О королях и королевах

Скрипнув голыми пальцами, Гермиона протерла участок распаренного зеркала и принялась расчесывать спутанные волосы, набрасываясь на них с решительной сосредоточенностью. Белые пряди смешивались с каштановыми, обвиваясь вокруг расчески, когда она безжалостно дергала за путаницу. На мгновение она залюбовалась контрастом, прежде чем продолжить свою миссию. Драко снова спал, и она использовала тишину в своих интересах: готовилась к встрече с Малфоями, но на этот раз молилась, чтобы не убежать в слезах. Звучало достаточно просто. Все дело было только в исполнении. От волнения, которое она испытывала из-за соблазна блокнота с рецептом, у нее до сих пор сводило живот, но чем дольше она проводила время в коконе с Драко, тем больше это казалось случайностью. В конце концов, она схватила блокнот под сильным давлением. Теперь, когда она была в безопасности, без стресса и готова начать новую жизнь, ее привязанность к таблеткам должна была угаснуть... Не так ли? Сам блокнот был безвреден. Не то чтобы она собиралась его заполнять. Скорее всего. Что касается визита, то она изо всех сил надеялась, что все пройдет хорошо. Нарцисса не была скучной, и Гермиона была уверена, что со временем они смогут найти общий язык. По крайней мере, даже если зелье не избавило ее от зависимости, как, вероятно, надеялась Нарцисса, оно доказало, что она хочет, чтобы Гермиона была здорова. Это было важно знать, тем более что однажды она, возможно, станет ее свекровью. Чем больше она думала об этом, тем менее пугающей казалась эта концепция. Интересно, как все менялось, когда она не чувствовала давления. Люциус по-прежнему казался отстраненным и холодным, но со времен войны он определенно стал лучше. В последнюю их встречу они даже не дуэлились. Это было началом. Для него все было началом. Возможно, однажды он потеплеет к ней. Возможно, в будущем они даже смогут сказать друг другу больше, чем несколько колких слов. Представьте себе. Несмотря ни на что, все сводилось к следующему: она любила их сына и была полна решимости быть с ним. Да, им придется попотеть, но она хорошо оценивала их шансы. Даже очень. Даже когда она не чувствовала притяжения, она замечала, как хорошо они подходят друг другу. Это было похоже на ее волосы: она начала восхищаться контрастом. Было забавно, что она не замечала этого раньше. Возможно, она всегда была слишком занята ненавистью к Драко, чтобы замечать это. Слишком занята погоней за Роном. Те дни прошли. Натянув одежду, Гермиона вышла из ванной и подошла к входной двери, напевая при этом. — Кто-то выглядит счастливым, — раздался самодовольный голос Драко из спальни. Очевидно, он все-таки проснулся. — О, ты просто хочешь похвастаться, — поддразнила она, поймав его взгляд со своего места. Честно говоря, ему было чем похвастаться. Она никогда не чувствовала себя такой удовлетворенной. — Но да. Я очень счастлива. — Это то, что мне нравится слышать, — сказал он, откидываясь в постели. — Ты все еще готова увидеться с моими родителями? — Конечно, — сказала Гермиона, забирая стопку писем из-за двери. — Нам нужно поговорить с ними о некоторых вещах, и, кроме того, я не уверена, что кто-то сказал им, что я вернулась. — Правда, — зевнул Драко. — Думаю, это было последнее, о чем я думал. Я немного отвлекся. — Понятно, — улыбнулась она, просматривая почту. — Забавно. В этой куче есть почта для тебя. — Правда? От кого? — Судя по гербу, я бы сказала, что это от твоих родителей. Думаю, система сортировки здания направила письмо сюда. А до этого, похоже, оно попало в офис Требакса. Думаю, оно было в пути какое-то время. Я не могу решить, жутко это или удобно. — Пока что мы остановимся на удобном, — ухмыльнулся он. — Я прочту его через минуту. Я еще не совсем готов к реальности. Возможно, они просто интересуются, жив ли я еще. В последнюю неделю я не очень-то общительный. Думаю, это означает, что мой отец вернулся. — Он был в отъезде? — спросила она, выбрасывая в урну флаер с бесплатным образцом любовного зелья. Это единственное, что ей никогда не нужно было пробовать. — Да. Не совсем уверен, чем он занимался. Ты же знаешь, как скрытны эти Малфои. Гермиона усмехнулась, отсортировав купюры в сторону и посмотрев на остальное. Дневной "Пророк" был свернут, но ей не хотелось читать сплетни. Оставалось одно письмо в довольно громоздком конверте. При виде почерка ее нервы взволновались. Это были каракули Рона. — Как странно, — сказала она, с трепетом открывая письмо. — Что странно? — спросил Драко из-под своего одеяла. — Просто... Одно из этих писем..., — замялась она, читая записку, и выражение ее лица резко изменилось. Драко напряг шею, чтобы увидеть ее через открытую дверь спальни. — Ты в порядке? — спросил он, стараясь не выдать своего беспокойства. Она выглядела так, словно увидела привидение, все краски исчезли с ее лица. — Драко, это от Рона, — сказала она, глядя на него. — Что? — резко ответил он. — Почему этот тупица пишет тебе? Я удивлен, что его письма вообще проходят через твои щиты. — Он никогда не пишет, поэтому я и не думала их корректировать, — сказала она, продолжая читать. — Там говорится, что есть доказательства того, что он не несет ответственности за все, что произошло. Он хочет встретиться, чтобы обсудить это. — Ни хрена себе шанс, — огрызнулся Драко, уже сидя и выглядя недовольным. — Как он может быть не ответственным? И он хочет встретиться с тобой? Наедине? Через мой труп. — Здесь есть что-то о зелье Малектио, — сказала она, прищурившись. — Что-то о Родольфусе. И про Джинни тоже. Я едва могу прочесть его куриную почесуху. Драко в считанные секунды оказался в одних трусах и на ногах и, нахмурившись, подошел к ней. Он взял письмо из ее рук и перечитал его. — Имбецил пишет как ребенок, — холодно сказал он. — Но да, я могу разобрать имя Родольфуса. Этот человек - психопат. Я искренне надеюсь, что он не приложил к этому руку. От него одни неприятности. — Я помню его, — сказала она, подавляя дрожь. — Они все были плохими, но он был действительно одним из худших. Чем больше крови он видел, тем счастливее был. Драко посмотрел на нее и заметил ее суетливые руки. Она нервничала. — Мне это не нравится, — прямо сказал он. — У меня плохое предчувствие. — Мне тоже, — ответила она. — Все наконец-то начинает успокаиваться. Я не хочу делать это снова. Я не хочу больше никакой драмы. — Может быть, нам стоит сначала встретиться с моими родителями, прежде чем ты решишь, что хочешь сделать. Они знали Родольфуса. Возможно, у них есть информация о нем. Мы можем выяснить, действительно ли Уизли, прежде чем соглашаться на что-либо. — Хорошая идея, — сказала она. — И, честно говоря, даже если Рона накормили зельем, это не делает все в порядке. Я изучала эти вещи в школе. Малектио изменяет твои суждения, но это вряд ли Империо. Ты все еще должен иметь импульс, чтобы делать такие вещи. Драко снова прочитал разборчивые части записки, а затем фыркнул. — Дерьмовая задница, — сказал он. — Послушай: Я знаю, что Малфой никогда не упустит тебя из виду, но мне нужно тебя увидеть. Я включаю кое-что, чтобы помочь делу. Что, блядь, это должно означать? Гермиона нахмурилась и взяла конверт, встряхнув его. Что-то упало на стойку. Они оба уставились. — Это мое обручальное кольцо, — потрясенно сказала она. — Я убью этого ублюдка, — прорычал Драко. — Он зашел слишком далеко. — Честно говоря, о чем он думает? — сказала она раздраженно. — Я не собираюсь просто так идти к нему с этими жалкими обрывками информации. Неужели он думает, что кольцо вызовет у меня ностальгию? Драко вскрыл письмо от родителей, пытаясь отвлечься от мыслей об убийстве Рона. Этот ублюдок имел наглость пытаться убедить Гермиону вернуться к нему. Он все испортил. Никакая глупая история о зелье не могла исправить ситуацию. Гермиона была слишком умна, чтобы поверить в эту чушь. Слава Мерлину, она видела его насквозь. Затем, когда он прочитал идеальный почерк своей матери, он почувствовал, что все вокруг затихло. — Гермиона, — сказал он, стараясь, чтобы его голос звучал ровно. — Я думаю, у нас проблема. — Нет никакой проблемы, — отрывисто сказала она, бросая записку Рона на стойку рядом с кольцом. — Я покончила с этой ерундой. Моя жизнь наконец-то стала менее хаотичной, и я не ищу какого-то романтического реванша. Я рассмотрю его претензии, но пока что я просто возьму это кольцо и выброшу его в- Его инстинкты вспыхнули с опозданием на полсекунды. Что-то, что могло бы помочь. Что-то, что могло бы увести Гермиону с его глаз. В тот момент, когда ее пальцы коснулись металла, в его сознании что-то щелкнуло. Кольцо было здесь не для того, чтобы вызвать у нее ностальгию... Оно было здесь для того, чтобы заставить ее исчезнуть. Не успел он и рта раскрыть, как портключ унес ее прочь. Внутри него зарычал дракон. * Драко мчался по тропинке к поместью, его дыхание было неровным и дрожащим, особенность проносилась по его телу, завывая от того, что у него забрали Гермиону. Она кричала в его груди, требуя отмщения. Он был уверен, что добьется своего. Ворота открылись гораздо быстрее, чем обычно, и он помчался через них. Возможно, оно поняло, что он потерял терпение. Он бы разнес эту штуку в пух и прах. Родители ждали его на пороге дома. Они должны были почувствовать, как он появился на территории, но по их присутствию можно было понять, что что-то не так. У Люциуса было серьезное выражение лица, как будто он был готов к выполнению задания. Нарцисса не улыбалась, ее лоб был озабоченно нахмурен. Драко был слишком полон едких эмоций, чтобы беспокоиться о формальностях, и он был слишком зол, чтобы не взорваться. — Как ты могла сделать это, не поговорив сначала со мной?! — закричал он, поразив их обоих. — Как ты могла послать это Уизли? Нарцисса бросила тревожный взгляд на Люциуса, но шагнула вперед, чтобы успокоить сына. — Драко, ты всю неделю был заперт в своем кабинете. Ты отказывался видеться с кем-либо. Мы написали тебе записку, чтобы все объяснить. Мы подумали, что дадим тебе возможность переварить информацию до возвращения Гермионы. Это показалось нам лучшим выходом. Ты должен был получить ее вчера вечером... Тогда же мы отправили посылку мистеру Уизли. — Меня не было в офисе, — сказал он, задыхаясь. — И меня не было у себя дома. — Где ты был? — спросил Люциус. Драко положил руки на колени и боролся с желанием стошнить. — У Гермионы. Она вернулась. Мы собирались навестить вас сегодня утром. — Мы понятия не имели, — тихо сказала Нарцисса. — В противном случае мы бы подождали. Драко, пожалуйста, поверь, что мы не хотели ничего плохого... Мы послали информацию мистеру Уизли в качестве миротворца. Он многое потерял, включая Гермиону. Мы пытались поступить правильно. — С каких это пор вы все заботитесь о том, чтобы поступать правильно? — Драко заплакал. Его родители неловко посмотрели друг на друга. — Нам еще предстоит это выяснить, — сказал Люциус. — Это неудобное принуждение, уверяю тебя. Тем не менее, мы хотели начать все с чистого листа. Мы не знали, что Гермиона вернулась. — Ну, она снова ушла, — сказал Драко, его прерывистое дыхание сделало его голос похожим на всхлип. — Потому что Уизли, хотя, возможно, и не такой мудак, как мы могли бы подумать, но все же гребаный УБЛЮДОК. — Драко, пожалуйста, расскажи нам, что случилось, — сказала Нарцисса, коснувшись его руки. — Ты меня пугаешь. — Он прислал ей письмо, — сказал он, пытаясь успокоиться. — Он сказал, что хочет встретиться с ней, чтобы все обсудить. Он вложил в письмо ее старое обручальное кольцо. Это был портключ. Люциус зарычал. Нарцисса поджала губы. — Она не хотела идти, — сказал он. — Мы говорили о том, чтобы сначала зайти к вам. У нас была такая хорошая ночь... Такое хорошее утро... Она не хочет этого! Но она дотронулась до кольца... И я не знаю, куда он ее увел. Раздался громкий треск, и Малфои обернулись, чтобы увидеть Гарри, бегущего по тропинке. — Черт возьми, — сказал Драко. — Я сейчас не в настроении для чудо-мальчика. — А ты когда-нибудь бываешь в настроении для Чудо-мальчика? — спросила Нарцисса. Она казалась искренне любопытной. — Драко! Я искал тебя повсюду! — крикнул Гарри, устремляясь к троице. Он остановился и понял, что Люциус и Нарцисса смотрят на него. Наступило неловкое молчание. — Малфои, — кивнул он, явно не желая затягивать неловкую ситуацию дольше, чем нужно. Они оба холодно кивнули. — Послушай, Драко, у нас проблема, — задыхался Гарри. — Я знаю, Поттер, — сказал Драко, потирая лоб. — Оказывается, Уизли не полностью отвечал за свои действия, и он вбил себе в голову, что ему нужно поговорить с Гермионой, и прислал ей по почте чертов портключ- — Что?! — И теперь она исчезла, и я не знаю, где она. Гарри покачал головой, пытаясь осмыслить то, что сказал Драко. — Не виноват... Я не... — Теперь я должен это объяснять? — огрызнулся Драко. — Гермиона снова пропала. Она с Уизли против своей воли. Я должен найти ее. — Я согласен, и ты можешь объяснить позже, но проблема больше, чем просто Рон. Рон только все усложняет. — Как? — спросила Нарцисса, все еще удивляясь тому факту, что два мальчика ведут дискуссию без поднятых палочек. — Гермиона оставалась на моей земле, без моего ведома, в течение последней недели, — сказал он, обращаясь к Малфоям, чтобы они поняли контекст. — Я вернулся, чтобы проверить это место, но там кое-что пропало. — Э-э, например, твой гостевой дом, болван? — сказал Драко, понимая, что поступает жестоко, но ему уже было все равно. — Нет. Блокнот с рецептами на маггловские лекарства. Наступила тяжелая тишина. Нарцисса поклялась. — Блейз рассказал мне, что вы сделали, чтобы помочь ей, миссис Малфой, но я думаю, что она все еще борется с зависимостью, — сказал Гарри. — И если то, что говорит Драко, правда, она сейчас находится в очень стрессовой ситуации. — Мы должны найти ее! — сказала Нарцисса, явно расстроенная. — У нее может случиться рецидив! Зелье избавляет от физической зависимости, но я не подумала о психической. Маггловские наркотики не совсем то же самое. Я не учла этого. — Это еще не все, — сказал Гарри. — Кто-нибудь из вас видел сегодняшний "Пророк"? Все они покачали головами. Гарри поднял газету, на его лице появилось мрачное выражение. ГЕРМИОНА ГРЕЙНДЖЕР ПРИСТРАСТИЛАСЬ К МАГЛОВСКИМ НАРКОТИКАМ! РАЗРАЗИЛСЯ СКАНДАЛ ИЗ-ЗА МАЛЕНЬКОГО ГРЯЗНОГО СЕКРЕТА ГЕРОИНИ ВОЙНЫ. — Нет, — прошептала Нарцисса. — Кто бы мог это сделать? Скажи мне, что это не мальчик Уизли! — Это не так. Я увидел это, как только приехал в Лондон, и навел справки, пока искал Драко. Похоже, Рон разорвал помолвку со Стейси, и она нанесла ответный удар. Я думаю, Рон рассказал ей все некоторое время назад, не понимая, что в будущем она будет использовать это против него. Вчера вечером она продала эту историю за крупную сумму. Я не уверен, что Гермиона уже видела ее. Люциус ущипнул себя за переносицу. — Прекрасно, — пробормотал он. — Эта маленькая гнусная сучка, — прорычала Нарцисса. — Как она могла так обидеть Гермиону? Она разрушила ее репутацию! — В том-то и дело, — сказал Гарри. — Держу пари, она собирается использовать эти деньги и репутацию Гермионы как наркоманки, чтобы попытаться выиграть дело в суде. Драко разразился литанией красочных выражений. — Если позволите, — сказал Люциус с внезапным принужденным весельем. — Я хотел бы предложить, чтобы Драко и Гарри пошли искать Гермиону, а мы с Нарциссой остались здесь и присмотрели за некоторыми... делами. — Но я мог бы заставить "Пророк" напечатать опровержение, — сказал Гарри. — Я мог бы- — Ущерб нанесен, — сказал Люциус, качая головой. Он наклонился, делая вид, что берет газету из рук Гарри, и прошептал ему на ухо: — Твоя задача - не дать Драко убить мальчика Уизли. Обвинительный приговор может еще больше осложнить ситуацию. — Да, к тому же он вряд ли хочет стать убийцей, — сказал Гарри, выглядя довольно возмущенным беззаботным объяснением Люциуса. — Я бы не был так уверен в этом, — сказал Люциус с натянутой улыбкой. Они оба посмотрели на Драко, который начал дергаться от гнева. — Справедливо, — прошептал Гарри. — Драко, — сказал он более громко. — Пойдем. Я уверен, что мы сможем их найти. У меня есть несколько идей, где мы можем поискать. Драко чопорно кивнул, пробормотал прощальное слово родителям и перешел на бег, когда его компания направилась к месту явления. Оба Малфоя смотрели, как они уходят, стоя, словно королевские особы, перед своим замком. — Нарцисса, дорогая? — сказал Люциус, его голос был до жути приятным. — Да, дорогой? — ответила она тем же тоном. — У меня есть к тебе предложение. — Говори. — Наша первая попытка проявить эмпатию прошла не очень гладко. — Очень верно, — вздохнула она. — Если честно, у нас не так много практики. — О, согласен. Это гораздо сложнее, чем кажется. Можно подумать, что для того, чтобы быть сентиментальным, нужно совсем немного мозгов. Оказывается, это удивительно сложное занятие. — Хорошо сказано, Люциус, — сказала Нарцисса. — И хотя я не собираюсь отказываться от этой концепции, я считаю, что пришло время напомнить себе, в чем мы хороши. По лицу Нарциссы скользнула мрачная улыбка. Она шагнула к Люциусу так, что их носы почти соприкоснулись. — В чем? — Защищать семью. Ну, и месть, конечно. — Какого рода месть? — прошептала она. — Кровавого, — ухмыльнулся он. — Мне нравится ход твоих мыслей, — ответила она. — Можно? Люциус кивнул. Нарцисса повернула голову и посмотрела в поле, издавая мягкие звуки поцелуев в направлении конюшни Куини. — Это будет весело, — радостно сказала она, когда ее питомец поднялся в воздух. — Я люблю ходить на охоту.