув при этом Сансет Шиммер. Она вышла из ванной с обновлённой решимостью и обнаружила, что Пирра сидит на своей кровати и читает учебник, а Жон читает что-то похожее на комикс. Я рада видеть, что хоть кто-то правильно расставляет приоритеты. Руби все еще спала. — ВНИМАНИЕ! — громко сказала Сансет, хлопнув в ладоши для большего эффекта. Это разбудило Руби. Она вздрогнула и скатилась с кровати, чтобы с тихим стуком приземлиться на пол. Пирра поднялась на ноги. — Руби, ты в порядке? — Я в порядке, — простонала Руби. — Доброе утро, Команда Сапфир, — с удовольствием объявила Сансет. Она достала свой свиток и пролистала расписания дня, что было загружено на устройство. — Сейчас семь часов утра. Столовая открывается через полчаса, занятия начинаются в восемь; если кто-нибудь из вас опоздает на урок, я, как ваш лидер, буду наказана, а это не должно произойти. — Она обвела взглядом троицу. — Я ясно выразилась? — Мы поступили в Бикон не для того, чтобы играть в игры, Сансет, — ответила Пирра с мягким упрёком. — Никто из нас здесь не будет пренебрегать своим образованием. — Надеюсь, — пробормотала Сансет. Она снова сверилась с расписанием дня. — У нас… сегодня у нас следующие уроки: изучение Гримма в восемь, затем современная история в девять тридцать, затем два часа личных боев в десять тридцать, затем обед. После обеда у нас есть два часа науки о растениях, затем скрытность и... безопасность? с трёх тридцати до четырёх тридцати, а затем наше последнее занятие на сегодня - оружие. Есть вопросы? Руби подняла руку. — Что, ты сказала, будет первым уроком? Хвост Сансет дернулся. — Жон, умойся и оденься; Руби, проснись, и я еще раз все повторю. Жон и Руби умывались и одевались быстрее, чем Сансет и Пирра, из-за того, что Жон был парнем, а Руби, казалось, не беспокоилась о таких вещах, как макияж. Они оба были одеты и готовы идти к тому времени, когда столовая открылась, и Сансет вышла вместе со своей командой из общежития. Они присоединились к толпе других студентов всех курсов, направлявшихся в том же направлении, и Сансет смогла услышать, как они шепчутся о Пирре, пока Команда САПР шла в зал. — Это Пирра Никос? — Да, это Непобедимая девушка из Мистраля. — Я слышал, что она даже не получила ни одного удара. — Она обязательно станет лучшай в своём году. — Тому, кто попал с ней в одну команду, очень повезло. — И она очень красива. Пирра нахмурилась, в то время как Сансет пыталась не нахмуриться; не из-за шёпота толпы, а из-за притворного беспокойство Пирры в ответ на него. Она должна была любить это: кто бы не хотел, чтобы о нём шептались? Быть объектом внимания, куда бы ты ни шла, чтобы все глаза и головы обращались к тебе, как цветы к солнцу. Притворяться, что это не так, было в высшей степени лицемерно со стороны Пирры, и Сансет не нравилось её поведение. Если ты уже стала знаменитой и популярной, по крайней мере, ты могла бы честно не скрывать то, сколько удовольствия ты получаешь от этого. То же самое произошло, когда они подошли к прилавку с едой: лицо Пирры уставилось на них из коробки хлопьев Тыквы Пита. — Меня не может не волновать, — пробормотала Пирра, — что что-то подобное предлагают на завтрак в такой элитной академии. О, да, как будто ты действительно так думаешь. Просто признай, что тебе нравится тот факт, что мы все уже можем видеть твое лицо. — Значит ли это, что мне не следует их есть? — спросил Жон. Пирра взглянула на него. — Возможно, было бы лучше, если бы вместо этих хлопий ты съел бы что-нибудь более полезное, — посоветовала она ему. Сама Пирра выбрала смесь колбасы и бекона со второго прилавка, немного фруктов и стакан апельсинового сока. Сансет была вегетарианкой, поэтому она воздерживалась от мяса и взяла фрукты и чашку кофе, чтобы разбудить себя перед первым уроком. Жон последовал совету Пирры по поводу хлопьев и взял полноценный завтрак с яйцами, картофелём и колбасой. Руби не последовала совету Пирры и наполнила тарелку смесью всех предлагаемых наименее полезных, но с самым высоким содержанием сахара, хлопьев. — Хорошо, что ты много двигаешься, — пробормотала Сансет, слегка ошеломленная выбором Руби. Они сели за один из множества пустых столиков, и Сансет уже собиралась начать есть, как вдруг… — Это место занято? Сансет подняла глаза и увидела Янг Сяо Лонг, сестру Руби и длинноволосого лидера команды ЯРДН, смотрящую на нее сверху вниз. — Привет Янг! — с энтузиазмом завопила Руби. Янг ухмыльнулась. — Привет Рубс, — сказала она, перегнувшись через стол, чтобы взъерошить волосы Руби одной рукой. Она начала садиться, но остановилась. — Извини, ты не… — Все в порядке, — хмыкнула Сансет. — Я не возражаю.— В конце концов, то, что они сидели за одним столом, не означало, что она должна с ними разговаривать. — Спасибо, — сказала Янг. — Эй, ребята, сюда! — Она помахала своей команде, последовавшей за ней в холл, и, в конце концов, вся команда ЯРДН села напротив команды САПР. — Итак, это моя команда, — объявила Янг, широко раскинув руки, чтобы обнять троих своих товарищей за столом. — Доув, Нора, Рен. Ребята, это… — Сансет Шиммер, — объявила Сансет. Она заметила, что Доув смотрит на нее. Долго, напряжённо смотрел; он не сводил с нее глаз с тех пор, как она села. Она отложила ложку. — Есть проблемы? — Нет, — быстро сказал Доув. — Я… я просто… я никогда не видел… — он указал куда-то ей над головой. Уши. Верно. Конечно же это уши. Уши прижались к макушке Сансет. — Да ну, смирись с этим, — отрезала она. — Я фавн, и что? — Она посмотрела на свою тарелку с фруктами и принялась агрессивно поглощать еду. За столом повисла неловкая тишина, которую нарушил мягкий, мелодичный голос Пирры. — Пирра Никос, — сказала она. — Приятно познакомиться. — И мне, — спокойно ответил Рен. — Вот эта - моя младшая сестра Руби, — сказала Янг. — А ты… Жон, верно? — Жон Арк, да. — У тебя есть девушка, Жон? — Янг! — протестующе вскрикнула Руби, а Пирра с любопытством взглянула на Жона. — Нуууу... не совсем, но… Вайсс! — позвал Жон, махнув рукой Вайсс Шни, что только что вошла. Ее команда окружала ее, как телохранители, особенно Кардин Винчестер, нависший над ней. Флэш Сентри посмотрел на стол ЯРДН-САПР, нахмурившись от беспокойства. Сама Шни взглянула на Жона, а затем отвернулась, задрав нос, и повела свою команду к другому столику на некотором расстоянии. Жон разочарованно вздохнул. — Уууух, должно быть, э… — извиняющимся тоном пробормотала Янг. — Я, э-э… — она мгновение смотрела на Жона, с удрученным лицом. — Крепись дружище. — Хей, Янг, — позвала свою сестру Руби. — Ты ни за что не догадаешься, что я нашля прошлой ночью в нашей комнате. — Что? — Раньше это была комната мамы! — Закричала Руби. — Мы нашли её, и других, инициалы и символы, вырезанные на стене: СТРК, это мама, папа, дядя Кроу и… — Руби замолчала, ее взволнованное выражение внезапно сменилось смущением. Глаза Сансет сузились. Руби из-за чего-то нервничала? Кем была эта Р и что в ней такого, что так подействовало на Руби? Янг на мгновение нахмурилась, и тень скользнула на ее лицо. — Да, и я могла бы догадаться. И всё же… это потрясающе, Рубс. Как будто это должна была быть судьба или что-то в этом роде. — Ты должна прийти и посмотреть это после занятий. Мы тоже вырезали там свои имена. Янг ухмыльнулась. — Звучит круто. Я заскочу и посмотрю. — Она протянула руку и снова взъерошила волосы Руби, игнорируя протесты младшей сестры. — Я горжусь тобой, сестричка. — Остаток завтрака прошел в непринужденной беседе между двумя командами, в которой Сансет Шиммер не принимала участия. Она ничего не сказала, пока ела, но бросила взгляд на Янг Сяо Лонг и ее товарищей по команде. Нора Валькери говорила слишком громко и слишком много, в то время как Доув Бронзевинг продолжал украдкой посматривать на нее, несмотря на то, что она велела ему не делать этого; Лай Рен молчал так же, как и сама Сансет. А Янг… был ли какой-то метод, которым Сансет могла бы разделить её и Руби эмоционально? Сможет ли она настроить их друг против друга и сделать так, чтобы Руби была верна только команде, а не своей сестре? Возможно, но стоила ли награда риска? Вполне вероятно, что нет. Если Сансет поймают, это разрушит команду, не говоря уже о том, что может сделать Янг. Сансет не знала ее достаточно хорошо, чтобы сказать, будет ли затевать с ней драку хорошей идеей или нет. Пока что она оставила это в покое и решила посмотреть, как все сложится. Если сестринская близость начнет вредить команде, она будет действовать, а пока будет просто наблюдать. Первым занятием в этот день было изучение Гримм, которое вел профессор Порт: коренастый мужчина с усами как у моржа, который, почему-то, имел в своем собственном классе блестящую золотую копию самого себя. Ему также удалось совершить подвиг, выдающийся даже по меркам некоторых дряхлых старых единорогов, у которых Сансет довелось учиться в Кантерлоте: он уложил половину класса спать к тому моменту, как он закончил свое представление. Сансет ткнула Руби локтем, возможно, немного сильнее, чем требовалось, чтобы разбудить ее до того, как ее храп станет слишком очевидным. Тот факт, что профессор еще раз повторял очевидное, что Вейл и другие три королевства были безопасными убежищами человечества, не означал, что они скоро не перейдут к сути темы. — Но сначала, — заявил профессор Порт, — история. Жон застонал. Руби склонила голову. Даже Пирра, хоть и представлялас собою образ образцовой ученицы, казалось, была несколько обескуражена этими словами. Сансет крепче сжала ручку и приготовилась делать заметки. — История храброго красивого мужчины, — продолжил профессор Порт. — Меня. Когда я был мальчиком… Пока он говорил, Сансет что-то строчила, используя стенографию, которую она придумала, чтобы не отставать от лекций принцессы Селестии. Краем глаза она взглянула на свою команду, сидевшую справа от нее: Руби рисовала какую-то картинку; Пирра делала записи нерешительно и скупо; Жон выглядел так, словно заснул. Сансет закатила глаза. Разве они не поняли? Разве раньше у них не было учителя, который преподносил уроки через рассказы? Селестия всегда так делала. Хотя конечно, Порт не очень хорошо рассказывал свою историю, и Сансет не могла точно сказать, какие уроки он пытался передать, но именно поэтому она делала заметки обо всем, на чем он, казалось, сосредоточился: так что она могла бы перечитать это позже и понять суть. Если бы ей нужно было угадать прямо сейчас, Сансет сказала бы, что это как-то связано с гриммом, таращащимся в клетке в углу класса. Он рассказывает историю про барбатоса, а затем он собирается выпустить его в класс, и нам придется использовать знания из его истории, чтобы убить его. — Несмотря на свой возраст, мой дедушка был мудрым человеком. "Питер" сказал он… А вот и что-то полезное. Она еще раз сильно тыкнула Руби и сердитым жестом приказала ей обратить внимание. Руби лишь ухмыльнулась, демонстрируя фигурку профессора Порта с линиями.... запаха? вокруг него. Наверно. Сансет издала слабый стон. Возглавить эту команду будет непросто, не так ли? Что ты сказала о том, что здесь никто не пренебрегает своим образованием, Пирра? — Мораль этой истории, — сказал профессор Порт. А, поехали. — Настоящий охотник должен быть благородным. Благородство? Мы сражаемся с монстрами, а не с другими людьми, и даже если мы сражаемся с другими людьми, то какое значение имеет честь, пока мы побеждаем? Должны ли мы поклониться существам Гримм и предложить им шанс сделать первый выстрел? Это не будет похоже на все те времена, когда Селестия рассказывала историю, а затем заканчивала рассказом о важности дружбы, хотя в этом не было никакого смысла, не так ли? — Настоящий охотник должен быть надежным. Вайсс Шни фыркнула, и когда Сансет взглянула на нее, она увидела, что седовласая девушка скептически смотрит на команду САПР. О, так твоя команда намного лучше? В твоей команде есть парень, который даже не заступится за свою девушку; что дает тебе право говорить о надежности? — Настоящий охотник должен быть стратегом, хорошо образованным и мудрым. Сансет ухмыльнулась Вайсс, просто чтобы отплатить ей за тот короткий взгляд. Судя по хмурому лицу на её лице, Вайсс не слишком это оценила. — Итак, кто из вас считает себя воплощением всех этих черт? Руки Сансет и Вайсс, одновременно, взметнулись в верх. — Я сэр! Они посмотрели друг на друга. Выражение лица Вайсс казалось, предполагало, что она должна отступить в пользу наследницы компании Шни. Укуси меня за хвост, выскочка. Это мой первый шанс показать, на что я способна, и я не собираюсь уступать тебе место. — Ого, вот это рвение! — весело сказал профессор Порт. — Всегда приятно видеть, как будущие охотницы, что будут защищать наше королевства, рвутся в бой. Хорошо, мисс Шиммер, сделайте шаг вперёд и сразитесь со своим противником. Удачи в следующий раз, Вайсси. Сансет не заметила как переоделась, ей казалось, что прошло лишь одно мгновение, и, вот, она уже сняла с себя школьную форму и вновь была облачена в свою кожаную куртку и джинсы, с Sol Invictus в руках, она стояла лицом к клетке с барбатосом внутри. Кто-то смеялся над ней. Сансет проигнорировала их; величие вызывало зависть, но зависть меньших существ была чем-то, с чем она имела дело с самой ранней юности. — Давай Сансет! — кричала Руби. — Покажи им, как крута команда Сапфир! — Я так и сделаю, можешь не волноваться по этому поводу, — пробормотала Сансет. И при этом, естественно, покажу насколько "крута" Я сама. Профессор Порт сломал замок одним взмахом топора, и из темноты клетки вырвался ожидаемый барбатос. Он бросился на Сансет, рыча и фыркая. Нет времени стрелять. Сансет опустилась на одно колено, положив приклад Sol Invictus на землю, держа штык направленным на стремительно несшегося кабана. Гримм находился уже почти рядом с ней, все четыре его глаза сияли, когда он прыгал. Сансет щелкнула выключатель, и штык вытянулся наружу, как копье. Барбатос был поражен в середине прыжка - и хотя удар не пробил бронированную маску, закрывавшую его морду, он отбросил его назад - визжа, когда его лапы пинали воздух. Сансет схватила его, окутав мягким зеленым сиянием и удерживая на месте с помощью телекинеза, удерживая мягкое брюхо зверя и вонзила свое копье в его живот. — Браво! Похоже, мы действительно находимся в присутствии настоящей охотницы на тренировке. Естественно, подумала Сансет. Были ли сомнения? — Боюсь, что на сегодня у нас всё, — добавил профессор Порт. — И обязательно, всегда будьте бдительны! Сансет быстро подошла к первому ряду, где сидели остальные члены ее команды. — Мне нужно пойти и переодеться обратно в форму и положить оружие, — сказала она, когда остальные ученики уже начали выходить. — Вы можете найти дорогу к следующему классу без меня? — Э-э… — начал Жон. — Я прослежу, чтобы мы туда добрались, — спокойно сказала Пирра. — Хорошо, — сказала Сансет. Вероятно, ей следовало бы поблагодарить её, но у нее не хватило на это смелости. Она отвернулась и быстрым шагом вышла из класса и направилась к амфитеатру, чтобы снова переодеться в форму. Знаете, как было бы проще, если бы нам не нужно было возиться с формой. Тем не менее ей удалось, благодаря быстрому шагу, вернуться в амфитеатр, снова переодеться в форму и прийти на лекцию по современной истории всего на пару минут позже звонка. Она ворвалась. — Профессор, я… — А, мисс Сансет Шиммер, да? — Её прервал и обратился к ней высокий худощавый мужчина с густыми зелеными волосами, зачесанными назад, его глаза были скрыты парой непрозрачных очков. Сансет распрямилась. — Да, профессор. — Не бойтесь, мисс Шиммер, я хорошо знаю, что профессор Порт любит вовлекать своих студентов в практические занятия в первый день занятий, и мисс Никос сообщила мне об этом. Поздравляю с победой. — Спасибо, профессор. Зеленоволосый профессор отхлебнул что-то из чашки, которую держал в руке. — А теперь садитесь. Мы вас ждали, так что вы ничего не пропустили. Сансет кивнула. — Спасибо, профессор. — Она подошла ко второму ряду, откуда ей махала Руби. — О, и мисс Шиммер? Сансет полуобернулся спиной к профессору. — Да, профессор? — Я доктор Ублек, — сообщил он ей. — Приношу свои извинения, доктор, — сказала Сансет, склонив голову. — Просто знайте на будущее, мисс Шиммер, — сказал доктор Ублек. Когда Сансет села, она заметила, что в его классе царит беспорядок: повсюду разбросаны книги и бумаги, некоторые открыты, и между ними приютились чашки. На самом деле она не хотела знать, есть что-нибудь в этих чашках или нет. Доска была покрыта картой Ремнанта и его королевств с различными информационными картами, прикрепленными к важным местам на основной карте, и все они были соединены, между с собою, красной нитью. Сансет не понимала, что все это должно означать. Доктор Ублек сделал еще один глоток из чашки. — Ну что ж, — начал он, быстро шагая из одного конца лекционного зала в другой. — Как вы все, я надеюсь, понимаете, этот мир в настоящее время переживает беспрецедентную эру мира и процветания. Чем мы обязаны этому чуду, которое для народов более ранней эпохи могло показаться несбыточной мечтой? Сансет не подняла руку. Она не была достаточно уверена в ответе и не хотела выставлять себя дурой. Ни один из ее товарищей по команде не сделал даже попытки поднять руку. Однако трое студентов подняли руки: Флэш, Вайсс Шни и Лира Хартстрингс. Сансет заметила, что все они были из Атласа. О, я уже знаю, что будет дальше, верно? — Да! — сказал доктор Ублек, указывая тростью на Вайсс. — Мисс Шни? — Благодоря силе Атласа, доктор, — чопорно ответила Вайсс. — Что защищает и оберегает все другие королевства от вреда. Доктор Ублек ответил ей не сразу. Он отпил еще немного из своей чашки, громко прихлебывая. — Вы случайно не знакомы с генералом Айронвудом, мисс Шни? Вайсс выглядела немного удивленным вопросом. — Да, он… был гостем моего отца, да, доктор, — призналась она, — и моя старшая сестра - специалист в армии Атласа. Хорошо для тебя. Только вот, почему ты не последовала за ней в Атлас, где могла бы расслабиться с Рэйнбоу Дэш и другими патриотами, вместо того, чтобы нести эту чушь? — Мистер Сентри, мисс Хартстрингс, у вас есть что еще добавить к мисс Шни? — спросил доктор Ублек. — Нет, доктор, — сказал Флэш. — Все знают, что Атлас своей мощью оберегает другие королевства. — Тогда что ты здесь делаешь? — пробормотала Сансет. Доктор Ублек не услышал ее или же притворялся, что не услышал. Вместо этого, он ответил всем атлесианским ученикам. — Я уверен, что ответ удовлетворил бы многих офицеров Атласа, но, как вы узнаете на этом уроке, историческая правда редко сводится к пропаганде. — Он отвернулся. — Теперь мы начнем с… Пирра кашлянула и подняла руку. — Да, мисс Никос? — Вы не собираетесь отвечать на свой вопрос, доктор? Доктор Ублек улыбнулся. — Ответ, мисс Никос, является предметом этого занятия. В этом году мы пройдём полный курс восьмидесятилетней истории с конца Великой войны до настоящего времени; будущие уроки углубят ваше понимание ключевых моментов. К тому времени, когда вы покинете эти залы, вы будете иметь такое же хорошее представление о том, как наш мир достиг своего нынешнего состояния. Сансет посмотрела на своих товарищей по команде, двое из которых выглядели явно скучающими. — Конечно, приношу извинения, доктор, — сказала Пирра. — Не нужно извиняться за внимание, мисс Никос, — заверил ее доктор Ублек. — Теперь, как я и говорил: ситуация в конце Великой войны. Великая война закончилась в каком году? Руки Сансет, Пирры, Вайсс и Скай Ларк поднялись в воздух. Доктор Ублек задумался. — Мистер Ларк. — 2040, — сказал Скай. — Верно, мистер Ларк, — сказал доктор Ублек. — А если бы вы были внимательны в боевой школе, то ни у кого из вас не возникло бы затруднений рассказать мне о решающем сражении войны. Несмотря на то, что доктор Ублек только что сказал, что он ожидает, что любой из его студентов сможет ответить, тем не менее, единственные руки, которые поднялись в воздух, принадлежали Пирре, Вайсс и Сансет. — Мисс Никос? — Доктор Ублек указал на нее. — Битва четырех королей, — заявила Пирра. — После чего монархи Мантла, Мистраля и Вакуо сложили свои короны, подчиняясь королю Вейла. Интересно, сколько ваших предков там было? Подумала Сансет. — Верно, мисс Никос, и кто может сказать мне, что случилось дальше, мисс Шни? — Подписание договора Вайтела, — чопорно ответила Вайсс. — Во-первых, король Вейла принял капитуляцию своих собратьев-королей, но отказался забрать их короны себе, — заявила Сансет. Другими словами, он был дураком. — Вы обе правы, — сказал доктор Ублек, что, по мнению Сансет, было довольно великодушно по отношению к Вайсс Шни. Наверное, он сказал это из-за ее имени. Сансет считала себя одаренной в академических предметах; она считала себя таковой, потому что эта была объективная истина. Она была лучшей или почти лучшей во всех классах в Кантерлотах обоих миров, и она подготовилась, чтобы не отставать здесь, в Биконе. И к концу урока она была уверена, что не отстанет. История, казалось, не вызывала энтузиазма у большей части учеников, которых едва можно было заставить отвечать на вопросы доктора Ублека, или, возможно, они просто слишком нервничали, чтобы поднять руку, или боялись показаться слишком заинтересованными перед остальным классом. Сансет была знакома с обеими типами пони и людей с двух разных Кантерлотов: тех, кто не любил внимания, и тех, кто боялся прослыть умником. И те, и другие, по мнению Сансет, были более презренными, чем те, кто просто не знал или не хотел выполнять работу. Если бы у вас не хватило мужества встать перед другими учениками, откуда у вас хватило бы мужества встретиться с гримм? В любом случае, лекция доктора Ублека, была посвящена концу Великой войны, чтобы осветить под другим углом некоторые моменты из последних дней этой войны. Что касается того, чтобы стать лучшей в классе… достаточно сказать, что к концу урока Сансет знала, кто ее академические соперники. После истории был урок боевых искусств, и первокурсники толпами спустились в амфитеатр, где в раздевалках их ждала профессор Гудвич. Переодевание - снова - в боевую одежду на глазах у всех парней стало напоминанием Сансет о том, каким странным местом была эта школа по сравнению с нормой человеческой нормы. Она не могла не задаться вопросом, была ли эта аномалия, а не норма, отказ какой-либо из девушек САПР одеться\раздеться перед Жоном или, наоборот, заставить его раздеться\одеться перед ними? Как это делали другие команды, все из которых были смешанного пола? Возможно, это зависело не более чем от характера девушек. Янг, казалось, наслаждалась мужским вниманием, а Сансет, выросшая в основном в голом обществе, не слишком беспокоилась о том, что видят другие люди. С другой стороны, Пирра, казалось, чувствовала себя неловко из-за всего этого, а Руби - уж тем более. Она пыталась спрятаться за дверью своего шкафчика; к сожалению, он защищал ее только с одной стороны. Сердце Сансет не было каменным. Ее предавали, оскорбляли, научили, что глупо заботиться о других, но это не лишило ее полностью сочувствия. Может, Руби ей и не очень нравилась, но она не заслуживала того, чтобы на нее пялились парни, вроде того подонка с колючими волосами или бывшего парня Сансет; он, мог сделать вид, что не смотрит, но после того, как он разбил Сансет сердце, она не могла не замечать его взгляды. Хотя она была полуодета в джинсы и лифчик, Сансет, тем не менее, пересекла раздевалку к тому месту, где стояла Руби, и прислонилась к раме шкафчика и двери, нависая над Руби, блокируя ее от взгляда кого-либо еще в комнате. — Сансет? — спросила Руби, глядя на нее. — Не волнуйся, — тихо сказала Сансет. — Они больше не могут натебя смотреть. Руби потребовалось мгновение, чтобы понять, что она имела в виду. — Спасибо, — пропищала она. — Не за что, — хмыкнула Сансет. Как только все переоделись в свое боевое снаряжение, профессор Гудвич собрала их всех вместе, чтобы дать им несколько инструкций относительно шкафчиков. — Каждому из вас выделен один ракетный шкафчик для хранения своего оружия и дополнительной брони, — объясняла профессор Гудвитч. — Кроме того, ваш шкафчик может быть вызван в ваше местонахождения с помощью вашего свитка или отправлен в нужное место с помощью шестизначного кода. Сансет подняла руку. — Да, мисс Шиммер? — Зачем нам вообще отправлять свои шкафчики куда либо кроме того места, где мы находимся, вводя в них код лично? — спросила Сансет. — Вы можете отправить своему товарищу по команде снаряжение, мисс Шиммер, если они не смогут вызвать его сами, — ответила профессор Гудвич. — Например, если они участвуют в бою и не могут… Серия панических криков прервала профессоршу Гудвич и привлекла внимание Сансет к самой задней части группы студентов и к Жону, которого Кардин Винчестер запихивал в его же собственный шкафчик. — Нет! Погоди! Вытащи меня отсюда! — кричал Жон, когда Кардин ввел шестизначный код на голографический дисплей. — Не делай этого! Кардин отступил назад с самодовольным выражением лица, когда шкафчик Жона начал взлетать. Оставляя след синего дыма, шкафчик поднялся… примерно в футе над землей, где и остановился, окутанный сиянием зеленой энергии. Сансет нахмурилась, когда она протянула свою магию, чтобы удержать шкафчик на месте. Требовалось много сил, чтобы держать шкафчик устойчивым; телекинез - это одно дело, а сопоставление магии с кинетической энергией - совсем другое дело. Сансет уже чувствовала приближение головной боли, пульсацию в своей голове из-за того, что она удерживала Жона на месте, несмотря на всю мощь шкафчика, пытавшегося унести его. — Пирра! Руби! — боль в голове обострила ее голос. — Кто-нибудь из вас вытащите его оттуда! Пирра первой добралась до шкафчика, грубо оттолкнув Кардина в сторону, когда она подняла свое копье, Майло. — Жон, твоя аура активирована? — Наверно? — скорее спросил чем ответил Жон. — Хорошо. Прости, — сказала Пирра, одним сильным толчком она вдавила Майло в дверь шкафчика и использовала его как лом, чтобы открыть эту дверь. Они, вместе с Руби, вытащили Жона из шкафчика, или, скорее, он вывалился в их ожидающие руки, и в этот момент Сансет наконец перестала удерживать шкафичк, и позволила ему улететь туда, куда его послал Кардин. Снаряжение Жона выпало из него при падении, но оно было разбросано только по школьной территории. Надеюсь. Сансет схватилась за голову одной рукой, а Жон кашлял от голубого дыма, скопившегося на полу от ракеты. — Было бы веселее посмотреть, как он улетает, — пробормотал Кардин, прежде чем вздрогнуть из-за яростного взгляда Пирры. Сансет двинулась вперед, головная боль от того, что она напрягла так внезапно свои силы, заставляла ее чувствовать себя еще более отвратительно, и придавала больше выразительности ее хмурому взгляду. Селестия солгала ей, и многое из того, чему она пыталась научить Сансет, было полной чушью, но она немного рассказала Сансет о настоящем долге правителя и его пользе: ты должна защищать своих слуг, иначе они не будут смогут долго служить тебе. Кроме того, она ненавидела позволять другим трогать её вещи. Её руки сжались в кулаки. — Если ты- — Достаточно, — голос Гудвич не был громким, но достаточно твердым, чтобы все остальные замолчали. — Мистер Винчестер, возможно, задержание даст вам время подумать о том, почему ваше неспровоцированное нападение на сокурсника было неподобающим для охотника. Кардин безмолвно зарычал. — И для вас тоже, мисс Шни, — добавила профессор Гудвич. Вайсс захотела возразить. — Профессор! Я… — Ничего, — закончила за неё профессор Гудвич. — Вы не сделали ничего, чтобы контролировать своего товарища по команде, поведение которого отражается на вас. Я полагаю, что профессор Озпин вчера сообщил вам об этом факте. Лицо Вайсс исказилось от возмущения. — Профессор, я… — она, казалось, с большим усилием сдержала себя. — Я считаю, — продолжила она уже более спокойным и чопорным голосом, — что глубоко несправедливо наказывать меня за то, что я не вмешалась в ситуацию, в которую вы сами не вмешались. Профессор Гудвич уставилась на нее. — Это очень смелое утверждение, мисс Шни, — сказала она голосом, жестким и довольно холодным. Сансет показалось, что она слегка ухмыльнулась. — Однако смелость иногда может быть эффективной стратегией. Очень хорошо, мисс Шни, вы освобождены от задержания. На этот раз. Но не позволяйте этому повториться. — Прежде чем продолжить, она перевела взгляд на команду САПР. — Команда Сапфир, вы очень хорошо справились с развитием командной работы которую, только что продемонстрировали. Кардин выглядел ещё более разгневанным, чем раньше. — Профессор- — Да, мистер Винчестер? — требовательно спросила профессор Гудвич, глядя на него поверх очков. — …Ничего, — пробормотал он. — Пони, наверное, хочет кусок сахара, — сказал Рассел. — Рассел! Кардин! Хватит с вас двоих! — рявкнула Вайсс хлестнувшим, как хлыст, голосом. Сансет пришлось признать, что она была впечатлена тем, как Вайсс справилась с тем, чтобы глядеть сверху вниз на кого-то, кто был почти вдвое выше неё. — Должна ли я напомнить вам, что ваши действия сказываются не только на вас, но и на всей нашей команде? Я не собираюсь быть наказанной из-за пары приматов вроде вас! — Она посмотрела на них, как будто призывала их заговорить. Когда этого не произошло, она отвернулась и направилась через раздевалку к САПР. Холодные голубые глаза наследницы Шни скользнули по Руби и Жону и на мгновение задержались на Пирре. Она посмотрела на Сансет, и ее нос сморщился от отвращения. Ее челюсть сжалась на мгновение, прежде чем она протянула руку. — От имени моих товарищей по команде я прошу прощения, — сказала она, и если бы она на этом закончила бы, то, возможно, все было бы в порядке, но она добавила, — однако я должна сказать, что если ваш товарищ по команде настолько слаб, что с ним можно так обращаться, тогда, возможно, ему следует пересмотреть свое место в Биконе. Жон выглядел пристыженным, и за него ответила Руби — Это нечестно, Жон был застигнут врасплох и… — И ты ожидаешь, что гримм объявит о своем присутствии, прежде чем атаковать? — спросила Вайсс. — Он должен был быть более бдительным. Кардин не гримм, подумала Сансет. Большинство гримм выглядят куда лучше него. — Бдительность — это одно, но не такого поведения следует ожидать от товарищей по оружию, — заявила Пирра. — Конечно нет, но… — Послушай, если ты хочешь извиниться, извиняйся! — рявкнула Сансет, — но мне не интересно спорить тут, и я сомневаюсь, что кому-то еще тоже. Вайсс отпрянула. — Как ты?.. Ладно. — Она сложила руки. — Мне жаль тебя, Пирра, что тебя сдерживает такая команда. Это такой позор. — Она ушла прежде, чем кто-либо из САПР успел ответить. — Не слушай ее, Жон, — ободряюще сказала Руби. — Любого можно застать врасплох, — сказал Пирра. Жон не выглядел убежденным, но спорить не стал. Он просто стоял там, выглядя удрученным, хотя было ли это из-за его предполагаемой слабости или из-за того, что его "любовь" только что обожгла его, Сансет не знала. Профессор Гудвич откашлялась. — Если вы все закончили, — сказала она с явным нетерпением в голосе, — пожалуйста, следуйте за мной в амфитеатр, там мы и начнем наш урок. Амфитеатр был освещен чуть ярче, чем в тот момент, когда профессор Озпин встретил их всех, так что Сансет могла видеть своих сокурсников, когда они пробирались внутрь. Она также могла видеть над ними балкон, чтобы люди могли смотреть на арену сверху. Внизу было расставлено множество плоских скамеек без подлокотников, каждая из которых была достаточно большой, чтобы четыре человека могли сидеть рядом друг с другом, и могли наблюдать за боем все вместе. Студенты не стали ждать, пока им велят сесть. Они расселись со своими командам, а профессор Гудвич поднялась на сцену. — Добро пожаловать, студенты, на ваш спарринг-урок, — сказала она. — На этих занятиях вы будете обучены сражаться с другими людьми; это прискорбно, но даже в нынешнюю мирную эпоху вы должны быть готовы к тому, что вам придется столкнуться лицом к лицу с бывшим охотником, сошедшим с праведного пути. На этих занятиях я постараюсь научить вас как раз к такой возможности, а также подготовлю вас к фестивалю Вайтела, который состоится в конце этого года. Любая команда, которой посчастливится быть выбранной для участия в фестивале Вайтела, будет представлять честь академии Бикон и королевства Вейл, и я не собираюсь смотреть, как эту школу или это королевство позорят наши ученики. — Прежде чем мы начнем урок, у меня есть своего рода, традиция - сделать предложение всем новым ученикам, вызов для всех, кто пожелает принять его. Если кто-то из вас сможет победить меня в спарринге, то он будут освобождён от моих занятий до конца своего времени здесь, в Биконе. Кто-нибудь чувствует себя готовым к вызову? Никто не вскочил со своих мест. Сансет очень хотела бы принять ее предложение, но ее оценка собственных сил все еще была достаточно реалистичной, чтобы сдержать это желание. Она взглянула на Пирру. Вот если бы у нас была девушка, которая ни разу в жизни не проиграла ни одного боя. После того, как Пирра не подала никаких признаков движения, Сансет тыкнула её, локтём, в бок. Пирра взглянула на нее. — Сансет? — Давай, — прошипела Сансет, указывая на сцену. Пирра покачала головой. — Я бы предпочла этого не делать. — Почему нет? — Потому что это будет довольно предсказуемо, не так ли? — Ты никогда не проигрывала! — В битвах со своими сверстниками, — мягко, но твердо напомнила ей Пирра. — Мисс Шиммер? Мисс Никос? — сказала профессор Гудвич. — Кто-нибудь из вас планирует воспользоваться этой возможностью? — Нет, спасибо, профессор, — сказала Пирра. — Я бы не стала так высоко оценивать свои силы. Тот факт, что даже Пирра Никос, Гордость Мистраля, думала, что это невыполнимая задача, омрачил весь класс. Никто не встал. Пока Бон-Бон не поднялась на ноги. — Я попробую, профессор, — сказала она. — Я могла бы использовать дополнительное время для домашней работы. — Ее подруга Лира прикрыла рот одной рукой, слабо усмехнувшись. Профессор Гудвич с любопытством подняла одну бровь. — Очень хорошо, мисс Бонавентур. Пожалуйста, присоединитесь ко мне на сцене. Бон-Бон с головы до пят была облачена в броню, белую, как атласовская униформа, что придавало ей практически несгибаемый вид, когда она шла по сцене, слегка лязгая доспехами. В руке она держала своё оружие, моргенштерн Сириус. Она настороженно посмотрела на Гудвич. Сансет наклонилась вперед. Бон-Бон никогда не производила на нее впечатление одной из лучших учениц Кантерлота; она действительно думала, что смогла бы победить? Профессор Гудвич сказала — Вы можете начать, когда будете готовы, мисс Бонавентур. Бон-Бон сделала лязгающий шаг вперед, размахивая, своим оружием Сириус, в серии широких дуг, прежде чем направить его в сторону Гудвич, что просто уклонилась от летящего шара с шипами, когда он пролетел около ее головы. Она схватила цепочку так легко, будто сорвала розу с земли. Гудвич потянула на себя цепь, потянув ее вместе с Бон-Бон прямо к себе. Она пригнулась, когда девушка в доспехах пролетела над ее головой в другую сторону сцены. — В официальном матче уход с арены является причиной дисквалификации, — спокойно сообщила им профессор Гудвич, когда Бон-Бон с глухим стуком упала на пол и застонал. — Следовательно, мисс Бонавентура только что потерпела поражение. — Она посмотрела на нее. — Вы хотели бы что-нибудь добавить, мисс Бонавентур? Все это заняло считанные секунды. Среди студентов было гробовое молчание, когда Бон-Бон поднялась с пола. К удивлению Сансет, она застенчиво ухмылялась. Смущенно почесав затылок, она сказала. — Нельзя винить меня за попытку, верно, профессор? — что вызвало волну лёгкого смеха, прокатившуюся по амфитеатру, когда все накопившееся там напряжение мгновенно рассеялось. Даже сама профессор Гудвич казалась слегка удивленной. — Честолюбие всегда похвально, но в реальном бою следует умерять его с определенной осторожностью. Сейчас мы начнем с очень простой серии матчей один на один. Я буду наблюдать, оценивать ваши силы и слабости, и давать советы, если это необходимо. — Она сверилась со своим свитком, молча постукивая по нему. Студенты выжидательно ждали. — Мистер Жон Арк и мисс Лира Хартстрингс, пожалуйста, поднимитесь на сцену? — попросила профессор Гудвич голосом, не предпологающим какой-либо просьбы. — Удачи, Жон, — сказала Руби. — Просто сделай все, что в твоих силах, — поддержала его Пирра. Сансет ничего не сказала. — Ты не пожелаешь ему удачи? — спросила Пирра, когда Жон нерешительно поднялся на сцену. — Ему не нужна удача, — ответила Сансет. — Он выступает против Лиры Хартстрингс. — Ты знаешь её? — спросила Пирра. — Она была со мной в Кантерлоте, — объяснила Сансет. — Поверь мне, ему не о чем беспокоиться. Два бойца выглядели одинаково нервными, когда поднимались на сцену. У Лиры Хартстрингс были золотые глаза и сине-зеленые волосы с белыми прожилками. На ней был плащ синих, розовых и бордовых цветов, из-под которого торчали пара темно-бордовых сапог. Пока она не вытащила свой меч, простой меч типа фалькаты. Жон выхватил меч и развернул щит. Он высоко поднял клинок и выставил перед собой щит. — Подними щит, — пробормотала Пирра. Сансет нахмурилась. — Он ведь нужен ему, чтобы защитить свой живот? — ведь, его броня не защитит его; она прикрывала только его грудь, как и собственный нагрудник Сансет. Покачивание головы Пирры было почти незаметным. — Щит - это оружие, а не то, за чем можно спрятаться. Профессор Гудвич сошла со сцены, и свет погас везде, кроме самой сцены. — Начинайте! — приказала она. Вскоре стало очевидно, что Сансет либо недооценивала Лиру все это время, либо немного переоценила Жона. Она была склонна думать, что это скорее последнее. Его взмахи были неуклюжими, дилетантскими, приемы человека, который видел бой на мечах на сцене или в кино и принял это за настоящий бой. Он бросился на Лиру, взревев от агрессии или, по крайней мере, с видимостью агрессии, и такими неуклюжими и очевидными движениями, что Лира смогла уклоняться от каждой его атаки. Её разноцветный плащ кружился вокруг нее. Лира никоим образом не была ни самой сильной ученицей в Кантерлоте, ни самой быстрой, но она знала основы, и этого было достаточно, чтобы позволить ей уклониться от необдуманных нападений Жона и атаковать его в ответ. Её меч наносил удары снова и снова, чтобы разорвать ауру Жона, пока полоса на сцене, показывающая ее уровень, не стала красной, и профессор Гудвич не объявила о завершении. — Это дуэль турнирного типа, — объяснила она. — Аура мистера Арка, перешла в красный цвет, что указывает на то, что он больше не может продолжать сражаться, и мисс Хартстрингс побеждает. — Аура Лиры не уменьшилась ни на процент. — Мистер Арк, — продолжила профессор Гудвич, когда Жон рухнул на сцену. — Советую вам поработать над техникой. — она не уточнила, над какой частью его "техники", вероятно, потому... ему надо было поработать над ВСЕМ. Жон вернулся к остальной команде тяжёлыми, удрученными шагами, ноги волочили его будто были отягощены камнями. — Это был... неудачный случай, — сказала Пирра. — Тебе не повезло, — сказала ему Руби. Сансет скрестила руки на груди и не присоединилась к этой утешительной чепухе. Не смог победить даже Лиру Хартстрингс. Что же мне с тобой делать? Урок продолжался в том же духе: профессор Гудвич вызывала студентов на сцену и заставляла их драться, пока аура того или иного не становилась красной. Когда настала очередь Руби, чтобы встретиться с Норой Валькери, и Сансет впервые увидела ее в действии. До этого во время их совместных битв Сансет всегда была чем-то отвлечена. Она должна была признать, что поняла, почему профессор Озпин впустил её в Бикон на два года раньше. Нора просто не могла угнаться за её скоростью, и матч закончился тем, что Нору подбросили в воздух лепестки роз, кружащихся вокруг нее, как капли крови, прежде чем Руби материализовалась над Норой, чтобы выстрелить из своей чудовищной косы прямо в Нору, что швырнула ее обратно на землю с невероятной силой. — Вау! — крикнул Жон. — Здорово, Руби! — Поздравляю, мисс Роуз, — сказала профессор Гудвич. — Вы очень хорошо использовали своё проявление. Мисс Валькери, в этой конкретной ситуации вашим лучшим выходом могла быть попытка разрушить арену. — Вы имеете в виду, что мне можно было разнести арену? — с живым интересом спросила Нора. — Вау, я запомню это, профессор. — Я не сомневаюсь, — сухо ответила профессор Гудвитч. Бои продолжались. Вайсс Шни победила Скай Ларка из команды БЛБЛ, а Блейк Белладонна из БЛБЛ победила Лай Рена; Янг Сяо Лонг одержала победу над Кардином Винчестером; Флэш победил Бон-Бон без особого труда. Пирра сразила Рассела Траша так быстро, что все закончилось практически до того, как профессор Гудвич закончила говорить «начали». А потом… — Мисс Шиммер, мистер Бронзовинг, пожалуйста, поднимитесь на арену, — сказала профессор Гудвич. — Удачи, Сансет, — сказала Руби. Мне не нужна удача, подумала Сансет, взяв пистолет и быстро поднялась на сцену. Она крепко сжала Sol Invictus в своих руках, чувствуя лакированное дерево под ладонями, и посмотрела на своего противника. Доув Бронзовинг держал в одной руке короткий меч, судя по виду, ганблейд; Однако Сансет не думала, что в него можно было вместить много патронов, поскольку рукоять была очень короткой. Другая его рука была пуста. Хвост Сансет качался взад-вперед. Глаза Доува, насколько можно было судить по его прищуру, как будто тянулись к нему. Уши Сансет прижались к голове от гнева. Даже если он никогда раньше не видел фавна, это не означало, что можно было так пялиться. Должно быть, он заметил хмурое выражение ее лица, потому что Доув заметно напрягся. — Начинайте! — скомандовала профессор Гудвич. Сансет подняла Sol Invictus к плечу, сделав два быстрых выстрела подряд. Доув заблокировал их своим мечом быстрыми рубящими движениями в воздухе, затем направил острие клинка на Сансет, чтобы выстрелить в нее трижды. Рука Сансет засветилась зеленым светом, когда перед ней появился энергетический щит по которому пули Доува застучали. Пули упали на пол, ударившись об арену с тремя звякающими звуками. Доув перезарядился. Сансет опустила щит и позволила ему атаковать. Она произвела третий выстрел, и снова Доув парировал пулю, бросившись вперед. Сансет шагнула ему навстречу, медленнее, чем он бежал к ней. Доув полоснул ее своим мечом. Сансет поймала удар деревянным прикладом Sol Invictus и отвела удар в сторону, перевернув свое оружие, чтобы ударить Доува прикладом по голове сбоку. Доув отшатнулся. Сансет последовала за ним, вонзив приклад прямо ему в лоб, чтобы оттолкнуть его назад. Она снова перевернула оружие, прицелившись, чтобы выстрелить в него. Доув схватился за ствол винтовки и отвернулся. Сансет издала крик, когда ее потянуло вперед и она потеряла равновесие. Доув полоснул ее, его клинок пронзил ее бок и забрал с собой часть ее ауры. Он бросил ее на землю, но Сансет продолжала сжимать свое оружие, пока катилась по сцене. Она выпустила в него три оставшихся пули, и Доув был не в состоянии парировать их, две из пуль попали в него, и ему удалось отбить только последнюю. Его аура теперь была желтой, а аура Сансет все еще была зеленой. Доув поднял свой клинок. Сансет метнула в него свою винтовку, направляя ее с помощью телекинеза, словно копье, которое вонзилось ему в живот достаточно сильно, чтобы сбить его с ног и отбросить на спину. — И на этом всё, — заявила профессор Гудвич. — Мисс Шиммер, хотя отказ от оружия и позволил вам победить, в более хаотичной битве я бы не рекомендовала разоружаться в качестве тактики. Мистер Бронзовинг, я предлагаю вам подумать, как обращаться с противником с большей дистанцией атак в будущем; однако, был момент, когда у вас было преимущество, и если бы вы воспользовались им, набросившись с большим рвением, победа могла бы быть за вами. Доув хмыкнул, вставая на ноги. — Да, профессор. — Я не хочу, чтобы кто-то из победителей этих матчей стал слишком самодовольным, а кто-то из побежденных - впал в уныние, — сказала профессор Гудвич, и ее голос разнесся по амфитеатру. — В конце концов, это только первый день в школе. Те, кто почивают на лаврах, могут обнаружить, что их обгоняют те, кто готов упорно трудиться и практиковаться. На этом всё, вы свободны. Сансет спрыгнула со сцены, и ее команда пошла к ней, вставая со своих мест. — Ты отлично справилась, Сансет, — сказала Пирра. Из уст того, кто завершил свой бой за считанные секунды, не получив ни единого удара, это звучало немного снисходительно. Сансет не нуждалась в снисходительности от Пирры Никос, даже если бы у нее был список достижений той же длины, что и руки Сансет. Сансет просто фыркнула и ничего не сказала оставшись стоят на месте, в то время как остальная часть ее команды встала и направилась в сторону раздевалки. Руби заколебалась. — Э… Сансет.... — Я подойду через минуту, — тихо ответила Сансет. — Мне просто нужно поговорить с профессором Гудвич. Сансет задержалась, ожидая пока остальная часть класса не уйдёт. Профессор Гудвич посмотрела на нее сверху вниз. — Что-то не так, мисс Шиммер? — Не совсем, профессор, — ответила Сансет. Она колебалась, размышляя, как лучше всего подойти к этому делу. — Пожалуйста, поймите, что это также и мой обеденный перерыв, мисс Шиммер, — нетерпеливо сказала профессор Гудвич. Тогда прямо. Хорошо. — Профессор, я не знаю, почему в этой школе раздевалка для мужчин и женщин общая, и, возможно, для этого может быть веская причина… — Причина, мисс Шиммер, в том, чтобы приучить вас всех к суровым полевым условиям, где вам, возможно, - почти наверняка - придется работать вместе с охотниками противоположного пола без отдельных помещений. Я понимаю, что это может быть шоком для вас, но если вы не в состоянии вынести даже этого… — Дело не во мне, профессор, я могу с этим смириться, — сказала Сансет. — Но Руби всего лишь ребенок, и я… я не уверенна, что это правильно, что она должна была мириться с тем, что на нее… смотрят парни, что на несколько лет старше неё. Глаза профессора Гудвича сузились. — Если имело место какое-либо домогательство, мисс Шиммер, можете быть уверены, что если вы сообщите мне имя "преступника", с ним быстро разберутся. Такое поведение здесь, в Биконе, недопустимо. — Не уверена, что назвала бы это домогательством, — признала Сансет. — Просто… ей это не нравится, и учитывая ее возраст, я не уверенна, что это ее вина. Прошло целое мгновение прежде, чем профессор Гудвич ответила. — Возможно, и вправду следует сделать скидку на возраст мисс Роуз, — сказала она. — Спасибо, что обратили на это мое внимание, мисс Шиммер. Я подумаю, что можно сделать. Сансет кивнула головой. — Спасибо, профессор. — Она повернулась и направилась к раздевалке. — Мисс Шиммер? — Окликнула её профессор Гудвич. Сансет остановилась и повернулась к ней. — Это хорошее начало, — сказала профессор Гудвич. — Пожалуйста, продолжайте в том же духе.