Шесть лет над пропастью

      Вечер четверга подкрался незаметно. Маленькая стрелка часов приближалась к семи. За окном гулял ветер, что заставляло Ентана с восторгом наблюдать за качающимися ветками на улице. Со второго этажа доносился звук работающего фена. Чонгук уже был полностью собран. Он оттянул горло водолазки, поправил рукав пиджака, провел ладонью по челке. Вечер предстоит трудный, но все будет хорошо. Мужчина оперся руками о стол, тоже наблюдая за равномерным дрожанием едва заметных очертаний за окном. Шум прекратился. Через несколько секунд неловкое покашливание донеслось до Чона, заставив его обернуться. Тэхен стоял в проеме, опираясь на стену. В приглушенном свете кухни синий бархатный костюм придавал ему какое-то магическое сияние. Белая футболка плотно сидела на торсе, на шее болтался крестик. Его волосы были зачесаны назад и очень скоро, возможно, достигнут плеч. Но самой любимой деталью внешнего вида этого мужчины для Чонгука всегда будет обручальное кольцо из белого золота, состоящее из величественных переплетений с маленьким черным камнем в центре и полностью соответствующее его собственному гладкому кольцу с коричневым камнем. — Ты готов? — тихо спросил Ким. Мужчина кивнул, забирая часы с лаковой поверхности. Он уже начал пытаться застегнуть их, но почувствовал легкое прикосновение холодных пальцев к своему запястью. Тэхен улыбнулся, помогая мужу, и Чонгук наконец заметил, что его губы обведены красным, а на веках переливаются тени. — Ты чувствуешь себя нормально? — спросил Чон, делая вид, что стряхивает что-то с предплечья кудрявого мужчины. — Да, — Ким пропустил волосы сквозь пальцы. — Пойдем? Чонгук снова кивнул. Они вышли в прихожую, где мужчина отдал мужу пальто и оделся сам. Их водитель уже стоял у ворот. Тэхен очень старался отвести взгляд от острого профиля Чона. Брови мужчины были нахмурены, он поджал губы, что-то вечно проверяя в своем телефоне и крутя кольцо на пальце.

***

Банкетный зал выглядел как кусочек королевского дворца, что невероятно бесило Чонгука. Каждый золотой подсвечник, шелковая скатерть, официанты в белых перчатках и дорогой алкоголь — все это было невыносимо, хотя они вошли буквально пять минут назад. Рука Чона легла на поясницу мужа. Он, в свою очередь, лучезарно улыбался, кивая каждому, кто пожимал руку Чонгуку. Но эта улыбка отдавалась покалыванием где-то внутри, в тех самых воспоминаниях, когда в первый год их семейной жизни Ким выдал фразу: «Я плохо делаю свою работу», имея в виду брак. Чон считает, что именно эти слова сделали его невосприимчивым к боли. Или этот человек. Взгляд Чонгука цепляется за идеально отглаженный костюм Намджуна, который уже мило беседует с несколькими представителями компаний-спонсоров и конкурентов на бирже. — Чоны, — улыбается Джун, приветствуя друзей. — Добрый вечер, — сухо отвечает Чонгук, протягивая руку каждому из мужчин, все еще держа вторую на пояснице Кима. — Мой муж — Тэхен, — напряженно улыбается он, но нежность все же проскальзывает в его словах. Тэхен кивает, придвигаясь ближе к своему мужчине. О Боже, «его мужчина…». Тэхен любит такие вечера. — Помнится, ходило много слухов о вашей свадьбе, мистер Чон, — как бы невзначай замечает высокий коротко стриженый мужчина, отпивая из своего бокала. — Однако, как долго вы уже вместе? — Шесть лет, — тут же отвечает Чон, сильнее сжимая пальцы на спине Тэхена. — Если вы, мистер Кан, выбираете слухи в качестве надежных источников, то мне искренне жаль ваше начинающее издание, — Чонгук вскинул брови, пожимая плечами. — Намджун-ши, вы должны мне тридцатку, я ведь говорил, что на повестке дня будет больше… шепотков за спиной, чем экономических проблем. Тэхен попытался скрыть улыбку, поймав взгляд Намджуна, наполненный искорками веселья. — Что ж, мистер Чон, — начал какой-то мужчина с седыми висками. Кажется, Ким его помнит. Мистер Чо? Чан? — Кажется, в последнее время остроумничать у вас получается лучше, чем заниматься бизнесом? Кудрявый тут же почувствовал, как рука сжимается в кулак за его спиной. Он взглянул на Джуна, но тот просто прожигал в этом мистере Ч-что-то-там дыру. — Я не верю в существование проблем, которые не имеют решений, — как можно более равнодушно ответил Чон, но все же выпрямился, убирая ладонь с поясницы мужа и поправляя пиджак. — Ты существуешь от контракта к контракту, Чонгук, не замечая, что жизнь существует за стенами твоего офиса. Может быть, тебе повезет, и однажды она помашет тебе рукой из окна одного из твоих электропоездов, — продолжал этот сноб. — А пока… Я собираюсь принять участие в тендере на подписание контракта с мистером Паком. — А как насчет жизни без контрактов, мистер Чанг? — спросил Чон сквозь зубы. — О, Чонгук, я уже не так молод и глуп, как ты, и мои позиции гораздо выгоднее. Вы же знаете, что я прав, мистер Чон, — улыбнулся мистер Чанг. Тэхен тут же опустил руку, ища пальцами ладонь мужа. Он провел по костяшкам пальцев Чонгука, оборачивая его пальцы своей большой ладонью. — Ваше положение не кажется действительно выгодным, когда вы так громко об этом говорите. Помните замечательную цитату Брайана Халлигана? «То, что ты громче всех, не означает, что ты прав», — резко бросил Ким, крепко сжимая руку своего мужчины. После этого они втроем перешли за другой столик, сославшись на желание наконец-то попробовать закуски. — Это было сильно, Чон, — улыбнулся Намджун, выбирая канапе. Тэхен пожал плечами, бросив быстрый взгляд на их переплетенные пальцы с Чонгуком. Плохое предчувствие не покидает его. Возможность того, что у Чона есть серьезные проблемы, о которых он ничего не рассказывает, бьет кудрявого гораздо сильнее, чем он когда-либо мог себе представить. Чонгук нахмурился. В его руке был бокал шампанского, на который он даже не обратил внимания. — Фото? — женский голос с французским акцентом раздался совсем близко. Тэхен обернулся, улыбаясь. — О! Мистер Ким?! — восторженно спросила девушка с огромной камерой в руках. — Да? — Я действительно восхищаюсь вашими работами, — с волнением произнесла милая блондинка. — Меня зовут Хелен, я… — Кажется, я помню некоторые из ваших работ, Хелен, — кивнул мужчина. — И я тоже в восторге! — Невероятно, мерси! — просияла Хелен. — Я с нетерпением жду вашей новой выставки! Более ста фотографий в одной теме! — Важный шаг для меня, — кивнул Тэхен, явно начиная смущаться. — А вы не думали о том, чтобы продавать свой курс? Я уверена, что он будет более чем востребован! — Я… — мужчина растерялся, не зная, что ответить. Он даже не мог и подумать. — И я говорил ему об этом, милая, — вставил Намджун, качая головой и пытаясь вытащить мясо из сэндвича. Тэхен посмотрел на Чонгука. Чон по-прежнему стоял рядом с ним, но теперь он поджал губы, словно пытаясь сдержать широкую улыбку. И если бы вы спросили Джуна, он бы ответил, что гордость ясно читалась в глазах его друга. — Да… вообще-то, я тут по работе, — неловко улыбнулась Хелен, указывая на фотоаппарат. — Фото с вашим…? — Мужем, — поспешно сказал Тэхен. — Это мой муж, — улыбнулся он, заставив Намджуна спрятать смех в бокале. — Чон Чонгук, супруг Ким Тэхена, — кивнул Чонгук, откашлявшись. Улыбка кудрявого стала еще шире. — Здорово! — губы Хелен тоже растянулись, показав белоснежные зубы. — Можно я потом размещу ваше фото в своем аккаунте? — Конечно, без проблем, — кивнул Тэхен. — Отметите меня? Он отпустил руку Чонгука, переместив свою ладонь на поясницу мужчины. Тот обнял его за талию, положив вторую руку ему на грудь. Это нежное прикосновение заставило Тэхена повернуть голову в сторону мужа. Чон улыбнулся, глядя в камеру, заставив сердце Тэхена сжаться. В этот момент раздался щелчок фотоаппарата. — Вы невероятно смотритесь вместе! — улыбнулась девушка. — Спасибо, — щеки Тэхена залил румянец, и он по какой-то необъяснимой инерции переместил пальцы выше, прижимая Чонгука еще ближе. — Эй, — Намджун подошел ближе. — Гук, нам нужно поговорить с мистером Паком, — во взгляде парня читалось сожаление. Чон лишь кивнул, отодвигаясь от Тэхена. — Не скучай, — сказал он, уходя в другой конец огромного зала. Ким огляделся, пытаясь найти хотя бы одно знакомое лицо, и его тут же окликнули. — Мистер Ким! Тэхен! Добрый вечер! Мужчина обернулся, заметив одну из девушек, работающих в компании Чонгука. Ее зовут Хейя, и она всегда ему нравилась. — Привет, — улыбнулся он. — Как проходит вечер? — О, знаешь, скучно и приторно, — прошептала она, заставив Тэхена захихикать. — Важный прием для мистера Чона, — вздохнула Хейя. — Да… — Ким кивнул, пытаясь сделать вид, что понимает, о чем идет речь. — А вы не хотите присоединиться к нашему столу? Как раз вы с мистером Кимом еще не дошли, — Хейя взяла Тэхена за локоть, и они направились в соседний зал, где должен был состояться ужин. За столом сидело около десяти человек, Тэхен знал некоторых из них. Разговор казался непринужденным, и когда Ким и его спутница приблизились, мужчина услышал промелькнувшее имя Чонгука. — О, Хейя! Что за прекрасный джентльмен рядом с тобой? — кокетливо спросил какой-то парень. На нем была узорчатая рубашка, светлые волосы были убраны наверх, а на губах играла дерзкая ухмылка. — Почему тебе почти всегда попадаются идеальные мужчины? — Прости, Минхо, но этот идеальный мужчина определенно принадлежит не мне, — в голосе девушки прозвучала странная неприязнь, что немного смутило Тэхена. — Пожалуйста, мистер Ким, думаю, ваше место здесь, — улыбнулась Эмма, указывая на табличку с его фамилией. Рядом же стояла табличка Чонгука. Тэхен заметил, как несколько пар глаз внимательно посмотрели на онемевшего светловолосого парня. — Добрый вечер, — улыбнулся Ким, присаживаясь за стол. — Рад всех вас видеть! Он уловил едва слышный голос Виен, она была главой отдела маркетинга. Девушка повернулась к Минхо, резко шепнув: «Трудно осознавать, что он действительно хороший, не так ли?». Тэхен нахмурился, разглаживая скатерть возле своей тарелки. — Твою мать, Чон! — громкий крик и последующие тихие извинения Намджуна заставили Кима дернуться. Джун положил ладони на стол рядом с Тэхеном с таким видом, будто был готов убить. — Боже, Нам, что случилось? Что с Чонгуком? — мужчина уже начал подниматься со своего места, готовясь к худшему, но друг надавил на его плечи, усаживая обратно. — У твоего любимого Чонгука чуть не случился сердечный приступ, когда мы пришли, и тебя не было там, где мы тебя оставили! О, Боже мой! Я сойду с ума от вас двоих, клянусь! Ты бы видел его лицо, Тэхен! Он заставил меня дважды обойти весь этот гребаный зал! Я ненавижу вас, Чоны! Вы одержимы друг другом! — Намджун, я прошу тебя, будь тише, — укоризненно прошептал Тэхен, пытаясь скрыть улыбку. Чонгук забеспокоился. — Мы здесь не одни! Намджун кивнул, доставая телефон из кармана. — Твой Чон в целости и сохранности, — это было первое, что он сказал в трубку. — Он уже сидит за столом с невинным видом. Отшлепай его за это — О Боже, перестань кричать! Я понял, — Намджун качает головой, убирая мобильный телефон обратно. — Мы скоро вернемся, — чмокнув покрасневшего от определенной части разговора Тэхена в лоб, Намджун ушел. — Мистер Чон не меняется, — с улыбкой сказал Хенджин. Это был высокий парень с темными коротко стриженными волосами, главный инженер. На одной из вечеринок им было очень весело. Танцы на столе, песни Бритни Спирс — и парню Хенджина и Чонгуку пришлось доказывать полицейским, вызванным администрацией клуба, что эти двое обычно адекватны и даже порядочны. Прошло четыре года, но Тэхену до сих пор стыдно. — Что есть, то есть, — улыбка все еще играла на губах Кима. — Это называется «любовь», милый, — ответила Хейя. У Тэхена было такое чувство, будто ему сломали ребра. Он ненавидел, когда кто-то так говорил о них с Чонгуком. Эти слова только доказывали, что они были отличными актерами. Или дерьмовыми. Но Хейя сказала это, глядя на Минхо, который закатил глаза. И до Тэхена наконец-то начало доходить. Минхо был тем, с кем Чонгук «не смог». Внутри не было ярких вспышек ревности, это было больше похоже на огонь боли, мгновенно сжигающий все на своем пути. — Как дела на работе, Тэхен? — искренне заинтересованно спросил Хенджин, вырывая кудряшку из своих мыслей, видимо, заметив его мрачное выражение лица. — Как только Намджун и Ликс случайно встречаются, они не перестают говорить о том, что скоро должна состояться новая выставка, да? Что-то грандиозное, по словам Намджуна? — Я уверен, что Намджуни преувеличивает, — тихо рассмеялся Тэхен. — Подготовка идет полным ходом, на самом деле, — он попытался улыбнуться, глядя на Минхо. — Недавно я немного приболел, поэтому мой храбрый муж и его верный конь Джун неплохо мне помогли, — мужчина продолжал смотреть на парня. Все в нем вызывало… боль. Тэхен хотел бы сказать, что внутри него было что-то, что называется ненавистью. Он хотел бы разозлиться на этого парня. Разозлиться на Чонгука. Бить его кулаками в грудь и кричать о том, как сильно он его ненавидит. Но что ему делать, если он не может? Он хотел бы, чтобы Чонгук однажды посмотрел на него и вдруг понял, что это всегда был Тэхен. Он хотел, чтобы Чонгук однажды взял его за руку и понял, что не хотел бы его отпускать. Он хотел бы назвать этого человека по-настоящему своим. Но что ему делать, если Чонгук не может? Он хотел бы, чтобы их разговоры — настоящие разговоры по вечерам в гостиной — никогда не заканчивались, а блеск черных глаз никогда не исчезал. Он хотел бы, чтобы этот человек всегда улыбался. Ему бы хотелось, чтобы Чонгук говорил, что всё, что говорит Ким звучит «слишком романтично», а он бы улыбался, потому что знает, что Чон никогда не признается, что до него Тэхену ещё далеко. Но что ему делать, если они не могут? Он хотел бы так многого, но единственное, что он может сделать, — это почувствовать боль. Не потому, что бабочки в животе Тэхена превращаются в пепел и складываются лишь в мысли, но не в слова. Нет. Так проще. Это единственное, что ему нужно: задавать вопросы и не получать ответы. — Когда мы увидим фотографии мистера Чона на одной из ваших выставок? — спросила Виен. Тэхен пожал плечами, отпивая из своего бокала. — Когда-нибудь я решу поделиться красотой моего мужа со всем миром, но пока… — он снова поднес вино к губам, встретившись взглядом с потерянным и слегка испуганным Минхо, — пока я собственник, эгоист и счастливчик. Послышались шаги и едва различимые разговоры, но Ким услышит этот голос среди других, даже если окажется на Мендон в час пик. Мужчина улыбнулся. Чонгук провел пальцами по спине мужа, проходя к своему месту. Намджун шел рядом, слишком сосредоточенный на телефонном звонке. Чон кивнул своим сотрудникам, садясь рядом с Тэхеном, который тут же повернулся к нему лицом, улыбаясь. — Все в порядке? — тихо спросил Чонгук, глядя в глаза мужа. В его лице было что-то странное. Что-то похожее на боль, отчаяние и попытку казаться радостным. Тэхен кивнул, проведя пальцами по уху мужчины, он погладил мочку, грустно улыбаясь. Чон неловко улыбнулся в ответ. Что, черт возьми, происходит? — Итак, сейчас у нас есть примерно полтора часа на ужин, потом предварительный просмотр условий тендера, а затем я настоятельно рекомендую отправиться домой, — сказал Намджун, откладывая телефон в сторону. — Не знаю, как вы, а я ужасно голоден. Тем не менее, Пак толкнет свою речь минут через тридцать. Все кивнули, начиная тихо переговариваться и передавать друг другу тарелки с закусками, гарнирами и прочими супердорогими блюдами. — Ты что-нибудь хочешь? — спросил Тэхен, все еще глядя на мужа. — Я видел здесь мясо под сыром, тебе должно понравиться, — протянул он, пытаясь найти что-нибудь подходящее. — Салат, мистер Чон? — раздался голос, и Тэхен уже хотел улыбнуться, но понял, что это говорит Минхо. Чонгук растерянно посмотрел на парня, очевидно, только сейчас заметив его присутствие. Тэхен прикусил внутреннюю сторону щеки, сжимая в кулаке салфетку. — О, спасибо, Чонгук не ест огурцы, — поспешил ответить он. Чон нахмурился, наблюдая за Тэхеном, он все еще искал это чертово мясо под сыром. — Тэхен рассказал нам о предстоящей выставке, — кашлянул Хенджин. — О, да! — Нам кивнул, указывая на парня обратной стороной вилки. — Ждите взрыв! Мы даже встретили здесь фаната нашего Кима! Все засмеялись, делая комплименты Тэхену и его работе. На его щеках появился румянец, что не осталось незамеченным Минхо, а также нежная улыбка мистера Чона, наблюдающего за мужем. — Малыш, а ты не хочешь салат без огурцов? — почти мурлыкнул Ким. Чонгук от удивления открыл рот, уставившись на кудрявого. «Малыш»? Что вообще происходит? Джун застыл с вилкой возле рта, сдвинув брови к переносице. Конечно, они иногда использовали все эти ласковые прозвища, но только если это было необходимо. Например, пришел Джин, и Тэхену нужно было показать ему, что все в порядке, но сейчас это казалось странным. — Да? — неуверенно ответил Чон. — Да, конечно, — он неловко улыбнулся, но выражение его лица тут же снова стало удивленным, когда он почувствовал руку Тэхена на своем колене. Он полностью повернулся в его сторону, пытливо изогнув бровь. Тот лишь пожал плечами, вернув внимание к своей тарелке. Чонгук проследил за взглядом Тэхена. — Почему ты ешь только овощи? — мужчина снова нахмурился. — О, нет, солнце, только не говори мне, что все основные блюда из мяса? — Чон разочарованно вздохнул, не заметив, как с его губ слетело очередное ласковое прозвище. Тэхен кивнул, краем глаза заметив, что несколько человек смотрят на них. — Думаю, вы можете сделать заказ из меню ресторана? — предложила Хейя. — Да, точно, — благодарно улыбнулся ей Чонгук. — Я могу позвать официанта! — Минхо тут же встал из-за стола, но его лицо помрачнело, как только он заметил длинные окольцованные пальцы, обвивающие колено мистера Чона. Парень поджал губы, кивнув самому себе. — Это очень мило с твоей стороны, Манхи, — улыбнулся Тэхен, усиливая хватку, — но оно того не стоит. Иногда мой муж слишком заботлив. — Меня зовут Минхо, — едва слышно произнес блондин, усаживаясь поудобнее. — Прости, — ответил Тэхен, глядя прямо в глаза Минхо. И это «прости» значило гораздо больше, чем могло показаться. «Прости, что я не отпущу его». Чонгук посмотрел на мужа, наконец осознав, что происходит. Его сердце, казалось, отказывалось биться. Он потянулся за вином — ему сейчас нужен алкоголь. Но его пальцы тут же встретились с чужими. Минхо пытался наполнить его бокал, и, заметив взгляд мужчины, тут же поджал губы. — Спасибо, Минхо, — Чонгук попытался улыбнуться, но получилось откровенно плохо. — Не нужно, — он отстранил пальцы парня от стакана, обхватив бутылку. И это «не нужно» также означало нечто большее. «Не нужно обвинять меня в том, что я люблю другого человека». Громкий звук прервал классическую мелодию, привлекая внимание всех присутствующих. У ног Тэхен валялись осколки бокала, красная жидкость растеклась по полу. Официанты тут же засуетились, помогая мужчине отойти. Намджун посмотрел на него обеспокоенным взглядом. Чонгук тут же встал, взял руки мужа и посмотрел на них. Он осторожно водил пальцами по ладоням и запястьям, пытаясь нащупать стекло, которое могло быть там. — Ты в порядке? — спросил Чон, не отрывая взгляда от кожи Тэхена. — Нет, — едва слышно ответил он, убирая руки и уходя.

***

Дверь закрылась за Тэхеном с громким хлопком, его тело дрожало от ощущения мороза по всему телу. Наконец-то они добрались до дома. Этот вечер можно назвать одним из самых отвратительных. Оставшуюся часть банкета никто из них не проронил и слова по отношению друг к другу. Все, кто находился хотя бы в двух метрах от них, понимали, что их съедает напряжение. После того, как Чонгук вернулся с официальной части, он стал еще мрачнее, а в машине просто смотрел в окно, пряча пальцы в рукавах водолазки — Тэхен знал, что это нервная привычка. Чон снял пальто, повесив его в шкаф, и смотрел, как Тэхен пропускает волосы сквозь пальцы, отбрасывая их назад. Он пошел дальше, бросив свой бархатный пиджак на спинку дивана, прошел на кухню, доставая стакан и наливая туда воду. Чонгук действительно не знает, что, черт возьми, произошло. Возможно, это все из-за проблем в компании. Возможно, потому что он чувствует, что с каждым днем теряет этого человека все быстрее и быстрее. Возможно, виноват его сломанный взгляд. Может быть, дерьмовая неделя или постоянные звонки по работе. Да что угодно. — Ты так и будешь молчать? — раздраженно спрашивает он, плетясь за Кимом и по пути стягивая с себя черный пиджак. Тэхен оборачивается, опираясь поясницей о столешницу. Его голова повернута к окну, пока он подносит стакан к губам, спрашивая: — Думаешь, мне есть что сказать? — Нет? — Если честно, то нет, — пожимает плечами мужчина, наконец-то посмотрев в глаза напротив. — Или ты хочешь, чтобы я сказал тебе, что ты выбрал хорошего мальчика для удовлетворения своих потребностей? — Чонгук увидел, что Тэхен начинает закипать, его голос стал грубым и хриплым. — Если тебе интересно, я бы трахнул того рыжего, малыш, — продолжил он сквозь зубы, делая акцент на обращении. — Как его звали? Хосок? Может быть, конечно, ты уже трахался с ним… — Закрой свой рот, Тэхен! — почти истерично крикнул Чон, подходя ближе. Внутри него снова что-то сломалось — скоро не останется ничего, что могло бы в нем сломаться. Ким громко поставил стакан, расплескав воду на деревянную поверхность. Он тут же сорвался с места, подлетая к мужу и хватая его за бедра. Чонгук вцепился руками в плечи мужчины, обхватив ногами его талию. Тэхен посадил Чона на кухонный остров, толкаясь бедрами вперед. От этого действия Чонгук громко застонал, сильнее впиваясь пальцами в кожу, не прикрытую футболкой. Он откинул голову назад, позволяя Тэхену покусывать каждый миллиметр его шеи. Чонгук прижал мужа ближе к себе, проведя губами по его подбородку. Тэ застонал, схватившись за низ водолазки мужчины, чтобы стянуть ее, из-за этого волосы Чона растрепалась. Такой Чонгук заставлял внутренности Тэхена сжиматься. Наконец он поцеловал его. Ким прикусил губы мужа, провел языком по зубам, чувствуя, как руки мужчины все крепче сжимают его в своих объятиях. Тэхен переместил ладони на колени Чона, начав водить вверх-вниз по его бедрам. Наконец, добрался до ширинки, после чего сразу же начал стягивать штаны, слегка приподнимая шатена. Чонгук откинулся назад, упираясь ладонями в столешницу и наблюдая, как Ким снимает белую футболку, отбрасывая ее в сторону и приступая к бархатным брюкам. Тэхен подходит ближе, кладет ладонь на член мужа и проводит по нему нежно. Он тянется к ящику возле холодильника, доставая оттуда смазку. Чон шире раздвигает колени, глядя в потолок. Его шея покраснела от укусов и засосов, а грудь стала розовой от духоты, сковавшей все тело. Тэхен подбирается все ближе и ближе, проводя холодными от смазки пальцами сначала по ребрам, потом по животу мужчины. Он двигает ими медленно, растягивая Чонгука, который закрыл глаза от всех обрушившихся на него ощущений. У них не было секса почти два месяца. Внезапно Тэхен убирает свои пальцы, но его губы тут же впиваются в чужие. Чонгук кладет ладони на щеки мужа, снова обвивая его ногами. Он проводит языком по верхней губе кудрявого, глядя прямо в карие глаза. Тэхен медленно входит в него на всю длину, утыкаясь лицом в шею мужа, оставляя там влажные поцелуи. Чонгук обнимает его за плечи, прижимая ближе к себе. Он запутывает пальцы в волосах мужчины, перебирая и оттягивая их. Ким двигается размеренно и глубоко, заставляя Чонгука приподниматься и все сильнее сжимать мужа в своих руках. Чон стонет, запрокидывая голову назад. Он даже не думает прикасаться к себе. Он знает, что его мужу это не нравится. Чонгук опускает голову, прижимаясь зубами к коже на шее Тэхена. После укуса остаются четкие очертания зубов, и почему-то это вызывает у него улыбку. Чон чувствует, что начинает терять контроль над собой, хотя вряд ли он вообще был, если Тэхен рядом. Чонгук чувствует, как Ким крепче сжимает его бедра, оставляя синяки. Он проводит ногтями по спине мужа, ловя губами стон, слетевший с его губ. — Совсем близко, милый, — шепчет Тэхен. Его волосы падают на глаза, мышцы спины двигаются от толчков, глаза блестят, а губы припухшие и влажные. Чонгука накрывает оргазмом, заставляя громко стонать, дергая Тэхена за локоны. Он следует за ним, оставляя невесомые поцелуи на плече мужчины. Чон прижимает мужа ближе, позволяя ему почти рухнуть на себя. Чонгук гладит волосы своего мальчика, наслаждаясь его запахом, пока есть возможность. Он все еще чувствует, как губы Тэхена касаются его груди, предплечий и плеч. Они всегда долго приходят в себя. Двадцать минут спустя Ким отодвигается, заставляя Чонгука морщиться от потери близости. Тэхен проводит пальцами по челке мужа, убирая ее с глаз. — У меня уже шесть лет не было ничего ни с кем, кроме тебя, — еле слышно говорит Чон. В ответ Тэхен только кивает, проводя большим пальцем по нижней губе мужчины. — Я приму душ на первом этаже, — также тихо говорит Ким. — Прими душ и ложись спать. Трудный день. Чон кивает, поджав губы. Чонгук осторожно слезает со столешницы, сразу же направляясь в их ванную комнату на втором этаже. Он знает, что Ким все уберет и все вытрет. Именно это и делает Тэхен, возвращаясь на кухню в серых трениках, затем он сворачивается калачиком на диване, прижимая колени к груди, и долго-долго плачет.