Бич Червей

Забвение — огромное скопление иных миров, принадлежащих Даэдра, и зачастую, выглядят они как выжженная земля, населенная демонами и дреморами — рассой благородных, человекоподобных существ, порожденных Забвением. Их смысл жизни — служение даэдрическим принцам и принцессам, поэтому во время кризиса они, под командованием даэдрического принца Мерунеса Дагона вторглись в Тамриэль. Основных и самых крупных планов Забвения всего шестнадцать и ими правят принцы и принцессы Даэдра, каждый своим, и все они отличаются друг от друга, в зависимости от желания правителя. Кроме шестнадцати основных существует также бесчисленное количество других планов Забвения, точное количество которых неизвестно даже самим Даэдра. Пока Айвен осматривала окрестности, Родерик надел кандалы на Элсина, у которого к тому времени полностью рассеялась броня и он снова выглядел как повар в таверне «Король и королева» — сандалии, льняная рубаха, тканевые штаны и заляпанный фартук. Но в голове у Родерика никак не складывалась вся картина происходящего. Вчера он был обычным стражником, не владеющим магией, балующимся алхимией и охраняющим район дворца Имперского города. А сейчас он в компании с одной из самых могущественных волшебниц гильдии магов и адептом «Мифического рассвета» в Забвении, плане Даэдра, где нет места смертным, окружённый пустотой, песком и огнём. — Лучше освободите меня, это я вам честно говорю, так будет лучше для всех. — Закрой рот! Куда ты нас всех закинул? И самое главное, как? — выкрикнула Айвен, пытаясь перекричать раскаты грома. — Я все вам расскажу, как только мы найдём более безопасное место. — Мы в Забвении, верно? — решил уточнить Родерик. — разве здесь есть безопасное место? — Есть, я и хотел туда отправится! — Я никогда не горел желанием тут оказаться, не то что куда-то идти. — Нужно уходить, сейчас же! Но Родерик пытался найти в вокруг хоть какое-то укрытие, так как находиться на открытой местности и в Сиродиле могло быть небезопасно, что уж говорить о Забвении. — Родерик! — Айвен бежала в его сторону, то и дело поглядывая в сторону башен. — У тебя последний шанс снять кандалы, иначе все умрём! Наконец Родерик увидел причину поднявшейся паники. Со стороны башен к ним быстро приближались три необычных силуэта. По левому флангу бежало человекоподобное существо не высокого роста, с ращведенными в стороны руками и полностью охваченное огнём. По правому флангу медленно и размашисто шагал великан в три человеческих роста. На нем не было ни брони, ни очертаний лица, только лишь свет отражался от него во все стороны как от разбитого зеркала. Фигура по середине была самой загадочной и совсем не напоминала человека, в отличии от двух других. Скорее, она напоминала вращающуюся воронку из камней, в центре которой ютился маленький синий сгусток магии. Размером он был чуть ниже великана. — Атронахи! — сделала заключение Айвен. — Не просто атронахи, а стражи Меридии. — поднимая руки к Родерику уточнил Элсин. — Родерик, снимай кандалы! — приказала Айвен, раскручивая в руках огненный шар. Родерик скинул с Элсина кандалы и помог встать, а после отошёл на несколько шагов и достал меч, направляя его на Элсина. Но Элсин подошёл к нему и рукой направил меч в сторону огненного атронаха. — Госпожа Айвен, вам придётся биться с морозным атронахом, Родерик берет на себя огненного. Грозового беру я. Есть возражения, замечания, предложения? — Мои силы истощены после таверны, боюсь мы не справимся сразу с тремя. И Родерик не способен к магии, как он будет противостоять огню? Айвен почти запустила огненный шар в атронаха, когда заметила, как Элсин схватился пальцами за голову Родерика и произносил заклинание. Глаза Родерика налились огнём а из раскрытого рта повалил дым. Элсин отпустил Родерика и тот сразу упал на четвереньки, хватаясь рукой за грудь, будто в попытках вытащить собственное сердце. К тому времени стражи были в паре десятков шагов и готовились к атаке — огненный атронах распалялся все сильнее и сильнее, языки пламени крутились вокруг него, будто пытались вырваться, руки морозного великана приняли форму топоров а сам он покрылся шипами. Грозовой тем временем остановил круговорот камней и заставил каждый камень занять свое место, образуя единое тело, защищающее сгусток магии посередине, а над его головой медленно вращались по кругу три идеально ровных, крупных шара. Элсин снова призвал на себя броню и даэдрический топор для битвы, а Айвен пыталась одновременно держать в поле зрения всех троих стражей. Первым атаковал грозовой атронах, выпустив в сторону непрошенных гостей сноп молний, но удар приняла на себя Айвен, перенаправляя молнии в разные стороны. Огненный и морозный атронахи ринулись в атаку и все сразу пошло не по плану Элсина. Он точно распределил каждого бойца на свое место, но атронахи действовали спонтанно — огненный выбрал в качестве цели Элсина, грозовой выбрал Айвен, а морозный великан просто бежал к скоплению нарушителей, чтобы учинить расправу с любым, кто будет по близости. Первым, в виду своей скорости до эпицентра битвы добрался огненный атронах и ударил двумя руками Элсина в грудь, откинул его и повернулся в сторону Айвен. Морозный атронах, размахивая топорами старался задеть Айвен, которая в очередной раз уклонилась от молний. Элсин старался не терять время и стал во всю силу рубить топором атронаха, но его обледеневшая оболочка почти не поддавалась, лишь разбрасывая от ударов крошки льда. Силы были на исходе, и от очередного удара великана Элсин рухнул на землю недалеко от Айвен. Она тем временем одной рукой развеивала атакующие её молнии, а другой держала огненного атронаха на расстоянии используя магический барьер и уже слабо стояла на ногах. Силы обоих были истощены, и когда великан хотел разрубить лежащего Элсина, Айвен отпустила барьер и магией остановила руку великана, не давая ему убить Элсина. Свободный в своих действиях огненный атронах встал в атакующую стойку и ринулся на Айвен, но резко остановился и слегка приподнялся в воздух. Огненного атронаха за шею держал даэдрический лорд, с каждым моментом усиливая хватку и пытаясь задушить жертву. Лорд поставил атронаха на землю и перехватился за его шею правой рукой, развернув лицом к себе. На нем были доспехи, знакомые многим, кто пережил кризис. Когти на его перчатках впивались в шею атронаха, на груди висел доспех с изображенным на нем клыкастым демоническим лицом, в глазах которого светился раскаленный металл. Все элементы брони были покрыты шипами и на каждом стыке и изгибе металл брони был раскален, создавая впечатление, что ее только что выковали и она ещё не успела остыть. Голову и лицо полностью закрывал шлем, на забрале которого было изображение такого же клыкастого демона, как и на груди. Его глаза были также раскалены, а из забрала шлема в разные стороны, вокруг головы и с лба вверх поднимались раскаленные шипы, больше напоминающие корону. — Это Родерик! — из последних сил прокричал Элсин. Родерик принял весьма демонический вид, и под демоническим влиянием было не только тело Родерика, но и его разум. В его руке извивался огненный атронах и яркими пылающими глазами пытался молить Родерика о пощаде, захлебываясь своей же горящей кровью и пытаясь разжать когти Родерика на своей шее. Глядя на то, как Родерик в облике лорда Даэдра мучает атронаха и пытается не то задушить, не то разорвать ему горло, Элсин решил собрать остатки сил и по помочь Родерику преодолеть жестокие порывы и помочь контролировать себя. Однако не успел он встать, как Родерик призвав в свою руку даэдрический меч, пронзил грудь атронаха. По мечу и руке Родерика полилась горящая кровь, а движения атронаха стали успокаиваться. Когда атронах совсем затих и перестал подавать признаки жизни, Родерик откинул его в сторону подобно пустой бутылке эля, которую только что осушил. Одной мучительной смерти ему было недостаточно и он сразу решил продолжить. Шагая в сторону грозового атронаха, Родерик воткнул в землю даэдрический меч и тот мгновенно рассыпался в пепел, а в руках сразу сформировался даэдрический двуручный боевой молот. Огромные размеры молота делали его неудобным для держания в руке во время движения, поэтому Родерик стремительно шёл к грозовому атронаху, взвалив молот на плечо. Элсин передумал вмешиваться в дела Родерика, дабы не попасть под его удар и решил сначала помочь Айвен. Подбежав к ней, Элсин сконцентрировал два магических, полупрозрачных шарика, по одному в каждой руке, раскручивая их все быстрее и быстрее. Поймав момент, когда Айвен в очередной раз отразила молнию, левой рукой взял её за талию, а правую положил на плечо. Шарики разбились и бурлящая в них магия захлестнула Айвен, наполняя её новыми силами. Почувствовав прилив сил, одной рукой она очертила в воздухе даэдрический символ и создала сверкающий магический щит, в который сразу же ударили несколько молний, а другой уже разжигала огненный шар для атаки морозного атронаха, который собрался атаковать, освободившись от её чар. Огненный шар, созданный Айвен при помощи Элсина и его магии, пропитанной даэдрической тьмой, ударил ледяному великану в ногу и взрывом разбил её на тысячи осколков. Атронах упал, но продолжил ползти в сторону непрошенных гостей, будто не чувствовал боли. Пока щит Айвен успешно поглощал молнии, в её руке образовался новый огненный шар для ещё одной попытки поразить ползущего атронаха, но не успела она его выпустить, как на великана сверху обрушился Родерик, разнеся его молотом на мелкие ледяные осколки и спровоцировав ударную волну, которая отбросила Элсина и Айвен, затушив пламя в её руке и развеяв магический щит. Грозовой атронах на время остановил поток молний в сторону Айвен и снова раскрутил вихрь камней вокруг себя. Вероятно он принял Родерика за дремора-валкиназа, или как его ещё называют смертные — полководца Мерунеса Дагона. Грозовой атронах не двигался с места, ожидая приказа. Но Родерик не командовал им, а лишь медленно шёл к нему, повторив трюк с мечом, только в этот раз после исчезновения молота, в его руке возник даэдрический лук а на спине колчан с одной единственной стрелой, наконечник которой выглядел также, как раскаленный метал. Остановившись, он не торопясь достал стрелу и поместил её хвостовик на тетиву. По луку пробежал едва заметный огонек, указывающий на то, что лук зачарован и в данный момент магия внутри него концентрируется на стреле. Когда тетива натянулась достаточно сильно, чтобы поразить атронаха, Родерик выпустил её, и от силы выстрела его руку немного повело назад а позади заклубился песок. Оставляя в воздухе едва заметный огненный шлейф, стрела мгновенно преодолела расстояние между стрелком и мишенью и ударила точно в сгусток энергии по середине грозового атронаха, не задев ни одного камня из вращающегося вихря. Многие волшебники пытались скрестить заклинания молний и огня, в виду их крайней эффективности и эффектности, однако большинство погибали при первой же попытке, так как такое заклинание невозможно было контролировать. Огонь и молния усиливали друг друга настолько, что даже самое слабое заклинание вызывало мощный взрыв. Стрела, зачарованная даэдрическим огнём и сердце грозового атронаха, стали наглядным примером того, что такие опыты лучше проводить там, где нет ни людей, ни построек. Произошёл взрыв такой силы, что будь он в центре Имперского города, стены окружающие район дворца были бы разрушены, а звук взрыва было бы слышно даже в Лейавине, самом южном и отдалённом городе Сиродила. Отбросило даже Родерика, чья устойчивость на тот момент казалась непоколебимой. Рядом со всеми троими посыпались останки атронаха. Один из них, совсем небольшой, упал рядом с Айвен, и она сразу подтянула его к себе с помощью магии. Когда все стихло и осела пыль, Элсин помог встать Айвен и они молча пошли в сторону, где недавно сделал решающий выстрел Родерик. Он лежал в кожаных штанах, своей серой рубахе, края которой были слегка обуглены. — Такого эффекта я не ожидал. Похоже у него не просто предрасположенность к даэдрической магии. Не зная, что это был человек, я бы подумал что перед нами самый настоящий дремора-валкиназ. Я такую силу только у них видел. — почесывая затылок заявил Элсин. — Это твоя вина. Ты не только закинул нас в Забвение, ещё и позволил Даэдра захватить Родерика, и не известно выживет он или нет. — Выжил, не бойся, — хрипя вымолвил Родерик, откашливая пепел. — Теперь вы пойдёте за мной, и не задавайте вопросов, пока мы не дойдем до места. Они шли в сторону горящего города, а их проводником был Элсин. Он шёл уверенно, не обращая ни на что внимания, пока Айвен оглядывалась в поиске очередной угрозы, периодически сверкая молниями между пальцев. Родерик двигался за ней с потерянным взглядом, ведь он совсем недавно в облике даэдрического лорда казнил трех атронахов и получал от этого удовольствие в процессе. То, что с ним произошло сильно его напугало — неудержимая ярость, даэдрическая магия и задыхающийся атронах. Казалось бы, атронахи хотели убить их, но можно было быстро убить, а не наслаждаться муками существа. Ещё больше его пугала мысль, что захваченый демонами, он мог убить и Айвен, так как в тот момент не разделял плохих и хороших, а лишь хотел забирать жизни. — Тебя зовут Родерик? — Да, что ты со мной сделал? — Да в целом ничего, просто немного помог использовать даэдрическую магию. — Какая магия? Я стражник Имперского города. Мне несколько раз было отказано в поступлении в университет волшебства. Они бы заметили, что у меня есть магия. — Объясняю, своей магии у тебя нет. Тебе не подвластны магические школы, разрушение например, или мистицизм. Но ты можешь использовать чистую в своём понимании даэдрическую магию. Ты помнишь, что ты делал, когда был в образе Даэдра? — Да, я помню, но будто только смотрел. Не мог управлять, ну или не хотел. — Даэдрическая магия очень темная, и во время её использования она пробуждает в человеке его худшие качества. Но не беспокойся, ты не станешь убийцей или Даэдра. Если и станешь, то займешь почётное звание дремора-валкиназа на службе у самого Дагона. — Долго нам ещё идти? — спросила Айвен, рассматривая горящий дом, мимо которого они проходили. — Нет, осталось совсем чуть чуть. Кстати можешь не готовиться к атаке, её больше не будет. — Почему ты так уверен? — Просто уверен. Нам в следующий дом. Они подошли к небольшому дому, из окон которого вырывалось пламя. Внезапно, из дома, через горящий дверной проем, к путникам вышло создание маленького роста, больше напоминающее гоблина, но покрытого шерстью. У него были большие тонкие уши, клыки на нижней выпирающей челюсти, длинный лысый хвост, как у крысы, и длинные пальцы. — Скамп! Не будет атаки, да Элсин? — спросила Айвен, создавая очередной сгусток молний. — Ниб, проводи нас. Ниб слегка кивнул, но повернул голову в сторону Айвен, готовящейся выпустить в него молнию. Айвен поняла, что угрозы он не представляет и магия на её руках рассеялась. — Ниб? Это твой приятель? — с удивлением спросила Айвен. — Ниб скамп. Но не тот, которых вы убивали в во время Вторжения. Он мой проводник, и хранит путь. — Элсин поперхнулся, поняв, что сейчас скажет лишнего. Ниб подошёл к дверному проему и взмахнув рукой, заставил пламя расступиться перед ним, открыв путь в дом. Внутри была обычная комната, где стояла кровать, пара стульев и стол, на котором лежали деревянные ложки, тарелки и один нож. Рядом со столом стояла корзина с фруктами. Вероятно, Элсин подкармливал скампа. Пройдя через покои скампа, они оказались в комнате без окон и какой либо мебели. пол и стены были выполнены из камня. Потолка не было, и взгляду открывался вид на небо Забвения. Посередине комнаты находился бассейн с водой, но вода в нем была бирюзового цвета. Ниб подошёл к бассейну и сделал жест когтистой рукой, приглашая гостей. Первым в бассейн залез Элсин. Воды в нем было немного, так как она была Элсину по колено. Следующим в бассейн залез Родерик, чуть не упав. Последней была Айвен, которую не покидало чувство опасности. Про атронахов, скампов и дремор она знала не понаслышке, а вот загадочные бассейны со светящейся водой в плане Забвения было ей в новинку. — Ниб, подношение ведь тоже самое? — спросил у скампа Элсин, доставая из кармана маленький мешочек. Ниб утвердитедьно покачал головой. Элсин развязал мешочек и высыпал в воду серый песок, больше похожий на пепел. — Что это? — Костная мука. Не волнуйтесь это стандартная процедура. Больно не будет. Как только все содержимое мешочка опустилось на дно бассейна, вода забурлила и покрылась пузырями. Элсин поднял голову к небу и его примеру последовали остальные. В огненном небе, прямо над ними образовалась бирюзовая воронка, и вода из бассейна взмыла до самого неба, создавая что-то вроде трубки от краёв бассейна до краёв воронки. Родерик посмотрел на Ниба, стоящего в шаге от него, по ту сторону водной стены. Ниб махал ему рукой, будто прощаясь, и до коснувшись до воды, заставил её засиять и своим сиянием скрыть все окружающее. Когда воронка в небе исчезла, водная стена упала вниз, открывая взгляду ранее невиданный мир. Троица стояла на большом валуне, парящем в воздухе. Первое, что бросалось в глаза это небо. Но небо не в том понимании, в котором привыкли понимать смертные. Оно было повсюду. Создавалось впечатление, что они попали в огромных размеров пузырь, оболочка которого переливалась зелёными, синими и фиолетовым цветами. Недалеко парили такие же валуны и размером по меньше, а между некоторыми сверкали потоки воды, подобно мостам, удерживаемые магией. В этом неведомом мире царила тишина, но даже она не создавала ощущение покоя. Всё трое разошлись в противоположные концы валуна, на котором стояли. Внезапно над их головами просвистели стрелы, а по краям выпрыгнули воины в золотых доспехах. — Мы в плане Меридии, да? — спросила Айвен. — Да. Не трудно догадаться, после встречи с аврорианцами, да? — Зачем ты привёл нас в царство даэдрической принцессы? Разве тут не опаснее чем в обычном Забвении? — Для кого как. Для нас сейчас тут безопасно. Пока они стояли, окружённые аврорианцами, войнами Меридии, с неба к ним опустился маленький сгусток света и остановился по середине платформы. — О Элсин, ты привёл гостей в Цветные комнаты, и рассказываешь им о безопасности? — раздался женский голос со всех сторон, будоража рассудок Айвен и Родерика. — Принцесса Мерид-Нунда, прими нас в своих покоях. Мы прибыли просить твоей аудиенции. — Оставь эти речи, Элсин, хватит изображать меня гневной богиней! — голос ответил Элсину, формируя из сгустка света очертания человека в балахоне и крыльями за спиной. Когда сгусток света резко погас, а аврорианцы встали на одно колено, на середине платформы возникла девушка. Она была среднего роста, немного ниже Айвен, на вид ей было не больше двадцати лет и белокурые длинные волосы до плеч, по которым то и дело пробегали золотые отблески. Внешне Родерику она чем-то напоминала Силлию из «Позолоченного графина». Её можно было бы принять за обычную городскую девушку в шелковом, темно-зелёном платье, аккуратных чёрных туфельках и симпатичной внешностью, если бы не глаза. Они были полностью белые, испускали лёгкое свечение, и в них читались подозрение с удивлением. — Элсин, объясни мне, зачем ты привёл сюда этих людей? Хотя, ничего не говори, сама поняла. — сказала Меридия и указала пальцем на Айвен, таким образом давая своей страже команду. — Постойте, принцесса, я привёл их не для казни. Я думаю, вам было бы интересно изучить их способности и узнать от них о проделках Маннимарко. — Не произноси имя этой погани! И я уже все знаю про них. Она — волшебница гильдии магов, обладающая особым даром поглощать магию других и забирать души. Имела общие дела с червяком, за что будет наказана. Он — имперский стражник, горе-алхимик. Однажды, сам того не зная чуть не погиб от рук Ситиса. — Это все, что вы видите, госпожа Меридия? — спросил Родерик. — Элсин, ты точно рассказал этому смертному кто я? Он имеет наглость сомневаться в моей проницательности. — Принцесса Мерид-Нунда, мы никогда не сомневались в вашей проницательности и вашем могуществе. Однако я хочу заявить, что сэр Родерик является носителем даэдрической силы, весьма мощной. Поэтому я и привёл его сюда. Волшебница оказалась здесь случайно. Меридия подошла к Родерику, и взяв рукой его за подбородок, начала водить из стороны в сторону, будто изучая его на предмет какой-либо болезни. — Как ты это понял? — Когда мы вошли в мой карман, я призвал трех атронахов разных стихий, для проверки его способностей. Результаты превзошли все мои ожидания. Думаю, он может нам пригодиться. — Я буду решать, пригодится он или нет. Я не вижу в нем ничего особенного. Ты тратишь моё время, Элсин! Элсин не стал больше перечить даэдрической принцессе, и подойдя к Родерику, как и в прошлый раз, взял его за голову. Родерик упал на землю, хватаясь за грудь но уже не с такой паникой как тогда, ведь он уже знал последствия обращения. Его тело снова покрылось даэдрической бронёй а лицо скрылось за забралом шлема. Немного подождав, он выпрямился и встал напротив Меридии, разглядывая ее, то сжимая, то разжимая кулаки. Стоя друг напротив друга, Родерик и Меридия будто общались между собой без слов. Когда на лице Меридии растянулась улыбка а в руке из света появился меч, в руках Родерика из пепла сформировался топор. Но ожидаемой атаки ни одного из них не случилось. Внезапно меч в руках Меридии снова окружил свет и вместо меча в руке уже лежал лук с одной стрелой. Родерик тем временем преобразовал топор в огромный даэдрический щит. — Это просто чудесно! — заявила Меридия, обращаясь к Элсину, — Он может нам пригодиться, но сейчас ему нужно вернуть облик смертного. Элсин? — Принцесса, увы я не имею и малейшего представления как это сделать. В прошлый раз он сам вернул себе облик после убийства последнего атронаха и полученного удара от реакции стихий. Меридия, превратив лук со стрелой обратно в сгусток света, который почти сразу затух, уверенными шагами сблизилась с Родериком почти вплотную и своей нежной, хрупкой женской ручкой дала ему пощёчину, от которой на шлеме пошли трещины. У Родерика в руке появился кинжал и он было хотел поразить наглую принцессу в бок, но его рука сразу была отбита лёгким жестом Меридии, и после ещё одной пощечины с лица Родерика мелкими осколками посыпалось забрало шлема, слегка открывая его собственное лицо. Внешне он напоминал сына рас бретонов и дремор. Очертания лица были как у смертного, но кожа чёрная и вены просвечивали через нее, и по ним вместо крови организм наполнялся огнем. Открывшийся взору глаз не моргал и был пепельно-черным, а зрачок будто из раскаленного металла. — Невероятно, в одном теле две разные души — человека и дремора. Но как это могло случится? Родерик, или его демоническое эго посчитало, что принцесса задала вопрос именно ему, а не самой себе, и решил на него ответить. Сделав шаг к принцессе, он впервые издал звук находясь в обличии Даэдра. — Малакат — голос лишь отдаленно напоминал его собственный и больше был похож на скрипучий и хриплый голос дремор. — Причём здесь Малакат? — Родерик всегда мечтал обрести магические силы, и когда его судьба переплелась с судьбой Имперского города, когда он пообещал самому себе, что будет беречь волшебницу любой ценой, принц без ведома Родерика наделил его силой лорда Даэдра. И брать с него за это плату или нет, принц ещё не решил, он дожидается исхода. Меридия внимательно слушала Родерика, периодически поглядывая на Элсина и Айвен неодобрительным взглядом. Айвен тем временем думала только об одном — когда Родерика оставят в покое и он вернёт свой облик. Меридия почувствовала желание волшебницы, и подойдя к Родерику почти вплотную, прикоснулась ладонью к его доспехам. От прикосновения по доспехам побежали трещины, через которые ударил яркий свет. Спустя пару мгновений Родерик уже стоял перед принцессой в своем настоящем обличии и откашливал пепел. — Глупый смертный, ты понимаешь, что потратил моё время впустую? Ты привёл сюда обычного стражника, который получил силы Даэдра от Малаката, потому что тому, видете ли, захотелось одарить смертного даэдрической силой. В любой момент он ее заберёт, а может и душу, как оплату. — Принцесса Мерид-Нунда, поверьте мне, мы можем использовать его в своих целях. Дайте мне шанс и позвольте изложить ему наш план действий. — Сейчас я больше ничего не хочу слышать, вон! — крикнула Меридия, взмахнула рукой и её глаза вспыхнули настолько ярким светом, что ослепили всех троих. Когда к глазам вернулось зрение, Айвен, Элсин и Родерик стояли посреди полуразрушенной таверны «Король и королева» в окружении нескольких стражников. Всех троих незамедлительно арестовали, надевая кандалы и выводя из таверны по одному. Когда на руках Элсина защелкнулись кандалы, призванная броня тут же рассыпалась, а на кандалах зажглись белые символы. Элсин сразу догадался что это заклинание, полностью блокирующее использование магии и защищающее от любого магического воздействия, специально придуманные университетом волшебства для поимки таких как он. — Я Айвен, волшебница университета волшебства! Освободите меня немедленно! — вырываясь прокричала Айвен, но стражники ей не ответили, лишь указали на выход. Когда они под конвоем вышли из таверны, то не смогли узнать привычные им Эльфийские сады, и первым делом в нос ударил едкий сладковатый запах. Район опустел а по всей его территории лежали уже гнившие тела. Живых видно не было, лишь изредка пробегали бездомные со своими пожитками, а у ворот, ведущих в другой район, вместо двух стражников стоял только один. Проходя мимо очередного дома, Родерик, оказавшийся в родных местах наконец вернул себе сознание храброго стражника. Он пытался понять, что произошло. Когда конвой приблизился к воротам, Родерик узнал в стражнике своего сослуживца и обратился к нему по имени, но тот не отреагировал, а лишь быстро открыл ворота, и когда конвой вошел на территорию торгового района, также быстро закрыл их, оставаясь в Эльфийских садах наедине со смертью. Торговый район выглядел не лучше. Проходя по основной дороге, Родерик осматривал стоящие вокруг магазины, вспоминая как совсем недавно шёл к Айвен и пробрался через толпы туристов. Внезапно его взгляд упал на «Мистический эмпориум». Вход в магазин был завален телами, как раз в том месте, где недавно собиралась самая большая толпа покупателей, ожидавших своей порции велкиндских камней. Пока Родерик продумывал варианты происходящего, конвой завернул в сторону внешней стены, ворота которой вели к мосту и имперской тюрьме. Айвен тем временем принимала безуспешные попытки освободиться от плена, чтобы сбежать и поскорее оказаться в университете. Дойдя до середины моста, конвой остановился, и перед пленниками открылся полный вид на университет. Из башни архимага вертикально бил яркий луч света, и с его конца до окружающих университет стен опускался мерцающий купол, будто из битого стекла. Было очевидно, что это своего рода защитный барьер, но наверняка не знала даже Айвен, так как за все время в университете ей не приводилось видеть барьеры таких размеров. Барьер приковывал к себе взгляд и ещё раз доказывал, что университет волшебства, это поистине невероятное, волшебное место. Но была в этой картине не только удивительная светлая магия, но и пугающая темная. Университет был окружён толпами мертвецов, пытающихся любыми средствами пробраться внутрь. То и дело около стен возникали вспышки от воздействия защитных заклинаний, когда мертвец в очередной раз пытался хотя бы прикоснуться к стене. — Во имя Девяти, что это? — Нежить. — ответил Родерику Элсин. — Как долго нас не было? — принимая очередные попытки скинуть кандалы, спросила Айвен. — Ну, мы пробыли в Забвении пару часов, но там время течёт немного иначе, для Нирна могло пройти больше. Они продолжили свой путь, и пленники оглядывались на университет до тех пор, пока конвой не зашёл на территорию тюрьмы.