САПР - том 1

Пирра ждала в комнате общежития, когда вошла Сансет с прямой спиной и высоко поднятой головой, с гордым выражением лица, словно королева. Пирра медленно поднялась на ноги. Спальня была пуста, если не считать их обеих, что было к лучшему с точки зрения Пирры. Она слишком остро отреагировала, теперь она это осознала; она позволила своему незнанию того, как… более обычные люди ведут себя при... ссоре. Сансет не была безупречна, но после того, что Нора помогла ей осознать, и в свете того, как ситуация обострилась… Пирра решила, что будет лучше проявить большую человечность и извиниться. Если бы они только могли оставить это дело в прошлом, тогда, возможно, они могли бы вернуться к тому, как все было раньше, к тому, как они были почти довольны после того, как их вместе поместили в одну команду. — Сансет... — начала она. Сансет подняла руку, призывая к тишине. Пирра колебалась, не зная, к чему всё идёт. Что собиралась сказать ей Сансет? Пришла ли она, чтобы вновь оскорбить её. Сколько ещё ей придётся терпеть? Сансет молчала, и в этой тишине ее царственная гордость, казалось, треснула и рассыпалась. Она скрестила руки на груди, ее подбородок опустился, и она стала выглядеть менее уверенной в себе, с более угрюмым выражением лица на своём лице. Она фыркнула носом, как бык, и еще несколько мгновений молчала. — Я не знаю, зачем ты пришла сюда, в Бикон, — сказала Сансет. — Неудивительно, мы ведь мало разговаривали. Пирре потребовалось некоторое время, чтобы понять, что Сансет задает вопрос в ожидании ответа от нее. — Я… я пришла сюда, чтобы научиться защищать мир. Сансет фыркнула, и голос ее был очень похож на лошадь. — Я пришла сюда за славой. — Понятно, — пробормотала Пирра. Сансет мгновение смотрела на нее, прежде чем ухмылка тронула её губы. — Это немного забавно, если подумать: я бы хотела быть тобой, и ты, вероятно, была бы не против быть мной… Хотя на самом деле, может быть, и нет. Это просто моё предположение… Пирра глубоко вздохнула. — Сансет, я… — Нет. Пирра моргнула. — Нет? — Нет, я не собираюсь произносить какие-то извинения, целоваться и мириться, и притворяться, что все в порядке, и ты тоже, это не… — Сансет снова замолчала. Ее челюсть сжалась, и она подняла голову, посмотрев на Пирру. — Пирра Никос, я вызываю тебя на дуэль. Брови Пирры поднялись. — Дуэль? Сансет ухмыльнулась. — Почему так удивлена? Это все еще законно в Мистрале, верно? — Да, это так, но… как ты мне напомнила, мы не в Мистрале. — Это также есть в школьных правилах, я проверила, — настояла Сансет. — Я имею право бросить тебе вызов, чтобы ответить на любое оскорбление, на ринге. Нам нужно, наконец-то, решить свой "маленький" конфликт. Пирра не была в этом так уверена, хотя и должна была признать, что в этой идеи была определенная привлекательность. Как она сказала Руби, она по-настоящему чувствовала себя живой только в бою, и с Майло она всегда "говорила" лучше, чем языком. И Сансет была права: это мистральский способ решения подобных вопросов. Но Сансет не была Мистралианкой, и не было никакой гарантии, что она, как любой истинный Мистралиец, почувствует, что уйдет в конце боя, удовлетворенная тем, что честь удовлетворена, какими бы ни были результаты. Это задело серьезное беспокойства Пирры: если она и Сансет сразятся, то у Сансет не будет абсолютно никакой возможности победить. Она была неплохой, но ей было далеко до уровня Пирры. Что же она надеялась получить этим? Разве это не послужит тому, чтобы она еще больше возненавидела Пирру? — Я не уверена, что… — Хей! — Прорычала Сансет. — Не жалей меня и не относись ко мне легкомысленно. Я дам тебе хорошый бой, клянусь. Ты не видела то, на что я способна. Глаза Пирры сузились. Она могла в это поверить хотя бы потому, что было много, что мир не знал о ней самой. Может быть, Сансет, как и она, скрывала особенно могущественное проявление? Она сдерживалась в классе профессор Гудвич, чтобы удивить своих противников на фестивале Вайтела? Конечно, была вероятность, что Сансет солгала об этом, но Пирра в этом сомневалась. Ей ничем не поможет выставлять себя более могущественной, чем она есть, когда доказательство этого будет легко увидеть на арене. Если она действительно что-то скрывала, то Пирра должна признаться, что часть её была заинтригована. Возможно, Сансет скрывала такой великий талант, что могла бы бросить вызов Пирре. В глазах Сансет был взгляд, взгляд воина, взгляд гордый, но не хвастливый, уверенный, но не без оснований. Это был взгляд человека, который искренне ожидал, что сможет победить. Взгляд, которого Пирра не видела в глазах своих противников уже некоторое время. Даже в глазах Арслан эта решимость начала меркнуть. Пирра не осознавала, как сильно ей не хватало этого взгляда, пока не увидела его в глазах Сансет Шиммер. Никто серьёзно не бросал ей вызов в течение достаточно долгого времени. Она улыбнулась. — Очень хорошо. Я принимаю твой вызов, Сансет Шиммер. Я с нетерпением жду встречи с тобой на арене. Ухмылка Сансет стала шире. — О, это будет здорово, обещаю.

***

Пирра закончила надевать наголенники. Теперь она была вооружена и хорошо подготовлена ​​ко всему, что Сансет сможет показать. Вес доспехов и оружия внушал уверенность. Ей не нужно было беспокоиться о своём неумении обращаться со словами или непонимании многих вещей, которые другие считали само собой разумеющимися. Здесь она могла говорить с Майло и слушать с Акуо. Она встала. Ей казалось, что пройти из раздевалки на арену - все равно что родиться: ты начинаешь во тьме, одинокая, неизвестная, незаметная, а потом выходишь из темного коридора на свет, где весь мир ждет твоего выхода. Принимая и приветствуя тебя. Пока Пирра шла по темному коридору, она подумала про себя, что предпочла бы "родиться" одна и незамеченной. Ей бы хотелось, чтобы это состязание между ней и Сансет оставалось личным делом, за которым наблюдали только Руби и Жон. Но это было невозможно, не в последнюю очередь потому, что им нужно было получить разрешение профессора на использование зала во внеучебное время, а также профессор - или, по крайней мере, квалифицированный судья - для наблюдения за боем. Эту роль исполняла профессор Гудвич, не склонная к сплетням, но, тем не менее, тот факт, что они забронировали зал, не был секретом, и молва разошлась. Слухи о бое с Пиррой Никос, казалось, всегда ходили среди людей; Пирра была уверена, что она могла бы отправиться в незаконный бойцовский притон в самом захудалом районе Вейла, и там её уже ждал бы репортер. Итак, когда Пирра вышла из темного коридора на свет, образно говоря, она родилась в доспехах и вооружении для войны. Люди, наблюдавшие за ней с трибун, приветствовали её восторженными возгласами, волны аплодисментов сыпались на ее голову. Когда она была молода - когда она была моложе - это признание радовало её. Она упивалась этим, и в этом упоении она чувствовала себя почти такой же живой, как и во время сражения. Теперь это её не радовало. Казалось, что прошло много времени с тех пор, как она действительно заслужила это. Так много побед без усилий, так много противников, которые едва могли коснуться её даже не используй она своё проявление. Если у Сансет есть козырь в рукаве... Пирра просто надеялась, что у Сансет и вправду найдётся чем её удивить. Она надеялась - может быть, напрасно, но тем не менее, - что это предвкушение даст ей повод вспомнить, почему она когда-то любила это чувство.

***

Сансет переоделась в своей комнате в общежитии, а затем ждала своего часа в раздевалке первокурсников. Она была не одна. Руби была с ней, ёрзая руками и дико глядя туда-сюда, пока Сансет одевалась. Сансет натянула куртку. — Ты хочешь что-то сказать мне, Руби? — Я просто... я сожалею о том сражении, — пробормотала Руби, — но Жон попал в беду, и я не могла просто оставить его там. — она улыбнулась или, хотя бы, попыталась. — Я знаю, какой жесткой может быть Янг, и я знаю, что она никогда не сдается. — Твоя сестра... — Сансет замолчала, потому что правда заключалась в том, что Янг немного напугала её, но она не хотела этого признавать. Не в последнюю очередь потому, что это, вероятно, дойдёт до самой Янг, а Сансет не собиралась доставлять ей удовольствие. — У меня не было возможности объяснить свой план, но я собиралась пожертвовать Жоном, чтобы немного занять Янг. — Правда? — воскликнула Руби. — Но это ужасно. Я знаю, что он не очень сильный, но он все еще член нашей команды. — Иногда для победы нужно пожертвовать пешкой. — Но-но-но... Но... Хорошо, — тихо сказала Руби. — Я просто… я сожалею обо всем этом. Это моя вина, что все узнали о том, что происходит между тобой и Пиррой. Просто я все рассказала Янг, и я не думала, что кто-нибудь… — Это не имеет значения, — сказала Сансет. Она улыбнулась своему молодому партнеру. — Если ты корила себя за это последние несколько дней, можешь остановиться. Тебе не о чем беспокоиться. — Действительно? — воскликнула Руби. — Но… все тебя ненавидят! — И что? — ответила Сансет. — Они, вероятно, всё равно ненавидели меня, и мне не нужно их хорошее мнение о себе. Руби нахмурилась. — Почему ты всегда так себя ведёшь? — Веду себя - как? — Типа... дело даже не в том, что у тебя нет друзей, ты как будто их и не хочешь. Сансет ухмыльнулась. — Мне они не нужны, — сказала она. — Я пью молоко. Руби покраснела. — Ты... ты слышала это? — Ага. — Ну, я имела в виду, что я… это не значит, что мне не нужны друзья, — запротестовала Руби. — Я просто имела в виду, что я… я даже не знаю, что имела в виду. Зачем ты это делаешь? — На что ты намекаешь? — Ну… без обид, ты была хороша, когда мы сражались с Торчвиком, но… это Пирра. — Да, а я Сансет Шиммер, — ответила Сансет. — Пришло время миру понять, что это значит. — Она повернулась, чтобы уйти. — Подожди, а что насчет твоего оружия? — спросила Руби, указывая на Sol Invictus, прислоненного к стене. Сансет оглянулась через плечо, сначала на оружие, а потом на Руби. — Мне это не нужно. — Или, скорее, ей все равно не стоит брать его с собой. Она не могла победить Пирру Никос собственным оружием Пирры, оружием воина, с которым Принцесса Без Короны тренировалась всю свою жизнь. Чтобы победить, ей нужно будет использовать оружие Сансет Шиммер, разум и магию, которым она обучалась всю свою жизнь. Это означало бы раскрыть гораздо больше её силы, чем она раскрывала до сих пор, но Сансет сочла, что риск стоит награды. Она должна была что-то сделать, чтобы доказать, что к ней нельзя относиться легкомысленно, и ей нужно было что-то сделать, чтобы показать людям, что её талант ничем не хуже таланта Пирры и Рубби. Она не была и, вероятно, никогда не станет по-настоящему великой охотницей, использующей только своё оружие и свою ауру. Даже если она обнаружит своё проявление, если только оно не окажется чем-то невероятно крутым, этого, вероятно, будет недостаточно, чтобы поставить её на высший уровень. Но она была архимагом-единорогом, и даже если она не смогла завершить одно из незавершенных заклинаний Стар Свирла, она все еще была одним из самых одаренных единорогов, прошедших ученичество Селестии. Ты должна гордиться тем, что имеешь, сказала она Твайлайт. Что ж, больше всего на свете Сансет была хороша в магии, и пришло время показать её, даже в этом мире. Это был не тот мир, в котором можно было бы спрятать добродетели. Мира, в котором можно было бы спрятать добродетели, не существовало. Таким образом, Сансет вышла из раздевалки на сцену. Пирра стояла с другой стороны, вооруженная и в доспехах, не реагирующая на крики толпы. Профессор Гудвич закашлялась. — Мисс Шиммер, вы, кажется, что-то забыли. — Я решила сражаться без оружия, профессор, — ответила Сансет. — Я имею на это право. Брови профессора Гудвич поднялись. — Это очень необычно, мисс Шиммер… — Но не совсем беспрецедентно, — заявил профессор Озпин, неожиданно появившись рядом с профессором Гудвич. Он отхлебнул из кружки кофе. — Как вы сказали, у вас есть выбор. Но вы уверены, что это самый мудрый выбор, мисс Шиммер? Его слова повисли в воздухе между ними на мгновение, когда взгляд директора вонзился в неё, выискивая суть её тайны, хотя его слова несли больше, чем могла показаться на первый взгнляд. Он хотел, чтобы она была осторожна. Он хотел, чтобы она передумала, хотя Сансет не знала почему. Но ей, сейчас, было не до заботы и осторожности. Это был её момент; она не могла отбросить его, томясь в полумерах. Она отвернулась. — Я совершенно уверена, профессор. — Хорошо. Да будет так. Выражение лица Пирры было непроницаемым. Невозможно было сказать, что она думала об этом. Лишь бы ты не сдерживалась. — Вы готовы? — Одну минутку, пожалуйста, профессор, — сказала Пирра, выпрямилась и поклонилась Сансет. На мгновение Сансет была озадачена; она никогда не видела такого во время боевых занятий. Но, конечно же, это был не просто спарринг, не так ли? Это была дуэль по кодексу чести. Сансет улыбнулась, и это было почти искренне, когда она поклонилась Пирре в ответ. Пирра одобрительно кивнула, выпрямляя спину. Затем, как вода, она приняла боевую стойку, согнув ноги и приготовившись к прыжку, как большая кошка, держа перед собой щит. — Я готова, — заявила Пирра. Сансет подняла воротник и ровнее расставила ноги. — Я готова, профессор. Голос профессор Гудвич разнесся по всему залу. — Начинайте! Пирра атаковала, ее полированный щит был перед ней, когда ее быстрые ноги несли ее по сцене под аплодисменты зрителей. Сансет скрестила руки перед собой и создала вокруг себя светящийся зелёный щит. На лице Пирры не было ничего, кроме сосредоточенности на битве, когда без единого слова или звука, даже без крика, она оттолкнула свой щит и яростно ударила мечом по щиту Сансет. Лезвие безвредно соскользнуло с магического барьера. Глаза Пирры заблестели, когда она превратила свое оружие в форму копья и изменила хватку для колющего удара. Сансет усмехнулась, когда она развела свои руки в стороны. Мгновенно щит взорвался, энергия барьера взорвалась, как ударная волна, отбросившая Пирру назад по сцене, как тряпичную куклу, отброшенную избалованным мальчишкой. Толпа ахнула, когда Чемпионка Мистраля ударилась об пол и отлетела на несколько футов назад, пока не вскочила в плавном прыжке на ноги. Копьё Пирры превратилось в винтовку, из которой она произвела три быстрых выстрела в Сансет. Сансет телепортировалась в сторону, переместившись на несколько футов влево, раскинув руки. Сила была собрана на кончиках ее пальцев; она практиковалась в этом, пока это не стало почти так же легко, как с рогом. Из всех десяти пальцев она выстрелила в Пирру залпами зеленой энергии. Пирра откатилась в сторону, отражая несколько выстрелов своим щитом, даже когда она использовала этот щит как опору для своей винтовки. Она снова выстрелила. На этот раз Сансет была недостаточно быстрой, чтобы телепортироваться, и выстрел попал ей в плечо, повалив на землю. Она вздрогнула впервый раз от попадания - это было похоже на удар лапой медведя - и второй раз, когда она ударилась о землю под собой. В тот момент, когда она упала на землю, Пирра прыгнула на неё, её копьё летело прямо в сердце Сансет. Сансет прокатилась и снова телепортировалась, на этот раз чуть выше и позади Пирры. Она выпустила взрыв энергии из своей раскрытой ладони. Пирра перекатилась, чтобы уклониться от него, и она была столь проворна и так быстра, что почти увернулась от него, несмотря на то, что расстояние было очень маленьким. Часть пола сцены взорвалась, одновременно с этим Пирра, получившая удар в бок, развернулась, как юла, чтобы вытянуть руку со щитом и поднять щит, чтобы нанести Сансет скользящий удар по лицу. Сансет сначала ударилась об пол лицом и вскочила на ноги. Теперь она тяжело дышала, пот покрывал её лоб и стекал по спине, отчего топ прилипал к коже. Ей надо было атаковать, прежде чем Пирра смогла бы прийти в себя или… Конечно, с кем я здесь имею дело? Мысль, довольно бесполезная, пронеслась в голове Сансет, когда она увидела Пирру в полшаге от себя. Она пнула Сансет ногой, а затем ударила своим щитом так сильно, что Сансет не только ударилась о землю, но и разбила её под собой. Сансет схватила куски разбитого пола телекинезом, швырнув их вверх над ней. Она была вознаграждена звуком ударов по тому, что могло быть только её стойким противником. Она снова телепортировалась - я больше не могу продолжать в том же темпе - и добавила заклинание обратной гравитации, воспарив в двадцати футах над сценой у потолка. Несмотря на стук сердца, несмотря на пот, несмотря на дрожащую усталость в конечностях, Сансет изо всех сил старалась сохранять спокойное, безмятежное выражение лица. Она не осмелилась показать Пирре, как близка она к поражению. Она не осмеливалась отвести взгляд от Пирры достаточно долго, чтобы проверить уровень их ауры. Пирра стояла, ожидая. Было похоже, что она улыбается. Сансет ухмыльнулась в ответ. И для моего следующего трюка. Она широко раскинула руки по обеим сторонам от себя и создала вокруг себя десятки и больше разрядов зеленой энергии, словно лазерные копья, парящие в воздухе. Этот вид заклинания истощал даже больше, чем телепортация, но, черт возьми если, это не выглядело впечатляюще для посторонних глаз. Она держала их в воздухе еще мгновение, а затем, подобно богу, низвергающему молнии со своего горного трона, метнула свои копья в Пирру Никос. Пирра побежала. Она металась из стороны в сторону, пока копья падали вокруг неё, разрушая сцену под её ногами, бегая и уворачиваясь, как полевая мышь в чаще, пытаясь вырваться из когтей орла. На бегу Сансет поднимала обломки сцены под ногами, пытаясь вывести её из равновесия. Но Пирра была не только быстрой, но ещё и грациозной; она прыгала от осколка к осколку, и хотя некоторые копья Сансет попали в цель, она не позволила им замедлить себя больше, чем на секунду. Даже когда она потеряла равновесие, через мгновение она снова его восстановила. Копья падали сверху, и Пирра нырнула сквозь них и прыгнула вверх, держа перед собой щит и перевернув клинок для колющего удара вниз. Сансет сделала самую неожиданную вещь, какую только могла придумать, и бросилась ей навстречу. Магия толкала её вперед и вниз по воздуху, как супергероя, кожаная куртка летела позади неё, когда она столкнулась с Пиррой с силой пули, изменив её инерцию, когда они обе рухнули вниз на землю, чтобы разрушить то, что осталось от арены Бикона. Ты должна быть близка к своему пределу. Сансет подняла кулак, но Пирра была быстрее и ударила её щитом по лицу так сильно, что голова Сансет отлетела назад. Она застонала от боли, и пока она была отвлечена, Пирра швырнула Сансет обратно в воздух и несколько раз ударила её своим мечом. Сансет телепортировалась. Теперь она явно задыхалась; не было больше сил на повторную телепортацию. Она давно не творила так много магии одновременно, и её резервы начали иссякать. Надо следить за своим резервом. Пирра бросилась к ней. Сансет чувствовала, как сильный ветер дул вокруг, развевая её волосы и куртку, как будто сама судьба вращалась вокруг нее. Она схватила правую руку левой, чтобы она не дрожала, и наставила указательный палец на Пирру, словно пистолет. — Бум. Луч энергии вырвался из пальца Сансет. На этот раз у Пирры не было времени увернуться; он двигался слишком быстро, и она тоже. Она была захвачена на полпути, и хотя она приняла луч на свой щит, его сила отбросила её назад и швырнула на край разбитой сцены. Сансет задыхалась. Вот оно. Это должно было быть концом. Это было все, что осталось в ней; Конечно, Пирра никак не могла… Она взглянула на доску. Аура Пирры все еще была желтой. Это было всего лишь чуть-чуть от красного, но все еще было желтым. И Пирра снова встала. Она сделала несколько шагов вперед, сделала пируэт на носочках, как танцовщица, и метнула щит, как диск. Сансет предвидела это, но у неё не было энергии, чтобы остановить щит телекинезом, у неё не было энергии, чтобы телепортироваться, у неё не было энергии ни на что, кроме как смотреть, как щит ударяет её по лицу и сбивает с ног на спину. Зазвучал гудок. — Поздравляю, мисс Никос, — сказала профессор Гудвич. — Вы - победитель. Сансет мысленно выругалась. Она все обдумала, она дошла до предела своих возможностей, она сражалась на своих условиях, сражалась по-своему, со своими способностями. Неужели она была настолько слабой? Разве она не могла победить Пирру даже в выбранной ею дисциплине? Была ли она действительно просто… посредственной? В зале не было слышно ни звука, кроме шагов Пирры по разрушенной предательской сцене, прежде чем она встала возле Сансет. Она улыбалась, но это была не жестокая улыбка, не ухмылка победы над поверженным врагом. Это было… это было что-то другое. Это казалось почти добрым. — Спасибо, — сказала Пирра. — Хм? — все, что могла пробормотать в ответ Сансет, лежа на земле, поверженная и побеждённая. Пирра протянула руку, чтобы помочь ей подняться. — Это был самый приятный бой, который у меня был за последнее время. Это проявление... это тот талант, который ты скрывала. — Ты и сама не так уж плоха, — сказала Сансет, позволив Пирре помочь ей подняться на ноги. Она могла бы и не выиграть - надо быть честной; она не выиграла - но теперь она понимала Пирру лучше, чем раньше. Просто читать о её послужном списке и её достижениях было не то же самое. Сансет теперь поняла, что, хотя они были совершенно разными во многих отношениях, в своей основе они были одинаковыми: они обе были людьми, которые работали на износ, чтобы быть лучшими в выбранной ими области - Пирра в оружии, Сансет в магии - и хотя Сансет не понимала, почему Пирра хотела быть лучшей, когда ей, казалось, не нравились все почести, которые с этим шли, Сансет, тем не менее, могла распознать талант. Как от одного вундеркинда к другому. Какое-то время они вдвоем стояли среди обломков в тишине. Ни один голос из зала не прервал их. Они смотрели друг другу в глаза, обе пары зеленые, и хотя Сансет не хотела в этом признаваться, какая-то ее ноющая часть думала, что глаза Пирры, вероятно, ярче и красивее. Сансет показалось, что теперь, когда они поговорили "кулаками", она лучше понимает Пирру, чем когда они говорили словами, так и Пирра стала понимать её немного лучше. — Мисс Шиммер, — сказала профессор Гудвич. — Впечатляющая демонстрация, хотя я замечу, что если бы вы не оставили своё оружие в раздевалке, у вас могли бы быть некоторые дополнительные варианты, после того как вы истощили свою ауру. Сансет вздохнула. — Да, профессор. — Хотя, с таким мощным проявлением, вряд ли можно упрекнуть вас в легкой степени самоуверенности, — пробормотал директор Озпин. — Мисс Никос, — сказала профессор Гудвич. — Как всегда, великолепное зрелище. Вы обе отлично постарались. Надеюсь, этот опыт вас чему-то научил. — Да, профессор, — сказала Пирра, бросив взгляд на Сансет. — Я думаю, что так и есть. — Круто, Пирра! — крикнула Руби. — Невероятно, Сансет! — она начала аплодировать, и по тому, как она перевела взгляд с одной на другую, стало ясно, что она аплодирует им обеим. Жон был следующим, кто подхватил аплодисменты, и вскоре аплодисменты распространились по всему залу, пока все зрители, кроме двух профессоров, не зааплодировали. Сансет не могла быть уверена, она не могла знать наверняка, но осмелилась надеяться, что все они аплодируют им обеим. Она позволила себе на мгновение окунуться в это, закрыв глаза, когда нектар и амброзия, которые она так долго искала и в которых так долго ей было отказано, хлынули в её уши и бальзамировали её душу. Это было оно. Для этого всё и было. Она не нуждалась в друзьях, Пирра не нуждалась в друзьях… все, что им было нужно, это быть любимыми массами, приветствоваться ими, признаваться ими чем-то высшим. Аплодисменты, предназначенные для тебя, звучать иначе, чем аплодисменты предназначенные для других людей, это легко распознать, если слушать достаточно внимательно; можно почувствовать разницу в своей душе. Сансет не слышала аплодисментов, предназначавшихся ей самой, с тех пор как она продемонстрировала свою невероятную магию перед дворянами Кантерлота на конференции, которые Селестия иногда устраивала. Ей казалось, что она на пути к чему-то великому и славному. Она взглянула на Пирру, безмолвно спрашивая об этикете таких ситуаций. Пирра кивнула, молча отвечая. Вместе, все еще держась за руки, они поклонились.