Реквием

Её с ним связывает длинная история из прошлого. Аматэрасу для него лучик света и надежды. Только ей он может открыть себя настоящего и не бояться осуждения. Она для него самое дорогое, что есть на свете. — Ты ведь знаешь, что тебе не позволят сойтись с простой девчонкой, которая играет на два фронта, — заведя руки за спину, Гараки принялся расхаживать по кабинету. При одном воспоминании о том, что он совсем недавно делал с подопытным и может сделать с Аматэрасу, по спине парня пробежали мурашки. — Тогда я уйду, — пряча напряжение, ответил Даби. Дрожь от злости во всём теле грозила тем, что он не сможет контролировать силу. Она не должна быть в такой опасности. И, если ситуация ухудшится настолько, что она вполне сможешь умереть, он уйдёт вместе с ней из Альянса. Он не может потерять её ещё раз. Она — его личное солнце, и без неё ему нет смысла дальше жить. В минуты отчаяния и сомнений он всегда вспоминал её лицо, голос, запах и сжимал в ладони кулон. Это придавало ему сил, и он продолжал искать её. Когда же она появилась на пороге бара вместе с Томурой, Даби одновременно благодарил и проклинал высшие силы. Они снова встретились, но он ввязал её в опаснейшие разборки. И всё же, с ней он счастлив. — Ты ведь понимаешь, что эта добрая и скромная девушка так осталась бы «серой мышью», если бы Исцеляющая Девочка не заметила её редкую причуду и не взяла бы под своё крыло, — да, он знал это. Эматэрасу действительно взяли «под опеку» за что она ей крайне благодарна. Она всегда готова поддержать кого-либо, а с некоторыми из знакомых она сдружилась очень близко. Очень. Но об этом позже. — Кроме того, ты не один такой, кто во что бы то ни стало защитит её — даже ценой собственной жизни. Твой соперник призван служить людям. А позволь он себе любовь, он ведь бросится закрывать собой вовсе не людей. Он бросится защищать собой её, — продолжил Гараки. Да, Всемогущий бросится прикрывать собой её. Твайс первым заметил его неравнодушие к Аматэрасу и рассказал Гараки. Тогда учёный попросил его понаблюдать ещё — и для него это стало очевидным.

***

Сквозь решетку тюремной камеры был виден лишь небольшой кусочек неба. Но его яркая синева только усиливала тоску. Заключённый провёл рукой по слегка отросшим волосам и улыбнулся. Перед ним стоял астральный двойник ВЗО. Услышав об ученике Всемогущего, заключённый лишь хмыкнул и слегка сощурил глаза, показывая презрение. Его раздражали такие самоотверженные идиоты, но не отметить силу причуды того парня он не мог. Сделав мысленную заметку не подпускать этого паренька в свою слепую зону, мужчина продолжил слушать ВЗО. Он очень удивился, узнав, что план ВЗО не создаёт шума. Интересно. Заключённый улыбнулся, предвкушая начало веселья. — Чтобы повернуть твои глаза к новым возможностям, я даю тебе дар свободы. И чтобы в своей свободе ты мог продолжать помогать мне, я сделаю следующее, — ВЗО протянул руку, и по телу мужчины непроизвольно пробежали мурашки. Его волосы побелели, а изуродованное шрамом лицо стало прежним. Обстановка вокруг в целом осталась прежняя. Цена, которую придётся заплатить за выход за рамки своего статуса. — Что ты делаешь? — с трудом выговорил мужчина, запрокинув голову назад. ВЗО улыбнулся. Настал Судный день. — Делаю тебя сильнее, — словно шепча, ответил ВЗО, и по коже лица заключённого словно прошла огненная волна. У этого послания лишь одна цель: сообщить сильнейшим среди них — тем, кто обладает наибольшей силой… На руке появилось четыре пересечённых знака: весы, меч, лук и коса. «Если я — их зло и проклятье» — Ты — четверть. Я дал тебе силу четырёх Всадников Апокалипсиса. С помощью их способностей ты сможешь не только продолжить мой труд, но и отомстить создавшим для тебя такие условия и оставившим шрам на твоём лице, а также напомнить о себе сыну, который думал, что сможет стереть прошлое, отказавшись от него и не признавая — что оно у него было. Но самое главное, ты покажешь, что то — за что тебя приговорили, не соответствует тяжести наказания, и сможешь сделать что-то равноценное ему, а значит — привлечь тебя за это к столь суровой ответственности никто не сможет. Ты — его бремя на сердце, отголосок минувших дней, что бьёт всех врагов больней? Если ты — его боль и мука, самый страшный и смертный грех, почему лишь помня тебя, вспоминает, что он — человек? Чувства твои — равнодушье, а слова о любви — пустота, и над лучшим из лучших возвышается человек с силами Всадников. Он — часть неведомой силы, что желает творить лишь зло. Почему главное зло — бессильно, раз совершает добро? «Я устрою апокалипсис по личным причинам».