свечи, Iron Maiden и зелёный горошек
18 июля 2022 г., 19:50
— Длинные. Волосы.
— Ты повторил это уже раз десять, — Меш усмехнулся, усаживаясь рядом с Гарри. Он поднял руку, сгибая пальцы и произнося одними губами: «один, два, три».
— Но... длинные волосы – это так... — Гарри мечтательно вздохнул, положив подбородок на ладони. Он со всех сил пытался сдержать улыбку. У Луи длинные волосы! — Так...
— Господи, Гарри, они не такие уж и длинные, — Ник поставил перед ним тарелку, занимая своё место.
— Но он словно принц! Он… он…
— Гарри, пожалуйста, ешь, — парень постучал вилкой по тарелке с салатом. Мальчик забрал её.
— Ты ведёшь себя как мамочка, лягушка! — Гарри положил себе немного салата, отодвигая руку Ника с ещё одной ложкой от своей порции.
Гримми открыл рот в возмущении, ища поддержку в глазах Меша.
— Милый, Гарри прав, — парень только пожал плечами, принимаясь за еду.
— О, да ладно вам! — Ник закатил глаза. — Приятного аппетита и спасибо, что пожелали мне того же, прежде чем начали есть, дикари!
Меш вздохнул, сжимая предплечье любимого в знак извинения.
— Луи позвал меня погулять сегодня вечером, — осторожно начал Гарри.
Ник вскинул брови, но, чтобы не создавать долгую паузу, тут же сказал:
— О, я даже не знаю. Мы с твоим отцом подумаем-
— Не впутывай меня! — Меш сложил руки на груди, откидываясь на стуле.
Уголки губ Гарри потянутся вверх. Эти двое такие смешные.
— Ладно, иди на свидание со своим принцем-панком, — Ник быстро засунул вилку с салатом в рот, скрывая улыбку.
— Это не свидание! — Гарри вскинул руки в возмущении. — Панком? — непонимающе добавил он.
— Агааааа, — хитро протянул Ник. — И это свидание, Гарольд!
— Мееееш! — захныкал Гарри.
Но тот только рассмеялся.
✿✿✿
Через несколько часов Луи уже стоял на крыльце небольшого двухэтажного дома, заламывая пальцы. Дверь открылась. У Ника на лице была тканевая увлажняющая маска, волосы завязаны в маленький хвостик, и он дул на левую руку, где на ногтях сох лак. Луи растянул губы в улыбке, хотя больше походило на то, что он съел очень много кислого. — Привет? — Привет, Льюис, — Ник оценивающе посмотрел на него. Томмо вдруг стало некомфортно в своих потрёпанных кедах, разношенной чёрной футболке с эмблемой рок-группы и потёртых джинсах. Зейн сказал, что он выглядел неплохо! — Милая причёска, — подмигнул Гримшоу. Луи машинально поправил маленький пучок, собранный на макушке, чтобы чёлка не лезла в лицо, и провёл рукой дальше по распущенным прядям. — И скейт! — за Ником появился Меш. Он тоже был с маской на лице. — Проходи, Гарри в своей комнате. Луи кивнул, пройдя в дом. Внутри было мило: всё в тёплых оттенках и много ярких картин на стенах. Солнце по-хозяйски лежал на диване, внимательно наблюдая за людьми в телевизоре. — Тебе наверх, — Ник похлопал его по плечу. Может, он не такой уж и пугающий и не ненавидел его, а просто вредный. Луи поднялся на второй этаж, проводя кончиками пальцев по деревянным перилам. Дверь в комнату Гарри была приоткрыта. Луи заглянул. Мальчик стоял возле кровати, пытаясь нащупать рисунок на футболке, чтобы понять, какой стороной её нужно надеть. Оранжево-розовым пожаром солнце заходило за горизонт, оставляя поцелуи на родинках, рассыпанных по спине и плечам. Губы были приоткрыты, дополняя ещё большей сосредоточенности его лицу. Сердце Луи пропустило удар. Гарри был без очков. Парень провёл зубами по губе, даже не в силах прикусить её, но тут же принял решение собраться с мыслями. Дверь скрипнула в самый неподходящий момент, и Луи зажмурился. — Ник? — Гарри повернулся в сторону звука. Его глаза были невероятно... пустые. По краям зрачков едва был заметен зелёный цвет, который сливался с безжизненной белизной, словно беспокойные волны с морской пеной. На комоде у стены стояла фотография в сиреневой рамочке. На ней обнимались два мальчика. Они улыбались, и там глаза Гарри были по-настоящему зелёными. Невероятно зелёными. Словно листья деревьев после дождя. Словно самый красивый оттенок акварели. Словно цвет крыльев прекраснейшей бабочки в мире. Словно самый мягкий изумрудный шёлк. Словно целая вселенная. Гарри лепетал о футболке, но Луи будто не слышал. Он смотрел прямо ему в глаза. В чертовски пустые глаза: на безжизненный лес, на растворившуюся краску, на померкшие крылья, на изношенную ткань, на монотонность. Смотрел и понимал, что эти глаза никогда не посмотрят в ответ. Единственное, что видел этот мальчик — неконтролируемая темнота. Гарри не видел, что прямо за его окном росло огромное дерево, где птицы вьют гнёзда. Ему бы понравилось. Луи уверен, что ему бы понравилось. Гарри не видел, какой причудливой формы облака. Гарри не видел, как смешно выглядят Меш и Ник в своих масках. Гарри не видел, как капли дождя ударяются о лужи. Гарри не видел, как зимой на его кудряшки ложатся снежинки. Луи уверен, что это невероятно красиво. Гарри не видел небоскрёбы и старенькие домики. Гарри не видел разноцветные упаковки от шоколадок. Не видел, какие кружки у него дома. Да он даже не видел, с какой стороны чёртов рисунок на чёртовой футболке! Но самое главное — Гарри не видел, как Луи смотрел на него. Луи провёл рукой по щеке и наконец подал голос, тихо всхлипывая: — Это я, Гарри. — Лу? Ты плачешь? Томмо помотал головой, но тут же зажмурился, подавляя скулёж, рвущийся наружу. — Нет, солнышко, нет. Гарри замер, не понимая, что происходит. Луи молча подошёл к нему, забрав футболку, и натянул её на Гарри через голову. — Спасибо, — робко поблагодарил мальчик. — Можно я обниму тебя? — прошептал Луи. Гарри медленно кивнул. Томлинсон притянул его к себе, уткнувшись носом в шею, будто бы так он спрячется от всего, что заставляло его бояться. — Луи... — Тебе страшно? — сквозь всхлипы спросил парень. — Иногда. — Я закрыл глаза. — Зачем? — Теперь мы вдвоём в этой темноте, — Луи прижался ещё ближе. — Теперь тебе не страшно? — Нет, — улыбнулся Гарри, вдыхая его запах. Теперь они были вдвоём. Теперь было не страшно. — Луи? —Да, солнышко? Мальчик улыбнулся. Он не знал, с чего это вдруг Луи называл его так, но это было приятно. — Какая у меня комната? Парень медленно отстранился, оглядываясь по сторонам. — Ты не знаешь? — Знаю. Хочу посмотреть на неё твоими глазами, — Гарри улыбнулся и провёл по волосам Луи, задевая пучок, из-за чего ему пришлось подавить влюблённый вздох. — Тут... у тебя тут... — начал Томмо, осматриваясь. — У тебя тут такие белые стены. Прям белоснежные. И на них висят картины и постеры. Мне нравится та картина с человеком в красках. Кто их рисует? — Ник, Меш и я. Ну... я выливаю краски в разнобой, — Гарри пожал плечами. — Мне очень нравится. Мы с тобой и мне такую нарисуем, — задумчиво произнёс парень, заставляя мальчика улыбнуться. — Так... у тебя тут большое окно с занавесками. Там, кстати, птицы вьют гнёзда. Ты слышишь, как они поют? — Да. Их зовут Мартин и Матильда, — довольно кивнул Стайлс. — О! У них прелестные имена. Тут ещё висят гирлянды и флажки. Дальше у нас стол. Белый стол. На нём много цитрусовых свечей. Любишь лимоны? Кстати, у тебя тут вкусно пахнет. — Люблю лимоны... — растерянно произнёс Гарри. — Тогда я куплю тебе лимонный пирог в пекарне на соседней улице! Мне они очень нравятся, — ну, кто бы сомневался. — Вообще у тебя много всего на столе. У тебя серьёзно степлер в форме лапки? Это мило! — Луи хихикнул. — Ещё здесь... ээээ... надпись? Наверное, это та надпись, которую, чтобы прочитать, нужно потрогать. Ой... Ты понял. — Понял, — улыбнулся Гарри. — «Настоящую красоту не увидишь глазами, она скрыта внутри». Это из «Красавицы и чудовища». Я люблю эту сказку. Часто смотрел мультик в детстве... пока мог. — Эта цитата... это правда, — немного грустно произнёс Луи, касаясь кончиками пальцев точек, но тут же исправился, добавляя более весело: — Так! Дальше у нас огромная кровать с огромным количеством мягких игрушек. Этот динозавр такой зачётный. Ого, тут есть милый жёлтый осьминог. И жираф. И радужный мишка. Да ты милашка, Гарри Стайлс, — Томмо потрепал волосы мальчика. Луи обращал внимание на мелочи, а не описывал форму стола или окна, будто Гарри не понимал. Он обращал внимание на вещи, которые делали эту комнату комнатой Гарри. — И что это получается? — осторожно начал Гарри, качаясь из стороны в сторону. — Агрессивный панк и милый слепой мальчик теперь друзья? Звучит даже не круто, только странно. — Агрессивный панк? Говоришь словами Ника, да? — пробурчал Луи. — Да я и не агрессивный панк вообще-то. — Длинные волосы, накрашенные ногти, футболки с дурдомом вместо принта, — перечислял Гарри, подходя ближе. — Сигарета за ухом, — усмехнулся он, проводя пальцами по волосам Луи чуть выше уха. — Ну... быть странными вместе — круто.✿✿✿
Теперь Гарри и Луи часто проводили время вместе. Действительно часто. Иногда с остальными они ходят в скейт-парк, и Гарри дёргался каждый раз, когда слышал, как Луи падает. Один раз это было особенно травмоопасно. И нецензурно. Грохот заставил всех вздрогнуть, а потом громкий голос Зейна: — Томлинсон, мать твою, нам чуть не пришлось собирать твою ногу по асфальту, мудак! Гарри тут же подскочил, пробираясь с помощью Лиама в гущу событий. Луи лежал на земле, морщась и хватаясь за разбитую коленку так, словно это помогло бы остановить боль или хотя бы кровь. Нашарив в рюкзаке спиртовые салфетки и пластырь, Стайлс тут же принялся обрабатывать ранку, которая, если честно, казалась устрашающей. Его пальцы немного неуклюже собирали грязь и кровь вокруг ссадины, он попросил Зейна помочь наклеить пластырь. Отвлёкшись от Гарри, Луи завопил: — Убери свои грязные руки, Зейн!! — Заткнись, Лу! — устрашающе вскрикнул Стайлс. — Ты мог быть осторожнее, — себе под нос добавил он. Глаза Томмо смешно распахнулись, но потом он разразился громким и звонким смехом. Гарри только что наорал на него. Надо же. Тихое хихиканье сорвалось с губ мальчика, вместе с облегчённым вздохом. Он не на шутку перепугался. Кстати, Найл тоже решил научиться кататься. Эмма рассказывала, сколько раз упал их юный скейтбордист. Правда, Найл каждый раз утверждал, что он не падал так часто, как говорила девушка. Кто знает? По вечерам Луи приносил им мармелад и иногда сырные чипсы, Лиам готовился к соревнованиям вместе со своим верным велосипедом, а Зейн часто рисовал что-нибудь баллончиком или дразнил Луи. — Томмо, когда ты зашьёшь кепку? — Если в твоей кепке нет дырок, то ты не крутой, Зейни! Через три дня после этого Гарри подарил Луи новую кепку. Ноутбук Ника чуть не улетел в стену, пока они выбирали эту «чёртову кепку для чёртового принца-панка, ради всего святого, купи ему корону, Гарри». В тот вечер закат уже играл на окнах многоэтажек, что виднелись вдалеке. Приближался конец апреля, но по вечерам всё ещё было прохладно. Едва ощутимый ветер создавал мурашки на коже. Гарри слышал, как Найл хрустит чипсами где-то с правой стороны от него. — Привет, кудряшка! — голос Зейна послышался совсем рядом. — Привет, — нежные холодные пальцы коснулись запястья Гарри. Лимонный пирог. Лето. Сигареты. Мокрый после дождя асфальт. Мятная жвачка. Стайлс повернулся в сторону Луи, который тут же тыкнул пальцем в ямочку на щеке юноши. — Как дела? — Всё хорошо, — Томмо заправил выпавшие волосы Гарри обратно в голубую бандану. — Мне нравится твоя бандана. Смущённая улыбка тронула губы мальчика. Он решил не рассказывать Луи, что Меш сказал ему, как сильно цвет банданы напоминает цвет глаз Томлинсона. — Замёрз? — вдруг спросил Луи. — Не-а, — улыбнулся мальчик. — А нос красный, — усмехнулся парень, щёлкая Гарри по носу. Он потянулся к своему рюкзаку, доставая оттуда чёрную толстовку с эмблемой Iron Maiden. — Давай наденем, — сказал он, помогая Стайлсу. — Ого, вы принесли гитару? — восторженно спросила Эмма. — Ага, Зейн заставил, — ответил Луи, закидывая свою руку Гарри на плечи. Гарри нравилось проводить время вот так. Судя по рассказам его друзей, это их место было милым. Здесь, вроде как, стояло несколько лавочек, но они всегда сидели на одной из рамп, раскрашенных граффити, поэтому Гарри слышал звук колёс, когда кто-то катался. — Томмо, ты должен спеть! — крикнул Найл с набитым ртом. — Точно, мы давно не пели вместе, — неловкость в голосе Эммы заинтересовала Стайлса. — Я бы хотел послушать, как ты поёшь, — тихо произнёс Гарри, уставившись куда-то в ключицы Луи. Томлинсон вздохнул, протягивая руку за гитарой. Он немного отодвинулся, чтобы никого не задеть, Эмма села на асфальт рядом. Луи взглянул на свою толстовку, в которую кутался Гарри. — His name is Niall, I have a dream about him, he rings my bell \\ Его имя Найл, и я мечтаю о нём, он заводит меня, — начал петь он, проводя пальцами по струнам. Гарри восторженно разомкнул губы, что заставило Томмо петь с улыбкой. Зейн присел рядом с Найлом, барабаня по бетону и толкая блондина в плечо, когда Луи пропел его имя. — Her boyfriend's a dick, and he brings a gun to school \\ Её парень — идиот, таскает ствол в школу, — вступила Эмма. Гарри слышал, как она отстукивает ритм носком кед вместе с Зейном. — And he'd simply kick my ass if he knew the truth. He lives on my block and he drives an IROC. But he doesn't know who I am and he doesn't give a damn about me \\ И он бы запросто надрал мне задницу, если бы только знал правду. Он живёт в моём квартале и водит IROC, но и понятия не имеет, кто я, — девушка рассмеялась на последних словах, потому что Найл пропел их с ней в унисон. — Cause I'm just a teenage dirtbag baby. Yeah, I'm just a teenage dirtbag baby. Listen to Iron Maiden baby with me \\ Ведь я лишь бедолага-подросток, малыш. Да, просто подросток-неудачник, детка. Малыш, давай слушать Iron Maiden вместе, — голос Луи снова разнёсся по парку. Парень смотрел на улыбку Гарри и действительно хотел, чтобы мальчик понял, что эти слова обращены только к нему. Гарри вдруг захотелось прикоснуться ладонью к груди Томлинсона, чтобы почувствовать вибрацию голоса, но он только провёл носом по ткани, вдыхая аромат. Заметив это, Найл усмехнулся, подмигивая Луи, который только закатил глаза, снова ударяя по струнам. Когда фонари начали мерцать, а автобусы давно опустели, они все вместе поплелись домой, выбирая любую отвратительно попсовую песню, типа «Call me maybe», и разыгрывая целый мюзикл под неё. Найл скакал по сидениям, воображая себя чёрт возьми кем, Зейн пару раз пытался станцевать стриптиз, используя жёлтые поручни. Луи в красках описывал всё Гарри, пока рядом хохотал Лиам. А потом Гарри и Луи остались вдвоём. Звёзды блестели сквозь почти незаметные облака, пестреющие деревья превращались в силуэты. Мальчики болтали обо всём на свете, едва соприкасаясь мизинцами, пока шли по тротуару. — Думаю, ночью будет дождь, — задумчиво произнёс Луи. — Это хорошо. Я люблю звук проезжающих по лужам машин, — с каким-то детским восторгом сказал Гарри. — Я всё хотел спросить, — начал Томлинсон, осторожно касаясь пальцами его ладони, — каково это? Ну, ощущать мир вот так… так, как это делаешь ты? Гарри хихикнул. Он остановился, поворачиваясь в сторону Луи. — Подожди секунду, — сказал он. — Отойди подальше, мне нужно найти кое-что в Интернете, но так, чтобы ты не слышал. Луи нахмурился, внимательно разглядывая Гарри, но всё-таки отошёл, чтобы тот оказался вне зоны слышимости. Стайлс помахал, сообщая, что можно вернуться. Луи остановился напротив него, пытаясь заглянуть в телефон. — Даже не думай смотреть! — почти грозно поругался Гарри. — Закрывай глаза. Луи послушался. Рядом с его ухом раздался какой-то странный глухой звук равномерных ударов обо что-то. — Нуууу, — с азартом протянул Стайлс, — что это за звук? — Эээээ, — Томмо нахмурился, всё ещё не открывая глаза, — кто-то бьёт азиатским палочками о тарелку? Повисла пауза. Гарри открыл и закрыл рот, словно рыбка. — Надеюсь, ты никогда не ослепнешь, — пробормотал он. — Эй! — возмутился Луи, но потом тихо добавил: — Вообще-то я тоже на это надеюсь. — Это птички клевали зёрна, Луи! — упрекнул Гарри. Луи хмыкнул. — Ты открыл глаза? — Нет. Вдруг Луи почувствовал едва заметные прикосновения холодных пальцев к своим щекам, они медленно пробирались вверх, пока ни задели реснички. — Ты красивый, Лу, — тихо сказал Гарри. Томлинсон что-то промычал, мотая головой. Мальчик обошёл его, останавливаясь за спиной. — Открой глаза. Как нам нужно встать, чтобы смотреть на сквер? Он ведь недалеко отсюда? Ник говорил, что, если смотреть в сторону сквера, хорошо видно ночное небо. Что оно там всегда без единого облачка. Томмо кивнул, поворачиваясь вместе с Гарри так, чтобы было видно верхушки деревьев и бескрайнее звёздное небо. Мальчик прижался к спине Луи, смыкая пальцы на его животе. Томлинсон слышал, как бьётся его сердце. Он откинулся на грудь Гарри, чувствуя, как тот положил подбородок ему на плечо, задевая носом прядки волос. Луи рассматривал трещинки на его губах, родинку на щеке и едва заметные веснушки на носу. — Лу, тебе нравится смотреть на звёзды? — Да, — на выдохе ответил Луи, и его дыхание заставило Гарри вздрогнуть. — Какие они? — Они… — сглотнув, Томмо перевёл взгляд на небо, — они такие яркие и абсолютно беспорядочные. Разбросанные по всему небу, как носки по комнате, — на этих словах Гарри хихикнул, заставляя Луи улыбнуться. — Небо сегодня… знаешь, небо сегодня разноцветное. Правда, пестрит разными красками. Вот в углу, ближе к твоему дому жёлтый кусочек, а рядом с домом Зейна красный. И тут, знаешь, тут рядом со звёздами плавают киты. Такие огромные и тоже разноцветные. — Они не съедят все звёзды? — обеспокоенно спросил мальчик. — Нет, не волнуйся. Они не едят звёзды. — Это хорошо. Я думаю, что эти киты больше любят зелёный горошек. — Зелёный горошек? — Да. — Хорошо, пусть будет зелёный горошек. — Мне нравится наше небо, — прошептал Гарри. — Мне тоже.
