На закате империи: Начало

— Как думаете, она жива? — ворвался в сознание встревоженный голос Ринд. — Не переживай, жива, — послышался бас Фроуда. — Вон, дышит ведь. — И чернота вроде с рук сходит. Джерд приоткрыла глаза. Над головой раскинулось ночное небо, усеянное миллиардами звёзд. Ни дыма, ни деревьев, ни дракона. Она была на поляне, среди товарищей, которые все до одного тревожно смотрели на неё. Чуть в стороне от костра лежала белоснежная Эйдис, не сводя внимательных глаз с девушки. — О, очнулась! — над её лицом тут же навис счастливый Атли, в его глазах было видно облегчение. — Ну это, конечно, кошмар, чё ты нам устроила. Мы думали, ты прямо там откинешься. — Где?.. — Джерд попыталась подняться, но чья-то бледная рука тут же мягко надавила ей на плечо, заставляя лечь обратно. По ярким кольцам на тонких пальцах Джерд узнала руку Сигрид и лишь сейчас осознала, что всё это время её голова лежала на коленях мага. — Лежи, не вставай, — раздался голос Сигрид над головой. — Хватит на сегодня приключений с тебя. Джерд почувствовала, что у неё на лбу лежит мокрая холодная тряпка. Пока Сигрид отвернулась, открывая свою сумку, девушка с трудом подняла свою руку, рассматривая её. Чернота пропала, словно её и не было. — Да, они были чёрные, — кивнул Хаук, сидящий у костра. — Как вот дракон тот, о котором я, между прочим, — тут его голос стал максимально серьёзным, а взгляд — осуждающим, — говорил вам. — Дракон… — в глазах у Джерд появился тревожный блеск, и она снова попыталась встать. — Он же… я его видела… дартмер… Сигрид встрепенулась и снова попыталась уложить подругу обратно. — Дартмера нигде нет, всё хорошо, — она произнесла последние слова с упрёком, глядя прямо в глаза Хауку. — Дай ей прийти в себя, она и так чуть не умерла. — От такого шока тяжело не умереть, — с трудом выдохнула Джерд. — Мы не про шок, — Ринд подсела к Сигрид и взволнованно посмотрела в глаза Джерд. — Сигрид, можно сказать, вытащила тебя с того света. Этот яд почти убил тебя. — Какой яд… — Ребят, оставьте её в покое, дайте ей отдохнуть! — рявкнула Сигрид, теряя терпение. — Нет, подожди, — Джерд собрала все усилия и приподнялась на руках. — Что ещё за яд? — спросила она, глядя в упор на Ринд. — Ну… Ринд смутилась от прожигающего её взгляда Сигрид: девушка была ужасно недовольна тем, что Джерд сразу начали вводить в курс происходящего, не дав ей оправиться. Но в ответ на её несмелый взгляд маг только раздражённо выдохнула и заговорила сама: — Яд, который тебе в кровь ввёл дартмер при укусе. Если дартмеры не планируют прикончить жертву самостоятельно по каким-либо причинам, они укусом передают жертве яд. На драконов он слабо действует и может лишь лишить чувств на длительное время. Если яд попадает в кровь человека, тот либо впадает в длительную кому, либо умирает. Всё зависит от количества яда. — Если ты помнишь, у тебя начали чернеть руки, — осмелилась добавить Ринд.- Это действовал яд. Джерд медленно сняла со лба мокрую тряпку и в оцепенении уставилась в одну точку. — Меня тошнило тогда, в лесу, — заговорила она, копаясь в воспоминаниях. — Чем-то чёрным… на смолу было похоже… и тело выкручивало, я была уверена, что внутри у меня все кости переломаны во всех местах… — Это было действие яда, — Сигрид вытащила из горлышка бутылька пробку и протянула девушке, — больше трёх глотков не делай. Побочные эффекты тебе явно не понравятся. — После того, что случилось, мне уже на всё плевать, — Джерд приняла бутылёк и лениво осмотрела. В бутыльке сверкала бело-розовая жидкость, из которой поднимались маленькие масляные пузырьки. — Скажи, из чего это?.. — Корень восточной саламанки, два конских волоса, слюна дракона и, разумеется, вода, — пробормотала Сигрид, копаясь в сумке. — Выпьешь, я тебе другой дам ещё. Из бутылька шёл странный запах, он напоминал одновременно и запах цветов, и запах сырости. Фроуд тоже почувствовал его и поморщился: — Гадость-то какая. Джерд с совершенно равнодушным видом запрокинула голову и сделала сразу все три глотка подряд. Атли передёрнуло, и он повернулся к Хауку — тот морщился с отвращением. — Вот этого не советую, — тут же донёсся сбоку голос Сигрид. — Жить будешь, но на вкус она — полная мерзость. Но Джерд уже пихнула ей бутылёк обратно, морщась от противного привкуса во рту. — Вашу ж… я словно хренову кучу горькой травы сожрала! Она закашлялась и, как только Атли протянул ей флягу с водой, мгновенно схватила и опустошила наполовину. Как только фляга оказалась опять в руке у Атли, Джерд уже обернулась к Сигрид, чтобы лично спросить, почему у всех её зелий такой гадкий привкус. И тут же столкнулась лицом к лицу с магом, которая с улыбочкой протягивала ей другой бутылёк. — Да ну ты издеваешься?! — зашипела Джерд под звонкий хохот товарищей. Сигрид только ухмыльнулась и с хлопком вытащила из горлышка бутылки пробку: — Быстрее выпьешь — скорее отстрадаешь.

***

— Мы забеспокоились, когда услышали рёв в лесу, — рассказывал Хаук, насаживая на длинный вертел общипанную куропатку. — Пошли за тобой, Эйдис искала тебя с неба. Обнаружили на половине пути следы дракона, — он протянул вертел Атли, который осторожно положил его над костром на две деревянные рогатки. — Мы прекрасно понимали, что ты пошла по этим следам, поэтому двинулись следом. — Нашли там твой мешок с дичью, — добавила Ринд, которая до этого наблюдала за Атли, возящимся с костром. — На поляне следы дракона и кровь. Больше ничего разглядеть мы не смогли: там уже всё горело. Огонь двигался в нашу сторону, а нам надо было попасть туда, где мы слышали дартмера и треск. Мы понимали, что ты там. Джерд молча смотрела на товарищей, слушала их и словно во второй раз переживала всё это. От волнения у неё затряслись руки, и она, чтобы не подать виду, сорвала травинку и начала мять её в руках. Едва ей полегчало, она подсела к костру, где попросила товарищей рассказать, как они, всё-таки, сумели так вовремя оказаться в нужном месте и спасти её. Она надеялась, что их рассказ отвлечёт её от тревожных мыслей, однако чем больше она слушала, тем страшнее ей становилось. — Хаук нашёл тропинку, по которой мы спустились вниз, вдоль обрыва, — продолжала Ринд. — Там нам пришлось на некоторое время притаиться, потому что мы увидели дартмера, прямо на вершине обрыва. И мы… видели, как он столкнул тебя вниз, — голос Ринд дрогнул, и на некоторое время она замолчала и отвернулась, скрывая проступившие на глазах слёзы. — В общем, в этот момент мы думали, что найдём уже не тебя, а твой труп, — мрачно пояснил Фроуд. — Молились, чтобы дартмер не кинулся за тобой следом. Готовились, в случае чего, бежать защищать тебя или твой труп. Но, слава Асгриму, эта мразь улетела. И мы смогли двинуться дальше. Там нашли тебя и Эйдис. Ты была белая, как полотно, а руки чернели на глазах, с бешеной скоростью. А потом просто потеряла сознание на руках у Сигрид. — Мы вернулись сюда так быстро, как только смогли, — снова заговорила Ринд, но её голос ещё дрожал, а глаза были красные от слёз. — У тебя руки были чёрные до локтей, изо рта текло что-то чёрное… Неожиданно для всех девушка подошла к Джерд, села возле неё и крепко обняла, до последнего сдерживая всхлипы. Никто не ожидал от Ринд такого откровенного проявления чувств, особенно Джерд, которая привыкла общаться с рыжеволосой девушкой грубо и холодно. Неуверенно она обняла плачущую подругу в ответ. Атли и Хаук, едва она посмотрела на них вопрошающе, лишь растерянно пожали плечами. Фроуд же, неожиданно для себя вдруг дёрнул плечом и громко заявил: — Да. Она боялась тебя потерять. Как и мы все. Не вижу смысла больше молчать и делать вид, что нам плевать. Я сам тогда чуть слезу не пустил. После его слов Атли переглянулся с Хауком, и оба парня в унисон вздохнули. — Это правда. Мы даже думали отказываться ехать дальше, — признался Хаук.- Решили, если ты умрёшь, мы не поедем без тебя. — Это было бы лишним, ребят, — вздохнула Джерд, но на душе у неё заметно потеплело, и она оглядела товарищей с откровенной благодарностью во взгляде. — Но знаете… приятно, что вы так беспокоились обо мне. — Да если бы не Сигрид, — Ринд отстранилась от подруги и утёрла мокрое от слёз лицо рукавом мантии. — Она ни слезы не проронила, всё это время сидела над тобой и делала всё возможное, чтобы тебя спасти. Я столько заклинаний в жизни не слышала, как от неё за весь этот час. Она половину своей сумки в тебя, наверное, залила, пока у тебя не начала чернота сходить с рук, и ты не начала дышать нормально. А раны эти на спине… Тут только Джерд вспомнила, как дартмер вонзил зубы ей в спину. Она подвигала плечами, согнула и разогнула спину: никакой боли она не чувствовала. — Я сделала всё возможное, чтобы раны затянулись, — пояснила Сигрид, видя недоумение подруги. Она сидела рядом со спящей Эйдис, опустившись спиной на её бок. — Если бы я ничего не предприняла, ты не смогла пройти отбор. Невозможно сражаться с драконом, когда у тебя вся спина болит от глубоких ран. Но, чтобы раны не начали расходиться обратно, тебе нужно будет пить зелье раза два в день до момента, пока раны окончательно не затянутся. — Спасибо, — Джерд посмотрела в глаза подруге, которая с тревогой улыбнулась в ответ, — ты ведь спасла мне жизнь. — Как и ты мне когда-то, — Сигрид положила руку на голову Эйдис. — А Эйдис спасла целый лес. Без её заклинания мы вряд ли потушили этот пожар, — она потрепала дракона по голове, и Эйдис сквозь сон тихо фыркнула. Джерд улыбнулась в ответ и отвернулась к огню. Тревога понемногу улеглась, и компания начала потихоньку переходить на более весёлые и лёгкие темы для разговора. Фроуд начал учить Атли, как правильно жарить мясо на костре, потому что ему не понравилось, как парень крутил над огнём мясо на вертеле. Хаук сидел довольный: прежде чем устроить спор о жареной куропатке, компания, по инициативе Джерд, извинилась перед ним за тот случай, когда они обвинили его во вранье. Джерд признала — Хаук видел именно того дартмера, который теперь напал на неё. Было слишком много совпадений: размеры, интонация рёва, да и улетал дракон, по словам Хаука, именно туда, где они сейчас находились. Сигрид не влезала в их споры. Она сидела в стороне и внимательно наблюдала за Джерд, которая почему-то не влезла в спор своих товарищей, называя их идиотами, и не начала всё делать сама, за них, как это всегда происходило. Она сидела перед костром, прижав колени к груди и обхватив их руками. Её глаза бесцельно смотрели в огонь. — Джерд, — как только девушка подняла голову и обернулась на зов, Сигрид поднялась с земли. — Я хочу немного пройтись… пойдёшь со мной? — А… да, — Джерд встала, проверила, на месте ли меч, и пошла к ней. — Хочется развеяться немного после всего того дерьма, что произошло. — Вот и отлично. Только, — Сигрид с сомнением окинула взглядом спорящих охотников и обратилась к Эйдис, преданно смотрящей на неё: — Проследи за ними. Спалят ещё поляну, троглодиты хреновы, — только теперь она подняла голову на Джерд, стоящую рядом. — Вот теперь пошли. *** Свет от костра остался далеко позади, и подруги уже шли по тёмному широкому полю. Сбоку от них шумела река, а впереди летел маленький золотистый шарик, освещая дорогу. — И долго он так может гореть? — Ну, раньше мне не удавалось создать его больше, чем на минуту, — пожала плечами Сигрид, — в последний раз он горел больше получаса. Факела и фонари, конечно, надежнее магических источников света. — Зато водой ты его не погасишь, как факел. И не разобьёшь, как фонарь. Сигрид улыбнулась, глядя на парящий в воздухе шарик: — Тоже да. Она оглянулась и, убедившись, что они отошли довольно далеко от своих, села на траву. — Я заметила, что тебя что-то беспокоит, — призналась она, когда Джерд села рядом, сложив руки в замок. — Но ты явно не хотела говорить об этом там, раз молчала. — Да, я… есть кое-что, — Джерд с трудом заставляла себя говорить и тревожно оглядывалась вокруг. — Это… касается того дартмера. Я ведь, когда шла по его следам, была уверена, что смогу его убить. Верила, что справлюсь. Ни разу не было, чтобы я не управилась с драконом. Даже если я сражалась в одиночку, без Ринд, Хаука или Фроуда с Атли… Она запнулась, нервно теребя травинки. Сигрид терпеливо ждала, рассматривая её лицо, окинутое слабым светом от висящего в воздухе шарика. — Я видала разных драконов, Сигрид. Одни плевались кислотой, у других было по три глаза. Я сражалась с драконом, у которого глаза были огромные, пустые и чёрные, а на хвосте у него была огромная булава, и на некоторых её иглах даже ещё оставались проткнутые насквозь кости и черепа. И все они в итоге умирали от моего меча. Чешуйки каждого из них я приносила тебе. А дартмер… у него нет третьего глаза, он не владеет магией, не плюётся кислотой, изрыгает огонь точно так же, как и обычные драконы. У него четыре лапы, на хвосте нет никакой булавы или пики, обычные хвостовые плавники… И всё же он чуть не убил меня. — Возможно, ты просто… допустила ошибку в чём-то? — В том-то и дело, Сигрид, что никаких ошибок не было! — выпалила Джерд, резко выпрямившись. — И когда я только нашла его, он спал! Именно спал, он дышал, как во сне! Я ни звука не издала, пока подбиралась к нему. И как только я занесла над его головой меч, он… словно бы знал заранее, что так будет… Выбил головой меч из рук, хвостом скрутил мне ноги. Словно продумал или знал заранее, что ему делать. — Скорее, просто быстро среагировал, — возразила Сигрид. — Но он спал! Спал вплоть до момента, пока я не начала опускать меч к его голове! Даже если бы он проснулся и сумел выбить из моих рук меч, он был бы слишком сонным, чтобы так быстро реагировать на ситуацию. Серьёзно, Сигрид, это было впервые, когда я не знала, что мне делать. Как выходить из сложившейся ситуации, как сражаться с ним. Понимаешь, когда я сталкивалась с новыми драконами, я могла рассчитать их тактику, понять, как они действуют в бою. Дартмер же… он непредсказуем. У него есть своя тактика, но мне так и не удалось просчитать её, потому что не хватило времени. Он слишком быстро действовал, быстрее, чем я ожидала. Он предугадывал мои действия, и я не знаю, как он делал это! — Джерд, люди и исследователи драконов не зря говорят, что дартмеры обладают интеллектом примерно человеческого уровня. Они не обладают, разве что, письменностью и не могут разговаривать с нами. Однако они прекрасно понимают человеческий язык. Дартмеры не зря считаются самым опасным видом драконов. Разумеется, есть драконы и пострашнее… — Да, но я всегда была уверена, что сумею справиться даже и с дартмером. Однако сегодня, когда я встретилась с ним… Сигрид, я впервые в жизни ощущала страх перед драконом. Впервые в жизни я испугалась дракона. Впервые осознала, что он может меня убить точно так же, как и я его. Я знала это прежде и всегда помнила об этом, но лишь сегодня осознала… — Послушай, Джерд, — Сигрид подсела к подруге ближе и заглянула ей в глаза. — Пока что ты — лучший охотник на драконов из всех, что я когда-либо знала. Насколько я знаю, ты сумела превзойти даже своего отца, хотя весь Мирдэн твердил мне, что это был лучший охотник в истории. Да, ты столкнулась с новым драконом, который во много раз опаснее всех предыдущих. Так всегда бывает. Уверяю тебя, что когда ты изучишь повадки и особенности дартмеров, тебе будет намного проще. Джерд глубоко вздохнула и поднесла к глазам ладонь: на коже осталась лишь полоса следов от зубов дартмера. На другой тоже не было ничего, кроме такого же шрама. — Ты даже на руках вылечила… — Я вылечила все повреждения, какие сумела найти, — закончила за подругу Сигрид. — На это ушло много сил и времени, пришлось потратить несколько зелий, но это того стоило. Ты в состоянии устоять перед драконом, удержать в руках оружие — этого тебе хватит, чтобы пройти отбор в драконий гарнизон. — Я… не знаю, что сказать, — Джерд посмотрела на Сигрид с благодарностью, — но, в любом случае, ещё раз спасибо тебе. Я… — она запнулась. Сигрид смотрела в упор на неё и до последнего пыталась улыбаться, но в её голубых глазах уже сверкали слёзы. — Ты чего?.. — Брось, я просто, — Сигрид утёрла краем тёмно-бордовой мантии глаза и подняла их к небу, пытаясь остановить слезы, — не важно… Однако Джерд не отвечала, и её взволнованный взгляд не отрывался от подруги. И Сигрид, выждав какое-то время и не дождавшись ответа, с глубоким вздохом оторвала глаза от звёздного неба и посмотрела снова на подругу. — Знаешь, через что я прошла, пока возилась с тобой?.. — проговорила она сквозь слёзы. — Сколько раз ты начинала дышать, а потом снова захлёбывалась в этой чёрной гадости… А раны на спине кровоточили так сильно, что я боялась… дартмер, можно сказать, прокусил тебя насквозь, ещё и отравил ядом. Шансов было так мало, я использовала все исцеляющие заклинания, какие только знала. Я так боялась, что ничего не получится, и ты умрёшь прямо у меня на руках… — Но ведь я жива, — Джерд взяла девушку за плечи и ободряюще улыбнулась ей. — Всё же хорошо, ты справилась. — Да, но те минуты, когда я должна была держать себя в руках, делать всё, чтобы спасти тебя, — горячо зашептала Сигрид сквозь слёзы. — Представь, каково это — осознавать, что от малейшей твоей ошибки способен умереть самый дорогой и близкий тебе человек… Джерд, кроме тебя у меня никого нет на этом свете, разве что Эйдис. Всю мою семью истребил культ Кровавой бабочки. И они чуть не убили меня… — Да, я понимаю, — тихо ответила Джерд, не убирая рук с плеч подруги. — Тебе повезло, что ты спаслась тогда… — Чёрт, Джерд, — вдруг глухо прошептала Сигрид, взглянув девушке прямо в глаза. — Если бы ты только знала, что мне пришлось пережить, прежде чем я, наконец, оказалась в Мирдэне… Тишину ночи прорезал дикий вопль Хаука, донёсшийся с поляны. Джерд резко поднялась с земли, прислушавшись, на рефлексе она уже пристально рассматривала усыпанное звёздами небо. Но фигуры дракона нигде не было. — Это что, Хаук? — спросила Сигрид, поднимаясь следом. — Надеюсь, что нет, — Джерд ещё раз окинула взглядом небо. — Идиоты, мне страшно представить, что у них могло случиться, пока нас не было. Она первая бросилась бежать в сторону воплей; Сигрид кинулась следом. Джерд казалось, что прошло меньше минуты, прежде чем впереди уже показался свет от костра. Фигуру Хаука она увидела сразу: парень с воплями метался по поляне и орал. За ним следом носился Атли и что-то орал ему; там же был слышен хохот Фроуда. — Что произошло?! — заорала Джерд, приближаясь к костру. — Что вы… Она застыла на месте и не договорила. Мимо неё с матерными воплями пронёсся Хаук, размахивая руками. Он носился вокруг костра, сметая всё на своём пути. Следом бегал Атли, вытянув руки, словно он хотел что-то снять. Эйдис сидела неподалёку, обвернув хвостом передние лапы, и ошарашенно наблюдала за потасовкой, навострив уши. — Джерд, — Сигрид пихнула девушку в плечо и указала рукой, — приглядись. Девушка напрягла зрение: впившись зубами в филейную часть парня, в воздухе висел большой чёрный кролик. Его длинные уши торчали высоко вверх, а взгляд был бешенный и голодный. Сразу за ушами Джерд разглядела небольшие чёрные рога. Слева от девушек на траве Фроуд покатывался со смеху: — Этот идиот чёрного рекса хотел приручить! КАРТОШКУ ЕМУ ПРЕДЛОЖИЛ! — и Фроуд зашёлся звонким хохотом. Ринд, которую девушки заметили только сейчас, подбежала к костру, ловко поставила орущему Хауку подножку, и парень с грохотом рухнул на пыльную землю. Запыхавшийся Атли подбежал к нему сзади, ухватился руками за тушу зубастого кролика и со всей силы дёрнул. Чёрный рекс яростно забарахтался в его руках, тряся куском тёмной ткани в зубах, который он оторвал от штанов Хаука. — Бешеный кролик! — орал Хаук, отползая подальше от Атли. — Он чуть не сожрал меня! — За самую сочную часть прихватил! — ржал Фроуд, из его глаз потекли слёзы от сильного смеха. — Боже, Хаук, какой же ты долбан… Джерд подбежала к костру, оторвала от куропатки на вертеле ножку и пихнула зверю. Глаза кролика загорелись, когда он почувствовал запах жаренного мяса. С глухим рыком он вырвал из руки девушки ножку куропатки и задёргал задними лапами, пытаясь высвободиться из рук Атли. Парень спешно выпустил зверя, и чёрный рекс отбежал подальше от костра. Усевшись возле дороги, он недобрым взглядом окинул Хаука и лишь потом вонзил зубы в мясо, ловко удерживая его маленькими но крепкими передними лапами. — Это тебе не обычный кролик, — фыркнула Джерд, обернувшись к Хауку. — Это чёрный рекс. Хищная разновидность кролика. Неужели тебя его острые зубы не смутили? — Нет, чтобы пожалеть меня! — завопил возмущённо парень. — Этот кроличий хрен мне жопу чуть не откусил! — Укусы чёрных рексов не вредны для здоровья, — спокойно сообщила Сигрид, возвращаясь к костру. — Могу дать тебе зелье для спокойствия, но тяжёлого вреда этот кролик тебе не мог нанести. Зубы у них острые, но маленькие. Особо глубоко он не может их вонзить в человека или существо, больше себя самого. — Вас вообще ни на минуту нельзя оставить? — Джерд встала посреди поляны и вопросительно оглядела товарищей. — Мы с Сигрид минут на десять ушли, а здесь уже какой-то бешеный заяц успел Хауку в задницу вцепиться! Как вы умудряетесь попадать в подобные ситуации даже с ДРАКОНОМ? — она указала на Эйдис, которая, услышав своё имя, внимательно уставилась на неё, не мигая. — Ну, Эйдис спала, — пожал плечами Фроуд. — А потом услышала вопли Хаука и аж подскочила… — он прыснул со смеху и захихикал, закрыв лицо руками: — Кролик за жопу укусил… картошкой кролика хищного накормить, ну долбан ты, Хаук… Джерд оглядела его с ног до головы, посмотрела на Хаука, лежащего на земле с оборванными штанами, и шумно вздохнула, взявшись рукой за лоб: — Идиоты, сказочные идиоты…