Глава 13
4 ноября 2022 г., 16:00
Выезд в четыре часа утра — не самая лучшая идея, которая когда-либо посещала голову короля.
Он успел себя возненавидеть за это решение уже миллиард раз. Выспаться ему не удалось — ожидаемо засиделся за рабочим столом, разбирая обращения горожан. Лукаво Коллингвуд подумал, что мог бы и подольше побыть с Мэлтоном при таком раскладе.
Король вихрем собирался, при этом опасаясь разбудить Нэйтана. Тот явно просто так от него не отстанет и задержит выезд хотя бы на полчаса. Майкл мирно стоял у двери в покои принца, готовый в любой момент его остановить, чтобы тот не побежал за королём сломя голову.
Коллингвуд чуть задержался у зеркала — огромная жёлтая кофта, растрёпанные мешковатые штаны с широким поясом, старые туфли с острыми носами, и мамина соломенная шляпка. Он выглядел так всегда, когда выходил за пределы дворца, даже при необходимости садиться в карету.
Только одна деталь в нём была не такой обычной.
Король невесомо провёл кончиками пальцев по кулону на шее. Казалось, что он мягко светился нежным розовым светом, но это наверняка лишь разыгравшееся воображение Коллингвуда. Подумав пару мгновений, правитель упрятал кулон под кофту, едва ли шумно выдыхая от холода, что коснулся кожи.
Коллингвуду хотелось, чтобы этот небольшой подарок оставался в секрете. Всё, что связано с Крисом, должно быть известно лишь им двоим. Как нечто запретное и затаённое, никому не дозволенное, даже им самим.
Оглядев себя ещё раз, король заправил выбившиеся пряди за ухо и быстро спустился вниз по лестнице. В фойе первого этажа его уже ждали сопровождающие рыцари, а на улице, наверняка у самых ворот, стояла карета.
Правитель только сошёл с лестницы, собираясь выйти за пределы дворца и уехать, как за его спиной раздались стремительные быстрые стуки каблуков.
— Я за старшего? Я же за старшего? — Нэйтан пронёсся вниз по лестнице, пропуская по одной-две ступени за раз. Остановившись на четвёртом выступе от конца, принц схватился за перила и наполовину свесился вниз. — Скажи, что я за старшего!
Король жестом показал сопровождающим рыцарям остановиться и развернулся к брату, тяжело вздыхая. Нэйтан нагло лыбился и ждал только положительного ответа — он уже полностью опёрся на перила, теперь по-детски болтая ногами в воздухе.
Именно поэтому нельзя было, чтобы принц проснулся раньше обычного. Король не удивился бы, если узнал, что Нэйтан специально ради этого даже не засыпал — перестал клевать носом, как только услышал за пределами покоев возню.
Правитель мысленно досчитал до десяти.
— Нэйтан, ты не за старшего, — правитель выделил отказ настолько сильно и строго, что гвардеец, стоявший у лестницы, вздрогнул. Когда злился король, страшно становилось всем, кроме Нэйтана. — На тот месяц, что я буду в отъезде, нет необходимости оставлять кого-то «за старшего». Тем более, ты ещё ребёнок.
Принц от возмущения шумно вдохнул и хотел затараторить миллион аргументов в свою пользу, которые и свечи не стоили, но потерял равновесие и перекувыркнулся через перила.
Правитель сжал и разжал кулак. Нэйтан ведь просто ребёнок.
— Ты в порядке? — король протянул брату руку, помогая встать. Тот сразу же отряхнул с себя пыль, по-мальчишески подскакивая на месте.
— Скажи, что я за старшего, — снова заладил Нэйтан, сложив руки в умоляющем жесте и сгибая колени, чтобы быть хотя бы на одном уровне с королём. Вымахал под два метра ростом. — Мне уже семнадцать, я уже могу принимать важные решения, правда! У нас ведь разница всего пять лет!
Король цокнул языком и закатил глаза. Он сложил руки на груди. Правитель и так уже опаздывал к выходу, а Нэйтан ещё и не собирался отставать. Если надо будет, он и за каретой побежит.
— Если случится что-то невероятно страшное, то ты за старшего, — король кивнул для пущей убедительности. — Так согласен?
— Например?
— Как минимум, нападение со стороны другого королевства.
Нэйтан быстро закивал и звонко засмеялся. Правитель поднял руку и растрепал золотые мелкие кудри.
Король поднял взгляд на Майкла, который всё это время стоял на втором этаже и наблюдал за ними из-за перил. Флетчер молча кивнул — знал, что Нэйтан полностью на нём, и его голова покатится по площади, если с принцем что-то случится.
Вероятность нападения равнялась нулю. Моринвелл — маленькое королевство, которое не лезло в дела других государств. У них не было врагов, и совершенно не предвиделось. Даже визит правителя в соседнюю Треллию был ради того, чтобы погулять на свадьбе местной королевы — всего лишь жест приличия, пусть и важный.
Как минимум месяц в Треллии обещал быть невероятно скучным и лицемерным.
Когда за спиной Коллингвуда закрылись ворота дворца, а затем и двери кареты, он смог с облегчением выдохнуть. Полторы недели в пути — то ещё удовольствие, но хотя бы удастся полностью освободить голову и разложить все спутанные мысли по полочкам. А раскладывать было что.
Карета тронулась, а король подпёр голову ладонью, самым краем глаза выглядывая в широкое окно. Оно скрывалось за тёмными занавесками, но зазор между ними всё же был. Главное, чтобы самого короля нельзя увидеть с улицы. В сопровождении кареты было ещё несколько рыцарей на лошадях, но они следовали где-то позади и не отвлекали внимание.
Когда они проезжали у побережья реки, Коллингвуд неосознанно сильнее отодвинул шторку, нагло наблюдая за тем, что происходило вокруг. Мэлтон рассказывал ему, что живёт где-то у реки, и теплилась надежда увидеть его последний раз перед отъездом. Даже через окно кареты.
Щёки правителя кольнул румянец, стоило ему подумать о том, как он хлопает дверью кареты, мимолётно целует Криса и всё же уезжает. Это будет жестоко для них обоих, пусть и рисовалась романтичная красивая картина.
У этих чувств не было никакого будущего.
Коллингвуд задёрнул шторку обратно резким движением, когда в самом деле увидел Мэлтона на берегу реки. Тот встречал и провожал взглядом карету, ведь знал кто в ней и куда направлялся.
Сердце заколотилось быстрее. Крис тоже хотел увидеться с ним ещё раз перед самым отъездом.
Они успели встретиться взглядами. Кажется, в голове правителя навсегда отпечатались эти обречённые прощающиеся зелёных глаза. Появилась надежда, что Мэлтон отпустит и забудет его за этот долгий месяц — у самого Криса гора с плеч спадёт, а королю не придётся умолять его оставить.
Король знал, что Мэлтон почти что полностью переехал в хижину в лесу, проводя там всё время. В убежище на севере он возвращался крайне редко, объясняя это тем, что в компании веселее, а средь каменных стен у реки пронзал холод. Крис пришёл сюда, чтобы попрощаться.
Правитель услышал какую-то болтовню со стороны кучера, которая выдернула его из этой тягучей атмосферы. Чёрт.
Коллингвуд лишь отмахнулся, нахмурившись. Он спешно достал из сумки книгу, желая погрузиться в другой мир.
Разложить в голове всё по полкам — хорошая идея. Но гораздо проще сказать, чем сделать.
Чувство влюблённости горело невероятно сильным пламенем, но король не мог себе это позволить. Было бы в бесконечное количество раз лучше, если Коллингвуд без памяти влюбился бы в какую угодно девушку. Никаких проблем.
Его же угораздило влюбиться именно в Мэлтона. В человека, который появился в его жизни стремительной молнией, вспыхнув и исчезнув, но остался вечными хлопьями снега в ледниках — красивыми, успокаивающими, но обжигающе холодными. Коллингвуд понимал, что в случае чего этот снегопад поглотит его, не оставив за собой ничего.
Король даже знал, когда это произойдёт. Сразу по возвращении их ждал серьёзный разговор, который до тех пор Коллингвуд старательно оттягивал.
Ему надо было признаться Крису. Жаль лишь, что не в собственных чувствах.
Правитель мог приказывать кому угодно, но только не своему сердцу. Он бы с радостью заставил самого себя разлюбить Криса, но никаких сил мира не хватит на это. Насильно перестать любить невозможно — словно вырвать сердце из груди, лишь бы оно не билось чаще от одного упоминания Мэлтона.
Коллингвуд, стараясь сосредоточиться на тексте книги, неловко потёр шею и подавил в себе ругательство. Одного только касания к злосчастному шнурку хватило, чтобы буквы перед глазами опять запрыгали и поплыли.
Чем сильнее правитель старался отвлечься, тем хуже у него это получалось.
В голове проносилось множество мыслей: начиная с той, что после поездки в Треллию надо резко прекращать всякое общение с Мэлтоном, заканчивая несбыточной мечтой с ним же сбежать, куда глаза глядят. Последняя была гораздо приятнее и развивалась куда красочнее — фантазия Коллингвуда рисовала великолепные картинки, как они с Крисом жили где-то далеко от Моринвелла, где их никто не знал и не будет искать. Мирная жизнь вдвоём, без каких-либо забот и ответственности за целое государство.
Эта мечта разбивалась о жестокую реальность, где Коллингвуд являлся королём, на плечах которого лежала искренняя забота о каждом жителе Моринвелла, кроме него самого.
Король несмело выглянул, замечая вдали крохотный силуэт Мэлтона. Должно быть, сам Коллингвуд на его месте тоже был бы не в силах просто уйти. Тоже наблюдал бы за уносящейся вдаль каретой.
Правитель опустил взгляд на книгу на своих коленях. Кажется, что-то про пленённых принцесс, злых огнедышащих драконов и отважных рыцарей. Таких книг сотни, но Коллингвуд продолжал их читать. Там всегда счастливый конец.
Принцесса и рыцарь влюбляются с первого взгляда, как только повержен ужасный дракон. А затем треклятое и злополучное: «И жили они долго и счастливо».
Коллингвуду тоже хотелось этого загадочного «долго и счастливо».
Поездка в Треллию уже проходила невообразимо сложнее, чем он мог предположить.
