наклейки
17 июля 2022 г., 16:32
Прозвенел звонок. Последний урок подошёл к концу. На улице становилось всё жарче, и теперь ветровки точно были отброшены вглубь шкафа. Гарри ходил в школу уже целых три дня! И пока никаких происшествий, кроме парня из туалета в первый день, не произошло — успех!
Мальчик почувствовал цветочный аромат, прежде чем рядом раздался голос:
— Привет! Ты, кажется, Гарри?
— Здравствуй. Да, — Гарри поднялся с места, пытаясь понять, куда должен повернуться.
Он облокотился на парту и улыбнулся в ту сторону откуда, как ему показалось, слышался голос.
— Меня зовут Эмма Коррин, — девушка протянула руку, но тут же отдёрнула её и погладила Гарри по плечу. По секрету, Гарри уже привык к таким резким движениям. — Я сижу за партой, которая впереди твоей! — улыбка слышалась в её голосе.
Эмма сразу понравилась Гарри. Он очень хотел бы проверить свои догадки и узнать, как она выглядела, но спрашивать такое при знакомстве невежливо.
Слева раздалось копошение.
Сигареты. Мятная жвачка. Свежесть. И лимонный пирог.
Небрежное прикосновение к плечу немного подрагивающих пальцев заставило Гарри едва заметно пошатнуться.
— Хэй, — высокий, но хрипловатый голос.
Мальчик обернулся.
— Луи? — голос Эммы доносился из-за спины, Гарри был уверен, что она нахмурилась.
— Я... — Луи заглянул Гарри за плечо, взглядом указав девушке на выход. Она ещё больше свела брови, но неуверенно кивнула.
— Хэй, малыш Гарри, я ухожу. Приятно было познакомиться. Могу я оставить тебе свой номер?
Стайлс улыбнулся, поворачивая голову в сторону голоса Эммы. Брови Луи дёрнулись вверх, делая лицо комически непонимающим. «Малыш Гарри»? Когда она успела?
На долю секунды Гарри охватила паника. Эмма правда пыталась подружиться с ним?
— Да, да, конечно, — он засуетился, распахнув молнию рюкзака.
Длинные неуклюжие пальцы возились с карманами, пытаясь нащупать мобильник. Луи закатил глаза, потянувшись, чтобы помочь, но тут Гарри случайно ударил его тростью. Томлинсон вскрикнул от неожиданности, сразу же краснея.
— Прости! Прости, пожалуйста! — мальчик схватил его за предплечья, но несмотря на резкость, это всё равно было нежно. Настолько нежно, что Луи замер с приоткрытым ртом, разглядывая обеспокоенное лицо напротив. — Я не хотел! Я не думал, что ты стоишь так близко! То есть... я не имею в виду, что тебе нужно отойти! Нет! Просто я...
— Всё в порядке, ладно? — Луи медленно обхватил локти парня пальцами, ткань лёгкой кофты с длинным рукавом немного смялась. — Всё хорошо. Это я подошёл ближе, чтобы помочь найти телефон. Не переживай.
Неловкая улыбка украсила губы Томлинсона, и он надеялся, что Гарри это понял. Хотелось казаться дружелюбным.
Мальчик опустил руки. Через несколько секунд он наконец-то достал телефон и протянул Эмме.
— Я записала себя как «Крутая Эмма».
— Звучит здорово, — Гарри улыбнулся.
Эмма хихикнула:
— Пока, малыш Гарри.
— Пока, крутая Эмма.
Девушка медленно наклонилась, чтобы Гарри понял это, и обняла его. Её прикосновения не пугали.
Дверь захлопнулась. В светлом кабинете остались только Гарри и парень, который пах сладким лимоном и сигаретами.
— Я... Меня зовут Луи Томлинсон.
— Я – Гарри.
— Я знаю, — Луи откашлялся. — И ещё я хотел извиниться.
Не было сомнений, что Гарри понял, о чём речь.
— Не нужно. Ты не знал, — он почесал запястье. Луи понял, что скоро собьётся со счёта его нервных привычек, а это только третий день. — Тем более, я уже ударил тебя тростью. Считай, это была моя месть. Мы квиты.
— Я повёл себя, как мудак.
— Нет! — Гарри замотал головой. — Всё в порядке. Честно.
— Я могу... — Луи заметно стал более нервным, — могу я проводить тебя до дома?
— Меня? — Гарри почти ахнул.
— Тебя.
— Я же сказал, всё в порядке.
— Пожалуйста?
— Ладно?
— Ладно?
— Да.
— Хорошо! — Томмо улыбнулся. — Сейчас, я возьму скейт, он около моей парты... — голос Луи немного отдалился. — Она в среднем ряду, последняя, — объяснил парень. Гарри кивнул. — Всё. Пойдём? — голос стал совсем близко.
— Пойдём.
День был солнечным, но ветерок все ещё обдавал едва ощутимым прохладным воздухом. На клумбах у школы уже распустились фиолетовые и жёлтые цветы.
Луи любил весну. Он придержал Гарри дверь. Улыбка тронула его губы, когда щёки мальчика порозовели. И об этом вовсе необязательно кому-нибудь знать.
После того, как Гарри назвал свой адрес, Луи воскликнул:
— Это через несколько домов от меня! Так вот, что за новые соседи.
Томлинсон перехватил доску удобнее, другую руку он почему-то держал позади Гарри, едва прикасаясь к спине, просто рядом. На всякий случай. Тот, конечно, почувствовал, но решил ничего не говорить.
— Здорово! — улыбнулся мальчик. — Мы переехали несколько дней назад. Я живу с другом и его партнёром. На самом деле, Ник мне как брат. Я знаю его, сколько помню себя.
Перебивая пение городских птиц, Гарри воодушевлённо лепетал о Нике и его партнёре, Меше, и вообще о том, как проходил их переезд. Как Меш уронил коробку со всеми их чаями в первый же день их совместной жизни в новом доме, Ник тогда не разговаривал с любимым целый час, что было действительно долго для этих двоих. Он всё говорил и говорил, сам не понимая зачем. Может быть, дело было в том, что он действительно хотел верить в то, что Луи его слушает.
— Вау! Как родители разрешили тебе уехать?
Гарри не мог не улыбаться очередному «Вау!», Луи старался восклицать как можно чаще. Это мило.
— Ну, сначала было тяжело, — мальчик натянул оранжевые рукава на пальцы, — но мы уговорили маму. Пришлось пообещать, что я буду звонить каждый день и приезжать два раза в месяц.
— Ну… и каково это? — Луи поправил кепку. — Переход в новую школу? Совсем один.
— Не то, что бы в той школе у меня были друзья, — Гарри пожал плечами, грустно улыбаясь.
Взгляд Томмо зацепился за его ладони, спрятанные в рукавах. В детстве мама всегда ругала Луи за это, хотя привычка всё равно осталась. Как там говорят? Привычка — вторая натура. Что бы это ни значило. Может, какие-то из их с Гарри натур, вторые или восьмые — не суть, но, возможно, они немного похожи.
— Ты замёрз?
— Нет.
— Ладно.
Кончиком языка Гарри прошёлся по губам. Он снова чуть не заулыбался. Луи такой... Луи так похож на какую-то вспышку цветов и всего такого... такого яркого и... такого... такого нужного.
— У тебя есть скейтборт, — вдруг сказал мальчик.
Ему просто хотелось отвлечься от странных мыслей. Ник всегда говорил, что он не должен сходить с ума из-за всех людей, которые просто добры к нему. Луи просто был добр.
— Ага.
— Какой он?
Луи поджал губы. Он действительно хотел, чтобы Гарри сам увидел его доску.
— Ну, его разрисовал мой друг Зейн. Там разные яркие картинки типа… э… грибы, глаза, цветки... есть фиолетовый кот! — на этих словах Гарри будто весь заискрился, Луи продолжил: — Ещё на покрытии есть несколько наклеек.
— Здорово! Кот прям фиолетовый или больше пурпурный?
— Он... эм... — парень замялся, впиваясь взглядом в чёртового кота, будто тот сейчас скажет ему пурпурный он или фиолетовый.
Улыбка Гарри начала меркнуть.
— Прости, — сказал он. — Я не хотел смутить тебя. Почему ты несёшь скейт в руках, разве он не для другого нужен?
— А как же ты? Мы ведь... я...
— А я послушаю, как ты катаешься, — мальчик попытался ободряюще улыбнуться.
— Мы почти пришли, — всё ещё протестовал Луи.
— Вот именно, а ты всю дорогу держал скейт в руках.
Улыбка Гарри стала ещё мягче, когда он прикоснулся к обратной стороне ладони Луи, проводя по ней подушечками пальцев.
— У тебя накрашены ногти, — мальчик закусил губу.
— Да. Не все. Они чёрные. — возможно, Луи немного застеснялся, но потом нахмурился, спрашивая: — Как ты понял?
— Блёстки чувствуются, — Гарри провёл пальцем по лаку. — Мне нравится.
Томмо приподнял уголки губ. Гарри медленно шёл следом по тротуару, пока ветер шумел наравне с колёсами. Иногда было слышно, как скейт бьётся о землю. Тогда мальчик сразу улыбался, давая понять, что он заметил трюк. Гарри надеялся, что Луи смотрел на него.
Луи смотрел... и тоже начинал улыбаться.
Как только шум прекратился, голос Ника прозвучал почти на всю улицу:
— Гарри!
Его лохматая макушка мелькала в окне последние полчаса, потому что он знал, что Гарри будет злиться, если он придёт за ним или будет звонить, поэтому оставалось ждать. Следом послышался лай.
— Солнце, угомонись! С ним всё в порядке!
— Ты успокаиваешь мою собаку или себя? — посмеялся Гарри. Мальчик ждал, что Солнце подбежит к нему, но тот начал громко лаять на Луи. — Эй, перестань! Это Луи, Солнце! Он хороший! — Гарри постучал по коленке, и рыжий лабрадор сразу оказался рядом. — Прости, — он повернул голову туда, где предположительно стоял Томмо. — Эти двое иногда невыносимы. Тебе повезло, что Ник не лаял на тебя.
Луи перевёл взгляд на парня, стоящего на небольшой лестнице, ведущей в двухэтажный дом.
— Я вообще-то здесь стою! — обиженно произнёс тот. У него немного выцветшие русые волосы, зелёные глаза и большой рот.
— Прости, не увидел, — съязвил Гарри.
— Меня зовут Луи. Рад встречи, — смущённо улыбнулся Томлинсон, заламывая пальцы.
— Я помню тебя, парень!
— Не надо, Ник, — строго бросил Стайлс.
— Я хотел извиниться, — тут же произнёс Луи, переступая с ноги на ногу. — Я просто... я не обратил внимания тогда. Мне очень жаль.
— Всё в порядке, — снова сказал Гарри, присев на корточки, чтобы обнять собаку.
Ник неотрывно смотрел на Луи. Наверное, пытаясь понять, можно ли доверять ему. В голове Томлинсона пронеслось, что тот и вправду мог начать лаять.
— Ник, подождите меня в доме.
— Солнце, иди сюда, — позвал парень, прежде чем направиться в дом. Лабрадор провёл носом по коленке Гарри, давая понять, что отходит. Это было их негласное правило. — Меш заказывает ужин навынос. Есть особые предпочтения?
— Нет.
— Хорошо, — Ник в последний раз бросил взгляд на Луи, скрываясь за белоснежной дверью.
— Спасибо, что составил компанию.
Прерывистый вздох сорвался с губ Луи, что-то сжалось в области грудной клетки, когда мальчик повернулся в его сторону и пусто смотрел, будто сквозь, будто Луи не существовало. Поэтому он подошёл ближе, осторожно кладя руку Гарри на плечо.
— И тебе спасибо. — Улыбка? — Можно я зайду завтра утром?
— Куда?
— Сюда.
— За мной?
— За тобой.
— Я же сказал, всё в порядке. Тебе не нужно-
— Я знаю.
— Зачем?
— Хочу узнать историю наклеек на трости, — Улыбка. Точно улыбка. — Можно?
— Да.
Даже на смертном одре, даже во время расспросов Гримшоу, Гарри ни за что не признается, что не дышал всё это время. Словно Луи Томлинсон был огоньком свечки на праздничном торте. Словно одного лёгкого дуновения было достаточно, чтобы он вдруг исчез раньше, чем Гарри успел бы загадать желание.
— Хорошо, — Луи сжал его плечо. Он точно настоящий. — Тогда до завтра.
Прикосновение исчезло, после чего раздался шум от колёс скейта.
Гарри, не торопясь, зашёл в дом.
— Улыбаешься, как дурак, — голос Ника прозвучал из кухни. Запах сухого собачьего корма витал в воздухе. Гримми кормил Солнце.
— Он зайдёт завтра перед школой, — Гарри появился в дверях.
Ник хмыкнул.
— Кто? — Меш провёл рукой по предплечью Гарри, направляясь к своему бойфренду.
— Друг Гарри, — ответил тот.
— Вау! — голос Меша звучал восторженно. Он точно сделал это странное движение бровями.
— Перестань, — мальчик покачал головой. — Я знаю, что ты закатил глаза, Ник, — добавил он.
— Экстрасенс.
Гарри пожал плечами. Меш погладил его ладонью по спине, давая понять, что выходит.
Вздохнув, Ник начал:
— Он-
Но Гарри прервал его, зная, о чём тот хочет рассказать.
— Не говори мне.
— Ты не хочешь знать, как он выглядит? — Ник наклонил голову набок, пытаясь понять эмоции своего друга, хотя иногда было чувство, что это его ребёнок. Ну, или младший брат.
— Хочу.
— Но?
— Но я хочу, чтобы сначала он сам рассказал мне.
— Хорошо. Будь осторожен, — Ник похлопал мальчика по плечу и громко добавил: — и иди быстрее есть, а то не успеешь посмотреть начало серии, там красиво пишут название!
— Заткнись, лягушка!
В гостиной витал запах острого карри и специй. Ник и Меш лежали на диване, увлечённые новой серией Шерлока, описывая всё в мельчайших деталях. Гарри разлёгся на кресле с кружкой зелёного чая и Солнцем, умостившемся у него на коленях, посмеиваясь из-за споров об оттенке розового для чемодана жертвы.
А где-то через несколько домов мальчик, который пах лимонным пирогом, летом, сигаретами, мокрым после дождя асфальтом, мятной жвачкой и карамелью, сидел, свесив ноги из окна, с миской шоколадного зефира на коленях и думал, какого же цвета глаза у солнечного мальчика в жёлтой толстовке?
https://pin.it/4jwmfei
https://pin.it/6teM5Kf
✿✿✿
— Ты решил причесаться? — Я знаю, что ты стоишь там уже пять минут, неуклюжая лягушка. Ник закатил глаза. Парень оттолкнулся от дверного проёма и подошёл к сидящему на кровати Гарри. Мальчик медленно проводил расчёской по кудрявым прядям. — Он настолько понравился тебе? — осторожно спросил Ник, тяжело вздохнув, когда не получил ответа. — Гарри... — Он хороший. — Ты знаешь его день! — Ник забрал разноцветную расчёску из рук друга, принимаясь распутывать шоколадные кудри. — И что? Он просто интересный... ты опять закатил глаза? — Нет. — Да. — Но, Гарри! — Гримми раздражённо вздохнул. — Этот мальчик... — Не говори мне, какой он! Если ты можешь увидеть, какого цвета его волосы или какая на нём футболка – это не значит, что ты знаешь о нём больше, чем знаю я. — Нет, милый, конечно, нет, — Ник вздохнул. — Просто… этот мальчик не лучший вариант для дружбы. — Почему? — Гарри повернул голову на голос. Руки Ника замерли на несколько секунд. Ему всё ещё было больно смотреть в пустые глаза Гарри. Смотреть на то, как их изуродовала болезнь. Он знал этого мальчика с детства. Он помнил, как может гореть его взгляд, когда он заинтересован. Он помнил, как в этом взгляде прыгали искорки веселья. Он помнил то время, когда прекрасные глаза Гарри были наполнены чувствами и эмоциями. Он помнил, как Гарри плакал, когда свет начал предательски меркнуть. Он помнил, как прогуливал школу, чтобы посидеть с другом. Ник старше всего на несколько лет, но ему всегда хотелось быть сильным ради него. Он помнил собственные слёзы, когда в ту, первую, осень рассказывал Гарри, как падают листья и не мог подобрать слов. Помнил, как ночевал на неудобном больничном стуле, когда Гарри упал и сломал ногу из-за придурков, бросивших в него снежком. Он помнил, как расплакался на первом свидании с Мешом, потому что тот любит то же мороженое, что и его Гарри, который был далеко, в другом городе. Помнил, как на втором свидании Меш повёз его в Холмс-Чапел. Помнил, как Гарри в этот же день сказал ему, что им срочно нужно забрать Меша себе. И как через год они перевозили вещи Гарри в Манчестер, потому что так было правильно. Он помнил все те разы, когда плакал, рассказывая Гарри, как выглядит сам мальчик: как меняется его рост, причёска — все эти мелочи. Он помнил, как Гарри каждый раз вытирал его слёзы и шептал, что они должны быть сильными, потому что они команда. Он помнил, как шептал то же самое, когда результатов от лечения не было. Он детально помнил каждый раз, когда у Гарри случались приступы головной боли. Ник помнил всё. Ник всегда был рядом. — Потому что я переживаю за тебя, — он провёл рукой по кудрям Гарри. — Он хороший, обещаю, — прошептал Стайлс. — Ладно. Таймер на телефоне Гарри зазвенел. Солнце, всё это время лежавший рядом с хозяином, спрыгнул с кровати. Ник встал, забирая с тумбочки очки с тёмными стёклами, и протянул их парню. Вместе им удалось спуститься по лестнице, к которой Стайлс всё ещё не привык. Ник достал кеды и уже принялся помогать Гарри завязывать на них шнурки. Мальчик не хотел носить обувь на липучках, поэтому ему нужна была небольшая помощь, хотя он почти всё делал самостоятельно. — Ник? — М? — пробурчал тот, отдавая Гарри рюкзак. — Я могу приводить домой друзей? — Стайлс тут же прикусил губу от нервозности. Он так хотел пригласить Эмму в гости. Наверное, он просто был взволнован новыми людьми в его жизни, поэтому ему хотелось всего и сразу. — Когда ты успел?! Был же только Луи! — воскликнул Гримми. — Ну, её зовут Эмма. Она подошла ко мне после уроков. Я думаю, мы подружимся. — Хорошо, — Гарри слышал, что Ник улыбался. Конечно, он улыбался. — Я рад, правда. — Я знаю, — мальчик тоже заулыбался. — Гарри, — голос Ника стал более сосредоточенный, — выдыхай. — Что? — Он ждёт. Сердце забилось чаще. Если это возможно. — Правда? — Да, — задумчиво произнёс парень, переводя взгляд на друга. — Лыбишься, как придурок, Стайлс. — Заткнись. Мальчик осторожно потянулся, чтобы его обнять. — Будь осторожен, милый. — Всегда. Гарри похлопал по коленке. Солнце тут же оказался рядом. — Веди себя хорошо, — строго сказал юноша, поглаживая собаку по голове. — Давай он придёт за тобой? — осторожно начал Ник, облокотившись на тумбу для обуви. — Ник... — Пожалуйста. — Ник... — Либо я, либо он. Твой... твой, не буду говорить какой, принц может быть занят сегодня. Я не хочу, чтобы ты шёл один. — Ладно, — вздохнул Гарри, направляясь к выходу. — Отлично! — Пока. — Пока, солнышко! — крикнул Ник, когда Гарри уже медленно спускался по лестнице. Лимон. Лето. Сигареты. Мокрый после дождя асфальт. Мятная жвачка. Луи чуть не подскочил, чтобы помочь Гарри спуститься, но потом понял, что чрезмерная забота только поставит того в неловкое положение. Он кивнул Нику, который помахал ему. — Надеюсь он не угрожал тебе жестами, — хихикнул Гарри. — Привет. — Привет! — Луи похлопал его по плечу. — Нет, — он замотал головой, тут же поспешно добавляя: — О! Я кивнул ему в знак приветствия! Это чтобы ты не думал, что я невежливый. — Хорошо. Я не думал, что ты невежливый, Луи, — хихикнул Стайлс. — Это хорошо. Пойдём? — Да. По-утреннему прохладный ветер играл со спадавшими на лоб Гарри завитушками. По асфальту скользили разноцветные машины, и всё это немного напоминало сцену из какого-нибудь старого фильма с, на удивление, хорошей цветокоррекцией. Луи уже было хотел поделиться этой мыслью с мальчиком, но остановил себя. — Как прошёл твой вечер? — спросил он, засовывая руки в карманы. — Много карри и Шерлок. Нам нравится смотреть этот сериал. Ну, Ник и Меш смотрят, а я слушаю, — Гарри почесал затылок. — О, мне тоже он нравится, — поспешил сказать Луи. — А как ты вообще смотришь фильмы? Ой. Ну, то есть... — Словесное описание визуальных образов когда-нибудь спасёт мир. — Ничего себе... — жизнь Гарри сложная. — Да, — мальчик улыбнулся. — Конечно, лучше, когда это делает профессионал, но Ник и Меш уже преуспели. По секрету, они как-то ходили на специальные курсы, и я давно так не смеялся, как тогда. Это правда было весело. До сих пор весело. Вчера они спорили из-за розового. — Они кажутся милыми, — хмыкнул Луи. — Да, и ещё чрезмерно заботливые. — Это хорошо. Мальчик только пожал плечами. — Так... — снова заговорил Томлинсон. — Почему на этой твоей палочке наклейки? — На этой моей палочке, — хихикнул Гарри. — Ну, когда я совсем ослеп, — продолжил он, и Луи напрягся. Он не ждал весёлую историю, но всё же. — Ник начал каждый год покупать наклейки туда. Если у меня менялась трость, то он просто переклеивал всё на новую. Не знаю, какие они. Он пообещал мне, что я увижу их. Рано или поздно. — Тебе было девять? — посчитав разноцветные картинки, произнёс Томмо. Он закусил обратную сторону щеки, в глазах неприятно пекло от подступающих слёз. Гарри услышал, как дрогнул его голос. — Да. — Они милые. Наклейки. — Это хорошо. — Ты... — У меня дистрофия сетчатки обоих глаз, — перебил его Гарри. — Я терял зрение постепенно. И да, я прохожу лечение, но чудо пока не произошло. — Произойдёт, — Луи сжал его плечо. Ему хотелось сказать, что Гарри сам по себе чудо. — Хорошо, — улыбнулся он. Школьный шум пробивался сквозь их стеклянный шар, который возник без чьего-либо разрешения. Знаете, так бывает, когда перестаёшь замечать что-либо вокруг, кроме одного единственного человека. — Мы почти пришли. — Я заметил. Остановившись у бетонной лестницы, Томлинсон осторожно потянулся к локтю замершего от неожиданности Гарри. — Ты не должен... — начал он. — Я знаю. — Малыш Гарри! И... Луи? — голос Эммы прозвучал со стороны входа. — Привет! — улыбнулся Стайлс. — Привет, — поджав губы, поздоровался Луи. Гарри всё ещё не понимал, как эти двое относятся друг к другу. — Ты не позвонил мне вчера! — девушка провела рукой по плечу Гарри. — Прости. Я... — Ничего, — Эмма улыбнулась. — Это Найл. — Доброе утро, Гарри! — тёплые пальцы легко коснулись запястья. — Доброе. — Мы не познакомились вчера, потому что меня не было в школе. Небольшое отравление. Чувствовал себя отстойно! — Ох, надеюсь, тебе стало лучше, — обеспокоенно произнёс Гарри. Внезапно возникло ощущение, что рядом прошёлся ураган. Стайлс не понимал, что изменилось, но будто что-то разрушило утреннее спокойствие. Или кто-то. — Томмо! — Хэй, придурок! — Я сейчас! — раздражённо крикнул Луи. — Привет? — Гарри повернул голову в сторону голосов. — Привет, — тихо и немного напугано ответил более высокий голос. — Меня зовут Зейн Малик. Я... ээээ... У меня тёмные волосы, карие глаза, парочка татуировок и чёрная майка, ещё- — Заткнись, Зейни, — прошипел Томмо, тяжело вздыхая. Звонкий смех Эммы сбавил напряжение, Гарри растерянно кивнул. Это друзья Луи? У них были татуировки? Вау... — Меня зовут Лиам Пейн. Не знаю, рассказывал ли Луи про нас, — сказал второй голос, подтверждая догадки мальчика, — нам он говорил, что ты милый. Эй! Ударь себя, Томлинсон! — У тебя очень милое ожерелье! — добавил Зейн. — Спасибо! Приятно познакомиться с вами, — Гарри снова смущённо улыбнулся. Луи говорил о нём с друзьями? Не успел мальчик опомниться, как прозвенел звонок, Эмма подхватила его под руку, уводя их с Найлом в кабинет. А Луи, склонив голову набок, остался смотреть, как неуклюжая фигура мальчика удаляется. Он закусил губу. Их появление и разговор, конечно, не были скрыты от всеобщих взглядов. Оставалось надеяться, что Гарри этого не почувствовал. И ещё, что никто не решит невзначай упомянуть при Гарри что-нибудь о нём и его друзьях. Зейн положил руку ему на плечо. Лиам ободряюще улыбнулся.
