Душа или что изменит один оставленный в живых человек?

Холодный ветер из окна. Мурашки, незамеченные мозгом. Поток мыслей, кричащий в голове, и страх. Колючий и ледяной. Щиплящий грудь изнутри. Лира давно не испытывала ничего подобного, как в те жуткие времена её молодости. Слезы, молитвы, проклятья, чёрная вуаль и серая форма королевских стражей. Любовь к королеве и стране улетучилась также быстро, как промелькнуло маленькое тельце, распластавшееся на дне ущелья. И никто не помог… «Слава королеве! Браслеты не делают вас неубиваемыми, милочка. В этой ситуации уже ничего не попишешь. Даже в нашем процветающем Арагоне врачи не всесильны. Лучше бы за собой следили!» - недовольно пробухтела женщина из пункта выдачи, изымая браслет, и закрылась на обед. Вся вера в проповеди на новостном канале и в светлое будущее распалась на части, как распалась до этого дружная семья. Всё стало таким, каким есть сейчас. Время, казалось, стояло на месте. Часы тикали с промежутком в вечность, но кофе остывал стремительно быстро. Уже пятая чашка за ночь выливалась в раковину. Чайник вскипал, остывал, забытый задремавшей на столе Лирой, и, достигнув комнатной температуры, вновь вскипал. Да и был ли он так нужен? Этот кипяток, этот гранулированный кофе, производимый не понятно где и кем, это мерное постукивание ложки по стенкам чашки? Лира не придавала этому значения. Королевские стражи уехали к часу, так ничего и не найдя. Ночь сразу не задалась и до рассвета Лира не смыкала глаз, а если и засыпала, то не замечала этого. Она перевернула всю комнату сына вверх дном, пытаясь найти причину его ухода. Своей же причастности к этому она не видела или не хотела видеть. Ближе к половине третьего Лира нашла тайник под доской в полу, вытащила обвёрнутую в газетную бумагу толстую тетрадь – дневник Джереми. Последняя запись была свежей: «Больше не могу находиться в этом доме, она словно коршун вечно летает надо мной, следит за каждым шагом, пытает контролировать каждый вздох. Не могу больше здесь оставаться, лучше повешусь, чем смирюсь. Не знаю куда, но точно уйду завтра. Лучше где угодно, только не здесь». Лира перелистывала страницы, пробегалась глазами по строчкам. Записи пестрели восклицательными знаками, прописными буквами, зачёркнутыми строчками. Даты были намешаны так, словно Джереми открывал тетрадь на первой попавшейся странице. «Она опять наказала меня!» «Совсем меня не слышит!» «ЧТО Я СДЕЛАЛ НЕ ТАК?» «Я весь день учу эти правила, а она только кричит.» «Мам, пожалуйста, перестань ругаться на папу!» «Когда в последний раз, я выходил на улицу?» «Так сложно спросить, как я?» «Я пытаюсь её понять, но не могу.» «Сколько дней я уже сижу в комнате?» «Чем я провинился?» «Мамочка, ХВАТИТ!» Лира сжала тетрадь в руках. Страницы скрипнули под её пальцами, смялись. Сама не понимая, что делает, она вырывала лист один за другим, комкала и откидывала в сторону. Лира толком не видела слов, косых строчек, громких выкриков на бумаге за пеленой слёз. Она не могла принять такого. Она не плохая мать! Она столько сделала ради Джереми, стольким пожертвовала! Да, Лира не была роботом, она тоже злилась, но он не может так о ней говорить! Капли упали на последний уцелевший тетрадный лист, на детский рисунок. Семья: мама, папа и брат с сестрой. Все улыбались, обнимали друг друга. Рисунок был не таким старым, Софии тогда уже не было. - Он помнит её… Лира протёрла глаза и заметила надпись корявым детским почерком: «Ты не любишь меня, потому что я её не спас?» Она смотрела на рисунок, неровные буквы до тех пор, пока перед глазами всё вновь не расплылось. Лира бросилась собирать листы, разглаживать их, складывать в картонный корпус тетради. Это были чувства и переживания её ребёнка… которыми ему не с кем было поделиться. Всё это время они винили себя за одно и тоже. Лира не помнила, как спустилась на кухню, и оставшуюся ночь помнила смутно. Она знала только, что безуспешно звонила Джереми и листала его дневник, вчитываясь, вспоминая, как видела происходящее сама. Ближе к пяти утра Лира окончательно уснула, сложив руки на тетради. Утром Асатур ушёл на работу, оставив мимолётное прикосновение губ на макушке жены. Бессмертие никому не приносит лишнего времени. Каждый убеждается в этом сам. Проснулась Лира ближе к обеду и недовольно размяла мышцы. Умывалась и завтракала она словно к дрёме. Толком не понимая, что делает, жевала тост с арахисовой пастой, который ей по-доброму приготовила уже запылившаяся кухонная станция, и слушала выпуск новостей. Лиру совсем не удивило то, где она проснулась и когда, то, что она не будила с утра Виктора и Джереми, то, что ничего от них не слышно. Она словно перенеслась на десятки лет назад и была одинокой студенткой, проспавшей пары. Лира по привычке потёрла руку у браслета, отхлебнула чай и вздрогнула, чуть не выплюнув его. Проморгавшись, уставилась в телевизор. На экране мелькали кадры парада, площади, восхваляющей Арагон королевы. Они плавно сменились на запись из передвижной студии, пролетающей над площадью. Дикторша в строгом костюме, явно из первичных, с улыбкой рассказывала о событиях прошедшей недели, о раскрытии ещё одной подпольной больницы, проводившей опыты над арагонцами. На руке девушки синел браслет, такой лишний, выделяющийся. Кроме этого, Лира не заметила ничего странного, пока выпуск новостей не сменился экстренным оповещением. Мужчина в военной форме, стоящий в своём относительно чистом кабинете и с ещё горящим экраном телефонной панели, встроенной в стол, рассказывал о пропаже человека. На экране высветилась фотография парня со светлыми кудряшками. Фотография старая, сделанная пару лет назад, Лира узнала её. «Если вы увидите человека, похожего на этого парня, немедленно позвоните в наше отделение полиции, по номеру 999. Даже если вы обознаетесь, вы не понесёте наказания». Военный ещё что-то рассказывал, про пропавшего парня, систему здравоохранения в Арагоне, но Лира его не слушала. Она упорно пыталась понять, кто мог позвонить в полицию, тем более, судя по записи, звонок поступил ночью. Да и кто ещё знал о побеге Джереми? Лира бросила взгляд на дневник сына и зажала рот рукой. - Неужели… это я? Духи! Что я наделала? Если его найдут? Нет. Когда его найдут, что с ним сделают? Да его же казнят! Отправят за стену. А это смерти хуже. О Духи, что мне делать? - Во-первых, успокоиться. А во-вторых, думать в следующий раз головой. - Ты-то что здесь делаешь? Опять пришёл мне жизнь портить?! – Лира резко развернулась и безумным взглядом уставилась на гостя. Спустя мгновение, раздался звон сбитой косой чашки. Лира устало понаблюдала, как робот-пылесос жужжит, подбирая насадку, и вновь подняла глаза.– Выметайся. Из моего. Дома. Хватит. Достаточно. Допомогался! Видеть тебя не хочу больше. Каждый раз, когда ты приходишь, происходит что-то ужасное. Не хватало мне ещё, чтобы королева, опять увидев след твоей энергии в моём доме, опять притащилась сюда! Кто за этим следит вообще? Что она от тебя хочет? Чем ты ей жизнь-то подпортил? Хотя, какое мне дело? У меня ребёнок пропал из-за тебя! Ребёнок мой! Понимаешь?.. Хотя что ты понимаешь вообще, у тебя и детей-то не было никогда. Николас вяло ухмыльнулся и пропал. Лира замерла и прислушалась. Мысль о том, что принц мог обидеться, даже не появилась – слишком несвойственно ему это чувство. Он всегда знал всё наперёд. Определённого объяснения Лира не видела, так как ни одно из них не могла доказать: она не бывала призраком и никогда не спрашивала Николаса про дар к предсказаниям. Лира ждала и попивала кофе, приготовленное сообразительным кухонным блоком сразу после исчезновения принца. Робот-пылесос жужжал у ног, переваривая осколки. «Кажется, когда-то у него было имя. Когда-то мы гладили его по корпусу и чесали пузико», - вспомнила Лира и потянулась к роботу. Едва её пальцы коснулись корпуса, как в гостиной что-то упало, она резко отдёрнула руку и, подскочив, устремилась на шум. Пылесос едва успел увернуться от ног, поднырнув под стол, и непонимающе обменялся волнами с кухонным блоком. В гостиной действительно что-то упало, точнее кто-то упал, а если ещё точнее, то, войдя в комнату, Лира застала лежащего на полу у дивана Николаса. Принц встрепенулся, заметив её, перевернулся на бок и подпёр голову рукой, улыбнувшись. Лира лишь вздохнула и грациозно присела рядом. Она догадывалась, что произошло, буквально вчера стражники передвинули диван где-то на полметра, видимо Ник не рассчитал это, когда материализовался, но говорить об этом не стоило. - Я тут покопался в небесной канцелярии, и узнал кое-что на твоего сына. Знаю теперь, где он будет через пару дней и расскажу тебе. Но! Пообещай найти там кое-что и передать мне. Лира кивнула, не успев даже понять с чем согласилась. Николас усмехнулся такой реакции, но ничего не сказал. - Подожди, - Лира потёрла лоб и нахмурилась. – Что я должна найти и почему ты сам не можешь это забрать? Ты же можешь оказаться где угодно и когда угодно. Так зачем тебе я? - Там я не могу. Что-то вроде барьера не пускает, - предостерегая вопрос, Ник продолжил. – Но я точно знаю, что там то, что мне нужно. Фамильное украшение (серебряное кольцо, если быть точнее), пропавшее вместе с бабушкой. Не знаю, забрала ли его она или это был кто-то другой, но оно точно там, в таверне. - В таверне?! Хочешь скачать твоё семейное серебряное кольцо находится в таверне? - Да, в «Лесной Ведьме. Но это не просто таверна! По крайней мере, не такая, какой ты привыкла её видеть, и… - Я в целом не привыкла видеть таверны. Как она ещё существует? Или её роботизировали? - Не знаю, я не был внутри. Лира задумалась. Она уже решила, что пойдёт на это, но оценивала риски. Стащить кольцо из таверны не сложно, на первый взгляд. Но его нужно найти. Вряд ли владелец оставит такую не самую дешёвую вещь на видном месте, а рыться в тайниках. Лира не была готова к этому. Тем более её могли застукать, обвинить в воровстве, а дальше исправительные работы. Тем более, что Джереми всё ещё в городе и его можно найти по-другому. Например, попробовать связаться с Дейманом. - Точно! Лира подскочила и быстрым шагом пошла за телефоном. Позвонила контакту «Дейман» и закусила губу, постукивая пальцами свободной руки по столу. Спустя пару гудков, в трубке послушался знакомый голос. -«Что стряслось?» - Почему сразу что-то стряслось? Я просто не могу позвонить и узнать, как у тебя дела? - «Раньше ты этого не делала… Ладно, у меня всё нормально. Работаю. Ты как?» - Выглядело всё так, словно Дейман не хотел рассказывать о себе (возможно всё так и было), но Лира знала, что дело в прослушке. Слишком многим он рисковал, описывая свою работу. - Как всегда дома сижу. Видел новости? - «Ты же знаешь, я их не смотрю» «Легче открыть книгу со сказками. Там ты хоть знаешь, что тебе врут», - Лира прокрутила в голове слова Деймана, которые он говорил раньше, когда она спрашивала, что не так с новостями. - Да, извини. - «Ничего страшного»,- судя по звуку Дейман что-то печатал на ноутбуке. - Я хотела спросить. Вчера Джереми собирался к друзьям на ночёвку, но они сказали, что он не пришёл. Он не у тебя? - «У него нет друзей. И он не у меня», - Врач всё так же стучал по клавишам. - Почему ты так спокоен? – Лира едва держалась, чтобы не расплакаться и не накричать на Деймана. - «Потому что ты мне врешь. Вы поссорились вчера». - Тебе Асатур сказал? - «Джереми. Он позвонил мне. Всё, что я могу сказать, это то, что он в порядке. Больше я ничего не знаю» В трубке послышался скрип двери и женский голос. «Он пришёл в себя», - сказала это, по-видимому, медсестра. - «Спасибо, Сара. Я сейчас приду, - заскрипело кресло, Дейман принялся чем-то шуршать, - Я сейчас занят, поболтаем позже». Лира обречённо опустила руку и вздохнула. Видимо ей придётся искать это серебряное кольцо, рискуя жизнью. Робот-пылесос жужжал у ног. Лира нагнулась чтобы его погладить, но телефон вновь зазвонил, и девушка не глядя ответила. - Да, Ас, - она поглаживала робота по корпусу, а тот издавал звучи, похожие на урчание. - «Извини, если отвлекаю, у меня важная информация. Ты одета?» Лира осмотрела свою смятую сорочку и пожала плечами. - В целом, да. Что случилось-то? - «Не знаю, что произошло дома, но к тебе едет стражник королевы. Советую привести себя в порядок».