Глава восьмая. Пузыри и апельсиновые леденцы
9 сентября 2022 г., 10:03
— Вы опоздали, — раздался с оттоманки капризный женский голос.
На спинку легла белая, словно свежевыпавший снег, рука с заострёнными темно-вишнёвыми ногтями. Затем появилось бледное личико с острым подбородком, на котором выделялись большие раскосые золотисто-янтарные глаза и губы, вызывавшие в воображении ассоциацию со спелой клубникой. На кончике её остренького носика идеально балансировало пенсне с зелёными линзами. Волосы темно-медового цвета, обрамляя лицо девушки крутыми волнами, опускались тяжёлым шёлком на плечи. Одета она была в простое пепельно-серое муслиновое платье с длинными широкими рукавами. С ленивой грацией кошки она встала с оттоманки и подошла к Эндрюсу и Эвану. Увидев в руках Уилла коробку, девушка выхватила её из его рук, внимательно, словно ребёнок новую игрушку, осмотрела и даже понюхала.
— Неплохо, но ты всё равно опоздал, — сказала она и, поиграв бантиком, лукаво добавила: — Как поживает наша пышечка Лотти?
— Хорошо. Она передаёт тебе привет.
— Хм, славная девочка. Да, Уилл? — плутоватая улыбка тронула её губы. Вернув коробку Эндрюсу, девушка обратилась к Эвану: — Я чувствую, что у тебя есть кое-что для меня, Гарри.
— Меня зовут Эван, — ответил он, стараясь не выдать голосом то смятение, которое вызвала колдунья в нем, произнеся его настоящее имя.
— Подумаешь, назвала тебя не тем именем, — девушка пожала плечами. — Обычно женщины на такое обижаются. Отдавай то, что у тебя в кармане, — потянувшись к его куртке, нетерпеливо сказала она.
— Эндрюс, спаси меня от этой ненормальной кошки! — ускользнув от её цепких коготков за спину Уилла, воскликнул Эван.
— Только попробуй помешать!.. — тут же пригрозила колдунья.
— Меня уволят, если узнают, что ты навредила простецу, — несмотря на угрозу, Уилл встал на её пути.
— Глупости! Ничего непоправимого я с этим простецом не сделаю.
— Это абстрактное «ничего непоправимого» и пугает, — притворяясь испуганным, сказал Джеймсон.
Эван и колдунья, охваченные детским задором, словно играли в салочки, кружились вокруг Уилла, пока у того не лопнуло терпение:
— Проклятье! Успокойтесь уже! Я чувствую себя воспитателем в детском саду!
— Мистер воспитатель, пусть этот скверный обманщик отдаст мне конфеты, или я не буду вам помогать.
— Что? — в один голос произнесли Эван и Уилл.
— Я же вам сказала прямым текстом, что могу помочь с вашим делом. Свела же судьба болвана и вруна, — раздраженно ответила девушка. — Я не скажу больше и слова, пока не получу награду. И поторопитесь, пока моё настроение не испортилось!
— Вот, держи, — моментально вынув из кармана куртки наполовину пустой пакетик с круглыми леденцами, сказал Эван и вручил его девушке. Поймав насмешливый взгляд Уилла, он добавил: — Я пытаюсь бросить курить.
— А ещё иногда используешь их как взятку, — вставила девушка. Она отправила в рот парочку леденцов и, довольно жмурясь, сказала: — Ммм, апельсиновые! Уилл, ты постоянно мотаешься в мир простецов, но всё равно приносишь мне магические сласти. Это так огорчает, — она вздохнула. — Ты такой противный временами, Уилл. Хотя я понимаю, почему ты покупаешь магические сладости: это повод увидеться с одной пышечкой. Запомни, Гарри, мне нравятся сладости из мира обычных людей.
— Меня зовут Эван, — поправил её Джеймсон.
— Ох, я опять оговорилась, — плутовская улыбка тронула её губы. — Но разве это так важно?
— Ну да.
— Хм, имя — это маска, под которой так легко скрыться. Вот у меня их несколько, — девушка сделала короткую паузу: — Хотя кому я это говорю, — в её глазах вспыхнули искорки.
— Думаю, мы можем пофилософствовать и в другой раз, — выводя разговор из «зоны тонкого льда», сказал Эван. — Сейчас я хочу услышать, как ты можешь нам помочь в расследовании преступления.
— Хорошо, я расскажу, но только из-за того, что у тебя был хороший гостинец для меня, — девушка спрятала пакетик в складках юбки, затем похлопала в ладоши, и из рук Уилла пропала коробка, а напротив оттоманки появились два кресла. — Я уже устала стоять.
Колдунья вернулась на прежнее место, а мужчины расселись по креслам. Эван заметил, что перед оттоманкой стоит кальян и столик. На нем лежали металлические щипцы и стояла глубокая прозрачная чаша с торчащей из неё прямой трубкой. В сосуде находилась жидкость, на поверхности которой плавала пена. Растянувшись на подушках, девушка взяла в руки мундштук и, поднеся его к губам, спросила:
— Как я понимаю, вы оба уже смотрели записи с мест преступлений? Вы ведь заметили схожую странность на каждой из них?
— Я ничего не заметил, — признался Уилл.
— А вот мистер обманщик заметил, — колдунья сделала затяжку.
— Я не обманщик! — возмутился Эван.
— Допустим, — она выпустила струю дыма, — ты не обманщик, а просто любитель секретов.
— А теперь скажите для тех, кто не в курсе, о чём вы говорите, — вмешался Эндрюс.
— Я заметил, что на всех записях в момент убийства присутствует антропоморфная тень, — ответил Джеймсон.
— Но почему ты промолчал об этом? — спросил Уилл, явно задетый тем, что от него скрыли информацию.
— Я не думал, что это особо важно. Я хотел найти больше доказательств. Понимаю, что повёл себя как свинья…
— Свинья — это ещё мягко, — буркнул Эндрюс. — Ты…
— Вы так мило ругаетесь, — перебила его девушка и, издав короткий зевок, продолжила: — Но это так бессмысленно. Теперь вы оба одинаково информированы, и я могу рассказать или даже показать кое-что интересное.
Затянувшись, колдунья отложила в сторону мундштук и потянулась к чаше с мыльным раствором, вынула трубку для пузырей, поднесла её к губам и подула в неё. К потолку полетели пузыри, наполненные густым жемчужно-серым дымом. Во всех пузырях из дыма образовались бабочки. Они плавно парили в своих радужных оболочках.
— Весьма зрелищно… — начал скептично Джеймсон.
— Молчи и смотри, — оборвал его Эндрюс.
Тут в одном из шаров дым стал темнеть, пока не окрасился в цвет грозовой тучи. Пузырь с черной бабочкой атаковал соседний, затем следующий и так далее, пока не поглотил все. Поглощая новых жертв, дымовые фигуры внутри хищного пузыря изменяли свой вид: паук, птица, кошка.
— Он меняет формы, — заворожённо произнёс Уилл.
— И он становится больше, — добавил Эван.
— И сильнее, а это нарушает энергетическое равновесие мира, — подытожила колдунья. — А любой дисбаланс не нравится высшим силам. Вашего преступника нужно остановить, пока его силы не перешли черту.
— Ну, это понятно, — желчно усмехнулся Джеймсон, — но вот вопрос: как это сделать, если мы не знаем о нём ничего, кроме шоу дыма и теней? Это всё равно что пьяным ловить луну в луже.
— Любой рыбак скажет, что на рыбалку необходимо брать наживку, если нужен улов, — ответила она.
Девушка макнула трубочку в раствор, затем, едва касаясь ладони, выдула на неё пузырь и подняла руку кверху. Заметив новую добычу, чёрный шар устремился к ней. Стоило ему коснуться ладони, колдунья прихлопнула его другой. На несколько мгновений веранду наполнил густой черный дым.
— Ты хочешь сказать, что нам нужна наживка? — прищурив глаза, задумчиво произнёс Эндрюс.
— Безусловно, но не абы какая, ведь зверь не из простых.
— Я с ней согласен, — сказал Джеймсон, — и у меня есть предположение, что его уже пытались отловить несколько лет тому назад наши предшественники.
— Почему ты так решил? — спросил Эндрюс.
— Мой патрон упоминал о случае, который произошёл шесть лет назад, после которого человек с вашей стороны ушёл в отставку, а у нашего остались нечёткие воспоминания, словно запись на испорченной видеокассете. И чутьё подсказывает, что они нарвались на нашего урода.
— Что ж, это не лишено зерна логики, — кивнул Эндрюс.
— Давайте вернёмся к вопросу наживки, — напомнила колдунья.
— Мне он не нравится, — признался Эван. — Терпеть не могу, когда приходится прибегать к ловле на живца.
— Но для вашего дела он идеален. Ваш убийца изголодавшийся хищник…
— Да больной он ублюдок, а не хищник! Мне противно от одной мысли, что нам нужно будет искать девушку, которая может согласиться засунуть голову в пасть к тигру.
— Искать её не нужно, но у вас могут возникнуть кое-какие сложности, — загадочным тоном ответила колдунья, посмотрев в упор на Уилла.
— Я прекрасно понял тебя, Далия. Ты хочешь стать наживкой.
Колдунья довольно улыбнулась и ответила:
— Верно. Хочу прогуляться в мире простецов, а вам нужен кто-то соблазнительный для вашего убийцы. И у меня есть плюс: я достаточна сильна и смогу дать отпор, — без тени хвастовства сказала она. — От тебя нужно только уладить дела с пропуском.
***
Солнце наполовину скрылось за горизонтом, залив море червонным золотом и пурпуром, когда Джеймсон и Эндрюс покинули дом колдуньи. Чтобы переместиться из Русалочьей Бухты, им нужно было пройтись до определенного места. Эван был только рад этому: от сладковатого кальянного дыма у него слегка разболелась голова. Прохладный морской воздух быстро снял с него недуг. Но его мысли то и дело возвращались к колдунье. Она дважды назвала его по имени, и он был готов поспорить, что она знает, кто он на самом деле. А в её золотистых глазах то и дело вспыхивали искорки, обещающие стать костром правды. — Ты почему такой угрюмый? — неожиданно спросил Уилл у Эвана. — Просто подумал, что я вёл себя как трёхлетка… Ну, тогда, когда она хотела забрать у меня пачку леденцов, — ответил тот. — Всё просто. Ты попал под её чары. Сегодня тебе повезло: она была в ребячливом настроении. «Но как?..» — едва не воскликнул Джеймсон. Ответ Уилла его сильно удивил, ведь он почти не чувствовал, чтобы в тот момент магия исходила от девушки. Вместо этого вопроса он спросил: — Почему я вёл себя как малолетний болван, а ты нет? — А знаешь, я не заметил особой разницы в твоём поведении. — Слушай, Эндрюс, давай без этого. Я уверен, что у тебя есть козырь против её колдовства. Может, и у меня получится защитить себя от её магии. — Сомневаюсь. — Потому что я простец?! — Магия тут не замешана, — уклончиво ответил Уилл. — Тогда в чем секрет? — упорствовал Эван. Вместо колдуна ответил неожиданно появившийся Адуляр: — Мастер Уилл — брат моей хозяйки.
