Принц и искусство цветоводства

      Заброшенная цветочная лавка, несмотря на старость, выглядела волшебно. Поросла высокой травой со всех сторон, которая доходила вплоть до чудом сохранившегося навеса на двери. Выбитые окна, невзирая на то что там были куски стекла, не имели кусачий и колючий вид, будто так и должно быть. Выцветшая ткань, на которой раньше витиеватым размашистым почерком нежным розовым цветом красовалась надпись «Биссоннет». Двери покосились от сырости и времени, и ржавые петли чуть блестели, насколько это было возможно. Всё в округе поросло одуванчиками — белоснежное красивое поле, будто по земле стелился живописный утренний туман.       Вокруг не виднелось ни души. Здесь самая окраина королевства, где всё развалено, и никто не живёт. Лет двадцать назад на этом месте ещё жили люди, но вскоре все, как один, перебрались хоть немного ближе к центру. С одной стороны — тут спокойно и умиротворённо, с другой — эта пустынность пробуждала жуткие и тревожные чувства.       Коллингвуд расхаживал взад-вперёд перед «Биссоннет», сцепив руки за спиной. На его поясе болталась небольшая сумка — со стороны казалось, что она пустая.       К королю подкрадывался ужас от осознания, что вокруг него нет ни одного рыцаря, а Крис опаздывал уже на добрый десяток минут.       Чтобы Майкл отвязался, ему пришлось несколько раз сказать, что Коллингвуд справится один и вернётся в целости и сохранности. Флетчер расценивался им скорее как приближённый, нежели подчинённый, поэтому тот и заботился сильнее, но одна ветка отступления всегда была: правитель заставлял его присматривать за Нэйтаном. Стоило уже дать Майклу защиту принца, как единственную обязанность. Проблема могла возникнуть разве что в том, что семнадцатилетний своенравный Нэйтан откажется от личного рыцаря. Вырос на моринвелльских улицах, зачем ему вообще защитник?       Коллингвуд хмыкнул. Нэйтан, всё-таки, ещё совсем ребёнок.       За спиной правителя зашуршала трава и он резко развернулся. Секундный страх сменился облегчением, как только Мэлтон помахал рукой и спустил платок с лица.       Испуг притуплялся тем, что король тоже не был делан пальцем и мог дать отпор. В противном случае поручил бы кому-нибудь из гвардии незаметно за ними следовать, и вообще без охраны бы за ворота не совался.       — Здравствуйте, — Крис слегка поклонился, насколько был обучен, и окинул взглядом заброшенный «Биссоннет». — Я опоздал?       — На двенадцать минут, — Коллингвуд скрыл аккуратные наручные часы под рукавом вязанной кофты. Мэлтон сдавленно извинился, неловко отводя глаза, на что король тихо посмеялся. — Ничего страшного, — правитель ласково улыбнулся.       Оба юноши, ненароком заглянув друг другу в глаза, вдруг осознали, как сильно соскучились за эту неделю. Дни Коллингвуда тянулись невероятно долго из-за количества работы и проблем с ней, а будни Криса быстро сменяли один другой, но обоим удалось успеть истосковаться.       Хотелось больше общаться друг с другом. То ли чтобы больше влюбиться и разбить себе сердце о скалу реальности, то ли для того, чтобы разочароваться и перестать забивать голову.       Эта шляпа принадлежала Королеве Эвелине — его матери — а поэтому вернуть этот головной убор было чуть ли не вопросом жизни и смерти. То немногое, что от неё осталось, и что нынешний правитель хранил как зеницу ока.       — А Вам идёт моя шляпка, — после нескольких секунд гляделок очнулся Коллингвуд. Он уже хотел потянуться рукой к Мэлтону и забрать дорогую сердцу вещицу, но Крис слегка отстранился.       — Могу я отдать её Вам в конце нашей встречи? — Крис немного склонил голову к плечу, надеясь, что шляпка не спадёт. Пальцами он нервно вцепился в ремешок собственной сумки. — Простите.       — Ох, я понимаю. Но привычка сбегать кажется присуща Вам, а не мне, — король вздохнул, складывая руки на груди.       Должно быть, на месте Мэлтона он повёл бы себя точно так же. Доверие присутствовало, но столь надуманное и странное, что лучше им не злоупотреблять.       Коллингвуд предложил прогуляться и даже не стал дожидаться ответа; просто развернулся к Мэлтону спиной и нерасторопно зашагал по безлюдной улице. У них, вроде, достаточно времени, чтобы чуть ли не обойти весь Моринвелл вдоль и поперёк. Рыцарям был отдан чёткий приказ: начинать искать правителя только в том случае, если он не вернётся следующим утром.       Крис быстро поравнялся с королём, приподнимая уголки губ в умиротворённой улыбке. Лишь вдвоём лучше, чем на людной большой торговой улице. Даже молчание казалось каким-то уютным, пусть и ощущалась почти жизненная необходимость послушать голос Коллингвуда.       — Как провели неделю? — предпринял слабую попытку завязать разговор Крис, и король задумчиво надул губы и свёл брови к переносице.       — Очень сомневаюсь, что кому-то можно рассказывать о королевской беготне, — Коллингвуд застенчиво заправил прядь волос за ухо. Все дела оставались во дворце. — Разрешал те дела, которые уже невозможно было откладывать, — правитель неуютно повёл плечом. — Об этом правда лучше не распространяться, так что… — король прыснул смехом и покачал головой. — Хочу послушать про Вашу жизнь, если Вы не против.       — Ох, боюсь, что Вам придётся бороться со скукой, — Крис тихо посмеялся. — Жизнь вора довольно скучная, если забывать про страх перед темницей.       — Вас правда стоило бы заточить, — Коллингвуд почувствовал, как Мэлтон напрягся и быстро поднял руки в примирительном жесте, протягивая их к Крису. — Я не буду этого делать! — Мэлтон облегчённо выдохнул, прижав ладонь к груди. — Я даже сегодня пришёл без рыцарей, запретил им идти со мной, — правитель успокаивающе заглянул Крису в глаза. — Вряд ли я смогу сам насильно запереть Вас в темницу своими руками. Вся сила, которая у меня есть — это власть.       Мэлтону было тяжело, но он смог удержать в себе и не пустить на волю мысль о том, что над ним у Коллингвуда власти несоизмеримо больше, чем над всеми рыцарями вместе взятыми. Не хотелось походить на Майкла, который ради королевской семьи даже в детстве расшибался в лепёшку. У Коллингвуда были защитники. Они могли в любой момент скрутить Криса в рог фавна и глазом не моргнуть.       Их останавливал только сам король.       — Не стоит так шутить, да? — Коллингвуд неловко поджал губы. Он редко общался с кем-то, кто не был в его подчинении и с кем улыбалось неосторожно не следить за словами. Нэйтан, увы, каждодневно пропадал на уроках и в библиотеке.       — Думаю, просто я принял слишком близко к сердцу, — Крис тоже выставил руки в извинительном жесте. — Похоже, просто не могу поверить в то, каким безнаказанным я вышел из воды.       Коллингвуд кивнул. Любой, кто при правлении его отца совершенно незначительно провинился, сразу же отправлялся в темницу или на эшафот. Нынешнему правителю хватало смелости и чести на то, чтобы обрекать на это только признанных преступников, а не всех подряд, на кого лишь упало подозрение.       Крис окончательно успокоился и выдохнул. Коллингвуд правда шутил.       Юноши пошли дальше, стараясь делать вид, будто этот разговор не сворачивал в сторону темницы. Через пару десятков секунд уже не такого уютного молчания, Коллингвуд тихонько стал напевать себе что-то под нос, смотря точно себе под ноги. Крис наблюдал за ним краем глаза, бессовестно любуясь. В голове складывалась мелодия, которую мурлыкал король, и она отдавалась в голове чем-то невероятно знакомым.       — Не напомните, что это за песня? — всё же спросил Мэлтон. Ему не хотелось перебивать правителя, но молчание всё же начинало давить на мозг. Превосходило желание наговориться за всю прошедшую неделю. — Она кажется мне знакомой.       — Хм? Я слышал её в детстве во дворце, — Коллингвуд поднял голову, и его кудри слегка подпрыгнули. — Её сочинила наша кухарка, на кухне насвистывала. Вряд ли эта мелодия могла уйти далеко за пределы состава слуг, знаете ли.       Мэлтон задумчиво сложил руки на груди.       Он никогда не был во дворце, но по рассказам Майкла там чаще всего царила гробовая тишина, если не считать глухого треска ламп, звучных шагов многочисленных гвардейцев и подчинённых, и редких едва различимых голосов на рыцарских постах.       Осознание ударило по голове тяжёлым кузнечным молотом, и Крис ощутимо резко вздрогнул. Король обеспокоенно заинтересованно повернулся к нему. Они лишь вдвоём, поэтому даже такое крохотное движение оказалось замечено.       Мэлтон вспомнил, где он слышал эту мелодию.       Её напевал Майкл, когда только стал ходить на рыцарское обучение. Это отложилось где-то глубоко в сознании, одним из детских воспоминаний, к которым возвращаешься, если тебе случайно ненароком напомнят. Ни до, ни после этого Крис не слышал от Майкла ничего, что хотя бы отдалённо напоминало пение. Должно быть, поэтому и запомнил.       Коллингвуд продолжал немного взволнованно смотреть со стороны. Вокруг Криса очень быстро сгустилась тёмная аура, и в сложившейся ситуации это даже пугало.       — Я её тоже слышал в детстве, — пробурчал Мэлтон и постарался натянуть на лицо улыбку. Он слегка размял шею, чтобы хоть на какую-то часть вытеснить мысли из головы. Сейчас неподходящее время.       — Расскажете? — Коллингвуд обеими руками мягко взял Криса за локоть и потянул на себя, чтобы Мэлтон не угодил в лужу. Король держал гораздо дольше, чем нужно; лужа осталась далеко позади, когда Коллингвуд обратно сцепил руки за спиной.       Крису сложно давались откровения.       Но ощущение тёплых хрупких ладоней на собственной руке подтолкнуло к какому-то краю перед пропастью доверия. Мэлтон быстро убедил себя в том, что эти разговоры вряд ли к чему-то приведут или выльются во что-то большее. А вариться в собственном соку Крису уже порядком поднадоело, стояло поперёк горла сапогом со шпорой.       Король попросил его поведать о своей жизни. И было бы кощунством ему отказать.       Тем более, эта информация страшным секретом под семью замками не была. Не королевская же тайна, в конце концов.       — Мой бывший друг поступил в прошлый набор рыцарского обучения, — по спине Криса пробежали мурашки. Словосочетание «бывший друг» в мыслях не звучало так неприятно. — Я слышал эту мелодию от него. Давно, в детстве ещё.       Коллингвуд вновь уместил одну из ладоней на локте Криса. Только теперь не чтобы защитить от возможной простуды, а просто молча поддержать. Вокруг Мэлтона всё ещё витала незримая тёмная энергия, но король, кажется, был в силах её разогнать. По крайней мере, ему очень сильно хотелось попробовать.       — А почему «бывший» друг? — спросил Коллингвуд, мягко пытаясь заглянуть Мэлтону в глаза. Отчего-то хотелось смотреть в эти травяные поля, под одним из которых красовался шрамик.       — У него появился новый лучший друг во дворце, — Крис вздохнул. Он взглянул на короля и благодарно тоскливо приподнял уголки губ. — И он просто молча, не предупреждая ни о чём, перестал появляться. Бросил меня, — Мэлтон опомнился, а его улыбка приобрела мягкие черты. — Не волнуйтесь. Это уже давно прошло, всё в порядке. А то звучу, будто это произошло только вчера и мне невероятно жаль.       Правитель покачал головой и мягко провёл кончиками пальцев по руке Мэлтона. Крис просиял.       — Если назовёте имена, я могу даже немного вмешаться в ситуацию, — Коллингвуд подмигнул и тихонько рассмеялся. Обоим очевидно, что король ничего не может с этим сделать, но просто ищет возможность увидеть ещё более искреннее счастье в лице напротив. Настроение Криса от этого на самом деле улучшалось.       — Майкл Флетчер, — назвал Мэлтон первое имя, и король удивлённо и отчасти виновато прикрыл рот свободной ладонью. Теперь ему стало понятно, почему Майкл так странно себя вёл при виде Криса и даже не поднимал взгляд от каменной уличной кладки. Мэлтон жестом показал, что всё в порядке, и Коллингвуд неслышно выдохнул. — И… фамилию я его не знаю, Майкл не упоминал, но… его звали Джереми. Джерри, — Коллингвуд сначала дрогнул, но затем отвёл взгляд к небу, будто вспоминая.       — Никаких Джереми в моём рыцарском составе нет, — король сложил руки на груди, одну ладонь уместив на подбородке в задумчивом жесте. — Хотите, организую Вам с Майклом встречу?       — Ох, поверьте, это был бы самый глупый разговор в мире, — Крис хмыкнул. Новость о том, что тот треклятый Джереми, из-за которого жизнь Мэлтона начала трещать по швам, провалил рыцарское обучение, эгоистично согрело душу. — Я бы поговорил с ним, если бы знал, о чём. Так что всё в порядке. Стоит ли ворошить прошлое, которое уже не изменить?       Крис специально умолчал самую болезненную часть истории, которая произошла уже после того, как Майкл исчез из его жизни. Это тёмное пятно его прошлого должно принадлежать только ему.       Коллингвуд отрицательно помотал головой, задумчиво вглядываясь в каменную кладку под ногами. Он слегка по-детски перешагивал трещинки между старыми плитками непохожих цветов и размеров.       Месяц назад Майкл себе места не находил из-за того, что произошло. Флетчер тогда по приказу Коллингвуда увязался за Нэйтаном, который выискивал на базаре какие-то безделушки. Король уверил Майкла в том, что с ним всё будет хорошо, если всего несколько мгновений он тихо и мирно постоит у книжной лавки, у которой вообще никто не ошивается. Да и сам правитель после того, что случилось, будто заморозился в трансе. Коллингвуд мало помнил, что именно говорил Майкл, когда обнаружил его у каменного невысокого здания. После бегства Мэлтона король опирался спиной о ближайший забор, обернувшись вполоборота к улице и всё ещё пытаясь высмотреть юношу вдалеке. В его руках лежала закрытая книга, которую он сжимал в худых изящных пальцах. Король совершенно не понимал, что произошло и жалел лишь о том, что не успел удержать Криса, да и вовсе не имел возможности.       С того момента уже прошло достаточно времени, чтобы мысли в голове Коллингвуда успели разложиться по полочкам.       Уже теперь, когда Мэлтон рядом, не пытался убежать и покорно шёл следом — в голове опять каша. На месте Криса он бы, наверное, невероятно сильно боялся даже высовываться из тёплого убежища, где никто не тронет.       Не то, что идти с королём по безлюдной улице.       Хотелось поговорить о том, что случилось. О долгом разглядывании друг друга, невозможности пошевелиться, улетучившемся страхе и нежном стремительном поцелуе. Да уж, хотелось, но о последнем было неловко и странно даже заикнуться. Это не то, что стоило обсуждать, пока они не так хорошо знали друг друга.       — Ой, эм… — спохватился Коллингвуд. Крис непонятливо прищурился. — Спасибо, что рассказали.       Мэлтон пару раз удивлённо моргнул. Где-то на подкорке сознания он понимал, за что король его поблагодарил, но на поверхности была только мысль о том, что ему никогда не выражали признательность за болтовню о самом себе. Да и за любые разговоры в целом.       Эти слова отдавались непривычным и тянущим чувством где-то в груди. У самого Криса была готовность благодарить правителя за каждую секунду, проведённую рядом. Мэлтон уверен, что из-за столь разных статусов подобное счастье долго не продлится; они будут видеться редко и мало.       Оба юноши погрузились в мысли. Коллингвуд глядел по сторонам — он редко бывал в заброшенной части королевства. Если и захаживал, то с охраной под ручку, когда Нэйтан пару раз уходил из дворца без предупреждений. Коллингвуд не замечал, как здесь красиво и чарующе. Атмосфера того, что раньше тут были оживлённые шумные улицы, заполненные существами разного толка и вида, а теперь на том же самом месте будто вообще другой мир.       Когда они проходили мимо очередного дома, король с любопытством протянул к нему руку, проводя ладонью по зарослям высокой жёсткой травы и слегка одёргиваясь от колющего ощущения. Ему лишь несколько раз в жизни выдавалась возможность погулять за пределами дворца без охраны.       Предыдущие разы проходили в гордом одиночестве.       Мэлтон же не обращал внимания на то, что происходило вокруг. Просто шёл чуть поодаль позади Коллингвуда, наблюдая за тем, чтобы у него всё было в порядке, и он не угодил в какую-нибудь лужу.       В голове у обоих крутилось достаточно много мыслей, но юноши не находили в себе силы на то, чтобы сосредоточиться. С одной стороны, хотелось задать невероятное множество вопросов; с другой — нарушать молчание, перебиваемое сейчас только шелестом травы и треском сверчков, не было ни малейшего желания. Коллингвуд понимал, что у них ещё достаточно времени, чтобы обсудить абсолютно всё на свете, а Мэлтону просто думалось, что незачем забивать беззаботному королю голову.       У правителя куча дел, которые ему явно не по душе. Пусть отдохнёт.       Небо медленно розовело и, увидев это, король чуть взволнованно выдохнул. Ему хотелось вернуться во дворец до наступления темноты, но в таком случае придётся миновать сквозь людные улицы в то время, когда народ будет расходиться по домам. Коллингвуд любил Моринвельцев, но опасался затеряться в толпе без охраны.       Правитель шумно ахнул, вдруг вспомнив о том, что в прошлый раз произошло на торговой улице.       — Я могу Вас попросить кое о чём? — Коллингвуд развернулся к Крису, ещё пройдя пару шагов спиной. Король жалостливо свёл брови к переносице, когда Мэлтон наконец-то кивнул. — Нэйтан попросил у меня помощи для… Юджина, — правитель запнулся, вспоминая имя фавна. — Вы, кажется, знакомы с ним. У меня нет столько времени, чтобы искать на базаре нужные травы…       — Я помогу, — даже не дослушав, согласился Крис. Если он может сделать что-либо, что облегчит жизнь Коллингвуда хотя бы на одну просьбу, то Мэлтон готов взяться за что угодно. — Найду ребят и всё разузнаю.       Мэлтону пришлось непонимающе нахмуриться, а его самого дёрнуло, когда Коллингвуд беззлобно нежно рассмеялся, прикрыв рот ладонью. По нему было видно, что правитель изо всех сил пытался сдержать порыв смеха, но у него не вышло.       — Извините-извините, — отдышавшись, Коллингвуд помахал руками. — Я ценю, что Вы без каких-либо указаний готовы выполнить любую мою просьбу, — король шутливо поклонился, как обычно это делали дамы: развёл руки, будто они лежали на юбке пышного платья, и чуть согнул ноги, стоящие в четвёртой позиции, затем пружинисто выпрямляя их обратно. — Но, может, дослушаете?       — П-простите, — стушевался Мэлтон, перебарывая желание натянуть бандану на лицо и провалиться сквозь землю.       — Всё хорошо! — уверил правитель. Из его рта вырвалось ещё пару смешков. — Просто я понимаю, что, если не дать Вам условия, Вы ограбите ради этого несколько торговцев, — Крис покачал головой, молчаливо соглашаясь со словами Коллингвуда. Король открыл сумку и, мимолётно заглянув туда, достал льняной небольшой мешочек и какой-то листок бумаги. — Здесь список нужных целебных трав и деньги на них. Кажется, их должно быть достаточно, — правитель вложил то, что держал Мэлтону в руки, специально не касаясь его ладоней. — Нэйтан попросил, чтобы по возможности они не узнали, что это от него. Так что я сразу подумал про Вас.       Крис неспешно убрал всё, что ему отдал Коллингвуд, в сумку. Сам правитель внимательно наблюдал за руками Мэлтона, но тактично промолчал и отвёл глаза — странное чувство, когда взгляд задерживался так надолго. Король лишь вздохнул и слегка отвернул голову.       После такого быстрого согласия Криса на просьбу о помощи, у короля исчезли всякие сомнения в том, что Мэлтон сделает всё, что от него зависит, даже в лепёшку расшибётся. До этого закрадывались опасения, что Крис просто присвоит себе деньги.       — Сами мне отчитаетесь, или нужно будет у Вас переспрашивать? — спросил Коллингвуд, склоняя голову к плечу. — Просто сомневаюсь, что Вы успеете до нашей следующей встречи.       — До нашей… — Крис замолк. Он явно не ожидал, что король первый заикнётся о том, что они увидятся вновь. Мэлтон чувствовал себя полным дураком, видя перед собой очаровательное лицо Коллингвуда, который столь нежно улыбался. — Когда мы встретимся снова?       — Если Вы не возражаете, то я хотел бы встретиться завтра, — правитель задумчиво надул губы, складывая руки на груди. — Хотя придворный астролог обещал дождь… Если для Вас это проблема, тогда придётся… — Коллингвуд недоговорил, потому что Крис помотал головой. — Замечательно!       Мэлтон подумал, что на свете не существует ничего теплее и уютнее, чем тихий смех Коллингвуда. Король был таким очаровательным и прекрасным, что Крису просто хотелось находиться рядом с ним. Наблюдать, запоминать.       Ему очень хотелось верить, что такой светлый человек не может легко развернуться и бросить его.       Крис плавным неспешным движением снял шляпку со своей головы и на обеих руках протянул её правителю, слегка придерживая большими пальцами за края. Коллингвуд переводил вопросительный взгляд с вещицы на Криса и обратно.       — Вам уже нужно идти?       Голос короля слегка дрогнул, а он сцепил руки в замок и прижал их к груди. Он поджал губы и жалостливо свёл их к переносице — рисовалась надежда, что Крис хотя бы проводит его до более-менее людной части королевства.       Мэлтон в отрицательном жесте легко нахмурился и осторожно устроил шляпку на голове Коллингвуда, немного резко отстраняя руки. Крис хотел восхищённо выдохнуть, но вовремя опомнился.       Янтарные глаза смотрели в травяные, но теперь без капли страха.       Они не знакомы, но легко доверяются. Они не знакомы, но хотят быть рядом часами и днями напролёт.       Они не знакомы. И знают, что лучше не становиться ближе.       Коллингвуд первым отвёл взгляд и шмыгнул носом. Он слегка поправил шляпку и прильнул руками к сумке, лишь со второго раза застёгивая пуговицу на ней.       Путь до дворца прошёл в полном молчании.       Коллингвуд думал о том, что нельзя попадаться на глаза младшему брату, который наверняка станет расспрашивать, где он пропадал и что случилось. Мэлтон же думал о том, что было бы безумной идеей заночевать под окнами дворца.       Лишь перед тем, как скрыться за воротами, король назвал место и время завтрашней встречи, хотя оба уже не были полны уверенности, что стоит приходить. Если ещё сильнее привяжутся — будет в разы хуже.       На грустную вымученную улыбку, которую бросил король на прощание, Крис не смог выдавить ответную. Он лишь поднял руку и совсем незаметно ей помахал.       Они обязательно придут завтра в назначенное место в назначенное время. Романы научили их слушать сердце, а не здравый смысл.