Филипп Лунин и драконье училище

Явенш ждёт нас за накрытым столом у самого входа, да ещё и не один, а, неожиданно, с Авророй! Лууна удивлённо со мной переглядывается. — Я так понимаю, не ты пригласила? — шёпотом уточняю я, вспомнив, что Лууна раньше выражала желание познакомить нас поближе. — Явенш? Сама подсела? — Лууна долго не стала гадать, сразу подсаживается к ним и с пристальным вопросом во взгляде. Аврора машет нам рукой в приветствии: — Наша группа сегодня тут выступает, так что всё за мой счёт. А ты чего не с нами, Лунь? — Слегка повыбили из меня дерьма, — Лууна отмахивается. — Завтра тоже придётся пропустить репетицию. Зато потом… — она вздыхает, собираясь с решимостью и потом на меня смотрит. — Ничего, если я уволюсь с работы охотницей? Ну… теперь, когда у меня есть телепортационный камень до дома, мне моя изначальная работа приносит куда больше, чем кентаврам мясо таскать. Мы с тобой всё равно много когда сможем встречаться. Я медленно почёсываю шею, затем, поразмыслив, вздыхаю.: — Без тебя будет грустно, одному этим заниматься… Но не буду упрашивать, чтобы ты только из-за этого продолжала быть здесь. Только… ты точно уверена, что это не слишком рискованно для тебя? Всё-таки… наше дело здесь, может, не так прибыльно, но зато гораздо безопаснее. — А что насчёт роста и саморазвития? — спрашивает у меня Лууна, делая ладонью знак Явеншу пока не встревать. — За хелангуса из ада те же пять пшиков, что за еленя из соседнего леса… За два часа работы! Аврора с интересом наблюдает за нашим спором, подперев щёку кулачком, и только это вынуждает Лууну остановиться. — Ладно, потом об этом, — бурчит гончая, опустошая стопочку с ликёром. — Мы поговорили с другими студентами, кто что видел, и нас натолкнули на мысль, что за саботированием Аднирваны стоят бывшие студенты, кто делают это из зависти. — А эта чешуйка, — Явенш показывает Авроре «вещдок», — принадлежит пранааму. Это насекомоподобное существо, которое искусственно выращивали во времена Чумы Двойников для того, чтобы оно охотилось на магов. — Насколько оно большое? — спрашиваю я. — Как насекомое… ну, обычного вида — или как кракалевн? — Человек в холке, два до макушки, четыре в длину, — забирает грифон у Авроры чешуйку, но та продолжает на неё глядеть хмуро: — И такой материальный компонент вызывает мефитов? Видимо, её в расследование тоже посвятили… Ну, ладно, это не самое личное. — Нет, — Явенш пару секунд смотрит на столик у противоположной стены, где начинается спор на повышенных тонах, но он быстро улегается, вышибале вставать на работу не приходится. — Но может внушить безумие и желание нападать на чародеев. — Это интересно, — раздумываю я. — Но, минутку… Здесь же практически все чародеи, зачем такая избирательность? Как я понимаю, без магии тут разве что уборщицы… причём не факт. — Смысл, значит, только в части «вызывать безумие», — заедает Лууна спирт мясной палочкой. — Ну, или это дурацкая подпись «вот зачем мы это делаем, азаза» в стиле серийных убийц из плохих сериалов. — Окей, — я раздумчиво слагаю пальцы домиком. — А где эта тварюшка водится? Её, наверно, сейчас не так-то легко найти? Явенш кивает, одинаково низко склоняя голову вперёд и назад: — Это было искусственное существо человеческих биоармий на соседнем материке. Но в настоящее время военные образцы уже давно все перебиты антами. — А ведь антам выгодны беспорядки в Аднирване. Так, в качестве теории… — Аврора тянет спирт медленнее, обращая внимание и на вкус, в отличии от Лууны. — У них есть своя межмировая академия, Белоцвет. Да, в ней разрешено обучаться и существам со стороны, потому что совсем уникальной магии там не преподают, зато это прекрасное место для распространения своего образа мыслей среди других народов. Та магия белая, не то что нашарская… — Слышал бы тебя сейчас Жарегнев… — фыркаю я. — Это была бы прямо битва титанов. Но, если даже предположить, что перед нами некая антовская операция — она как-то… слабо смотрится. Какие беспорядки можно вызвать, подсовывая мефитов на кухни? Учитывая то, что эти ребятки едва ли не поварёшкой прибиваются? Если же это тестовый эксперимент, то ещё страннее получается — какой смысл заранее тревожить потенциальную цель? Нет, мне всё же кажется, что это именно что пакости кого-то отчисленного, но не особо сильного. — Это отчисленные ученики, — Лууна заявляет уверенно, фотографируя красиво разложенные колбаски. — Возможно, даже объединённые в клуб по интересам, чтобы друг друга подзуживать. И у меня есть идея, через кого на них выйти. Но тогда, Аврора… пока что не включай меня в концерты. — Поздно. Ты ешь из общака, — дампирша обводит стол ладонью. — Так и запощу, — равнодушно Лууна заявляет, тыкаясь в телефон. — «Общак аднирванской гёрлз-банды». — Ты же понимаешь, что мы тебя опозорим сильнее, чем твой шитпост нас? — Аврора дьявольски ухмыляется, наклоняясь в сторону Лууны. Только по ауре я понимаю, что Аврора не слишком серьёзно, как и Лууна, впрочем. А она ещё на Кальцию гнала за двойное дно! Но тут меня внезапно как пронзает догадка. Значит, опозорим? Так-так… — Аврора, а ты случаем не умеешь текст в рифму делать? — притворно-беспечно интересуюсь я, раздумчиво потирая пальцем кончик носа. — Другие поэты, сейчас ты узреешь, мне просто челядь, — она оглядывается на меня с интересом. — А в чём работа и для чего? Я резко фыркаю одним носом и с глубоким подозрением щурюсь. — Лимерики, которые не так давно высмеивали меня в таверне перед всеми подряд. Не твоя ли работа? — Моя-моя, так что в передаче нужных эмоций не сомневайся, — она откидывается на спинку стула. — Надеюсь, уже не дуешься? Я-то на тебя больше нет. — Ну, скажем так, — я снова сплетаю пальцы, но на этот раз гораздо плотнее. — Да, я не дуюсь… — ещё бы, это слишком мягкое слово, — …но, если вздумаешь нечто такое запустить про Лууну — припомню разом и за то, и за это. Чтобы два раза не вставать. — Могу нечто обратное, — перекидывает она ноги вбок, встаёт и идёт в сторону сцены, махая ладонью одному из музыкантов там, чтобы подал ей гитару. — Маги и волшебницы, владеющие и чародейки! Знаете, наверное у каждого из нас есть такой друг, который за словом в карман не лезет… очень уж немного там слов и все по делу, зато есть надёжное оружие, которым он тебя защитит. Вчера «Под аркой» было жарко, и с этой проблемой расправились в основном благодаря ей… ну и одному нашему старому знакомому, о котором я несправедливо была худшего мнения. Зарядим в честь них? Народ кто с поднятых палочек, а кто просто с пальцев и когтей затрещал короткими разрядами крохотным молний, сначала хаотичными и шумными, но собранными первыми тактами песни в стройную перкуссию. Уже видя, на кого смотрит исполнительница, студенты радостно оглядываются на меня, ошарашенную Лууну и довольно хохлящегося Явенша. ♪ Им не нужны ни сапфиры, ни звёзды — Может любимой достать он луну. В гонке охоты умоются росами — Лучше, чем вы, я друзей не найду! ♪ ♪ Лу-уна, Филипп! Что вам ещё подарить, Коль всё есть? ♪ ♪ Лу-уна, Филипп! Песня под небом парит В вашу честь! ♪ ♪ Лу-уна, Филипп! Сердце одно на двоих Велико!.. ♪ ♪ Лу-уна, Филипп! Пламенем вечным горит Вам любовь! ♪ На этот раз у меня не получается удержаться уже от улыбки, и я кладу ладонь на запястье Лууны, весело глядя на мою гончую. Ну, так уж и быть — извинения приняты! Рдея через мягкую шёрстку на щеках, она приближает нос к моему уху: — Я её отпизжу в раздевалке за «сердце больше, чем на двоих». Но да, в остальном объебенно. Улыбнувшись ещё шире, второй рукой я слегка доворачиваю к моим губам её, одновременно несколько заслоняя от избытка взглядов, и коротко, мягко, но ласково целую гончую. Она отвечает неожиданно ласково, совсем не в стиле той грубой скорлупы-маски, которую она носит для всего общества, кроме меня. Загороженная моей ладонью, она не сдерживает даже романтичную улыбку, добрые искры в глазах и мягкое потирание носами: — Это правда… Ты — единственный огонь, в котором я способна сгореть. — Тепло моего огня согреет тебя, а ярость защитит, — после паузы на пару секунд отвечаю я, подобрав то, что желается ответить. Да, наверно — возможно — слишком пафосно. Но ничего лучшего сейчас в голову просто не лезет. — Взаимно, дракош, — она дрожащими пальцами хватается за волосы на моём затылке, чтоб притянуть меня в ещё более близкий поцелуй. Вокруг апплодируют то ли Авроре, то ли нам, и я долго ещё не могу оторваться, чтобы это проверить. А точнее, даже не желаю. Когда же мы всё-таки медленно расцепляемся, я снова не могу не вспомнить вполне конкретный момент — и не пошутить о нём. — Ну вот, — лукаво улыбаюсь я, многозначительно играя бровями, — получилось, как в кино! — Как в театре обоссанном, — у неё пунцовеют и уши, когда она оглядывает зал и уставляется на пялющегося с попугайской ухмылкой Явенша. — С живой реакцией аудитории, нах. Эй, совун клюва в чужие дела, хоть бы букет подарил за представление! — Я вам уже вчера подарок делал, — он отшучивается, клёкочаще хихикая. — Считай, что у нас тут ещё и персональный секьюрити имеется, — тоже шучу я, весело подмигивая грифону. — С глазами, как у орла! — К вам даже подходить хулиганы не станут, раз вы со мной за одним столом обедали, — он коротко накрывает нам спины крыльями и убирает их прежде, чем Лууна успевает напрячь скулы. «Все совы такие развратные?..» — протягивает Ртуть. «М-м… Если однажды загляну в магический бордель, проверю по набору сотрудников», — на этот раз шутя уже лишь наполовину, обещаю я. Наполовину, потому что не вижу на данный момент способа найти точный ответ иначе. — Не за что, — Аврора возвращается на свой стул, ещё более хитро ухмыляясь. — А в чём твоя первоначальная идея со стихами была? — Ни в чём, — качаю я головой. — Мне только было нужно подтверждение внезапно возникшего подозрения, когда ты сказала про «опозорить». Считай, идею поймал. Но вот касательно другой идеи… Лууна, ты упомянула, что у тебя имеется мысль относительно того, как выйти на искомую цель? Она чуть мотает головой, убирая из глаз влажные блики-сердечки и возвращая серьёзный настрой охотницы за головами: — Помнишь самогонщика в лесу, который отчисленный студент? У него могли заказывать пойло во всех рестиках Аднирваны, оно же волшебное. Значит, он имеет доступ ко всем кухням. Мамкины террористы как пить взять пытались его вербануть, не важно, успешно или нет. При хорошем допросе он должен их сдать. — Он же прячется ото всей… ну, прятался, во всяком случае, — я с сомнением качаю головой. — Думаешь, он при этом решил бы контачить сразу со всеми ресторанами? Опять же: зачем тем заказывать такое пойло, которое наварили невесть из чего, невесть кто? Неужели лучшего производителя не нашлось? — Берут же у нас мясо без клейм качества, — наклоняет Лууна голову вбок. — А пойло нормас, Кальция одно его творение Столасу подарила. — Справедливо… — протягиваю я, потирая подбородок. — Значит, предлагаешь снова на него выйти, а затем взболтать на предмет контактов? — Да. Вопрос, в какой день, — Лууна быстро скосилась на Аврору и Явенша, будто они проболтаются и всё испортят. — До и после своих «шуток» они могут быть настороже некоторое время. — А какая разница? — я облокачиваюсь на стол, оглядываясь там, где далеко за окнами темнеет полоска леса. — Нам же он сейчас нужен, а не они. Если узнаем, какие контакты — можно потом уже и подождать, чтобы взять с поличным. — Я это к тому, завтра… или послезавтра и на Ад время есть, — вспоминает Лууна обещание сводить туда Кальцию и дать мне расспросить Столаса о внимании Тиамат, предках моего драконьего профиля и прочей судьбе, начертанной звёздами. — Вас ещё и из Ада донимают? — насторожился Явенш. — Во что вы вляпались? — Угомонись, она сама из Ада, — хлопает его Аврора ладонью по крылу. — Плотный же у тебя, Лун, график, даже схватить преступников оперативно нельзя… — У меня немногим меньше, — развожу я руками со вздохом. — А ловить в любом случае мы не можем просто так, не имея доказательств. Притом основательного такого плана, а не индиций. — Ты процедурала пересмотрел? — Лууна понимает, что за столом никто не врубается в её адский диалект. — Сериалов про честных стражей порядка. Ещё ордер запроси на обыск и адвоката ему найми… — Ордеров тут нет, но по праву совести тебя могут в ответ так надрючить… — Явенш точит когти указательных пальцев друг о друга. — Если самогонщик пьяница по всем стереотипам, — подкладывает новую идею Аврора, — разболтайте его за дегустациями. — Я пересмотрел трупов на виселице, — кисло отвечаю я Лууне. — Вцепимся ещё не в того, а потом нам же обвинение предъявят. Нет, если уж брать, то нужно иметь железные доказательства. Потому что, я сильно подозреваю, просто так виновные не сдадутся. А значит, будет бой. По итогам которого, вполне вероятно, снова получится нечто… негуманное. Мы не можем пускать в действие оружие, не глядя. — Тогда не завтра. Как минимум, чтобы подумать… — Лууна заливает пока что последнюю стопку ликёра и встаёт. — Уважуха за баланду, братки блатные, хорошо на воле, да пора на зону. Покеда, увидимся с кем на репах, с кем тут. — Милая, уж лучше матом в следующий раз… Всё душевней, чем так, — грустновато фыркаю я, тоже поднимаясь на ноги. — Но — да, встреча прошла результативно! — Не я начала! — Лууна синхронно с Авророй поднимает средний палец и, довольно подняв уши, уходит, взяв меня под руку. — Что ж, думаю, после такого концерта можно нам не скрывать своих отношений… Так и так пол-универа будут про них завтра петь. — Ну, вообще-то, если так вдуматься… именно в этом варианте сочетания обличий мы, вроде как, и не прятали, — весело хмыкаю я. — Впрочем, так или иначе — а да! И целуй меня везде, как в песне поётся… — Ох, знал бы ты, в скольких местах мы целоваться откажемся… — она треплет мне пальцами ухо, не сразу сообразив, что оно не собачье и не драконье. — Ладно, сначала к Тотски, а потом уже к Кальции, чтобы её не парить и весь оставшийся день с ней? Я согласно киваю. — А ты не встречалась раньше с инкоманткой, между прочим? — Максимально мельком. Как-то несхуй было, — выходит она на площадь Книгоцентрали и заворачивает к повозкам. — Но запах её запомнила. И дедуктивный портрет составила. — Даже так? — удивлённо присвистываю я. — Да уж, чую я, с тобою мы выловим мефитозаводчика без проблем. А что же насчёт Тотски ты выявила? — Фрау Йоханн куда менее трудоголична и строга, чем хочет показаться. Я её часто унюхивала на Розовой сцене, в буктворских книгокафе и даже в личных комнатах других преподавателей. В адфиках по Гарри она была бы Макгоннагалл с бокалом вина и флюгегехаймным страпоном, — подскакивает Лууна в бричку. Хихикаю довольно, забираясь следом. — Что ж, это лучше, чем та унылая сушёная вобла, которая была в каноне. Только не сказани ей случайно, где она отметилась! — Я вот думала, предупреждать ли ТЕБЯ об этом, но решила, что ты достаточно умён сообразить сам! — бупает она мне нос пальцем и стучит по бортику самодвижущейся тачки, стартуя. — Тем более есть некоторый шанс, что и она знает о наших шашнях с Кальцией, столько раз мы ночевали в Буктворе. — Я подозреваю, что об этом знают вообще все преподаватели, — смущённо отвожу я взгляд на обочину дороги. — Наш препод по менталке не единожды обнаруживал меня в её доме. А учитывая то, что они, кажется, интенсивно обмениваются мнениями об учениках — не удивлюсь, если про то, кто мы Кальции, знает даже Эльзар. — Объясняет, почему Светлый пердун себя вёл как ушлёпок. Хуй с ним, — отмахивается Лууна и ладонью, и хвостом. — Так, ещё что хотела… Да. Я продолжу с тобой ходить на охоту ради драконьих тренировок меня и гончих тебя. Но, бля, меня заебало кентаврье рыло. Не хочу даже время тратить хуярить ей мясо. Или, думаешь, это потому, что я только под батей и могу работать, а попробую что-то ебошить без семейного блата — папкина дочка? — всё больше она скалится сама на себя. — Милая, я приму любое твоё решение. Поверь, — я мягко опускаю руку ей на предплечье. — И я верю, что ты отлично способна найти нормальную работу сама. Я только желаю побольше времени проводить с тобой… включая, м-м… наше походное СПА, — лукаво улыбаюсь, намекая на метафору. — Но, если тебе надоела прежняя работа — конечно, решай. Только… позволь предложить маленький вариант, точнее, деталь… Аммонита обещала налить нам некоего интересного супчика, помнишь? По случаю того, что я окажусь твоим новым. Раз уж мы только что сорганизовали такое, считай, публичное признание — может, воспользуемся её предложением перед тем, как увольняться? Оценим кентаврий афродизиак, который «всю ночь скакать будете…»? Согласись, звучит весьма интересно! — Рррх… — она с рыком, но расслабленно обмякает на спинке. — Поступай на Буктвор. Ты мирдалов дипломат. — Сочту за комплимент, — хихикаю я легонько и, наклонившись к ней, нежно провожу носом по её щеке и скуле. — А куда тогда думаешь ты наметиться? Она лижет меня: — На Агневар, — и кусает игриво, — если не передумаю. Управление мощными элементами, снос и настрой музыкой, стильные штучки, сочетание холодной головы и страстной души — это я. А с портальным камнем после занятий сразу к тебе через дом. Или мы оба в него. Тебе где уютнее спится, у Кальции или у меня в халупе? — Сложный вопрос, — признаюсь я. — Пока примерно равноценно. Но, знаешь… мне кажется, что у Кальции всё же безопасней. Всё-таки, как минимум, абишаи сюда ещё не заявлялись. Конечно, это ещё не гарантия, что так будет всегда, но всё же… всё же, думаю, эта территория защищена сильно лучше, чем та. Агневар, значит? Что ж, возможно, этот вариант мне тоже следует рассмотреть. Отрими о нём отзывался приятно, элементаль тамошний мне зашёл, да и побольше времени с моей гончей проводить — весомый набор причин на подумать! — Обсосаи тиаматские, да… — обхватывает она меня обоими руками за талию как дакимакуру и прижимается. — Ты поэтому же хочешь Столаса в Аднирвану, беспокоишься? — А я его хочу? — удивлённо переспрашиваю я. — Ой, то бишь, в смысле — я такое зая… А. Ну да, точно, вспомнил. Нет, вообще — это я больше предложил, чтобы он не тосковал. Не думаю, чтобы ему сейчас что-то там грозило. Как ни цинично это звучит, но, как я понимаю, в текущем состоянии он едва ли кому будет нужен, чтобы его атаковать. Так что сюда я ему предлагал в первую очередь для того, чтобы он мог снова почувствовать ощущение того, что он нужен кому-то ещё вне семьи. Лууна смотрит на меня с выражением не слишком-то порицающего «ну да ну да, кобель унисекс», склонив одно ухо на бок. Но, чтобы меня не смущать, быстро отворачивается, не отпуская одну из рук, что держит мне спину и бок: — Буду взаимно циничной: без тебя мне тоже Тиамат не грозит. Про мой драконий облик в Аду ещё не догадываются, да и Столас для тебя упомянет в первую очередь мой гороскоп, а уже потом твой. Значит, её Марсу на мой насрать, вою этому от счастья. Но для своего кобеля я не сука, а ёбаная леди, и бросить тебя в подобном подхвостье не смогу. — Я тебя люблю, — через несколько секунд улыбчивого молчания отвечаю я и, прижав её к себе плотнее, целую — не слишком глубоко, не слишком жарко, чтобы не прерывать беседу, но сладко и тепло. — И, знаешь, леди ты или сука, мила мне что так, что эдак. Самая чудесная сучья леди, какую я только знаю! — И это мы ещё только на первом курсе чудотворской шараги, — она бормочет, двигая пастью по моим губам и закрывая глаза, — что потом начнётся-то! Целуемся мы до самой остановки и даже чуть после. Было бы не чуть, если бы нам не кашлянул вежливо франт с кейсом, который в компании двух товарищей собирался занять бричку до Книгоцентрали. Со смущённым смешком сойдя на твёрдую землю и передав самовозку новым пассажирам, я вспоминаю ещё кое о чём. Ну, точнее, не то что вспоминаю — появляется возможность поднять эту тему. — Лууна, научи меня ещё обнаруживать тебя через кольцо, — я поднимаю руку. — Не сейчас, но когда в следующий раз появится возможность… погончить, скажем так. А то изначально мы ведь именно поэтому начали эту… тему! Будет как-то смешно, если на почве всего прочего об этом моменте забудем вовсе. — Послезавтра на охоте, — берёт она меня под руку, точнее даже над локтём, — не откажи мне полениться и завтра обойтись рынком. Я буду особо внимательно проверять, чтобы ни одно сердце не оказалось чёрным. — Лениться будем вместе, — я ласково провожу рукой по её гриве. — Да, между прочим, насчёт торговца: там, у Кальции с её зеркалами, я видел зелёную абишайку. Она бежала куда-то, держа у груди нечто чёрное. Не знаю, то это или не то, но более точного предсказания пока не имею. Так что… можешь пока особо иметь в виду такую кандидатку на «торговца с чёрным сердцем». Только, если вдруг встретим такую — подожди стрелять. Мне кажется, что на этот раз будет что-то другое, не очередная боёвка. — Лучше бы было так, — мы выходим на площадь перед главным зданием Буктвора, на которой ещё оставалось освещение от закатного солнца, что горело на позолоте куполов и шпилей в форме перьевых ручек и блестело в чёрных бассейнах. — К Тотски ты сам или оба? Раздумываю я недолго. — Пойдём вдвоём. Не желаю, чтобы хоть у кого-то могла возникнуть мысль, что я тебя стесняюсь. Тем паче что здесь в принципе для этого никакого повода быть не может, ты ученица такая же, как и я — так что не вижу причин даже для Тотски на тебя не так смотреть. Пошли!

* * *

— Доброго вечера, — профессор уже закрывает книги и убирает канцелярию в ящики. — Думала, вы заглянете раньше. На мгновение я начинаю раздумывать, имелось ли в виду сегодня или вообще, а если сегодня, то откуда она знает. Если же вообще — она что, заранее знала, что мы придём вдвоём? Откуда? Я сам это считанные минуты как определил… Но неважно. Точнее, важно, но слишком долго об этом думать, сейчас нет на это времени. — Добрый вечер, профессор, — с улыбкой киваю я. — Ну… требовалось собрать кое-какую информацию, прежде чем вас тревожить. Мы думаем, что у нас появились подозреваемые — что относительно фокусов с анимирующей мазью, что насчёт… не знаю, слышали ли вы про это, но несколько таверн отметились обнаружением мефитов среди утвари. — Да, но их круг, к сожалению, довольно широкий и неопределённый, — она открывает лишь недавно запертый ящик стола. — Вам же интересен их примерный психологический профиль? — Ну валяй… — Лууна быстро поправляется, — мы готовы выслушать. — Осторожнее с языком. Обучался в Аднирване владелец дневника семь лет назад, — вытащила она бумагу с досье. — На Буктворе, и изучал энергетический и витальный вампиризм. Остаточные следы ауры на его дневнике соответствуют тем, что найдены в бальзаме, вот снимок энергии. До финального экзамена этот ученик не доучился, его исключили за неоднократные нарушения устава. Потом студент уехал и долго не появлялся. Но что странно — по архивам студенческих дел ни один ученик не обладает данной аурой и даже такой биографией. Что ещё более странно, по ауре и мантическим гаданиям он не отслеживается. — Перерождение? — предполагаю я, одновременно вспоминая о том, что у моего канидского облика аура тоже совсем другая — причём до такой меры, что меня по ней даже опознать невозможно. — Физическое… или душевного плана. — Либо это, либо он стёр о себе все упоминания… Либо банально выкрал из архива, — на всякий случай Тотски даёт Лууне понюхать фрагмент листочка из дневника из герметичной коробочки. — Не уверена, что эти улики помогут вам обнаружить злодея или узнать его при встрече, но вы должны о них знать. В охранные определители эти данные уже внесены, пусть он он хотя бы постесняется использовать свою старую личность в кампусах. — У меня ещё такой вопрос… — я хмурюсь, потирая лоб. — Мне кажется странным, что качество… акций выполнено на основательном уровне, они не смотрятся жалкими поделками — но при этом все на удивление слабы. Мефитов не назовёшь особо опасными созданиями, ничего по-настоящему опасного в академии анимировано тоже не было. Такое впечатление, что это больше было рассчитано на… шутку. Неприятную, но всё же шутку. — Будь я на вашем месте, — возвращается Тотски за свой стул и пристально смотрит в глаза то мне, то Лууне, — я бы подумала, что это часть обучения. Что преподаватели имитируют врагов школы, чтобы дать лучшим ученикам чем заняться… и на чём потренироваться. Хрестоматийно, так сказать, вне официальной учебной программы. Заверяю вас, это не так, и поклянусь на чём скажете, что, если это так — меня никто в известность не ставил. — Это… любопытная гипотеза, — склоняю я голову набок. — Но, если она верна, то получается, что тем, кто решил делать такую тренировку, важнее продвинуть нам исследовательские способности, чем какие-то ещё. Исследовательские… или социальные. — И этот кто-то не ходит в нашу курилку, — хмуро опёрла подбородок о руку Джойен. — Если ученики Аднирваны везде нарасхват, — Лууна без спроса уселась в маленькое кресло у входа, выправив хвост вперёд, — к ним могут присматриваться уже с первого курса? — Так круг подозреваемых не сузится. Но, если верна именно эта теория, вашим жизни и здоровью ничто не угрожает, — Тотски улыбнулась, оглядываясь на меня. — Надеюсь, кстати, подарок мой пошёл тебе впрок. — По счастью, мне не доводилось испытывать его на полную, но чувствуешь себя в нём точно спокойнее, — улыбаюсь я в ответ. — Желаю, чтоб так оно и продолжалось до самого выпуска… — кивая, она запирает ящик обратно. Лууна вопросительно трогает меня отростком ауры, но жест предназначается скорее для Ртутя. «Про трувера-самогонщика у неё уточняем?» — Ещё один момент, профессор, — кивнув, снова обращаюсь я к Тотски. — По нашим наблюдениям, все проблемы в… в общем, там, где это касается таверн, были завязаны на кухни. Нам кажется, что искать следует в том векторе, который объединяет здесь места готовки пищи. Не знаете ли вы, каким источником могут пользоваться все или, как минимум, многие такие? — Не представляю, это не в моей обязанности. Но, — она взяла квадратный маленький чёрный листок из сложенной в резной шунгитовый лоток стопки, начертила на нём несколько строк серебряными чернилами и отпустила в воздух. Листок растёкся по воздуху в силуэтик чернильного призрака и утёк в вентиляцию, — проверять, в таком случае, надо не только завоз пищи, но и вывоз мусора. Поставки проверить на контроль качества — очевидно, а вот отходы и мешки для них… — Если в нас развивают детективные навыки, — Лууна игралась с телефоном в кармане, не решаясь его вытаскивать перед профессором, но и нервничая просто сидеть в мягком кресле, не занимая рук, — то за нас делают домашку в деканате. — Потому что незачем вашим «репетиторам» мешаться с нашей программой, — Джоен встаёт, направляется к выходу из кабинета и кивает на него нам. Я послушно киваю в ответ и снова перевожу взгляд на руки Лууны, досадуя про себя, что не додумался посмотреть на те раньше. То, как она игралась со смартфоном… вертела в пальцах и гладила, вынимала и всовывала в карман обратно… в общем, то ли у меня тоже слишком давно не было секса, то ли моя гончая умудряется даже такие вещи делать сексуально, то ли намеренно решила меня подразнить, чтобы развеять серьёзность обстановки. Опять же, если так вдуматься, то всунутый в карман смартфон, по идее, может играть роль вибратора… Кгм. Да, у меня явно давно не было секса. Молодой, здоровый гончий… пускай даже сейчас человек… Поскорей бы того супчика опробовать!