Чёрный ловец

      — Хозяйка в беде! Они у чёртова колеса! — раздался встревоженный голос Адуляра в головах Эвана и Уилла. Их взгляды устремились к колесу обозрения, чьи огоньки мигали в самом центре ярмарки.       — Твою ж мать! — воскликнул Джейсон.       — Я вряд ли смогу переместиться с тобой: слишком людно и неудобное расположение, — тут же сказал Эндрюс.       — Отлично, не трать время, перемещайся без меня, а Адуляр покажет мне кратчайший путь.       Адуляр коротко кивнул, повернулся в сторону, где находилось чёртово колесо, и потрусил туда. Эван, следуя за белым хвостом-султаном, пробирался через толпу, проклиная про себя и вслух себя и кое-каких людей. Воображение подкидывало ему одну неприятнее другой картины развязки событий. Сердце бешено колотилось в груди, отдаваясь барабанным боем в ушах. Эван надеялся, что Эндрюс уже там и уткнул мордой в землю того урода. Но когда он оказался на площадке перед чёртовым колесом, то был крайне удивлён. Никого, кроме него и лежащей на животе Далии, на участке вокруг аттракциона не было. Даже воздух здесь казался гуще. Увидев Далию на земле, в голову Эвану прокрались негативные мысли, но девушка со стоном пошевелилась, затем попыталась встать.       — Далия!.. — встревожено воскликнул Джеймсон и поспешил ей на помощь.       — Стой на месте! — вытянув руку вперед, хрипло вскрикнула она.       Эван встал как вкопанный на месте. Он не мог не заметить, что в колдунье что-то изменилось. Она словно стала меньше. Особенно её рука, которая словно усохла и казалась почти чёрной в неясном свете, исходящем от иллюминации чёртова колеса. Лица её не было видно: его густым покровом скрывали волосы.       — Он… рядом… — хрипло выдохнула Далия.       Прежде чем смысл её слов дошёл до Эвана, мощная магическая волна ударила в него. Эван едва не сломался под её ударом, но уроки окклюменции, которые он получил ещё в юности, не прошли даром. Ему удалось не только защитить сознание от проникновения, но и контратаковать незваного гостя. Джеймсону удалось заглянуть в сознание неприятеля и увидеть его глазами то, что окружает его. Но на это было затрачено слишком много сил, Эвана в итоге грубо отшвырнуло обратно, и он потерял сознание.

***

      Черное покрывало сползло с сознания Эвана, и он смог открыть глаза. Разомкнув отяжелевшие, словно налитые свинцом, веки, Джеймсон был немало удивлён. Он ожидал увидеть ночное небо, но вместо того, чтобы валяться на голой холодной земле, он лежал на груде подушек и смотрел, как под деревянным потолком плавно кружатся мыльные пузыри, а где-то рядом перешёптываются Уилл и Далия. Эван догадался, что находится на веранде Русалочьей Бухты.       — Где тебя носило, Эндрюс? — требовательно спросил Джеймсон, тем самым привлекая к себе их внимание.       — Как ты себя чувствуешь? — участливо спросил Уилл.       — Раз говорю, — Эван сначала приподнялся на локтях, а потом сел, — да и двигаюсь вполне неплохо, то значит, жив. Так что я хочу услышать о том, где ты пропадал, пока нам с Далией было ой как несладко.       — Нам попался хитрый паршивец. Он за короткое время умудрился поставить заглушку. Мало того, что я не смог переместиться, меня закинуло за более чем триста ярдов от границ самого карнавала. А ещё мне пришлось бороться с марионетками.       — С куклами, что ли? — усмехнулся Эван.       — Если бы. С живыми людьми. Знаешь, кого он натравил на меня?       — Ну, удиви меня.       — Журналиста и медиума.       — Тех самых?! — приподняв бровь, поинтересовался Эван.       — Ага, пришлось уладить с ними всё как можно аккуратнее и деликатнее, а иначе уже сейчас начальство медленно сдирало бы кожу. Короче, когда я добрался до чёртова колеса, ты уже валялся на земле, а Далия наполовину…       — То, что происходило со мной, — резко оборвала его колдунья, — никому не интересно. Мы упустили преступника.       — Не совсем, — сказал он с довольной улыбкой.       — Что?! — изумлённо воскликнул Уилл.       — Я кое-что получил от него, — Эван легонько постучал себя указательным пальцем по лбу.       — Ты о сотрясении? — скептически подняв бровь, произнёс Уилл.       «Далия была права, когда говорила, что его нужно как следует ткнуть носом в факт, чтобы хоть что-то осело в голове, — подумал Эван. Он заметил искорки в золотистых глазах колдуньи: — А вот, кажется, она уже догадалась».       — Нет, не сотрясение, — тяжело вздохнул Джеймсон и выдал полуправдивую версию событий: — Он попытался овладеть моими мыслями, но что-то спугнуло его, и при бегстве он утянул моё сознание. Я увидел то место, где он находится сейчас.       — Сосредоточься на том, что увидел во время своего путешествия, — сказала Далия.       Она присела рядом с Эваном, приблизилась к его уху и втянула воздух. По его затылку пробежал холодок, а волосы встали дыбом. Вытянув из головы Эвана нужный образ, Далия потянулась за трубкой для мыльных пузырей и выдула стайку пузырей, наполненных жемчужно-серебристым дымом. Они некоторое время хаотично покружились по комнате, затем, словно детали мозаики, стали соединяться в общую картинку. Перед зрителями предстала небольшая комната, точнее, одиночная больничная палата, по-спартански меблированная: шкаф, койка, умывальник, прикроватная тумба, небольшой столик. В дверь шкафа было встроено зеркало. В нем чётко было видно отражение пациента: моложавое лицо, обрамлённое волнистыми волосами и ухоженной бородой цвета соли с перцем, водянисто-зелёные глаза смотрели не в пустоту, но и не на окружающую обстановку.       — Быть этого не может! — поражённо выдохнул Уилл. — Это же Саймон Бригс.       — Ты его знаешь? — теперь настала очередь Эвана изумляться.       — Да, это бывший напарник твоего шефа, — ответил Эндрюс. — Но он более шести лет как парализован. С тех самых пор, когда была найдена та девушка.       — Парализовано только тело, но не душа. И насколько я знаю, та жертва выбивалась из серии: у неё не было бабочки, точнее, она была, но это была самая обычная татуировка, которые тысячами набивают себе девчонки по всему миру. Он легко мог имитировать место преступления. Научившись покидать тело, он научился захватывать и контролировать другие тела. Состояние его физического здоровья только играет на руку.       — Вот дерьмо! — воскликнул Эндрюс.       — Думаю, мой братец хотел сказать, что ты прав, Эван, — широко улыбнувшись, сказала Далия. — Тёмная бабочка в сачке, осталось её пришпилить.