4| Энтони
18 июля 2022 г., 15:09
На вечернюю молитву мисс Эриксон пришла без дочери. Баллеры сидели с недовольными лицами. Калеб смотрел в окно и считал овец. Последнее время он приходил только на службу. Вскоре юный моряк покинет Коннектикут. Кажется, Калеб этому не рад, хотя давно желал исполнить мечту.
— Преподобный, Пенелопа заболела, — Аманда Эриксон подошла ко мне после молитвы. — Прошу прощения за её отсутствие.
— Что-то серьёзное?
— Температура, жар. Из постели не вылезает, сил совсем нет.
У меня были подозрения, почему Пенелопа не вылезала из постели, но секреты исповедальни я не имел права оглашать.
— Я помолюсь Господу, мисс Эриксон. Здоровье вернётся к Пенелопе, — я взял Аманду за руки. — Не переживайте. Всевышний на Вашей стороне.
— Слава Господу, преподобный.
Баллеры ушли, а Калеб так и остался сидеть у окна. Я подсел к нему на стоящую впереди скамью.
— Хочешь поговорить или помолчать?
— Они заставляют меня учиться, — печально произнёс Калеб, глядя в окно.
— Понимаю. Учёба не твоя стихия.
Я вспомнил ушедшие апрель и май, когда мы с Калебом штудировали учебники за все десять лет учёбы. Учились правильно писать, потому что почерк Калеба сильно хромал. Он — неглупый парень, просто не изучал то, что ему неинтересно. А школьная программа совсем далека от интересов будущего моряка.
— Преподобный, учёба должна быть в радость, а я ничего не запоминаю из того, что пишут в книгах, которыми меня бьют дома. Осталось меньше трёх месяцев до службы. Родители отправят меня туда, куда захотят они, а не я.
— А тебе нужно открытое море.
— И больше ничего. Понимаете, — он повернул ко мне лицо, — я должен быть главным на корабле, а не кто-то иной. Я это знаю. У меня на лбу написано, что я должен руководить, управлять, быть капитаном. Только при таком условии я чувствую себя самим собой.
— Хочешь, приходи в церковь, будем вместе читать твои книжки по мореплаванию.
Калеб прильнул к подоконнику, положил подбородок на кулак и стал водить по стеклу пальцем:
— В Коннектикуте появилась девушка. Мы общаемся. Сегодня днём я видел её в магазине. Она рассматривала товар, а потом заметила меня. Мы не сказали друг другу ни слова, не поздоровались, но оба обрадовались этой мимолётной встрече.
— Ты влюбился?
Ещё один влюблённый подросток. В прошлом году лето так не действовало на детей.
— Хочу быть с ней, быть с ней рядом. Она приехала на лето к бабушке и дедушке. Погостит у них и вернётся обратно в Дублин на учёбу. Она — ирландка. Учится в университете на швею. У неё странное хобби — звёзды. Она часто рассказывает о них. Она любит лес. Очень хорошо ориентируется. Позавчера зарубила курицу топором. Она бесстрашная. Она красивая.
— Калеб, ты влюбился, — я улыбнулся.
— У нас ничего не было. Вообще ничего. Не то, чтобы я побаиваюсь её, просто… не знаю, как приблизиться к ней. Она взрослая, старше меня на три года. Родители не поймут, будут против Присциллы. Взрослая дамочка из Ирландии запудрила мозги такому дураку, как я. А я не могу без неё, хочу проводить с ней каждый миг, — Калеб оторвался от окна и обратил внимание на меня. — Это что-то другое, преподобный. Я хочу взять её за руку и убежать. Взять корабль на абордаж и уплыть вместе с Циллой. У нас есть меньше трёх месяцев, потому что потом она уедет, а я не угоню судно, я пойду в армию, потому что ей не нужен маленький мальчик, не нужен трус. Я ведь только на словах крутой, а на деле — полный ноль. Я — дурачок, я ленивый, я — обычный парень, поющий пиратские песенки. Родители правы: мне нужно учиться. Только так я чего-то добьюсь в жизни.
— А ты не думал, что в жизни можно многого добиться, если рядом с тобой будет важный человек? Ты не думал, что взрослая девушка сделает из тебя взрослого мужчину? Если сейчас она с тобой общается, значит ты ей интересен.
— Для неё это обыкновенная интрижка на лето.
— А чего хочешь ты?
Калеб опустил широкие плечи и поник. У него нет сил. Все соки высосали мысли.
— Выйти из пучины вместе с ней.
