Чуть позже, но навсегда, или неслучайности случайных встреч

Весь вечер Дин то и дело открывал мессенджер, но так и не написал Касу ни строчки. Не нужно было подрываться и уезжать от него, распаляя себя необоснованными обидами и ревностью. Идея вернуться под предлогом забытых книг превращается в эротическую фантазию, где он зажимает Каса прямо у входной двери и доходчиво объясняет, почему тот должен принадлежать только ему. Про чертовы книжки они, конечно, же вновь благополучно забывают. Полночи Дину снятся волнующие сны, наполненные недосказанностью и желанием, а утром он зависает над кружкой с кофе, думая обо всем происходящим, как о насмешке вселенной. Все это походило на помешательство уровня старшей школы. Вот только раньше Дин не думал так много, прежде чем сделать первый шаг. Он никогда не считал себя джентльменом и не притворялся недотрогой: нет смысла тянуть кота за хвост, если симпатия взаимна и может принести удовольствие. Но проблема как раз в том, что Дин не знает, что чувствует к нему Кастиэль. Да, очевидно, ему приятно общение, но у Дина сложилось крепкое впечатление, что дальше дружбы Кас не захочет двигаться. А если Дин расскажет о своей симпатии, Кас подумает о том, что Дин бросил Саймона, чтобы залезть к нему в штаны и тогда конец даже той недодружбе, которая есть между ними. Забавно, но только сейчас, в свои тридцать лет Дин в полной мере осознает, что все его прошлые отношения были пустышкой. Он никогда не считал себя особо умным (откровенно говоря его любовники это качество в нем и не искали) и достойным чего-то хорошего. Сказки с хэппи-эндом точно не для таких, как он. Дину вдруг становится горько. Да, у него не было возможности получить приличное образование, но он сделал все, чтобы эта возможность была у его брата. Он с юных лет умел зарабатывать на жизнь да и книг прочитал немало… Дин со стоном проводит рукой по лицу. Вот только жалости к себе ему не хватало. Томящая тяга к Касу доводит едва ли не до безумия. Определенно, с возрастом возникает больше сомнений по поводу правильности и неправильности своих действий, но впервые в жизни Дин отчаянно боится произвести плохое впечатление и получить отказ. На работе ни минуты свободного времени, поэтому уведомления в телефоне он видит только в конце рабочей смены, когда уходит переодеваться. Пульс учащается, стоит Дину только увидеть имя отправителя. 11:13 Кас: Здравствуй, Дин. У тебя все в порядке? Вчера мне показалось, что ты был расстроен. Если я ошибся, прошу прощение за беспокойство. Дин пялится на сообщение с придурошной улыбкой. Кас написал ему несколько часов назад. Возможно он даже волнуется, что так и не получил ответ. В памяти всплывает их разговор в баре, когда Дин затронул тему, что Кас — омега. Тогда Кас произнёс: «так много слов вместо простого: это Сэм сказал?» Дин был уверен, что Кас это помнит. Ну, была не была. Он лишь надеется, что это не будет выглядеть пошлым флиртом: 18:27 Привет, так много слов вместе простого: как дела?) Почти сразу он добавляет: 18:27 Прости, что не ответил сразу, было много работы. Все нормально. Как ты? Кас читает мгновенно. Курсор «печатает сообщение» горит слишком долго для пришедшего в ответ: «Хорошо. У меня тоже все нормально». Дин закусывает губу и ждёт ещё пару минут, но Кас больше не пишет. Собственное отправленное сообщение все же выглядит, как флирт, и Кас его проигнорировал. Кас, который не лезет за словом в карман и может быть колким на язык, смешным, язвительным, двусмысленным… Как же я хочу знать тебя настоящего, — снова и снова думает Дин с грустью. Ему почти плевать на все правила приличия, когда немного погодя он пишет: 18:41 Я вчера так и не забрал учебники для Сэма. Могу заехать сегодня? На этот раз Кас отвечает не сразу. 19:22 Кас: Как раз планирую сам их передать ему. Спасибо за беспокойство. Что ж, ладно. Вот так без подробностей, которые он не обязан сообщать, но Дину все равно досадно. *** — Серьезно, Дин? То есть вы настолько увлеклись, что ты забыл, зачем к нему поднялся? — довольный Сэм ухмыляется в динамик. — Мы не трахаемся, Сэм, если ты об этом, — огрызается Дин. Раздражение вспыхивает мгновенно. Да, он напрочь забыл об этих чертовых учебниках стоило ему только переступить порог квартиры Каса. Что поделать, раз уж он такой влюбленный дурак. — Воу, полегче, я просто… — Извини, — Дин выдыхает в трубку. В самом деле, он ведёт себя, как болван. — В следующий раз придумай что-то другое, твоя идея с книжками не сработала, — добавляет он, удивляясь горечи, которая звучит в его голосе. — И вообще, это выглядело странно, тебе не кажется? Вы с ним встречаетесь каждый день, а учебники забрать ты просишь меня. — У Каса были смены в больнице, так что все официально, расслабься. — Да я и не напрягаюсь, — отвечает Дин как можно более равнодушно. — Что-то случилось? Между вами. — Нет. Просто… — да что тут скажешь? Что ничего не случилось, а Дин хотел наоборот?.. — Не знаю, Сэм. — Ты уж меня извини, но я убежден, что между вами что-то есть. — Ничего нет. — И то, что тебя это расстраивает уже о многом говорит, — осторожно произносит брат. — Ну и к чему этот разговор? — Ну, скажем так, от него зависит, приглашу ли я вас обоих на свой день рождения. — Не вижу проблемы, мы общаемся как обычные знакомые. — Как скажешь, — хмыкает в трубку Сэм. — Убери уже этот свой сучий тон. — Да просто дело касается моего брата и лучшего друга, мне любопытно. А уж как любопытно мне, — язвительно думает Дин. — Что у него за друг из Франции? — решается спросить он. — Видел его вчера, он горяч, даже я могу это признать. Дин понимает, что Сэм его подначивает, вот только это срабатывает. Ревность холодным комом оседает в районе солнечного сплетения. То есть вчера Кас писал ему, находясь в обществе другого мужчины. И ещё, они виделись с Сэмом. Наверняка сидели где-нибудь втроём, болтали и смеялись, пока Дин воображал себе, что у них с Касом действительно может быть хотя бы дружба. Он сильнее сжимает в руке мобильный. — Дин?.. — тон брата становится серьезным. — Почему вы не поговорите откровенно? — Я не знаю французский, — вяло шутит Дин. — Смешно, да. Ну я серьезно. Кас ведь тебе нравится. — Ты ясно дал понять, что у него кто-то есть, — Дин старается звучать максимально безразлично. — Они просто друзья. Дин хмыкает. — Вряд ли они стали бы доказывать обратное при тебе. — Дин, они просто друзья, — с нажимом повторяет Сэм. — Откуда такая уверенность? — Оттуда же, откуда и моя уверенность в том, что ты влюбился, но боишься в этом признаться. — Почему он пьет блокаторы? — спрашивает Дин в надежде наконец-то понять Каса. — Есть подозрение, что он пережил что-то, что оставило на нем отпечаток. Я думаю, что это личное, Дин, я не знаю… — Да, ладно, я понимаю. Вопросов не становится меньше, и Кас остается загадкой, которая не становится проще, и стоит ли Дину пытаться подобрать ключи?.. — Ты для этого нас познакомил? — вдруг устало спрашивает он. — Чтобы я потерял покой? Дин ожидает в ответ заслуженное: «я не знал, что ты будешь вести себя, как придурок», но Сэм молчит в трубку слишком долго. — Думаешь, мне не стоило этого делать?.. — наконец спрашивает он, а Дин не знает, что ответить. *** Дин отдаёт предпочтение темно-зеленой рубашке. В другой день он вряд ли выбрал бы подобную вещь, но, бросив на неё взгляд, он вспомнил чьи-то слова о том, что она подчеркивает его глаза. В конце концов сегодня он идет на встречу в честь дня рождения брата, поэтому можно немного нарядиться… «Это не свидание с Касом», — в очередной раз напоминает себе Дин. Пара верхних пуговиц рубашки расстегнуты. Темные джинсы и кожанка. Напряженный взгляд, лёгкая щетина. У Дина никогда не было сомнений в собственной привлекательности. С детства ему то и дело говорили, что он красивый. Веснушки, зеленые глаза, пухлые губы. Свою внешность он воспринимал просто, не страдал нарциссизмом, но привык пользоваться своей привлекательностью. И, кажется, впервые ему настолько сильно хочется произвести впечатление на другого человека. На омегу, которому он, возможно, совсем не интересен, как мужчина. А ещё, Дин гуглил вопросы блокаторов. Минуя неприятные статьи на тему весьма негативных побочных эффектов, Дин выискивал другое: чувствует ли Кас его аромат и насколько сильно блокаторы лишают омегу интереса к противоположному гендеру. Точных ответов не было. Дин не знал, какие именно блокаторы пьет Кас, но все они так или иначе глушили ароматы альф, а это значит, что если Кас и слышал аромат Дина, то для него он мог ощущаться лишь легким шлейфом, подобным парфюму. То же было и в отношении самого Каса. Для некоторых альф его истинный запах был не слышен вовсе, для других — приглушен, но все же распознавался. Призрачный аромат инжира вновь оживает в сознании, теперь у Дина больше уверенности в том, что именно он — истинный аромат Каса, не вытравленный блокаторами до конца. Дин снова и снова цепляется за него. Тёплый, приятный, этот аромат снова и снова отправляет Дина в беззаботное детство. Воспоминания об этом настолько хрупки, что могут оказаться фантазией. Зачем же ты делаешь это с собой, Кас? Уютный небольшой ресторанчик практически у побережья. Приглушенный свет, гирлянды из лампочек и приятная музыка. Сэм все такой же патлатый засранец, только на год старше, Джессика, как всегда, очаровательна и мила, ну а Кас… Типично ли для альф испытывать такую слабость в ногах при виде омег? Дин понимает, что в его чувствах даже нет привязки к биологии, но он теряет контроль от одного только вида Кастиэля. Он так красив, что у Дина перехватывает дыхание. Выброс в кровь адреналина, и возбуждение шарахает по всем нервным окончаниям. Глаза Каса темнее обычного — тяжелое предгрозовое небо душным летом. Вновь подвернутые рукава рубашки. Тонкие запястья, одно из которых обвивает веревочный браслет. Что-то новое. Господи, какие у него красивые руки. — Привет, — Дин надеется, что его голос звучит непринужденно. — Здравствуй, Дин. Они сталкиваются взглядами, Дин отводит свой раньше. Минутная суета, пока все рассаживаются по местам. Сэм рядом с Джесс, а у Дина и вариантов не было, да. Столик такой узкий, что они с Касом почти соприкасаются локтями. Вынужденная, мать ее, благословенная близость. Слишком острая. Слишком желанная. До сбитого дыхания и дрожи в животе. — Классно выглядишь, — произносит Кас. Вот так просто, да, друзья ведь могут себе такое позволить. Они ведь друзья? — Ты тоже, — возвращает комплимент Дин. В конце концов это правда. Хотя в идеале он подобрал бы менее благозвучный синоним слову «классно». Немедленно хочется занять руки, и Дин хватает меню, изо всех сил стараясь делать вид, что увлечен выбором. Определенно точно его ждет трудный вечер.