Мы не можем

— Черт! — пробормотала Гермиона, отпивая кофе, ее сердце колотилось в груди, — черт, черт, черт! — Что случилось? — спросил Драко. Был уже почти обед, они провели много времени, заново знакомясь накануне вечером и он не мог понять, что так расстроило ее в первые 10 минут после того, как она встала с постели. — Прочти это, — вздохнула она, протягивая ему Пророк. На обложке была фотография их двоих, целомудренно целующихся за ужином.       Тайный любовник Гермионы Грейнджер раскрыт       Срочная новость! Вчера вечером героиня войны Гермиона Грейнджер (бывшая Уизли) была замечена в компании Драко Малфоя, одного из самых богатых волшебников Англии и практически королевской семьи чистокровных!       Расположившись в уютном уголке ресторана The Smoldering Cauldron в Косом переулке, Гермиона и ее новый кавалер наслаждались легким ужином, целуясь и обнимаясь друг с другом, не обращая внимания на то, что происходит вокруг. Эти двое определенно влюблены. Вопрос в том, надолго ли?       Учитывая месяцы спекуляций о возможной причине разрыва золотой пары в мае прошлого года, может ли это быть причиной? Как долго мисс Грейнджер и мистер Малфой обнимались друг с другом?       Чтобы подготовить эту статью к печати, мы не смогли получить комментарий ни от мисс Грейнджер, ни от мистера Малфоя, ни от мистера Уизли. Однако, если Гермиона и Драко встречаются уже некоторое время, я думаю, мы можем предположить, почему ее брак не удался с самого начала. Является ли Гермиона Грейнджер героиней войны? Или сердцеедкой? Берегись, Драко Малфой, ты просто можешь оказаться в том же положении, что и Рон Уизли. — Ну, это не лестно, — сказал Драко, нахмурившись, — но мы знали, что что-то подобное будет напечатано. Особенно в Пророке. Этой писакой. — Я знаю, — сказала Гермиона со вздохом, — но я действительно не думала о том, каково это будет. Ты же знаешь, что Рон увидит это, — надулась она. — В конце концов, он должен будет узнать, — заметил Драко. — Драко, я знаю это, — сказала Гермиона, надувшись, — но я должна была сказать ему сама. Я должна была сказать ему, — еще один пункт в списке проступков, которые она совершила против Рона Уизли. — Ну, теперь кот вылез из мешка, — сказал Драко, пожав плечами. Это раздражало ее. Она не ожидала, что Драко будет заботиться о Роне, но она ожидала, что ему будет достаточно дела до того, как она расстроена, чтобы притворяться. — Я знаю, что он тебе безразличен, но он был моим лучшим другом. Он был моим мужем. Я забочусь о нем, даже если он не разговаривает со мной. Он не заслуживает того, чтобы узнать об этом вот так. Я должна была подумать об этом, прежде чем мы пошли в тот ресторан вчера вечером, — пробормотала Гермиона последнюю часть про себя. — Гермиона, что ты можешь с этим поделать? — вздохнул Драко, — это уже сделано. Я уверен, что он уже прочитал. — Мне нужно пойти и поговорить с ним, — решила Гермиона, быстро направляясь в спальню, чтобы одеться. — Подожди, ты собираешься пойти к нему? Сейчас? — спросил Драко, по его голосу было понятно, что ему явно не нравится эта идея. — Да, — сказала Гермиона, — он заслуживает объяснений. — Ты действительно думаешь, что они ему нужны? — заметил Драко. — Я не знаю, — сказала Гермиона, натягивая одежду, — но он заслуживает. Я вернусь максимум через час. Просто приготовь себе завтрак. Все есть на кухне, ты знаешь, где что лежит, — отвлеклась она. Ей нужно было придумать, что именно она хотела сказать. — Ты оставляешь меня здесь? — Драко чуть не вскрикнул. — Ты же не думаешь, что я возьму тебя с собой? — возразила Гермиона, — я бы хотела, чтобы вы оба остались в живых. — Хорошо, но поторопись. Мне не нравится, что ты идешь туда одна, — надулся Драко. — Со мной все будет в порядке. Рон никогда не причинит мне вреда. Он может даже не впустить меня, — сказала Гермиона.

__________________________________

      Гермиона настойчиво стучала в дверь новой квартиры Рона. Она была так счастлива, что ей не придется иметь дело с Норой. Миссис Уизли скорее бы избила ее, чем впустила в дом, чтобы поговорить с бывшим мужем, особенно после статьи в Пророке.       Она удивилась, когда Джинни открыла дверь. Сердце заколотилось, когда она увидела, что лицо рыжей покраснело от гнева. — Какого черта ты здесь делаешь? Разве у тебя нет Малфоя, чтобы занять тебя этим утром? — усмехнулась она. Итак, очевидно, все прочитали это.       Гермиона сдержала желание закатить глаза, зная, что это только ухудшит ситуацию. Джинни действительно имела право злиться, но ее театральность уже надоела. — Могу я поговорить с Роном? — просто спросила она. — Он не хочет тебя видеть, — вызывающе сказала Джинни. — Кто за дверью? — спросил Рон, подойдя к сестре сзади. Когда он увидел Гермиону, стоящую у двери, он опешил, — что ты здесь делаешь? — спросил он, его голос был скорее сломлен, чем рассержен. — Я хотела поговорить с тобой, — сказала Гермиона. — Я полагаю, что речь пойдет о газете, — сказал Рон, его голос слегка дрожал, — не нужно объяснять. Я понял, что произошло. Главные старосты. Романтика, — в конце его голоса прозвучала нотка раздражения. — Но я хочу объяснить, — умоляла Гермиона, пытаясь обойти Джинни, которая, в свою очередь, использовала свои навыки игры в квиддич, подпрыгивая и извиваясь так, что Гермиона едва могла видеть Рона. — Джинни, оставь нас ненадолго, — наконец сказал Рон, не сводя глаз с Гермионы. Он выглядел так, будто колеблется между обидой и злостью. Это разбило ей сердце, но она должна была помнить — она была злодейкой в его истории. — Рон… — запротестовала Джинни. — Я в порядке. Иди позавтракай или еще что-нибудь, — настаивал Рон. Джинни вздохнула и бросила на Гермиону взгляд, который мог бы убить, прежде чем протиснуться мимо нее, чтобы выйти из квартиры. — Заходи, — сказал Рон и, пройдя в гостиную, тут же повернулся к ней спиной. Она последовала за ним.       Гермиона неловко села на диван, а он расположился напротив нее на кресле. Он не произнес ни слова, и она решила, что он ждет, когда заговорит она. — Рон, я знаю, что ты не понимаешь, и я не жду, что ты поймешь, но то, что я чувствую к Драко, — это настоящая любовь.       Рон выглядел так, будто ему было очень больно, когда она это сказала. — Так это он? — спросил Рон. — Да, Рон. Это всегда был он, — объяснила Гермиона. — Малфой, из всех людей, — пробормотал Рон. Парень изо всех сил старался сдержать свои эмоции, и ей было больно видеть его таким. — Мне так жаль, Рон. Если бы я могла выбирать, кого любить, я бы всегда выбрала тебя. Ты был добр ко мне — гораздо лучше, чем я заслуживала. Я была ужасной женой, ужасным человеком за то, что сделала с тобой, и я была бы ужасной матерью для наших детей, — сказала Гермиона почти плача, — я могу быть только той, кто я есть, и мы с тобой не созданы друг для друга. — Как ты можешь так говорить? — спросил Рон, — я любил тебя больше всего на свете. Мерлин побери, я все еще люблю тебя даже после этого. Почему? Почему я не могу просто ненавидеть тебя? Ты заслуживаешь этого! — кричал он. — Заслуживаю. Я заслуживаю твоей ненависти. Но ты должен знать, что я не хотела, чтобы все это случилось, — сказала Гермиона. — Это мне не поможет, — сказал Рон, опустив взгляд и сделав глубокий вдох, — послушай, я знаю, что ты пытаешься сделать. Ты чувствуешь себя виноватой. Но в этом нет необходимости. Что случилось, то случилось. Я не могу забыть тебя, если ты будешь в моей жизни, поэтому я и порвал с тобой связь. Я никогда не смогу забыть то, что ты сделала со мной. Ты лгала, обманывала и использовала меня, — перечислял Рон, — но я никогда не смогу тебя ненавидеть. Ты была моей женой. Ты разделила часть моей жизни, которой не было ни у кого другого, и, возможно, никогда не будет. — Я люблю тебя, Рон, но не так, как ты хочешь, — сказала Гермиона, ее голос дрожал. — Поэтому, как бы больно мне ни было, мы должны расстаться. Единственный способ забыть об этом — перестать видеть и слышать о тебе. Теперь, когда ты с Малфоем, думаю, мне придется прекратить подписку на Пророк, — сказал Рон, неловко прочищая горло. — Я бы хотела, чтобы все было не так, — сказала Гермиона. — Но все так, — сказал Рон, — слушай, тебе, наверное, лучше уйти. Джинни оторвет твою голову, если ты все еще будешь здесь, когда она вернется. — Возможно, — сказала Гермиона, печально глядя вниз, — кстати, спасибо тебе. — За что? — спросил Рон. — За то, что не обратились к прессе. Спасибо, что сохранил то, что произошло между нами, — сказала Гермиона. — Я не такой человек, — сказал Рон. — Я знаю, — грустно улыбнулась Гермиона. — Мне жаль, что моя семья так обошлась с тобой, — сказал Рон, ведя ее к двери, — я просил их не морозить тебя. Я знаю, что они были важны для тебя. — Но они твоя семья, — вздохнула Гермиона. — Тем не менее, я не хотел, чтобы они ополчились на тебя, как они это сделали. Я не поощряю этого, — объяснил Рон. — Прежде чем уйти, я хочу попросить тебя еще об одной вещи, — сказала Гермиона, — пожалуйста, пожалуйста, не позволяй тому, что я сделала, помешать тебе двигаться дальше. Я знаю, что ты не сможешь доверять так же легко. Думаю, именно это убивает меня больше всего. Я лишила тебя этого, и я знаю, что тебе будет трудно доверять снова. Пожалуйста, попытайся. То, что я сделала, касалось только меня. Это было не из-за тебя. Я была труслива. Я эгоистична. Ты был моим лучшим другом в течение 7 лет, а я предала доверие, которое ты мне оказал. Я умоляю тебя, пожалуйста, живи дальше и доверься кому-нибудь снова, — ее глаза наполнились слезами, когда она закончила. Больше всего на свете Гермиона хотела, чтобы Рон был счастлив — даже если она больше никогда его не увидит.       Рон прочистил горло и густым голосом просто сказал. — Я постараюсь. — Мне очень жаль, — повторила она. — Перестань так говорить, — сказал Рон, — от этого не становится лучше, — Гермиона просто кивнула и ушла.

__________________________________

— Лучше открой их, — сказал Драко, указывая на два ревуна на кухонном столе, когда она вернулась домой, — я избавился от ненавистной почты, как мог, но ты же знаешь, какие бывают ревуны.       Гермиона кивнула, вздохнув, когда взяла в руки первый ревун. — ТЫ НЕБЛАГОДАРНАЯ МАЛЕНЬКАЯ СУЧКА! ПОСЛЕ ВСЕГО, ЧЕРЕЗ ЧТО ТЫ ЗАСТАВИЛА ПРОЙТИ МОЕГО СЫНА, ТЕПЕРЬ ТЫ РАСХАЖИВАЕШЬ ПО КОСОМУ ПЕРЕУЛКУ С ЭТИМ ПОЖИРАТЕЛЕМ! Я НИКОГДА НЕ ДУМАЛА, ЧТО ТЫ ТАК ПОСТУПИШЬ С НИМ — С НАМИ. МЫ ВПУСТИЛИ ТЕБЯ В НАШ ДОМ, В НАШУ СЕМЬЮ, А ТЫ ТАК С НАМИ ПОСТУПАЕШЬ. НАДЕЮСЬ, ТЫ ОЧЕНЬ СЧАСТЛИВА С УБИЙЦЕЙ. ВЫ ЗАСЛУЖИВАЕТЕ ДРУГ ДРУГА. ТЕБЕ БОЛЬШЕ НИКОГДА НЕ БУДУТ РАДЫ В МОЕМ ДОМЕ!       Гермиона быстро вытирала слезы, стараясь не дать словам миссис Уизли задеть ее, но это было трудно. Драко взял ее руку в свою и поцеловал костяшки пальцев. Та самая женщина, которая ухаживала за ее ранами в детстве, которая связала ей 7 рождественских джемперов, пронзила ее до костей. — Все хорошо, любимая? — мягко спросил он. — Да, — солгала Гермиона, — давай покончим со следующим, — она открыла письмо, и ревун закричал на нее. — СЛУШАЙ СЮДА, ГРЯЗНОКРОВКА. ТЫ НИКОГДА НЕ СТАНЕШЬ ЛЕДИ МАЛФОЙ И НЕ БУДЕШЬ ЖИТЬ В ЭТОМ ДОМЕ, ПОКА Я ЖИВА. МОЙ СЫН ВСЕ ПОЙМЕТ, И ТЫ ОСТАНЕШЬСЯ ОДНА, НИКЧЕМНАЯ ГРЯЗНОКРОВКА, КОТОРОЙ ТЫ И ЯВЛЯЕШЬСЯ. ОТ ТВОЕЙ ИСПОРЧЕННОЙ КРОВИ И ТВОЕГО УБОГОГО ВОСПИТАНИЯ МЕНЯ ТОШНИТ, И ДРАКО ТОЖЕ БУДЕТ ТОШНИТЬ. ОТДАЙ ЕГО! ОН НЕ МОЖЕТ БЫТЬ С ТОБОЙ!       Гермиона была более чем ошеломлена тем, что миссис Малфой использовала вульгарные слова в своем ревуне. Она не думала, что миссис Малфой будет довольна или примет ее в этот момент, но услышать от нее эти слова было почти комично. Это было почти комично, насколько это было не в ее духе. — Мне тоже досталось от нее, — вздохнув, сказал Драко, — Не беспокойся о ней. Она может принять нас или уйти с дороги, — решимость в его тоне была ошеломляющей. — От кого были другие гневные письма? — спросила Гермиона. — Обычные идиоты, — ответил Драко, — несколько от ревнивых Слизеринок. Одно от Джинни. Несколько от людей, которых ты даже не знаешь и которые считают тебя блудницей, — вздохнул он, — не слушай их, Гермиона. Они ничего о нас не знают. — Я знаю, — сказала Гермиона, — у меня есть ты, и у меня есть мои настоящие друзья. И хотя Рон не простил меня, он не ненавидит меня, — сказала Гермиона. Это действительно было лучшее, на что она могла надеяться. Драко лишь погладил ее по спине. — Кстати, о друзьях, тебе пришло еще одно письмо. Я его не читал, но полагаю, что его можно читать. Это не ревун, — он протянул ей записку от Гарри. Гермиона,       Похоже, кот вылез из мешка. Джинни в полном бешенстве. Я пытался убедить ее принять твою сторону, но она не хочет. Мне очень жаль. В конце концов, это ее брат. Надеюсь, ты приняла правильное решение. Надеюсь, вы оба будете счастливы. Ну, по крайней мере, я надеюсь, что ты счастлива. Мне нет никакого дела до Малфоя. Насколько я понял из статьи, он решил заявить о вас. Это хорошо для тебя, я думаю.       Я здесь для тебя, если я тебе нужен. Гарри — Неплохо, — сказала Гермиона, — он принимает это так, как только может, — однако в его словах и тоне все еще чувствовалась дистанция. — Хорошо, я думаю, — Драко было все равно, что думает Поттер, но если это делало ее счастливой, то это делало счастливым и его. — Но все равно, ничего никогда не будет прежним, — грустно сказала она, — ничего и никогда. — Ты жалеешь об этом? — спросил Драко. — Нет, — быстро ответила Гермиона, покачав головой, — я люблю тебя, Драко. Ты стоишь этой жертвы, иначе я бы не пошла на нее, — заверила она его, — просто тяжело думать об этом, моя детская дружба действительно умерла. — Но у нас начнется новая жизнь, — сказал Драко, притянув ее к себе на колени, — и я сделаю все возможное, чтобы у тебя никогда не было возможности скучать по ним.       Гермиона улыбнулась и поцеловала его в щеку. — Ты оставил мне завтрак? — Конечно, любимая, — улыбнулся ей Драко. Глядя на него сверху, Гермиона поняла, что все это того стоило. Она совершала ошибки, но именно здесь и сейчас она должна была быть. Наконец-то все сошлось.