Предательство и честь

Возвращение

      Зима давно подошла к концу, уступив место теплой весне, когда от разведчиков поступили сведения, что пятерых человек видели в холмах к северу от границы.       Чонхо к этому времени уже готовился в собственный поход, но решил не уезжать, пока не вернётся Сан и он не убедиться в том, что с Уёном будет всё хорошо. Уж слишком близкими они стали за это время друзьями.       Когда Уён услышал новость, он был готов сорваться с места и отправиться им навстречу, но его, конечно же, не отпустил отец.

Новая родина

      Сан и Сонхва с тремя подопечными, спустившись с холмов, дошли до места на опушке леса, где ровно год назад остановился Сан. Они разожгли костёр, сварили суп из буженины с овсом, выпили крепко вина и устроились на ночлег.       Хотя Сан и Хва были безумно рады возвращению в королевство Алмазного побережья, им обоим в эту ночь не спалось. Их тревожили мысли о том, что их может ожидать по прибытии в замок. — Как думаешь, нам будут рады? — Не выдержав, задал вопрос Сан, зная, что Хва тоже не спит. — Конечно будут! Уверен, что Уён себе места не находит, разрабатывая дерзкий план побега из замка, навстречу своему любимому. — Уверенно ответил Сонхва, чтобы поддержать в конец исхудавшего от переживаний друга.       Сам Хва думал о том, что будет, когда он представит Хона своим нынешним своякам. А также о том, как сильно за этот год подрос племянник. — Думаешь, Чонхо уже уехал? — В свою очередь задал вопрос Хва. — Даже не знаю, возможно, мы его ещё застанем. Вряд ли он решился бы уехать зимой. Так что, думаю он нас дождётся, а потом сразу в путь. — Размышлял в слух Сан. — Я скучаю по ребятам и нашему путешествию. — Проговорил Хва. — Не волнуйся, ты отлично впишешся в придворное общество, когда Хонджун перетянет тебя на службу во дворец. — Заверил его Сан. — Ладно, надо бы и поспать. — Скорее уговаривая самого себя, чем обращась к Хва, сказал он. Устраиваясь на своём тёплом, добротном, подбитым мехом плаще.       "Да, всего год назад я ел сушёное мясо и пил только воду, кутаясь в старый военный плащ, а теперь ем буженину и укрываюсь плащом подбитым овчиной. Странная штука — жизнь". — Подумал Сан, погружаясь в сон.       Сан и Хва не стали нарушать традицию и на утро, прямиком отправились к реке.       Помывшись и приведя себя в приличный вид, они первым делом направились в дом, где их радостно встретили свояки Сонхва. Они были счастливы видеть обоих молодых мужчин в полном здравии после длительного времени, несмотря на худобу.       Жена побратима пообещала приготовить вечером самые лучшие блюда, но путешественники вынуждены были отказаться, ссылаясь на то, что их ждут с отчётом во дворце.

Долгожданная встреча

      Во второй половине дня путники беспрепятственно проехали ворота замка и устремились ко дворцу. Там, на ступенях, их уже ожидал король Чонги, Уён и двое его вечных спутника.       Ещё до того, как Сан что-либо успел сказать, их поприветствовал король Чонги. — Добро пожаловать домой. — Радушно сказал он и спросил. — Я знаю, что вам не терпится отдохнуть с дороги, но я должен спросить. Кого на этот раз, мы принимаем в гостях? Легендарного полководца Сана или великого императора Неприступной — Чхве Сана? — Императора Неприступной. — Вынужден был подтвердить Сан, переведя взгляд на Уёна, чьё лицо мгновенно изменилось. И понимая, что такого Уён не ожидал. Ещё девять месяцев назад, Сан терзался сомнениями, кого выберет Уён: трон или его, а теперь вернулся с родины, сообщая о том, что он стал императором. Ужасное чувство вины заставило Сана опустить взгляд. — Это хорошие новости. — Облегчённо сказал король. — Я рад принимать у себя столь почётного гостя, как своего друга и союзника, я надеюсь. — Величественно произнёс король и Сан совсем смутился. Он, невольно ища поддержки у Уёна, снова взглянул на него, но увидел, как тот медленно поднимается по ступеням, не обращая более внимание на происходящее. Сану хотелось плюнуть на всё и броситься вслед за ним, но он не мог. Теперь он император и должен соблюдать этот чёртов пафосный этикет. Сан перевёл взгляд на Хонджуна, пытаясь выразить просьбу вернуть Уёна, но тот сверлил Сонхва пристальным взглядом полным осуждения.

Тяжёлый разговор

      После того, как формальности остались позади, Сан отправился прямиком в покои Уёна, чтобы объясниться.       Он робко постучал в двери, но ответа не услышал. Тогда он дёрнул ручку, но двер была заперта.       Сан точно знал, что Уён не мог покинуть дворец, а значит был в комнате. Его сердце бешено колотилось от отчаяния и к тому же, он не знал, каких новостей ожидать от самого Уёна.       Он снова дёрнул ручку. — Уён, открой, не будь ребёнком. Нам надо поговорить, всё вовсе не так, как ты думаешь. — Ты хочешь сказать, что ты солгал отцу? — Услышал он голос Уёна через дверь, полный укора. Сан выдохнул. — "Ну, хотя бы отвечает. Уже легче". — Уён, открой дверь и мы спокойно поговорим. Или мне кричать через неё, как я по тебе соскучился? — Провоцировал он Уёна.       В комнате послышались шорохи и Сан улыбнулся. "Сработало!" Дверь распахнулась и он вошёл. И, не секунды ни медля, заключил своего вредного чертёнка в крепкие объятия, больше похожие на тиски. — Ты решил меня придушить? — Чуть дыша возмутился Уён, хотя такие объятия ему были до дрожи приятны. Ведь он сам безумно соскучился по своему легендарному герою. — Я так по тебе соскучился! — Не обращая внимание на нытьё, продолжал гладить и ласкать Сан свого малыша. Трепля по волосам и вдыхая их родной запах.       У Уёна, помимо воли скатилась слеза и он захлюпал носом, утыкаясь в плечо Сана и обняв-таки его за шею, но он продолжил молчать. — Я люблю тебя, малыш. — Шепнул Сан в самое ухо Уёна, игриво его куснув. — Я не малыш! — Снова возмутился Уён, отталкивая от себя Сана. — Я будущий король Алмазного побережья. — Уён желал произнести это гордым пафосным тоном, но вышло, что он как-будто бы жаловался и он замолк, потупив взгляд в деревянный пол, высматривая на нём отметины и царапины. — В так случае я безумно за тебя рад. — Сказал Сан от чистого сердца, хотя в голосе прозвучала неуверенность.       — Рад? Чему? Тому, что тебе есть чем оправдать собственный поступок? — Тут же вцепился в него Уён, обвиняющим голосом.       Сан поджал губы, не зная как это объяснить. — Молчишь? Тебе больше нечего мне сказать? — Напирал на него Уён. — Конечно есть! — Возразил Сан, собравшись, наконец, с мыслями. — Я приехал к тебе на совсем. Хотя, если ты захочешь, то мы можем поехать в Неприступную в любое время. — Заверил он Уёна, снова пытаясь его обнять, но тот уклонился. — А империя? — Недоверчиво косясь на Сана, спросил Уён. — Империю я оставил на Идена. Уверен, ему это по плечу. — То есть, ты отдал трон человеку, которого едва знаешь? — Перешёл в новое наступление Уён. — Я знаю его достаточно, чтобы сделать его своим наместником. — Пояснил Сан, которому пришлось пойти на хитрость, согласившись стать императором. Ведь это был самый короткий период правления за всю историю Неприступной.       На следующий же день после восхождения на трон, Сан назначил своим наместником Идена. Человека, который повлиял на ход событий при Согымсане, да и на будущее самой Неприступной не меньше, чем он сам.       Сан верил в мудрость и справедливость этого военачальника. Который, не зная Сана до того, как они встретились на поле предполагаемого сражения, принял его сторону вслед за своими подчинёнными, лично знавших Сана, поверив их словам и действиям. — А может, ты прав. И мне не стоило оставлять ему трон, а остаться и править самому? — Поймал он Уёна на противоречии. — Ну... — Протянул Уён и замолчал, не найдя подходящего ответа. — Уён! Мой милый Уён, как же я скучал по нашим спорам. Ты себе даже не представляешь! — Обегченно вздохнув, воскликнул Сан.       Уён смутился и закусил губу. — Ох, как же соблазнительно ты сейчас выглядишь! — Продолжил смущать его Сан, улыбаясь.       Уён глянул на довольное, растянутое в широкой улыбке лицо Сана и растаял. — Сан! — Бросился он ему на шею. — Я так боялся, что ты не вернёшься! — Снова захлюпал носом Уён. — Сан, я тебя так люблю!       От избытка эмоций обоим резко снесло крышу и они впились в губы друг друга, забыв запереть дверь, так и оставшуюся слегка приоткрытой.       Напившись сладким долгим поцелуем после длительного расставания, они слегка успокоились. Но по-прежнему не отлипали друг от друга. Изучая заново. Сан поднял Уёна на руки и, поворачивая к кровати, заметил приоткрытую дверь. Не выпуская Уёна из рук он проследовал к ней и Уён её запер. Потом он развернулся и уверенным шагом прошёл к кровати, осторожно уложив на неё свою драгоценность.

***

      Сонхва, обеспокоенный своими подопечными, представил их королю, как свиту нового правителя Неприступной и только после этого подошёл к Хону с его обиженным, суровым лицом. — Значит, нашёл себе помоложе? — С ходу обвинил его Хон, кивнув в сторону подопечных. — Они сами нас нашли. — Без задней мысли объяснил Хва. — О, даже так! — Дерзко воскликнул Хон. — А я смотрю, ты времени не терял и прошёл курс по искусству споров и дерзости у Уёна? — Так же стремительно сбил с него спесь Хва. — Ничего я не проходил! — Возразил Хон и Хва рассмеялся. — Нет, я ошибся, это же он учился у тебя. — Невозмутимо сказал Хва, беря Хона под локоть и увлекая за собой во дворец.       Чонхо с завистью посмотрел им вслед и пошёл проводить молодых придворных Сана в их шатёр.       В нынешнем турнире, что вчера был торжественно открыт, участвовать Чонхо, понятное дело, не пожелал, а вот молодые ребята из Неприступной, с радостью согласились. Они мечтали впечатлить нового правителя, желая стать приближёнными императора и служить в качестве его личной охраны. Но если это не сработает, Сонхва обещал замолвить за них словечко перед Хонджуном. Как успел убедиться Сонхва, они были толковыми ребятами, а толковые парни никогда не бывают лишними. О чём Хва и рассказал Хонджуну, пока они шли в его покои. — Если их как следует поднатаскать, они будут отличными бойцами. — Уверял он Хона, поднимаясь по лестнице. — Почему они волнуют тебя больше, чем я? — Психовал Хонджун. — Просто я хотел убедиться, что ты всё такой же ревнивец. — Томным голосом произнёс Хва, когда они вошли в комнату. — Мне нравится, когда ты на взводе! Ты такой горячий! — Придвинулся он к Хону вплотную, заглядывая в холодный тёмный омут в его глазах. — Ты скучал по мне? — Спросил Хонджун, вместо того, чтобы рассказать, как он сам сходил с ума без Хва. — И всё ещё скучаю! — Выдохнул Хва в самые губы Хона и тот сдался, потянувшись к чертовски соблазнительным губам, по которым он безумно скучал всё это время.       Хва нежно обнял Хона и он буквально потерял рассудок, начиная творить сущее безумие, теряясь во времени и пространстве, от чего Хва просто млел, мечтая об этом всё долгое время их разлуки.