Под бескрайним небом

Годы в Кадетском училище тянулись до бесконечного долго. Первое время Айли безумно скучала на занятиях: пока ее товарищи постигали азы военного дела, которым ее уже давно обучили, девушке было нечем себя занять. Каждый раз, когда до них доходили слухи об очередной экспедиции Разведкорпуса, она проводила эти дни на иголках, как мантру повторяя в мыслях имена дорогих ей людей. Они должны вернуться обратно, они должны выжить. И когда после возвращения Разведчиков не гремели новости о новом командоре или о смерти сильнейшего бойца человечества, ей немного становилось проще. Но как же остальные? Те, чья смерть не станет причиной обсуждения, а сведется к обычной статистике? Эта неизвестность выматывала. Военная теория, управление УПМ, рукопашный бой, изнуряющие физические упражнения, уроки выживания в тяжёлых условиях, езда на лошадях, работы в мастерской — ничего из этого не помогало выкинуть из головы тех, кого она уже так долго не видела. И даже новые друзья не скрашивали ее одиночество. Ночами она ворочалась в постели, задыхаясь под потолком казармы, но выйти на свежий воздух не смела. Хотя все чаще угроза Шадиса быть отосланной обратно к Эрвину и остальным не воспринималась таковой, скорее уж великодушное одолжение. Когда удавалось заснуть, она проваливалась в сны, сотканные из отрывков ее жизни в Разведке и Подземном Городе, которые перемешивались порой так сильно, что с пробуждением ей было сложно расставить воспоминания по полочкам и восстановить порядок в своей голове. А воспоминания были единственным, что сейчас в полной мере ей принадлежало, поэтому каждое она лелеяла с особым трепетом. Особенно те, что возвращали ее во времена, когда вопреки окружающей ее жестокости она была рядом с теми, кто заставлял ее чувствовать себя счастливой… *** — Леви! Леви, Леви, Леви, — Айли ворвалась в его комнату, не утруждая себя стуком. Так хотелось поскорее обрадовать его сюрпризом, что она приготовила. Парень едва слышно вздохнул. После того, как они с Фарланом решили работать вместе, довольно скоро встал вопрос о «штаб-квартире». Да и выживать было проще не по одиночке. Только вот нахождение в одном пространстве с шумным ребенком совсем не входило в планы Леви. Айли постоянно требовала внимания, чаще от своего брата, конечно же, но иногда доставалось и ему. Говорить с ней о том, чтобы и входить в его комнату не смела, тоже оказалось совершенно бесполезным. — Леви! — на этот раз возмущенно позвала парня девочка, ведь он совсем не обращал на нее внимания. После забралась на его кровать, устраиваясь рядышком и пряча что-то за спиной. — Смотри, что я нашла! Она протянула ему яблоко, настолько идеальное, что оно казалось нарисованным. Детские глаза светились, ожидая получить в ответ на подарок хотя бы улыбку. Нашла? Леви нахмурился, такое нельзя было «найти». — Откуда это? — строго. Правда, этот тон на нее кажется не действовал, от слова «никак». — Говорю же, нашла! — она насупилась, надувая свои щеки. Правда через пару секунд снова улыбнулась. — Я подумала, что ты обрадуешься. Маленькая ладошка оказалась к нему еще ближе, настойчиво предлагая фрукт. Леви пришлось взять яблоко из ее руки, правда он тут же отложил его в сторону. — Повернись, — догадка, мелькнувшая в голове, не понравилась и заставила ощутить дискомфорт. — Зачем? — глаза Айли в страхе расширились и она попыталась убежать, но ладонь Леви легла на ее плечо, а вторая задрала кофту со спины. Как он и думал… несколько уже фиолетовых полос пересекали маленькую спину, составляя на ней причудливый и ужасающий узор. — Зачем ты его украла? — пусть их жизнь даже с натяжкой нельзя было назвать нормальной, но смерть от голода им не грозила. А если ей так сильно досталось, то почему она принесла это злополучное яблоко Леви? — Я не крала, я нашла! — продолжала настаивать на своем девочка, пытаясь одернуть кофту обратно вниз. Словно стоит скрыть эти ноющие синяки и он тоже о них забудет. — Прекрати врать, — он резко повернул ее к себе лицом, недовольно хмурясь. Айли всхлипнула. — Ты всегда недовольный и не обращаешь на меня внимания… я хотела порадовать тебя и подружиться, — все же сдалась девчушка, глотая слезы. Леви кольнула совесть. Он ведь не хотел доводить до слез ребенка, да и не думал, что его отношение настолько ее ранит. Он просто не хотел открываться кому бы то ни было — знал, что ничем хорошим доверие не заканчивается, поэтому по привычке держал на расстоянии. — Никогда так больше не делай. — Только не говори братику? — она снова хлюпнула носом. — Обещай, — быть мягким Леви не умел. Не после детства в борделе, не после жесткого воспитания Кенни, который сделал из него отличного бойца и преступника. Придется… учиться? Либо это, либо задушить это чувство вины, которое подрагивало глубоко внутри при взгляде в заплаканные зеленые глаза. — Я больше так не буду, — пролепетала Айли. — Молодец, — он стер остатки слез с ее щек костяшками пальцев, после отпуская ее плечо. — Я не скажу. Девочка протянула ему мизинчик и не убрала руку, пока он не ответил на этот глупый жест. И почему парень велся? Тратил время на такую ерунду, согласился держать язык за зубами? — Спасибо, — еще раз растерев свои глаза, словно убеждаясь, что больше не плачет, девочка кивнула головой. — Съешь сама, ты заслужила, — Леви потянулся за яблоком. Кровавые синяки были слишком огромной ценой за что-то настолько маленькое. — Оно твое, — и прежде, чем он успел сообразить, Айли все-таки выбежала из комнаты, оставляя парня одного. Он сжал в ладони наливное яблоко и, вопреки мыслям, что вертелись в голове, уголки его губ совсем чуточку приподнялись в подобии улыбки. Так ощущается забота? Кенни не дал ему сдохнуть, другого слова и не подберёшь, научил защищать себя, но никогда о нем не заботился. А мама делала это настолько давно, что он успел позабыть — словно и не с ним происходило. И вот, в его жизнь пытается ворваться девчушка, излучая тепло и странный, присущий только другому человеку, уют. Почему она вообще хочет сблизиться с кем-то таким, как Леви? — Айли, сядь нормально, — Фарлан с напускной строгостью смотрел на сестренку, которая сидела на краю стула, из-за чего тот постоянно покачивался. — А мне и так нормально, — девочка показала ему язык. Понимала, что ей влетит, если брат узнает о дневном происшествии, но сидеть, прислонившись к спинке стула, было нестерпимо больно. Айли украдкой поглядывала на Леви, но тот безразлично жевал свой безвкусный ужин, не обращая на брата с сестрой никакого внимания. В конце концов, парень пообещал молчать, а свое слово он держит. Заметивший эти односторонние переглядки Фарлан лишь нахмурился. — Тогда иди в комнату, — вздохнул Черч. Спорить Айли не стала, соскакивая со стула и убегая к ним с Фарланом в спальню. После того, как дверь захлопнулась, Фарлан перевел взгляд на Леви. — Что она украла на этот раз? — О чем ты? — не отрываясь от пищи безразлично поинтересовался парень в ответ. — О том, что я отлично знаю свою сестру и то, как она ведет себя каждый раз, как найдет неприятности на свою голову, о которых ты явно в курсе, — с иронией в голосе. Они жили вместе всего пару недель, а у Айли уже появились какие-то секреты, которыми она почему-то поделилась с Леви, а не со своим братом. — Яблоко принесла, — стоило ли и дальше увиливать, если Фарлан и так понимал, что происходит? — Черт, — откинувшись на спинку стула, парень протяжно простонал. На самом деле, его волновал не столько факт кражи, такая уж жизнь в Подземном городе, так то, что она снова минимум неделю не сможет нормально спать. В прошлый раз на ее спине даже остался шрам, настолько сильно ей досталось. И как бы он не бился изо всех сил, чтобы обеспечить ей жизнь получше, все его старания рассыпались в прах в подобные моменты. — На этот раз? — буднично, не настаивая, поинтересовался Леви. Ужин почему-то казался вкусней под разговор, даже учитывая то, что тема обсуждения была совсем невеселой. — Не бери в голову, я разберусь. Она не будет доставлять неприятностей, — с Леви их связали «деловые» отношения, вдвоем было проще выживать, и Фарлану не хотелось, чтобы из-за выходок сестры все сорвалось. В конце концов, это и ради ее блага тоже. — Запомню это, — брюнет тоже встал из-за стола, раз с этой темой они закончили. Не будет доставлять неприятностей? Леви нутром чуял, что это из разряда фантастики. Только вот, сейчас эта мысль не вызывала раздражение. Его так легко купить? Яблоком и слезами? А может дело было в том, что она с искренностью и детской непосредственностью просто хотела сделать ему что-нибудь приятное?