Просыпайся на раз-два-три

В мастерской Сандроне почти гробовая тишина, ведь даже сама обладательница сейчас не издаёт шума. Слышатся разве что лязганья колб — подобное практически всегда можно услышать в лаборатории Дотторе. Однако, сегмента сейчас волновало абсолютно другое; Сандроне не может ни с того, ни с сего взяться за алхимию. Обычно это поручается Доктору, как большему профессионалу в такой области. Только вот, из-под этой груды металлолома и не услышишь-то ничего полезного. Про «увидеть» и речи идти не может. Но и вылезти сейчас не получится. Нужно лишь угадывать подходящий момент и попытаться пробраться в другое место, а может и вовсе уйти. А пока остаётся надеяться, что она будет разговаривать сама с собой. Внезапно слышится чей-то голос за дверью. Дельта слегка сжимается, чтобы его не было видно в прорезях металла и напрягает свой слух. — Сандроне, открой! Это очень-очень срочно! — требует Коломбина, пытаясь достучаться до коллеги. Слышится тяжкий выдох, а после и стук каблуков по холодному бетону. Фигура невысокой Предвестницы проходит мимо, бросая тень на спрятавшегося сегмента. Скрип железной двери неприятно раздаётся в ушных перепонках и Дельта пододвигается чуть ближе, желая услышать их разговор. — В чём дело? Сыворотка ещё не готова. Тебе придется подождать ещё как минимум сутки, — холодно отвечает Сандроне, скрещивая руки на груди. — Не готова? Фух, хвала Её Величеству! — расслабленно выдыхая, Коломбина опирается рукой на стену даже слегка улыбнувшись, а после переводя взгляд на недоумевающую коллегу перед ней. — Она не потребуется. Мы пересмотрели своё решение. — Пересмотрели? В каком смысле? — Неважно. Тебе же меньше хлопот. Создавать антидот не нужно. Я посчитала, что вмешиваться в зависимость Доктора не стоит. Оставим эту идею. Коломбина старалась не раскрывать всех карт, так как знать об этом другим не нужно. Всё должно быть в рамках той просьбы, которую она озвучила несколько дней назад. Дельта с недоумением продолжает вслушиваться в диалог двух Предвестниц, пытаясь зацепиться за каждое возможное слово. И, да, у него получается. «Зависимость Доктора». Кто-то ещё знает об этом? Как много людей осведомлены? — Ты сейчас серьезно? В чём была проблема взвесить такое «благое» решение раньше? Почему именно сейчас? — интересуется Сандроне, не сводя своих кукольных глаз с девушки. — Это не имеет значения. Оставим эту затею и всё. Мы ничего от этого не потеряем. — Ладно, как скажешь. Впредь не беспокой меня, пока точно не определишься со своими желаниями. Я не собираюсь разбрасываться своим временем на пустые действия. — Марионетка возвращается за своё рабочее место, чтобы убрать алхимическое оборудование. — Хорошо, учту. Спасибо большое! — кивает Коломбина, а затем скрывается, оставляя дверь прикрытой. Это было удачей для Дельты, который аккуратно выбирается из-под груды и на носочках направляется в сторону выхода. Но, ему определенно нужно кое-что прояснить. *** Статная фигура проходит по мрачным, ледяным коридорам Заполярного Дворца, оставляя за собой лишь напряжение, и каждый, кто проходил мимо мог его ощутить. Доктор решает ещё раз поговорить с Пьеро и сообщить о случившемся с Панталоне, ведь эту ситуацию нельзя пускать на самотёк. Уставшие глаза, в которых можно было увидеть частицу беспокойства сейчас скрыты холодной, остроконечной маской. Никому другому не за чем видеть его в таком состоянии — нужно держать уверенное лицо. Добравшись до нужной двери, он костяшками стучит по дереву и ожидает одобрения войти. Даже несмотря на то, что такой привычки у него обычно не было — любое появление на пороге кабинета внезапное. — Войдите. Выдохнув, Дотторе проходит внутрь закрывая за собой дверь и останавливаясь перед столом Пьеро, который с удивлением взглянул на появившегося перед собой Предвестника. — Вы меня удивляете с каждой новой встречей всё больше. Сначала бросаетесь в драку на эмоциях, а теперь стучитесь. Чем удивите в следующий раз, Доктор? — формально начинает Шут, откладывая в сторону бумаги. — Присаживайтесь. Что-то мне подсказывает, что разговор предстоит долгий. Дотторе кивает и садится на стул перед рабочим местом, задумываясь о том, как правильно начать этот не самый простой диалог. — Во-первых: хотел бы принести извинения за произошедшее на собрании. Я действительно был не в себе. Все эти события свалились на меня снежным комом. Сейчас я чувствую себя лучше, так что не настроен на конфликты с вами. Во-вторых: одному из моих сегментов удалось узнать о том, что в Ли Юэ на Панталоне произошло нападение. Мне неизвестно о том, насколько всё плохо, но я считаю, что вы должны знать об этом хотя бы в столь кратких подробностях. — Я принимаю твои извинения, Дотторе, — теперь уже без лишней формальности отвечает Пьеро, складывая пальцы в замок. — Рад слышать, что теперь ты настроен на мирный разговор. А насчёт случившегося в Ли Юэ я уже осведомлён. Леди Нин Гуан передала эту информацию нам. Однако, мы не можем сейчас вернуть его в Снежную, и дело не в приказе Её Величества. Из-за полученных травм Панталоне будет тяжело перенести поездку обратно. Ему необходимо немного восстановиться, чтобы без проблем вернуться сюда. — Царица знает об этом? — сразу же интересуется Дотторе, стараясь оставаться спокойным и не создавать излишнего напряжения в комнате. — Ещё нет. Сейчас посетить её не предоставляется возможность. Я покажу письмо чуть позднее, можешь не переживать по этому поводу. Доктор кивает и поднимается с места. Можно вернуться обратно в лабораторию, чтобы отвлечься на работу и дождаться того дня, когда получиться вновь увидеть возлюбленного. — Постой, — Пьеро поднимается следом, проходит вперёд и останавливается перед коллегой, укладывая на его плечо ладонь. — Дотторе, послушай, не следует так убиваться из-за случившегося. Я знаю, вы с Панталоне были прекрасными товарищами и коллегами, и тебя подкупила эта привязанность. Но, тебе следует понять, что ваша работа — ваш приоритет. Никто не выступает против таких взаимоотношений, пока это не влияет на деятельность организации. — Да, я знаю и прекрасно это понимаю. Но, когда сталкиваюсь с чем-то впервые, то чувствую себя потерянно. Особенно когда это касается близких людей. — Вся эта ситуация — прекрасная возможность переосмыслить происходящее с тобой и принять верное решение. И я надеюсь, что у «мальчика из пустыни» получится найти этот правильный путь, которым он хочет пойти. — «Мальчик из пустыни»… — он добродушно усмехается, повторяя это странное название. — Давно я этого не слышал. Но, думаю, он уже сделал свой выбор и нашёл свою дорогу на этом распутье. Доктор тут же уходит, оставляя Пьеро одного в кабинете. Последний лишь возвращается к себе, искреннее надеясь, что Дотторе действительно обдумал свои слова и действия. Теперь уже только время покажет результат этого короткого разговора.

***

Дельта идёт следом за Коломбиной, размышляя о том, с чего же ему всё-таки начать с ней диалог. Было бы странно, если бы он сразу начал тему подозрительной сыворотки. Кто-кто, а сегмент явно не хотел вскрывать этот факт подслушивания в мастерской у Сандроне, ведь он ещё планировал ей помогать. — Кхм-кхм, госпожа Коломбина, можем ли мы поговорить? — вслух произносит Дельта, следуя к Предвестнице быстрым шагом. — А? Ох, ты… Прости, я не отличаю сегментов Доктора друг от друга, — останавливаясь, она осматривает его с предельной внимательностью, стараясь зацепиться за какую-нибудь деталь по которой можно определить имя клона. — Дельта. До меня дошёл слух, что ты знаешь о его зависимости. Правда ли это? — Да, знаю. Только очень мало. Мне тоже известно это из слухов, так что не могу с точностью сказать правда ли это, — как-то неуверенно говорит Коломбина. Она-то знает, что если скажет что-то не то, сегмент быстро донесёт об этом своему создателю. Поэтому нужно было подбирать слова очень аккуратно и не ввязывать сюда остальных. Во всяком случае попытаться. — Очень мало? Что именно? — Дельта понимает, что сейчас возможно выглядит подозрительно, поэтому решает немного разбавить этот сомнительный допрос. — Я уже давно не работаю в одной группе с Доктором, поэтому мне интересно узнать о происходящем с ним. — Подожди-подожди… О чём ты? Разве сегменты не решают задачи, которые на них возлагают? Коломбина — девушка не глупая, она не начинает отвечать на вопросы, пока не поймёт, что это не понесёт последствия. Однако, Дельта тоже не промах; — Верно, но не забывай, что многие поручения Доктора приходится выполнять в других регионах. Да, конечно, некоторыми занимаются офицеры Фатуи, но особо важные задачи поручают сегментам. Я был некоторое время в Мондштате, так что не знал о происходящем здесь. Сам Доктор ничего не говорит, мои собратья молчат, вот и приходится спрашивать у других. В подтверждение своих слов, Дельта протягивает девушке несколько диковинок из Региона Свободы, которые не продаются на территории Снежной. Оказывается, не зря он носит их в кармане халата после какой-то давней поездки туда. — Они выглядят какими-то… иссохшимися, — оценочно осматривая валяшки, девушка недоверчиво переводит взгляд на глаза клона. — Конечно, я ведь планировал использовать их именно высушенными. Некоторые торговцы предпочитают продавать их именно в таком виде. Разве Розалина никогда тебе не рассказывала об этих ягодах? — Нет. Мы с ней особо-то и не общались, — понимая, что любопытствовать смысла уже нет, девушка решает рассказать часть того, что знает сама. — Если кратко: я где-то услышала о том, что Доктор принимал какой-то препарат… психо…психоав. — Психоактивный? — поправляет её Дельта, убирая ягоды обратно в карман. — Да, точно! Он вроде как был связан с его сном, потом ещё вызывал агрессию… Или что-то в этом роде, — она начинает создавать впечатление, будто действительно знает совсем мало. — По крайней мере, Доктор на собрании вёл себя не очень адекватно. Мне кажется, что это всё воздействие этого препарата. — Какого препарата? — доносится голос неподалёку, заставляющий напрячься как Коломбину, так и Дельту. Повернув голову девушка замечает фигуру Дотторе позади себя. Да уж, пожалуй ей следовало молчать… Теперь-то вряд-ли получится отделаться фразой про «слухи». А что если он уже и так всё знает? Нет-нет, ей нельзя говорить ничего об Арлекино и Чайльде. И нельзя подставлять Сандроне. Но зная напор Доктора, есть вероятность, что он докопается до правды. Может вообще будет лучше всё рассказать? В Фонтейне же есть фраза: «чистосердечное признание смягчает наказание». Вдруг и тут сработает.