Убырхан

- И как я тебе? Хорош? - раздалось довольное над Андреем. Андрей не мог пошевелить ни рукой, ни ногой. Тело не двигалось. Просто не могло! Андрей был в сознании и все понимал, но управлять собой больше не мог. Спиной он опирался на какой-то сарай и поэтому не падал. Прямо над его горлом парил окровавленный меч. Четверть ладони - и ему снесут голову. Андрея перенесли на некий пустырь. Незнакомый и заброшенный. Лишь валуны были вокруг. Но вдали Андрей видел знакомые стены. Значит, Воиново было совсем недалеко. - Ой, можешь, не отвечать… Знаю, что хорош… Я просто восхитителен! Великолепен! Само совершенство! - продолжали безумно и счастливо смеяться над Андреем. Князь с ненавистью посмотрел на говорившего. Не восхитителен. Отвратителен. Да, Чакре казался самым красивым человеком, который видел этот мир. Идеальные черты лица, пухлые губы, влажный, манящий блеск глаз, шёлковые волосы… Красный, бархатный кафтан, алые, сафьяновые сапоги, золотые ленты в волосах, перстни драгоценные на руках, плетёная коса до пояса… Но улыбка на его губах была безумной, а в очах тёмных мелькали злые, нехорошие искры. И красота вдруг становилась уродливой. Словно в драгоценном, золотом яйце оказался отвратительный монстр. То просто оболочка была, скорлупа… А внутри - ничтожество. Какой толк, если в наливном с виду яблоке есть гниль? - Разве к ногам такой красоты не должен пасть весь мир? - продолжал рассуждать Чакре, расхаживая взад и вперед, наворачивая круги вокруг, - Но я понимаю, понимаю… Взгляд Чакре стал почти нежным. - Теперь я понимаю, что все на свете получить невозможно, - закончил печально он, - Что-то все равно упустишь… И знаешь… Знаешь, я решил быть смиренным. Я пробовал и так, и эдак… Ничего. Не выходило. Я в абсолютном тупике. Выхода нет. А раз так, то не пора ли отпустить? Забыть прошлое, как страшный сон… Андрей молчал. Что с сумасшедшим говорить? У Андрея была надежда выжить. Выжить и точка. А об остальном Андрей решил не думать. Даже о смерти дядьки… Но все же кое-что не давало Андрею покоя. - Зачем тебе я? - не выдержал и похрипел Андрей. Кульпа-хан держал его в плену. Не Андрей. Неужели это все просто за то, что он ему отказал? Не спрятал его в своих землях? Чакре посмотрел на него с жалостью. - Да зачем мне такое ничтожество? Абсолютно не за чем! - отмахнулся от Андрея мужчина, - Убил бы тебя и забыл! Или ещё лучше… Отрезал бы от тебя кусочек за кусочком! А потом бы посмотрел на лицо Кульпы! Вот была бы умора! Но тогда все теряет смысл… Я не освобожусь от прошлого. Не начну новую жизнь. Знаешь, старьё так держит… Не даёт покоя. Но если старьё сжечь, то и суда нет, верно? Значит, дело все же в Кульпа-хане… Но при чем тут он и Андрей? - Ой, Андрюша! - Чакре посмотрел на него с таким сочувствием, что князь чуть не поверил, - Вот почему судьба так несправедлива? Убил бы тебя Кульпа при первой встрече, как и хотел, и ты бы сейчас не мучился! Или ещё лучше! Попежились бы мы в твоём шатре, и Кульпа бы тебе точно снес голову! Умер бы хоть счастливым! И быстро! Хотя нет! Он бы не отрубил тебе ничего, наверное… Он никогда бы не смог. Тогда мы бы просто сбежали! И ты бы предоставил мне власть! Хотя нет, твои родовые земли такие маленькие… На что они мне? Нет-нет-нет! Все случилось весьма удачно! Как и должно было произойти! Если бы сложилось по-другому, то у меня бы не было рычагов давления на Кульпу… А теперь есть! Теперь он уязвим! Потому что придёт за тобой! И мы с ним закончим то, что давно пора было! - Он не придёт! - в ужасе прошептал Андрей, - На что ему я? Да, он помогал мне, но не думаю, что я настолько ему дорог, что он рискнёт ради меня своей жизнью! Только не это! Андрей больше не хотел, чтобы из-за него гибли люди! Чакре его не слушал. Он просто напевал себе под нос и двигал валуны на пустыре, пристально их рассматривая. - Пусть все завершится там, где началось, - нараспев протянул Чакре. Андрей вдруг заметил, что вокруг были не просто валуны. Это были идолы. Похожие на те, что находились рядом с его землями. Только каменные и очень грубые. Что здесь происходило? Зачем это все? Страх не давал Андрею дышать. - Все готово? - вдруг раздалось рядом - к ним кто-то приближался, - Он точно придёт? Андрей узнал голос, но все равно скосил глаза, чтобы убедиться. И сразу болезненно поморщился. А что он ожидал? Они находились на землях Воиновского княжества. Неудивительно, что местные князья были в курсе той чертовщины, что у них творилась. Братья подъезжали неторопливо, красуясь своими породистыми, вороными конями. Старшего - чернявого Алексея, Андрей узнал сразу. Хорошо его знал. А вот младшего, Василия, Андрей видел давно. Что же… Василий был похож на отца - бледный, с русыми волосами, угрюмый… Только слишком молодой. Алексей посмотрел на Андрея с презрением. Василий - с беспокойством. Впрочем, волнение его ничего не стоило. Василий и не подумал подойти к Андрею. - Конечно, придёт, - важно кивнул Чакре, - Андрей почти с самого своего рождения был его слабым местом. И что он в нем нашёл? Хотя это неважно… Важно то, что, как только Кульпа сгниет, то вернутся к вам ваши земли. А коль будете слушаться меня, появится у вас даже больше… Андрей не был удивлён. Братья, разумеется, не обрадовались тому, что старший сын получил все, что причиталось им. Поразило его другое - почему Андрей - слабое место хана? И почему с рождения? Как такое возможно? - О, да что я все говорю! - всплеснул руками Чакре, - Кульпа появится буквально…. Буквально через… О, а вот и он! Андрей думал, что хан возникнет прямо из воздуха. Как волшебное существо, каким он и являлся. Но все оказалось гораздо проще. Зашуршали кусты, и на пустырь осторожно вышел Кульпа-хан. Шел он как-то странно, хромая… Спутанные его волосы были завязаны в уродливый пучок. Да, хан любил забранные, он говорил… На лице его маски не было. Кожа хана отвисла так, что глаза почти вываливались. Но на лицо ещё можно было смотреть. На тело - нет. Халат износился и штаны Кульпы-хана - тоже, и сквозь дыры были видны пожелтевшие кости и синеватую, оплывшую, сползающую кожу. К горлу Андрея подступила тошнота. Не из-за отвращения. Из-за волнения. Хан выглядел не плохо, нет… Это слишком мягко было сказано. Как выглядел хан, Андрей даже не мог сказать. Поэтому он решил просто не думать об его внешнем виде. Андрей лишь нервно позвал: - Кульпа! Хан на свое имя не откликнулся. Он упорно шел к Чакре. - Что, тело хана настолько подводит тебя? - ехидно уточнил Чакре, - Иль нет уже сил, чтобы поддерживать его? - Хан просто попался слабенький. Я посильнее был. При жизни, - прохрипел себе под нос Кульпа и равнодушно добавил, - Если с праздными беседами достаточно, то не изволишь ли ты отпустить Андрея? - Разумеется, - посмотрел на него с укоризной Чакре, - Какие разговоры? Заходи в круг. - Разбежался. Бегу и падаю, - хмыкнул презрительно Кульпа-хан, - Сначала Андрея отпусти, а потом так и быть - я на капище погуляю. - Это ты меня не дури, - погрозил ему пальцем Чакре, - Как Андрюша твой отпущен будет, то ты и сбежишь с ним, верно? А я с чем останусь? Снова ни с чем. Нет, давай лезь… А там и Андрей отпущен будет. Хан не сдвинулся с места. - А где гарантии? - жестко произнес он, - Поклянись, что не причинишь Андрею вреда. И никому не прикажешь. - Никаких гарантий не будет, - сладким голосом ответил Чакре, - У тебя только один выход - встать в круг. Откажешься - лезвие меча перережет Андрею горло. Хан засмеялся, хрипло, страшно, а потом вдруг без перехода, резко закричал. Рот его болезненно искривился. Андрей вздрогнул от этого крика. Волосы на его теле встали дыбом. - Кульпа! - хотел позвать его Андрей, - Кульпа, не надо… Просто уходи… Зачем я тебе? Андрей ничего сказать не успел. Хан замолчал так же резко, как и начал кричать. - Князь Василий, поклянись мне своей жизнью, что твой брат останется жив, - вдруг спокойно произнес Кульпа-хан. Андрей давно забыл, что здесь были его братья. Но они никуда не делись. Просто чуть отошли. Миг стояла оглушительная тишина, а потом Василий тихо, но уверенно произнес: - Клянусь своей жизнью, что сделаю все, чтобы брат мой Андрей остался жив. Пока он жив, наше сотрудничество с уважаемым Чакре будет оставаться в силе. Алексей и Чакре посмотрели на Василия с яростью, но промолчали. Успокоившись, Чакре буркнул недовольно: - Что же… Если уважаемый Князь так желает, то его брат Андрей не пострадает. Но это при условии, что Кульпа посетит мое капище… - Кульпа посетит твоё капище, - передразнил его с издевкой хан, - Не переживай. Кульпа-хан уверенно направился к идолам. - Эх, как жаль, Кульпа! - с деланной жалостью произнес Чакре, - Если бы ты не артачился, все могло быть по-другому! Меня ты отверг, а Андрея, который тебе всю жизнь порушил, ты жалуешь! - Да я лучше сдохну или собаке всуну, чем с тобой буду! - сплюнул на землю Кульпа-хан, - И ты не путай! Это ты мне жизнь порушил, а Андрей… Андрей мне ее ненадолго вернул. - Ну и иди тогда, - голос Чакре был похож на яд. - Ну и пойду! - пожал плечами хан, - Мне сдыхать не привыкать. Переживу. - Стой! - крикнул оглушительно Андрей, он с трудом осознавал происходящее, но прекрасно понимал, - на капище с ханом произойдёт страшное, - Стой! Не ходи, прошу… Я не стою того… Кульпа-хан даже не обернулся. Он просто неторопливо миновал идолов. Теперь они окружали его. Хан находился по центру. Сначала ничего не происходило. Кульпа-хан просто стоял. И не двигался. Его явно ничего не беспокоило. Андрей успел перевести дыхание, когда меч перестал маячить около его горла и полетел в сторону Чакре, оказавшись у него в руках. Сжав рукоять и опустив оружие, Чакре неторопливо направился к капищу и встал прямо напротив хана. - Выходи, мой любимый, - нежно произнес Чакре. - Обойдёшься, - скрестил руки на груди хан. А потом он вдруг упал и начал кататься по земле. Кульпа не издавал ни звука. Но по его изломанному телу было понятно - ему больно, очень больно. Захрустели кости. Тело хана выгнулось так, что даже смотреть было страшно. К горлу Андрея подступила тишина. Князь тяжело сглотнул и вдруг понял - он может двигаться. Видимо, Чакре все свои силы тратил на хана. Андрей тихонько пополз к капищу, стараясь, чтобы его не заметили. Но Чакре было не до него. - Не хочешь показаться? Правда-правда? - смеялся жутко он, - Как же так? Я так хотел увидеть тебя перед твоей смертью! Желал невыносимо! Я ведь так любил тебя… Никто так никого не любил! Никто! А ты даже выйти для меня не хочешь! Показаться! Хотя… Хан, которому дали передышку, снова начал кататься по земле. И снова - ни звука. Его тело словно билось в конвульсиях. Андрей пополз быстрее. - Хотя зачем мне на тебя смотреть, верно? - продолжил зло Чакре, - Ты больше не тот жизнерадостный мальчик, которого я впервые увидел на базаре… И которого полюбил с первого взгляда! Ты - настоящее чудище. Теперь та юность и лёгкость для тебя недоступна. Ты - чудище, которое лишь может принимать облик того прекрасного мальчишки. Ты - тварь, у которой нет души. И человечности. И выглядишь ты по-другому. Как и положено такой погани, как ты. Как ты смел превратиться в это? В этот поганый ужас?! Как ты смел?! - Да, я чудовище, - каркающим смехом разразился Кульпа-хан с земли, - Но ты ошибаешься. Моя человечность ещё со мной. Я сохранил ее. И сейчас за нее умираю. Теперь окончательно. Хороший повод умереть, верно? - Заткнись, тварь! Не желаю слышать больше ничего о твоём Андрее! - яростно взмахнув волосами, Чакре отрубил хану правую руку. Андрей почти добрался до идола, почти… Кульпа-хан оглушительно рассмеялся с земли. - И зачем? Мне даже не больно! - захлёбываясь от веселья, закричал хан. Чакре не остановился. Он продолжил махать мечом. Хан лишился ноги, потом второй руки… И все смеялся. Крови не было. Андрей знал, что ее не будет. Что тело то мёртвое. Но смотреть на это было выше его сил. Андрей подумал - а вдруг ему нельзя на капище, вдруг его испепелит? Но ему подумалось - ну и пусть, пусть испепелит… Ничего страшного не случилось. Андрей легко вступил в круг, а потом поспешно бросился к Чакре и, нырнув под его руку, схватил с земли то, что осталось от Кульпы. С ужасом Андрей понял, что у хана нет ни рук, ни ног, а тело его изрублено. Слезы брызнули из глаз князя. Он тихо и горько плакал. - Я сейчас, я сейчас… - прижимая к груди поломанное тело, бормотал Андрей, - Сейчас все будет хорошо… Хан улыбнулся своим провалом-ртом и нежно проговорил: - Ненавижу тебя, ненавижу тебя так сильно, что готов умереть… И на кой уд я тебя спас шестнадцать зим назад? Черт попутал! Зачем, не понимаю… Зачем…. Но твои глаза… Были тогда, как мои. А сейчас… А сейчас… Сейчас твои глаза другие… Но это все, чего я желаю. Почему я тебя не убил, когда ты впервые вошёл в шатёр? Надо было выколоть тебе в детстве глаза. Ненавижу тебя! У Андрея упало сердце. Не могло такого быть… Не могло быть, чтобы тот татарин, который спас его во время набега, был перед ним… Не могло этого быть! Кульпа вдруг приподнялся, и его обезображенный рот прикоснулся к подбородку Андрея. А после - мощный удар разъединил их. Они не добежали совсем чуть-чуть… Чакре встал перед Андреем, и его трясло от злости. Теперь он был совсем не красивым. Он казался страшным, как черт, в своей ярости. Чакре молчал и ощупывал Андрея. Хан корчился на земле. - Куда ты мог спрятаться? Куда? - лихорадочно шептал Чакре. Он ощупал ноги и руки, туловище, голову, шею князя, проверил его одежду… Пока не дошёл до креста. Святыня вдруг в руках Чакре зашипела, и тот выругался сквозь зубы. - Ох, твоя вера сильна, Князь, - рассмеялся зло Чакре, - Но она никого не спасёт. Потому что хан твой - мертвечина. И крест ему, словно ладан для черта. Чакре оставил Андрея и выбросил его за круг. Князь больно ударился, хрипя от боли, но снова попытался встать. Не вышло. Колдовство вернулось. Руки и ноги не двигались. Андрей смог лишь с трудом повернуть голову. Хан бился в судорогах на земле. Чакре нависал над ним. - Выходи. Выходи-выходи-выходи! - гремел его голос сильнее грома, - Ах, не выйдешь? Что, не выйдешь?! Ну и сиди в этом презренном теле! Умирай в этом мраке! В этой отвратительной оболочке! Сдохни! Все равно теперь ты поганая тварь! Ты больше не тот, кого я любил! Сдохни в муках! - Пожалуйста, Господи Боже, спаси! Помоги ему! - взмолился Андрей, но крест обхватить он не мог. Чакре отбросил от себя меч и взмахнул своими руками, словно обращаясь к небу. Головы идолов вдруг взорвались сотнями камней и словно издали коллективный стон. Обломки достали и до Андрея, но он не почувствовал боль. Пожалуйста… Идолы начали разрушаться у него на глазах, пока не превратились в каменную кучу, а дёргающееся тело хана на земле вдруг задымилось на земле. Миг - и его объяло пламенем. Нет! Пожалуйста! Молитву князя никто не услышал. На месте хана остался лишь пепел. - Все закончилось так, как и началось, - торжественно объявил Чакре, и из его горла вырвался смешок. А потом второй, третий… Чакре смеялся, упав на землю, и остановиться он не мог. Андрей вдруг понял - его ничего не сдерживает. Торопиться больше было некуда. Не за чем. Но он, шатаясь, все равно побрел к кучке пепла… - Вернись ко мне! - попросил отчаянно Андрей, падая рядом с останками хана на колени, - Вернись ко мне, Кульпа… Молю! Я сделаю все для тебя! Только вернись! Разве это справедливо? Кто я такой, чтобы ради меня умирали?! Почему ты спасал меня столько раз, а я тебя - ни разу?! Никто Андрею не ответил. Андрей молится снова и снова. Бьет челом. Сжимает крест. Ничего не происходит. По его лицу текут слезы. Пахнет дымом и горелой плотью. Отвратительно. Но Андрей все равно возится с пеплом. Прижимает его к груди и что-то шепчет. Тщетно. Лишь ветер подхватывает пепел и уносит его в небо. Далеко-далеко. Андрей кричит и тянется за пеплом. Старается достать. Но ветер неумолим. Пепел разлетается и постепенно исчезает. Но Андрей все равно тянет руки вверх, неизвестно на что надеясь. Рядом смеётся Чакре. Андрей замирает с дрожащей рукой, обращённой к небу, надолго, а потом он падает на землю. И плачет. Почему все-все они умерли? Те, кто любил его? Старались защитить? Мама, дядька, Кульпа? Наверное, Андрею не стоило жить.