Красавица и чудовище

Силко вальяжно восседал на диване, вертя в длинных пальцах новую сигару, и наблюдал за вороном, который подпрыгивал в нетерпении, явно ожидая появления гостьи. Она очевидно понравилась умной птице, которая, в общем-то, совсем не ладила с людьми после жуткого нападения. Единственным, кому Синджед доверял, был Силко – но он не был человеком. И вот теперь, всего лишь после двух дней знакомства, он так проникся к девушке…Приведенной им же. Словно чувствовал что-то особенное в ней, подумал Силко. И был согласен. Вампир не мог понять, откуда он сам знает ее. Джина так молода, он не мог встречать ее раньше просто потому, что сто лет провел в спячке. Ее огненные волосы…этот оттенок он когда-то видел и запомнил. Мужчина встречал немало рыжеволосых девушек, но именно такой цвет очень редок. И он точно его уже видел…Возможно, он был знаком с далекими предками Джины? Вполне вероятно. Надо будет спросить ее о них. Вампир не волновался о том, что мог быть ее прадедушкой или другим дальним родственником: если у древних родится даже один ребенок, это будет большой удачей и подарком богов. Силко точно знал, что детей – его собственных детей, не обращенных – боги ему пока что не даровали. И тем не менее, в этой встрече было что-то странное, настолько странное, что тревожило мужчину с самого первого взгляда в эти зеленые чистые глаза. Если это то, о чем он думает, то…этого просто не может быть. Мужчина взволнованно потер тонкую переносицу. Она бы увидела защитные знаки. Или нет? Он ведь так и не узнал… Осторожный стук каблучков заставил его обернуться и встать навстречу гостье, которая, смущенно улыбаясь, переступила порог гостинной. Силко замер, разглядывая порозовевшую от волнения Джину. Прекрасна…Огненные элементали не сияли бы ярче. Мужчина благоговейно протянул к девушке раскрытую ладонь, в которую она тут же вложила свою миниатюрную руку. Нежно сжав хрупкие пальчики, Силко слегка охрипшим от восхищения голосом произнес: - Ты восхитительна, Джина. Ты идеальна. Я даже не предполагал, что смогу найти настолько правильную оправу для такой драгоценности. Девушка, чувствуя, что сердце решило, по-видимому, покинуть ее грудную клетку, слегка покачнулась на небольших каблуках, которые были ей непривычны. Силко, заметив это, в мгновение ока оказался так близко, что еще немного и Джина ткнулась бы носом в тонкий кожаный ремень на его причудливом жилете. Девушка почувствовала, как большая рука скользнула по ее талии, а в следующее мгновение она уже сидела в кресле Силко, том самом, в котором заснула вчера. Мужчина усадил ее туда так быстро и легко, словно она была куклой в его руках. Сам же он уже сидел на темно-бордовом диване напротив. Немного придя в себя, Джина, наконец, проговорила: - Силко…Я так благодарна за одежду, но…наверное, не стоило тратить на меня такую сумму. Я думала, ты купишь что-то более дешевое и повседневное. Мне нравится, правда, но…это очень непривычно. Мужчина усмехнулся, обнажив белые заостренные передние зубы. Они всегда были такими острыми? - Ты ошибочно полагаешь, что я купил тебе только одно платье. Остальные ждут в твоей спальне. И нет, чего-то более дешевого ты не достойна. Я не унижу себя и тебя тем, что отделаюсь от тебя, купив какие-то жалкие тряпки. Помолчав, Силко спросил: - Разве тебе не нравится? Ты привыкла к другому, я понимаю. Расскажи мне. В теплом свете огня, который приглушался тьмой, словно навеки поселившейся возле дивана, глаза Силко, прежде ярко-бирюзовые, горели светло-зеленым золотом. Бархатный голос звучал так доверительно, проникновенно, расслабляюще. Джина, расправляя сверкающие алые складки подола непослушными пальцами, вздохнула. - Ты прав. Я не привыкла жить иначе. Отец умер очень давно, оставив дом и меня своей злобной жене. Она живет припеваючи, транжиря его деньги и пытаясь уничтожить меня каждый день. А ее любовники постоянно смотрят на меня словно голодные звери, за что она почему-то ненавидит не их, а именно меня еще больше. Силко, пристально глядя на девушку, которой очевидно тяжело было вспоминать свое недавнее прошлое, спросил: - От чего ты убежала, Джина? Кто обидел тебя? Прерывисто вздохнув, девушка подняла глаза на Силко. Увидев, что он чрезвычайно серьезен и не смеется над ней, она ответила, переведя взгляд на огонь: - Я поссорилась с мачехой. Она ударила меня за то, чего я не делала. Ее новый парень, Майкл, он пытался… - Джина неожиданно яростно продолжила – Я бы проломила его никчемную черепушку мыльницей, клянусь! Но вошла Роуз и набросилась именно на меня, как будто это я виновата! А потом она ударила меня по щеке и я убежала в лес. А дальше ты знаешь. Силко молчал. Девушка, услышав тонкий звон стекла, подняла глаза на мужчину, который спокойно наливал себе виски. Он поманил ее к себе. - Иди сюда, милая. Сядь рядом. Джина встала с горячего кресла и, шелестя платьем, медленно подошла к Силко. Он похлопал по бархатной обивке. - Садись, не бойся. Девушка присела рядом, боясь откинуться на мягкую спинку. Силко, взяв ее руку в свою и осторожно поглаживая, произнес: - Теперь ты в безопасности. Здесь, со мной, никто не осмелится причинить тебе вред. Оставайся. Я ничего не требую взамен, просто знай, что ты нужна здесь. Джина смотрела на мужчину широко открытыми глазами, не зная, что сказать. В глубине души она так хотела, чтобы он предложил это. И вот теперь…он действительно предложил. - Я…я не знаю, могу ли… Силко перебил ее робкий голос: - Только не говори снова, что не имеешь права, недостойна или стесняешь меня. Нет. Ты имеешь полное право и достойна. Поверь, если я говорю это, значит, я уверен. Ты останешься? Джина больше не хотела задумываться. - Да. Силко мягко улыбнулся. - Хорошо. Спасибо тебе. Пригубив из бокала крепкий темно-золотой напиток, он спросил: - Ты любила своего отца, правда? Откуда он был родом? Джина, немного расслабившись, – она чувствовала себя так, словно с души упал огромный камень, который тянул ее все эти дни – ответила: - Да, отец был единственным человеком в мире, кто, кажется, по-настоящему любил меня. Он родом из того же города, в котором мы живем. - А твои предки? Ты что-нибудь знаешь о них? Девушка удивилась странному вопросу, но задумалась. Что она знала о своих предках? Родители мамы и отца умерли еще до ее рождения и ей о них никто не рассказывал. Других близких родственников у нее не было. - Нет, я никогда не видела их, а отец не рассказывал. Мне жаль… - Нет-нет, ничего. Я просто хотел поддержать разговор. – мужчина поспешил успокоить расстроившуюся девушку, снова потянувшись к ее руке. Он уже успел заметить, что Джине мгновенно становилось лучше, стоило ему только дотронуться до ее ладони. Силко ласково поглаживал большим пальцем хрупкие костяшки ее тонкой руки. Почти невесомо обхватив двумя пальцами запястье девушки (его восхищало, как легко они сомкнулись вокруг хрупкой чувствительной косточки), он поднял ее легкую руку и положил на свою, ладонь к ладони. Джина позволяла делать с ней это, наблюдая, но не двигаясь. Ее тепло и его холод столкнулись, не борясь между собой, вопреки ожиданиям, а проникая друг в друга, создавая идеальную температуру. Оба вздохнули, ощутив это. Оба смотрели на соединившиеся ладони друг друга. Силко задумчиво, будто про себя, сказал: - Я как будто знаю тебя, всегда знал. Не могу понять, почему я это чувствую, но это так. - И я… - едва слышно донеслось до слуха мужчины. Джина смотрела на него, затаив дыхание. - Я тоже…чувствую что-то. Сначала я опасалась войти в твой замок, но после того, как увидела тебя, узнала Синджеда, побыла здесь…мне не хочется отсюда уходить. Ощущение, словно та жизнь в городе никогда не принадлежала мне, а сейчас, именно сейчас, это и есть моя настоящая жизнь. Уголки темных губ мужчины приподнялись в едва заметной улыбке. - И тебя никто не гонит отсюда. И никогда не прогонит, Джина. Девушке нравилось, как Силко произносит ее имя. Нравился его голос. И всё остальное в нем. Ей хотелось подольше согревать его холодные руки, но Силко скользящим движением убрал ладонь и потянулся к любимой гильотине для сигар. Джина с интересом смотрела, как он отщелкивает кончик ароматного свертка, подносит сигару к губам и зажигает ее. Девушка задержала дыхание, когда сероватый дым вкрадчивыми струйками пополз к ней. Она не любила резкий запах сигарет, которым обычно пахло от бойфрендов Роуз. Однако аромат, который всё же пробрался в ее ноздри, оказался приятным – хороший табак с примесью чего-то солоновато-копченого и древесного. Девушка, наблюдая за Силко, который явно наслаждался вкусом сигары, позволила мягкому дыму глубже проникнуть в ее легкие. Аромат совершенно точно нравился ей, а Силко так красиво курил… Мужчина, заметив неподдельный интерес, горящий в зеленых глазах, разглядывающих изящные завитки дыма и сигару в его пальцах, усмехнулся. - Нравится? – спросил он, повертев шероховатый коричневый сверток. Джина кивнула, не отрывая глаз от сигары, которая была лишь чуть темнее длинных пальцев, так уверенно и привычно держащих ее. - Я никогда не пробовала даже сигарет. Можно? – девушка мягко тронула рукав его рубашки. Силко с улыбкой смотрел на светящееся предвкушением чего-то необычного и запретного лицо. Истинный ребенок. Хочет то, что можно только взрослым. - Хочешь новую или мою? – темный голос стал еще ниже и глубже. - Твою. – девушка сглотнула, продолжая смотреть на сигару в его пальцах так, словно она вот-вот выпрыгнет и укусит. Если Джина не укусит ее первой. Мужчина, не ожидавший такого ответа, удивленно приподнял брови, но передал девушке вожделенный предмет. Вложив шершавый раскуренный сверток в тонкие белые пальчики, Силко откинулся на подушки, приготовившись к зрелищу, не забыв предупредить девушку: - Только не вдыхай дым слишком глубоко. Сигара не требует глубокой затяжки. Толстая сигара была чересчур большой и тяжелой для женских пальчиков, что пытались поудобнее обхватить ее. Силко, ощущая, как хищно приподнимаются волосы на его загривке, жадно наблюдал за увлеченной необычным для себя действием девушкой. Пока Джина рассматривала и заинтересованно обнюхивала сигару, вертя ее в пальцах, Силко успел рассмотреть девушку с ног до головы. Такая напряженная, возбужденная, натянутая словно струна. Стройные ноги сдвинуты, обласканные алой сверкающей тканью бедра прижаты друг к другу. В этот раз она не поправляла подол и жемчужно светящаяся кожа ноги была оголена от кончиков пальцев до бедра. До чего же вкусный, потрясающий контраст. Полушария прижатой бандажным лифом груди активно двигаются, заставляя кроваво-красную ткань переливаться еще сильнее. Такие хрупкие тонкие ключицы, маленькие округлые плечи. На атласной коже и ярких рыжих волосах отражаются всполохи пламени. К Силко они не тянутся так откровенно. Она сама – пламя, просто еще не знает об этом. Мужчина, пытаясь скрыть вмиг сорвавшееся дыхание, смотрел, как пухлые розовые губы осторожно, пробуя, обхватывают основание сигары там, где только что были его губы. Какая же пытка, наблюдать, как ее влажный язычок толкается в срез, как робко и нежно ее мягкий ротик сосет его сигару, неумело пытаясь добыть немного дыма. Как бы он хотел, чтобы на месте сигары сейчас был его член. Он научит свою малышку делать всё правильно. Конечно же, ему не стоило позволять ей пробовать курить, но искушение посмотреть, как ее нежные нетронутые губы будут смыкаться вокруг его сигары, было сильнее. И Силко не пожалел. Джина, тем временем, осторожно затянувшись, пробовала дым на вкус. Горьковато-пряный, очень насыщенный. Нежные рецепторы языка сразу взбунтовались, не привыкшие к такому. Девушка попыталась подержать дым во рту, как учил Силко, но закашлялась и передала сигару мужчине. - И как тебе? – Силко сверкнул глазами и привычно прикусил табачный сверток зубами. Здесь только что были ее губы. Восхитительно, теперь сигара будет еще слаще. - Горько. Крепко. Но…интересно. – Джина наблюдала, как Силко плавно и мощно затягивается, не мучая сигару, как она, и, слегка откинув голову, выпускает четкие дымные колечки. Мужчина потянулся к стакану со спиртным. Девушка не могла оторвать глаз от будто маслянистой золотистой жидкости. Выглядит вкусно. Раз уж сегодня вечер вседозволенности, то… - Может быть, нальешь и мне? – придвинувшись ближе буквально на дюйм, попросила Джина. Силко, проглотив этот как всегда приятно обжигающий маленький огненный шарик, повернул голову к девушке. А этот вечер не перестает удивлять. - Это виски, детка. Боюсь, если сигару ты еще выдержала, то это будет для тебя слишком. Вглядываясь в умоляющие зеленые глаза напротив, Силко с сомнением произнес: - Уверен, ты никогда не пробовала и этого, так? С такого крепкого не стоит начинать. Джина кивнула, сжав слегка дрожащие пальцы на огненной ткани. - Да. Но сегодня же можно? С тобой. Почти сдался. - Может быть, лучше вина? Я не предполагал, что ты захочешь, иначе принес бы. Тебе не понравится виски. - Нет. Хочу твое. – Джина посмотрела в сомневающиеся глаза напротив, налившиеся темной бирюзой. Силко поднял массивный стакан, задумчиво глядя сквозь темное золото жидкости. «Что еще дать тебе попробовать сегодня, малышка?» - Значит, снова хочешь мое? Что ж…Я обещал, что всё, что есть в моих владениях – твое. Хорошо. Сдался. Мужчина неожиданно придвинулся ближе, глядя в глаза оробевшей девушке. Плавным движением вытянув руку на спинке дивана прямо позади затылка Джины, он лениво закинул ногу на ногу и поднес стакан к губам девушки. - Я позволю, но только из моих рук. Всё еще хочешь? Джина повела носом над самым краем стакана. Пахнет…алкоголем, как ни странно. Приятно, сладковато, мужественно. Она сделает это. Силко заметил, как ее мягкие губки чуть приоткрылись и потянулись к резному ободку. Крепкий напиток обожжет эти нежные лепестки. Но пусть попробует, если захотела. Девушка сомкнула губы на ободке, ожидающе закрыв глаза. Силко слегка наклонил стакан, позволив небольшому количеству алкоголя коснуться мягкой розовой плоти. Джина вздохнула, почувствовав жжение, открыла рот шире, и мужчина, едва уловимо двинув запястьем, влил виски. Ну, глотай, милая. Хотелось придержать ее за затылок, но Силко не разрешил себе этого. Вместо этого он наблюдал, как концы тонких бровей взлетели вверх, а нежное горло судорожно пытается проглотить небольшую обжигающую порцию. Умница. С тебя достаточно. Силко хотел отнять стакан от губ девушки, но неожиданно ее маленькие теплые ручки легли поверх его. Джина, справившись с одной порцией, направила его руку, смело сделав большой глоток и смотря на мужчину. Силко усмехнулся, всё же убрав стакан. Какая смелая девочка, просто посмотрите. - На сегодня точно хватит, иначе последствия тебе не понравятся. Джина, прекрасно понимая, о чем он говорит, уже ощущала легкое головокружение. Ей не хотелось выпускать руку Силко, которую она всё еще держала. Джине нравилось, как он забирал ее тепло. Она готова отдать всё, его ведь даже слишком много для нее одной. Может быть, так и нужно? Силко, нежно тронув щеку девушки, усмехнулся: - Да, точно достаточно. Не стоило позволять тебе. Я отведу тебя в твою спальню. Если вдруг станет хуже, зови меня, моя комната недалеко. Джина, у которой гостиная начала расплываться перед глазами, растерянно кивнула. Кажется, она переоценила свои возможности. Внезапно ощутив себя над землей, она решила, что теряет сознание, но сильные руки, которые бережно понесли ее куда-то, дали понять, что это был сам хозяин замка. «Какая же я глупая…что за бравада…и зачем мне нужен был этот виски? Что я хотела доказать?» - билось в голове Джины всё время, пока Силко нес ее по холодному коридору. После жаркой гостиной прохлада, овевающая горящее лицо, казалась благословением. Как же стыдно. Ощутив мягкий матрас, на который уложили ее безвольное тело, Джина открыла глаза. Мужчина обеспокоенно смотрел на нее, он протянул прохладную ладонь и коснулся пылающей щеки девушки. Она неосознанно подалась к его ласковой руке. - Спи, Джина. Кувшин с водой на прикроватном столике. Я буду в своей комнате налево по коридору, если понадоблюсь. Девушка, слушая низкий тихий голос Силко, словно проваливалась куда-то, в густую темноту, теплую, обволакивающую, она будто тонула в его хрипловатом шепоте. Резко открыв глаза, Джина поняла, что рядом никого нет, а темнота является настоящей, реальной. Сколько же времени она проспала? Когда она вошла в гостиную, был ранний вечер. Они с Силко пробыли там примерно часа два, не больше. А сейчас?...Два часа ночи?! Джина резко села на постели. На удивление, голова не болела и тело ощущалось вполне себе живым. Она всё еще была в платье. Да, ну конечно же, Силко не тронет ее. Он ни разу не давал повода усомниться в себе. Девушка рассеянно провела руками по гладкому покрывалу, неожиданно наткнувшись на что-то шершавое. Джина резко отдернула руку и потянулась к свече. Как только слабый свет озарил постель, девушка выдохнула – всего лишь бумажка. Лежащая поверх чего-то полупрозрачного и сверкающего. Записка? Джина заметила на ней витиеватые изящные росчерки, складывающийся в слова «Чтобы больше не пришлось спать в занавеске. S.». Красивый, благородный почерк. Как и его хозяин. Девушка охнула и прикрыла рот огненными волосами, поймав себя на такой мысли в который раз за этот день. Изучая каждую ровную буковку послания, она снова думала о Силко. Он никогда не пытался овладеть ею силой, хотя кто бы ему помешал? Явно не она. В замке ни души, кроме них двоих и животных, а на многие мили вокруг никого нет. Никто не помог бы ей и он это знает. И, тем не менее, не позволил себе ни малейшей пошлости или грубости в ее адрес. Хотя Джина могла заключить, что она ему, пожалуй, симпатична, раз он не прогнал ее и предложил остаться. Он не уточнил, в качестве кого он хочет видеть ее здесь. Он сажает ее в свое – хозяйское – кресло. И что это может значить? Оторвав напряженный взгляд от желтоватой бумаги, Джина наконец обратила внимание на то, на чем она лежала. Прозрачное невесомое искрящееся нечто. Ночная сорочка. Тончайший телесный шифон, а поверх вышивка серебром и светлыми сверкающими бусинами. Девушка подняла ее перед собой. Совершенно ничего не весит и настолько прозрачная, что тусклый свет свечи с легкостью пронизывает ее насквозь. Продолговатые золотистые жемчужины покачнулись, когда Джина осторожно положила это произведение искусства обратно на кровать. Белья под такое у нее, конечно же, нет. Взволнованно запустив руку в копну красновато-медных волос, девушка с испуганным возгласом вытащила оттуда черного найденыша. Мышонок, видимо, переполз с ее пояса в теплые волосы, пока она спала, и сейчас, разбуженный, испуганно голосил. Джина бережно накрыла его рукой и малыш успокоился. - Как же ты напугал меня! О боже мой, а если бы я раздавила тебя, пока спала? Мамочка не может всегда охранять тебя. Глупенький… - со вздохом положив мыша на подушку, она решительно встала. Темно-вишневая ткань сверкающим водопадом упала к ее ногам. Обнаженная девушка, прикрытая лишь своими рыжими волосами, задумчиво рассматривала подаренную сорочку, взволнованно дыша. «А туфли-то Силко с меня всё-таки снял» - улыбнувшись, осознала Джина. Он воспользовался ее беспомощным состоянием лишь за этим. Глубоко вздохнув, девушка дотронулась до своего живота. Это ощущение было ей совсем незнакомо, но оно было приятным, теплым. Оно появилось от мысли о Силко. И она далеко не настолько наивна, чтобы не знать, что это может означать и что он сам от нее, очевидно, хочет. Иначе купил бы ей флисовую пижаму в уродливый цветочек. Дверь приоткрылась, выпустив из спальни босую маленькую тень, сверкнувшую рыжими волосами и сорочкой, накинутой на голое тело.