Подвалам, крышам и дворам

      Узкий лаз на тепротрассе был прикрыт фанерой, немного присыпанной снегом. В темноте не сразу замечаешь, что тут вообще что-то есть.       Тёма проснулся в полутемнном помещении. Он лежал на жёстком матрасе прямо на полу, усиленным металлическими листами.       Потолок казался совсем близким.       — Мам… Мама… Мам… — тихо позвал мальчик, учуяв знакомый запах спирта.       Из угла, освещаемого планемем свечи, высунулся тот самый парень, которого Тема встретил на улице.       — Ну ты, парень, даёшь! Чуть руки не отморозил. Пол бутылки водки на тебя извел пока тяпки твои растирал. Замерз совсем. Ты чего на улице так долго сидел? — парень улыбнулся, аккуратно подходя к ребенку.       Артём закрыл голову рукам, ожидая удара. Стало вдруг очень боязно. По щекам покатились слезы.       — Опять двадцать пять! Ну-ка не реви. Да не буду я тебя бить. Не шугайся. Я не телепат что бы знать, что у тебя там случилось, и что с тобой делать! Кушать будешь? — устало вздохнул парень, вытирая лоб.       Тёма кивнул. В животе сильно заурчало. Есть хотелось сильно. Мальчик даже не смог вспомнить когда ел в последний раз. Он вообще мало что помнил.       С треском раскрылся нож, ударил в металлическую крышку, прорезая отверстие.       — Ну, хлеба у меня нет. Есть сухари. Будешь паштет с сухарями? И чая сейчас соображу — парень намазал ножом паштет на сухарь и протянул мальчику.       Тёма недоверчиво взглянул, но протянуть руку побоялся. Получив неодобрительный взгляд, который буквально говорил о том, что: " Ну ты чего, не буду я с тобой цацкаться, бери и жуй! "       Всучив кое-как мальчику сухарь с паштетом, парень встал, взял битую с краю пластиковую кружку и подошёл к трубам.       — Не фильтрованная вода, но тоже кипяток почти — пояснил он, поворачивая какой-то краник, неумело вмонтированный в трубу. — Прикинь, какие технологии! Когда трубы перекрывали, я кран вмонтировал. Сам! С такими навыками и жить хорошо, и жизнь хороша! — похвастался парень, сливая с трубы кипяток в кружку.       Тёма с удовольствием грыз сухарь с паштетом. Пусть чай был немного соленый из-за трубной воды, но казался он крайне вкусным, теплым и сытным.       — А меня Тёма зовут — совсем тихонько сказал мальчик, отхлебывая чай. Маленькие глаза высматривали в полумраке черты лица парня.       — Артёмка значит.....А меня — Ева. Но лучше по кличке звать — Домовой я. Потому что хозяйственный — парень улыбнулся, зачерпнул сухарем паштет и сунул в рот.       Тёма нахмурился, закашлялся, подавившись. Ева тихонько постучал мальчика по спинке.       — Дядь Домовой… А почему тебя Евой звать? Это же для девочек имя — любопытные детские гладила смотрели на парня с неподдельным интересом.       Ева цыкнул и скривился. Захотелось прописать подзатыльник мальчику, но он сдержался.       — Евгений я. Не люблю когда Женей зовут. Поэтому я Ева. Но только ты никому-никому не говори. Я — Домовой — решил нагнать сказочную атмосферу парень.       — Хорошо, я понял. — слабо улыбнувшись, ответил Артём. После небольшого перекуса Тёма начал зевать.       — Ты же только поспал. Ладно, сейчас ещё слишком рано, можно поспать ещё немного.       Тёма лег обратно на матрас и почти сразу засопел.       Ева укрыл ребёнка старой курткой которая служила одеялом. После сам сел рядом с ним и задремал.       Проснувшись утром, когда стрелка будильника с треснутым стеклом уполно показывала семь утра, Артём увидил спящего рядом парня.       Уходить почему-то совсем не хотелось. Пусть в лазе было темно, пусть немного сыро.       Тёма решил подождать пробуждения Евы.       К счастью долго ждать не пришлось, и через несколько минут парень открыл глаза. — Что ты на меня пялишься? — Ева немного повысил голос. — Нет, пожалуйста, не надо снова слез. Услышав повышенный голос, Артём сразу напрягся и отстранился от Домового. Он посмотрел на него со слезами на глазах. — П-прости я не хотел. — Тёма еле сдерживал слезы. Мальчик зажал рот ладонью и тихо всхлипнул. — Так, ладно, забыли, главное, не плачь, я не собираюсь тебя бить. — протянув руку он погладил его по голове. — Вот и все, я же говорил, что не буду тебя бить.       Тёма недоверчиво посмотрел на парня, ожидая, что в любой момент ударят. Когда удара не последовала, Артём немного расслабился.       — А я.я теперь буду жить с тобой? — тихий детский голос разрезал тишину. Тяжело вдохнул Домовой, посмотрел ребёнка, сидящего рядом. В голове было много мыслей, поэтому поводу: «Что я буду делать с ребёнком? " Смогу ли я позаботиться о нем? Почему он не хочет возвращаться домой? И самый главный вопрос.а нужен ли мне этот ребёнок, готов ли я взять за него ответственность? "       Спустя пару минут парень посмотрел ребёнка и ответил.       — Тём, понимаешь.жизнь на улице и совсем подходит для ребёнка. У меня есть много других дел. Тебе будет лучше дома с родителями, ну и с кем ты там живёшь.       — Нет, нет, нет, нет! — закричал Артём. — Я не хочу домой, пожалуйста, не надо. Дядя Домовой, не отправляйте меня домой.       — Все, я понял. Сейчас мы сходим к тебе домой, о боже, я решу, что с тобой делать. — увидев, что Тёма хочет снова закричать, Ева его прервал. — Возражения не принимаются.       Артём сразу замолчал и кивнул.       — Ты же понимаешь, что я и так по лезвию ножа хожу? Я не могу дать тебе гарантию, что постоянно будет еда и крыша над головой? Что тебя или меня не убьют? Я не хочу брать ответственность за чужую жизнь. Я за свою то взять не могу! — Ева заглянул Артёмке в глаза и крайне печально посмотрел на ребенка.

***

      Через несколько минут Артём вместе с Домовым шли по дороге домой. Тёме этого совершенно не хотелось, он боялся, что дядя Домовой отведет его домой и уйдёт.        Да, делать было нечего. Обманывать своего спасителя, вести его к другому дому совершенно не хотелось. Поэтому пришлось вспоминать вчерашний путь и везти его к себе домой.       Еве и так было сложно представить дорогу по спутанным описаниям мальчика.       Тёма сказал, что живёт у гаражей, где много собак. Это в разы сужало круг поисков.       Домовой знал район как свои пять пальцев, но ходить на «Низы», к гаражам, признаюсь, боялся. Местная группировка была мощная, территорию держала хорошо, но с группировкой, в которой, вроде как, числился Домовой, не враждовала. Но на территорию лучше без повода было не соваться.       Пройдя весь вчерашний путь они наконец-то подошли к его дому. Зайдя внутрь Тёма показав нужную квартиру и спрятался за спину Домового.       На удивление Евы, дверь была открыта. Зайди внутрь квартиры домовой учуял мерзкий запах табака и алкоголя, которым была пропитана вся квартира.       Пройдя в глубь, он увидел сидячего на диване мужчину, в обнимку с женщиной.       Тёма отошёл от парня и посмотрел на маму.       — Ты кого это сюда привёл? — женщина вскачила с дивана подбежала к ребёнку и отвесила ему пощёчину. — Кто тебе разрешил его преводить? — снова пощёчина, но уже по другой щеке.       Артём уже плакал и хотел убежать, но Домовой встал перед ним, закрывая его от женщины.       — Не смей его бить. Он нечего не сделал. — зло рыкнул парень, отбрасывая руку женщины, которая потянулась к сыну.       В этот же момент с дивана встал пьяный мужчина. Взяв лежащию рядом пустую бутылку из-под водки, он кинул её в парня. Домовой чудом успел уклониться.       Бутылка глухо ударилась о стену, но не разбилась       — Убирайся из моего дома!       Увидев, что Тёма уже во всю рыдает, Ева решил как можно быстрее уйти. Взяв ребёнка на руки, он выбежал из квартиры.       — Всё, больше ты сюда не вернёшься. — твёрдо заявил Домовой