Отмеченный луной

      Когда возле дома омеги появилась шайка Кибома с обнаженными клыками, Юнги, тяжело вздохнув, поднялся со своего места. Он сильно переживает за мужа и, кажется, он нашел, на ком выместить всю злость и волнение. Услышав злобное рычание за окном, вожаки выглянули наружу, но их внимание привлекли не новоприбывшие с целью их убить, которых, кстати, было немало, а большой белый волк, что стоял на их защите. Обращённые поочерёдно нападали, но по силе они очень уступали Юнги. Один за одним они валились с ног и убегали, поджав хвосты. Они пробовали нападать одновременно, но белый волк не дал им и шанса на успех, кроме одного момента, когда услышал вой своего омеги, болезненный и жалостливый настолько, что самому выть захотелось. На секунду в его голове промелькнула мысль, что это был последний вой Чимина, что его волчонка больше нет. Быстро отогнав отвратительную мысль, Юнги вернулся в реальность и отбил ещё пару атак. Немного отдышавшись после схватки, альфа снова улёгся возле дома, положив на передние лапы голову. Через некоторое время из дома показались вожаки. Действие отвара закончилось и они снова могли сами постоять за себя. Обрадовавшись такому известию, Юнги быстро обратился вновь в человека, одевшись, побежал убедиться в том, что его муж жив. Выбежав на поляну, альфа увидел, как омега отпустил Кибома живым. Он сильно хромал на заднюю лапу и еле держался, чтобы не упасть. На душе легче стало — Чимин жив. Юнги заметил пристальный, наполненный любовью волчий взгляд, ему хотелось кинуться и обнять израненного черного волка. Но как только он сделал шаг навстречу омеге, увидел, как лидер обращённых, обнажив клыки, несется на Чимина. Юнги кричал срывая голос, бежал со всех ног к омеге, но тот как будто не слышал и стоял на месте, не видя приближающегося убийцу. Омега оборачивается и в одно мгновение клыки впиваются в теплую плоть. Красные струйки крови стекают по шерсти, капая на зеленую траву. Резкая боль и тихий скулеж, челюсти сжимаются сильнее, ещё одно движение и шея волка с громким хрустом ломается. Безжизненное тело большого волка падает на землю орошая траву под собой рубиновой россыпью. Чимин обернулся в последний момент и, собрав последние силы, вцепился в глотку Кибома. Он давал ему шанс уйти, давал шанс остаться в живых, и раз он так бездумно его потратил, омега сломал ему шею. Он стоял над ещё теплым телом, что из волчьего превратилось в человеческое. Юнги в этот момент подбежал к омеге.       — Волчонок, ты как?       Волк только кивнул в сторону дома. Чимин, не обратившись, хромал в сторону своего дома, а Юнги шел рядом. Остановившись перед дверями, омега кивнул альфе, чтобы тот вынес ему вещи. Но как только дверь открылась, все кто был внутри выбежали наружу, рассматривая раненого вожака. Юнги быстро вынес шорты Чимина, единственное, что он нашел на нервах. Приняв человеческий облик, омега быстро натянул предмет одежды, скуля от боли во всем теле. У всех кровь в жилах замерла, на черной шерсти Чимина не было видно крови, но на человеческом теле было отчётливо видно все раны. Ребра расцарапаны до глубоких ран, нога разорвана в клочья, из ран непрерывным потоком хлещет кровь, на подбородке тоже капли крови, но уже не Чимина, а побежденного в схватке вожака обращённых. Омега стоял и, улыбаясь, смотрел на родителей, которые за время его поединка, кажется, постарели на пару лет.       — Кибом — мертв! Можете не переживать, - закончив говорить, Чимин сразу отключился. Юнги быстро подхватил тело мужа и понес в дом обрабатывать раны. Вожаки остались на крыльце с родителями омеги.       — Ваш сын — невероятен! Он достоин быть вожаком, больше, чем кто-либо из нас. - Вожак восточной стаи пожал руку Седжуну. В этот момент из дома вышел Юнги.       — Чимин, в тяжёлом состоянии. Пожалуйста, помогите мне принести нужные травы из дома друида. Нужно скорее обработать его ногу или он останется хромым…       Папа Чимина первым вызвался помочь Юнги, а Седжун с вожаками пошли осмотреть территорию, чтобы выгнать всех обращённых. Юнги со старшим день и ночь сидели возле омеги. Чимин не приходил в сознание, альфа даже спать не ложился, сидел рядом, обрабатывал раны, обтирал влажным полотенцем и молил луну не забирать его волчонка. Только родители Чимина заставляли его поесть или хотя бы немного поспать.       Пошла вторая ночь, как омега лежит без сознания, как Юнги не отходит от него. Луна озаряет своим мягким светом комнату, лучи нежно ложатся на бледное лицо Чимина, Юнги выдохся за последние дни и заснул, облокотившись на кровать, где лежал омега.       — Юнги-я…       Альфа с трудом разлепил глаза и оглянулся в поисках того, кто его окликнул, но кроме него и Чимина в комнате никого не было. Глаза альфы быстро округлились и он повернул голову: Чимин смотрел на него, нежно улыбаясь, на потрескавшихся губах были капельки крови, кожа бледная, а голос был с лёгкой хрипотцой.       — Нальешь воды?