Ты — яд под кожей, я такой же

дописаны все наши фразы,   все точки расставил над и,  как жаль, что не понял я сразу,  в тебе нет ни капли любви.  в тебе ноль надёжности, впрочем,  искры не увидеть живьём,  и вроде всегда мы хохочем,  но каждый о чём-то своём.  я вот о том да об этом,  ты вечно шутишь не так,  когда-то назвали дуэтом,  но это, конечно, пустяк.  и ты мой напарник. как лестно.  сказали так думать они,  с тобой в одной комнате тесно:  истоки пустой болтовни.  я сам далеко не уродлив,  и ты даже близко не он,  твой лик бездушевный отчётлив, хоть наших не помню имён. я нахожусь на распутье, верить ли в сказки твои, смогу что-ли вдруг заглянуть я, увидеть, что скрыто внутри. внутри твоего бессознанья. и страхи дичайшие чем ты обусловил? моралью? смешно, но понятно не всем. и каждый же день, встав бок о бок, мы снова бесстыдно нам врëм, и мной руководствует злоба, тобой — страх о смерти вдвоём. и так вкусен привкус смертельный, и остр же так мой клинок, но, честно, мне так надоели исконные смыслы сих строк. вдруг понял, что правду в вине я найти просто так не смогу. чуть поодаль встану — виднею окраину, смех твой, пургу. лежим обнажённые други, по комнатам дым сигареты, нас кличут повсюду "супруги", но души-то наши одеты. и хоть я тебя не увижу, надеюсь, уж сдохнешь ты смело. хотя я тебя ненавижу. какое теперь-то мне дело?...