Шесть лет над пропастью

      Это была идея родителей Тэхена. Это всё была их плохая идея. Это была ошибка. Они не должны были находиться здесь. Если бы они не полетели на никому ненужный медовый месяц, всё было бы в порядке! Но как это мать Ким не расскажет своим подругам, на какой прекрасный уикенд вывез её сыночка прекрасный супер-богатый муж. А ведь все шло хорошо, на самом деле. Да, именно так. Конечно, все еще было чертовски неловко спать в одной постели с едва знакомым человеком, но это было нормально — они держали дистанцию. На самом деле они просто, почти не разговаривая друг с другом, ходили на экскурсии, завтракали, отдыхали на пляже по вечерам и шарахались каждый раз, когда что-то напоминало, что они одна семья. Тэхен действительно застыл на несколько минут, когда вчера за завтраком его спросили, как скоро приедет муж. В принципе, ко всему можно привыкнуть, но Тэхену кажется, что он никогда не привыкнет к злому Чонгуку. Чон двадцать минут ходит из одной комнаты в другую, выкрикивая проклятия в свой телефон. Он перепутал дату их возвращения и назначил на сегодня какую-то невероятно важную встречу. И теперь все срывается. Парень пинает небольшой столик, делая очередной звонок, и звук от удара настолько громкий, что Тэхен, сидящий на диване, вздрагивает. — Прости, — говорит Чон, заметив испуганное лицо мужа. — Прости, это просто дерьмо… компания только что перешла под… ну, да, ты знаешь, — Чонгук кивает сам себе, как бы напоминая, что обычно они это не обсуждают. И тут в кудрявую глупую голову Кима приходит отвратительная мысль. Но во всем виноваты его родители. Отдых вообще был их идеей. — Пойдем в какой-нибудь пляжный клуб? — неожиданно спрашивает Тэхен, нервно теребя край светлой легкой рубашки. — Что? — хмурится Чонгук, наблюдая за пальцами парня. — Ну… э… — запомни, Тэхен, во всем виноваты родители. — Тебе нужно немного ра… то есть отдохнуть, замедлиться. И… э… я хотел пойти в клуб на пляже, и это вроде как наша последняя ночь. Завтра мы уезжаем и… — Ким пожимает плечами. Отдых был идеей родителей, так что это их вина. Чонгук бросает взгляд на экран телефона. 20:29. Он кивает, начиная перебирать в голове названия клубов, которые могут им подойти. Намджун посоветовал ему. — Да, хорошо. Только переоденусь, — он оставляет плохо скрывающего улыбку Тэхена на том же бежевом диванчике, направляясь в спальню и попутно набирая сообщение о том, что его экстренный билет на самолёт могут сдавать обратно.

***

Это был настоящий клуб на пляже: слышался шум моря, мигали разноцветные гирлянды, танцпол был заполнен людьми с яркими напитками. Диджей прыгал вверх-вниз, выкрикивая что-то о самой незабываемой ночи. И Тэхену определенно не стоило беспокоиться о своей прозрачной рубашке — большинство танцующих тел едва прикрывали купальники. — Что ты хочешь выпить? — громкий голос Чонгука раздался где-то рядом с его ухом. — Не знаю, — крикнул Ким. — Давай начнем с чего-нибудь традиционного! И это была ошибка № 2. Вопреки ожиданиям Тэхена, да и Чонгука тоже, они не разошлись по разным углам, как только переступили порог. Они все еще стояли, опираясь на барную стойку, и наблюдали за обезумевшими людьми. Иногда Ким хихикал от едва заметных покачиваний Чонгука в такт музыке. Пару раз девушки летели прямо ему в грудь, которые тоже что-то бормотали о незабываемой ночи и его большом члене, отчего Чон прятал смех в коктейле с водкой, а Тэхен неловко показывал на Чонгука, говоря что-то вроде «это мой муж». В этот момент муж отсалютовал, сделав разочарованные лица девушек еще более разочарованными, потому что, очевидно, он был запасным вариантом. И все было просто замечательно, но тут заиграла песня Ланы Дель Рей, и очень пьяный и покрасневший Чонгук крикнул что-то вроде: «Черт возьми, это моя любимая песня!». Минуту спустя Тэхен наблюдал, как Чон смеется, запрокинув голову назад и подняв руки над головой, покачивая бедрами в такт песне. Это была третья ошибка. — Ты плохой для меня, но я хочу тебя, — кричал парень с толпой, его глаза нашли Тэхена, скулы которого напрягались каждый раз, когда он кусал трубочку в своем стакане. Ким отталкивается от стойки бара, зачесывая рукой свои длинные волосы назад. Чонгуку хочется пискнуть — он идет к нему. Этот красивый мужчина, который, на минуточку, недавно стал его мужем, идет прямо к нему. Но Тэхен останавливается, посылая ему странный взгляд за спину. Чонгук хмурится. — Эй, я думаю, тебе лучше отвалить, — раздается сзади. Парень оборачивается, замечая человека, стоящего слишком близко к нему. Он не должен стоять так близко, и Чон не помнит, чтобы хотел этого. Чонгук делает шаг назад, упираясь спиной в грудь Тэхена. Он уже хочет отойти, но вдруг рука Кима опускается на его живот, прижимая его ближе. — Я думаю, это тебе стоит отвалить от моего мужа, — резко говорит Тэхен. А Чонгук не понимает, почему, когда он в следующий раз посмотрел на Кима, ему показалось, что у того на голове корона или что-то вроде того. Чон встает на носочки, поворачивается в руках мужа (звучит красиво) и оставляет поцелуй на линии его подбородка. Тэхен обнимает его за талию. Они смотрят друг другу в глаза, и все вокруг кричит, что ошибка №4 выполняется прямо сейчас. Но Ким наклоняется, касаясь своими губами чужих губ. Когда они отходят, Чонгук тяжело дышит, уткнувшись носом в шею парня, и слышит едва уловимый шепот. — Пойдем в комнату, Гук, пожалуйста, — Тэхен звучит чертовски сокрушенно.

***

Дверь в комнату открывается. Чонгук заходит первым: ноги трясутся, руки цепляются за чужие плечи, челка падает на глаза. Тэхен захлопывает дверь, и только тогда губы парня исчезают. Ким открывает глаза, но не успевает даже подумать, как Чонгук прыгает к нему на руки, обнимая ногами его талию. Тэхен подхватывает его под бедра, пока локти Чона располагаются на его плечах, а пальцы перебирают его волосы. Он начинает покрывать шею мужа поцелуями, из груди Чонгука вырывается громкий стон. — Малыш, пожалуйста, — пьяно шепчет он, сильнее сжимая ноги на талии Тэхена. — Пожалуйста. Ким оттолкнулся от двери, крепко прижимая Чонгука к себе. Казалось, еще немного, и они взорвутся от возбуждения. Короткие шорты совершенно ничего не скрывали. Чон резко опустил руки, проведя ими по выпуклости Тэхена. — Действительно большой, — улыбнулся он, продолжая водить рукой. — Но они никогда не узнают об этом… ах! Тэхен осторожно повалил парня на кровать и навис над ним, стягивая с себя рубашку. Он уже наклонился, чтобы снять футболку с Чонгука, но тот вдруг открыл глаза, проведя языком по носу Кима. — Никто не узнает, потому что ты мой… муж, — последнее слово исчезло в стоне, который издал Тэхен, потому что Чон снова положил руки туда, куда следовало. Наконец, все вещи были брошены на пол. Чонгук метался по кровати, сжимая в руках белые простыни, пока язык Тэхена оставлял размашистые полосы на его члене. — Хорошо, я сделаю тебе так хорошо, милый, — шептал Ким, поднимаясь в перерывах, оставляя поцелуи на губах мужа. Внезапно Чона перевернули, поставив на колени. Тэхен надавил на его спину, заставив прогнуться так, чтобы он встал на четвереньки. — Тэхен… — пробормотал Чонгук, пытаясь заглянуть ему в глаза, но взгляд парня был занят другим. — Тэхен, я… ты можешь… Я… — Черт, — простонал Ким. Он оставил поцелуи на каждой ягодице, выбивая стоны из Чона. — У тебя есть презервативы? — Что? — сначала не понял парень, который слишком увлеченно возился. — Презервативы… нет, конечно. Тэхен отстранился, проведя ладонью по спине Чонгука, отчего тот перевернулся, укладываясь поудобнее. Он приглашающе раскинул руки и раздвинул колени, Ким лег сверху, оставляя следы на его груди. — Ты можешь… — прошептал Чонгук. — Если все в порядке, мы можем не использовать его. Ким приподнялся на локтях, вглядываясь в лицо мужа. Его челка вспотела, зрачки были расширены, и пусть Тэхен всегда видел совершенство в этих глазах, взгляд, которым Чонгук одарил его в ту ночь, он запомнил навсегда. Их груди вздымались от рваных вздохов. Мужчина наклонился, оставляя на губах Чона рваные поцелуи. Поднявшись, Тэхен убрал волосы со лба Чонгука. Он придвинулся ближе. Чонгук сцепил пальцы за его спиной. Кровать равномерно билась о стену отеля. Монотонность глухого звука от ударов прерывалась лишь вздохами Чонгука, чередующимися с именем мужа, которое слетало с его губ каждый раз, когда наслаждение переполняло его. Чон застонал особенно громко, оставляя беловатые полосы на своем животе и груди Тэхена. Он сильнее сжал его руку, уткнувшись лбом в плечо парня. Громкое «Чонгук» разрезало ночную тишину. Ошибка № 5. Они лежали так около часа, а может, и двух. Ночной бриз едва касался белоснежной занавески, прикрывавшей дверь, ведущую на балкон. Море шумело совсем близко, Тэхен обнял Чонгука поперек живота, положив голову ему на грудь. Чон задумчиво выводил узоры на исцарапанной спине мужа. В их головах пронеслось, что они совершили ошибку, но никто не смел об этом сожалеть. В конце концов, во всем виноваты родители Тэхена. Отдых был их идеей.

***

Тэхен проснулся в одиночестве, и ноющая боль где-то глубоко внутри подсказывала, что теперь так будет всегда. Он смотрел на белый потолок, прислушиваясь к шуму волн, пока не услышал, что дверь тихонько открылась. Чонгук стоял с мрачным выражением лица, рядом с ним лежал полуразобранный чемодан. — Ты проспал завтрак, — просто сказал он, умолчав, что просто не мог потревожить мужа, пока тот улыбался во сне. Просто Чон знал, что легкость больше не будет играть на этом лице, когда его глаза откроются. — Я взял тебе немного, — откашливаясь, продолжал парень. — Самолет скоро. И это была последняя фраза, сказанная Чонгуком во время их медового месяца. Дальше не было ничего. Они собрались в тишине. Молча сели в такси, а потом в самолет. Они только вздрогнули, когда в очередной раз услышали, что они в браке. Сеул встретил дождем. Ощущение неправильности скатывалось по внутренностям, словно капли по стеклу машины Намджуна. Тэхен сидел на заднем сиденье, отвернувшись к окну, пока Чонгук пожимал плечами на вопросы друга об отдыхе и кашлял, когда тот произносил фразу «незабываемая ночь». Это была Ошибка 6.